Read Трансформация “Я” Глава 4 – ИЗМЕНЕНИЕ СТРУКТУРЫ

0 870

Ваша я-концепция состоит из множества аспектов, множества раз­личных убеждений или обобщений, касающихся вашей личности. На относительно низком уровне часть вашей идентичности может включать специфические физические характеристики, непосредственное окружение или формы поведения. Утверждения типа «я блондин», «я ка- лифорниец» или «я водитель грузовика» — это утверждения, относящи­еся к идентификации со своим физическим телом, местом жительства и работой. Если же люди говорят: «У меня светлые волосы», «Я живу в Калифорнии» или «Я вожу грузовик», это означает, что они рассматри­вают эти характеристики скорее как нечто, что они имеют или делают, чем то, кем они являются или что им присуще. Они идентифицируют себя с этими аспектами не в такой степени, как человек, который гово­рит: «Я такой-то».

На максимальном уровне идентичности мы можем говорить о своем месте в мироздании. «Я — дитя Бога» или «Я — крохотная частица ра­зумной материи в очень сложно устроенной и безразличной вселенной». На таком высочайшем уровне идентичности большая часть конкретных деталей утрачивается и остается лишь довольно расплывчатый образ, подчеркивающий общие свойства и связи и игнорирующий большинство более мелких различий и особенностей.

Другие части вашей идентичности — ваши установки, способности, черты или качества — занимают по своему охвату промежуточное поло­жение. Утверждение «я добрый человек» охватывает намного больше, чем «я бухгалтер», однако оно намного более конкретно, чем «я христиа­нин». Эти промежуточные качества идентичности особенно полезны для выяснения того, как функционирует ваша я-концепция, поскольку они,
хотя и достаточно конкретны, приложимы при этом к очень широкому кругу ситуаций. Как правило, они включают важные личные ценности, поэтому внесение в них изменений оказывает заметное влияние на ши­рокий спектр видов деятельности.

Я хочу, чтобы вы выбрали для исследования что-то из этой проме­жуточной области, поскольку она достаточно широка, так что любые из­менения будут перенесены на множество ваших моделей поведения и окажутся для вас весьма важными и полезными, но при этом достаточно мала, так что вы поэкспериментируете с множеством конкретных ситуа­ций. Позже вы сможете заняться исследованием более мелких и круп­ных областей своей идентичности, но я хочу, чтобы вы начали с чего-то промежуточного, так как в этом случае вам будет намного легче разоб­раться в том, как работает ваша я-концепция.

Я хотел бы, чтобы для первых нескольких упражнений вы выбрали качество, способность или установку, которые, как вы знаете, вам дей­ствительно присущи и которые вам нравятся. Например, вы можете вы­брать интеллект, сенситивность, способность к учебе, настойчивость, адап­тивность и т. д. Вы можете просто сказать себе: «Мне присуща…» и по­смотреть, что придет вам на ум — доброта, честность, внимательность, устойчивость, гибкость, прилежность, нежность, жизнерадостность, вер­ность, надежность, спонтанность, тщательность и т. д. Конечно, вы явля­ете собой нечто намного большее, чем любое одиночное качество из это­го ряда. Но я хочу, чтобы в целях изучения структуры я-концепции вы выбрали для исследования только какое-то одно качество.

Поскольку некоторые люди оценивают себя больше с точки зрения того, что они делают или имеют, чем того, кем они являются, возможно, вам будет полезно перекинуть мостик от формулировки «всегда делать что-то» или «часто иметь какую-то возможность» к формулировке «яв­ляться таким-то человеком». К примеру, вы часто заботитесь о других: это равносильно утверждению, что вы — очень заботливый человек.

Рассмотрев несколько вариантов, выберите такой, в отношении ко­торого вы испытываете уверенность, что предполагает устойчивость этого аспекта вашей личности. И удостоверьтесь, что это качество вам также нравится, что указывает на его соответствие вашим ценностям и на то, что оно является частью базиса для вашей позитивной самооценки. Поз­же мы исследуем аспекты вашей я-концепции, в которых вы не уверены или которые вам не нравятся, но будет намного проще и легче начать с чего-то, в чем вы уверены и что вам нравится, когда ваш опыт не ослож­няет какой бы то ни было внутренний конфликт.

Всякий раз, когда мы хотим изучить подобный процесс, мы неиз­менно задаем процессуальный вопрос: «Как вы это делаете?» Этот воп­рос касается аспектов вашего опыта, которые обычно неосознанны, но которые вы можете осознать, если сосредоточите на них свое внимание. То есть это область, где многое совершается подсознательно. Предполо­жим, Бен, что мы с вами беседуем, и я спрашиваю вас: «Вы добрый чело­век?» Что вы на это ответите?

Бен: Добрый.

Хорошо, а как вы узнали. что вы добрый человек?
Бен: У меня имеется образ того, что значит быть добрым.

Итак, у вас имеется образ проявления доброты. Ментальная кар­тинка Бена служит в качестве эталона для быстрой сверки, который я называю «суммарной» репрезентацией и который идентифицирует неко­торое качество я-концепции. в данном случае доброту. Когда я спросил Бена: «Вы добрый человек?», он ответил очень быстро и уверенно. Од­нако он не сознавал, как сумел это сделать, пока я не спросил его, как он об этом узнал. Вместо образа он мог услышать внутренний голос, гово­рящий: «Я добрый», либо у него могло появиться кинестетическое ощу­щение доброты, либо могла иметь место та или иная комбинация этих чувств. Это то. что мы называем модальностью (зрительной, аудиаль- ной, кинестетической и, реже, обонятельной и вкусовой) внутренней ре­презентации. Весь наш опыт, память и мышление состоят из одной из этих модальностей или более.

Если бы я спросил вас, знаете ли вы, что такое стул, то все вы на­верняка ответили бы утвердительно и у вас появилась бы какая-то ре­презентация стула — обычно образ стандартного стула. Хотя такое быва­ет реже, вместо образа вы могли почувствовать, что сидите на стуле, или, возможно, даже услышать звук, который издает стул, когда вы на него садитесь. Или же могла иметь место та или иная комбинация этих чувств. Подобная репрезентация является сильно упрощенным образом суще­ственных качеств стула, и я называю ее «суммарной» потому, что она суммирует базовые характеристики стула.

С этим упрощенным образом связана намного более обширная база данных, которая включает в себя образы всех многочисленных и различ­ных типов стульев, с которыми вы встречались в своей жизни, — кухон­ные стулья, мягкие стулья, офисные стулья, складные стулья, стулья, сделанные из дерева, кожи, пластмассы, металла, возможно, даже ящики, пни или камни, которые некогда служили вам в качестве стула. Суммар­ный образ, который у вас имеется для понятия «стул», немного напоми­нает ручку чемодана; он позволяет вам «удерживать» совокупность опы­та, которую вы храните в чемодане. Эта база данных содержит намного больше информации, чем суммарная репрезентация.

Люди делают обобщения в отношении самих себя во многом таким же способом, каким они делают обобщения, касающиеся своего окруже­ния. Узнав, как вы делаете обобщения в отношении собственной лично­сти, вы также узнаете, как вы формируете понятия, относящиеся к дру­гим людям и остальному миру. Однако ваши обобщения в отношении самих себя исследовать намного интереснее, поскольку они больше вли­яют на вашу жизнь.

Я хочу, чтобы первым делом вы определили, что представляет собой суммарная репрезентация выбранного вами качества. Помните, что она может быть в любой из основных модальностей — зрительной, аудиаль- ной или кинестетической — либо являться той или иной их комбинаци­ей. Обычно ее выявляют очень легко и быстро.

После того как вы это сделаете, я хочу, чтобы вы исследовали базу данных опыта, который лежит в основе суммарной репрезентации. Ручка чемодана нужна только для его переноски; содержание чемодана намно­го полезнее и важнее.

Поскольку я прошу вас обратиться внутрь себя и сфокусировать внимание на аспектах своего опыта, которые обычно неосознанны или находятся на границе сознания, возможно, сначала вы почувствуете не­которую неуверенность и растерянность. Но когда внутренний ландшафт вашего восприятия собственной личности станет для вас более знако­мым, наступит прояснение.

Если бы все формировали свою я-концепцию в точности одним и тем же способом или если бы имелся какой-то одиночный оптималь­ны!”! путь выполнения этой задачи, наш тренинг завершился бы очень быстро. Я бы просто показал вам «правильный» способ, и мы бы на этом закончили. Однако существует великое множество способов фор­мирования хорошо функционирующей я-концепции. и я хочу, чтобы вы выяснили, как вы уже это делаете, прежде чем проверять другие спо­собы.

Кроме того, имеется ряд полезных объединяющих принципов, кото­рые лежат в основе всего того, что делают люди. Эти принципы снабжа­ют нас понятиями, которые упрощают нашу задачу и облегчают выявление тех многообразных способов, которыми люди формируют свою я-кон­цепцию, а также облегчают работу с ними. Но если бы я сначала объяс­нил вам принципы, это было бы все равно что дать вам несколько разных ручек от чемодана. Вы бы знали слова, но поскольку у вас отсутствует опыт, связанный с ними, они содержали бы очень мало смысла.

Если бы в данный момент я предоставил вам больше информации, она бы только внесла путаницу в то, что вы уже делаете, и затруднила бы выявление того уникального способа, каким вы размышляете о себе. Она также лишила бы вас ценного опыта, который дает самостоятельное вы­явление того, что происходит внутри вас, — навык, который имеет мно­жество других полезных приложений, кроме я-концепции. Вы можете использовать этот навык для выявления того, как вы принимаете реше­ния. как вы заставляете себя выполнять неприятные обязанности, как вы научаетесь чему-то, либо для выявления любой другой способности или проблемы. Поэтому я хочу, чтобы вы начали не с принципов, а с рассмот­рения собственного опыта, а затем поделились им с другими. Затем мы обобщим это обилие примеров, опираясь на прочное основание личного опыта. Тем самым принципы будут иметь для вас глубокий и ресурсный смысл, а не останутся просто умными словами.

Упражнение 4.1. Выявление своей я-концепции

(втроем, 15 минут)

Я хочу, чтобы вы объединились с двумя другими участниками, об­разовав тройки, и получили удовольствие от короткого упражнения-от- крытия. Я предполагаю, что вы уже идентифицировали какое-то соб­ственное качество или характеристику, в котором вы уверены и которое вам нравится. Я хочу, чтобы, сев вместе, вы закрыли глаза и молча ис­следовали свои ощущения в течение примерно 5 минут, задав себе во­прос: «Как я определяю, что я…?» Идентификация суммарной репре­зентации не должна вызвать затруднений; вероятно, вы уже это сделали. Я хочу, чтобы вы потратили большую часть своего времени на изучение состоящей из примеров базы данных и выяснили, что она собой пред­ставляет. Какие образы, чувства, звуки и слова содержатся внутри вас и где и как вы их ощущаете?

Затем откройте глаза и в течение следующих 10 минут поделитесь своими ощущениями. Вы можете научиться очень многому, выполнив это упражнение самостоятельно; вы можете научиться еще большему, если поделитесь с другими и поможете друг другу, задавая вопросы. Я хочу, чтобы вы проделали это, ни разу не упомянув о содержании — наименова­нии качества. которое вы исследуете. Разговоры о содержании только отвлекут вас от задачи выявления того, как вы мысленно воспроизводи­те содержание. Описывайте друг другу только структуру — образы, зву­ки или чувства, которые составляют вашу базу данных, и то, как и где вы их воспроизводите. При желании вы всегда можете поговорить о содер­жании позднее.

«Я делаю то-то и то-то, а что делаете вы?» Поделитесь своим опы­том и, если кто-то испытывает трудности, помогите ему, спросив: «Итак, как вы это делаете?», и понаблюдайте за невербальными сигналами и жестами, которые нередко ясно показывают размер, удаленность и ме­стонахождение образов или голосов, чтобы понять суть того, как он или она это делает.

Позже я дам вам более конкретные указания, а пока хочу, чтобы вы провели самостоятельное исследование. Затем мы соберемся вместе и обсудим, что вы обнаружили. Есть ли какие-то вопросы по упражнению.

Тесс: Пожалуйста, объясните еще раз различие между суммарными репрезентациями и базой данных.

Возможно, вам поможет один пример. Когда мне нужно рассказать о содержании, я часто упоминаю доброту, поскольку доброта мне симпа- 5 тична и я думаю, что было бы очень хорошо, если бы в мире ее было больше. Вы можете услышать внутренний голос, который говорит: «Я — добрый человек», но это общее утверждение не уточняет, в чем именно § заключается доброта. Однако ваша база данных содержит обилие приме- £ ров добрых слов, добрых поступков, добрых прикосновений, размышле­ний о добрых словах и поступках и т. д.

Отныне Мы будем работать почти исключительно с вашей базой данных, поскольку именно в ней содержится реальная информация о вашей я-концепции. Именно там вы можете произвести самотрансфор­мацию, внеся глубокие и полезные изменения в функционирование ва­шей я-концепции. Исходя из всего того опыта, который вы накопили за годы, прожитые вами на земле, как вы определяете, что вы добрый че­ловек, или что вы настойчивы, или внимательны к другим, или облада­ете каким-то иным качеством, которое вы выбрали? Какой опыт вы воспроизводите и, что важнее, как вы его воспроизводите? Внося изме­нения в базу данных, вы можете добиться хорошего функционирова­ния своей я-концепции, но прежде чем вы что-то измените, важно знать, что уже там имеется.

***

Я уверен, что закончить упражнение вам не удалось, но прежде чем давать дополнительные указания, мне хотелось бы, чтобы вы погрузи­лись в него и провели небольшое исследование. Вскоре я дам вам больше времени на дальнейшие изыскания. Пока же скажите мне, какую базу данных вы обнаружили?

Джин: Когда я задала себе вопрос: «Как я определяю, что я такая- то?», — внутри меня неожиданно возник образ, а затем ста­ли появляться все новые и новые. В определенный момент они заполнили мое поле зрения, при этом не переставая появляться.

Керк: У меня своего рода коллаж, находящийся от меня на рас­стоянии вытянутой руки, с множеством маленьких карти­нок, на которых запечатлены разные случаи и ситуации, когда я проявлял данное качество. Некоторые из картинок сверкают, как бы мигая в мою сторону. Джан: У меня звуковой образ. Я слышу несколько голосов, источ­ник которых находится где-то под моим левым ухом; каж­дый из них напоминает мне о какой-то конкретной ситуа­ции, в которой я проявила данное качество.

Фред: Внизу передо мной находится своего рода подшивка бу- § маг. Я вытягиваю по одной бумаге (производит жест пра- вой рукой), когда хочу посмотреть, что на ней. Она появляет- s ся прямо передо мной, на расстоянии примерно тридцать а сантиметров и имеет размер шестьдесят на шестьдесят * сантиметров. Сначала я вижу картинку, затем слышу голос,

а потом испытываю определенное чувство. Я вижу слева от себя длинную вереницу образов, упорядоченных во времени, так что самые ранние находятся позади меня, а самые последние — чуть впереди меня, но сбо­ку. Образы увеличиваются по мере своего приближения к текущему моменту.

Пам: Сначала у меня было кинестетическое чувство, а затем по­явился целый набор картинок, а также слова и звуки, кото­рые подтверждали это чувство.

Отлично. Все это удачные примеры. У каждого из нас имеется вполне уникальная структура репрезентации своей я-концепции. Когда вас про­сят определить, как это делаете вы, отдается дань уважения вашей инди­видуальности, а также заметно облегчается внесение полезных измене­ний. То, что прекрасно помогает одному человеку, может совершенно не подойти другому. Мы — сложно устроенные существа, и ваша я-концеп­ция должна гармонировать со всеми остальными элементами вашей дея­тельности. Существует множество приемов, которые прекрасно срабаты­вают, и мне не известен какой-то один «оптимальный» способ выполне­ния этих действий.

С другой стороны, каждый из пае научился выполнять их, в сущно­сти, случайно, не получая систематических указаний со стороны родите­ля или наставника. Поэтому, хотя очень важно уважать уникальность каждого человека, я обнаружил, что всегда существует ряд полезных при­емов, позволяющих заметно улучшить чьи-то действия. Вы можете убе­диться в этом путем спокойного исследования и экспериментирования, выяснив, что помогает вам в наибольшей степени. Некоторые матери, которым не нравится, что их дети гримасничают, предупреждают их, что сорванцы «могут навсегда такими и остаться», хотя на самом деле по­добная опасность им не грозит. Аналогичным образом вы можете сво­бодно экспериментировать с изменением своей базы данных, поскольку изменение «пристанет» к вам только в том случае, если вы определите, что оно приносит вам большую пользу, чем то, что вы делали раньше.

Исследуя подобные процессы, которые обычно неосознанны, люди часто полагают, что они просто «придумали» то, что им удалось обнару­жить. Однако я гарантирую, что когда вы начнете экспериментировать с проверкой различных приемов, некоторые из них покажутся намного бо­лее комфортными и «правильными», чем другие. Что бы я ни говорил, истина будет найдена посредством вашего собственного опыта, в ваших собственных реакциях на различные приемы. Существует также ряд об­щих принципов, которые могут быть полезны, но прежде чем рассказать вам о них, я хочу, чтобы вы ближе познакомились с изменчивым внут­ренним ландшафтом я-концепции.

У меня есть перечень вопросов, и я хочу, чтобы вы их использовали в дальнейшем’ исследовании своей базы данных. Ответить на вопросы обычно достаточно легко. Сложнее придумать хорошие вопросы. Иног­да, когда вы задаете правильные вопросы, ответы сразу же становятся очевидными. Например, если вы спросите на улице незнакомого челове­ка: «Когда вы мысленно представляете себе что-то, то видите кинофильм или фотоснимки?», большинство людей посмотрят на вас с удивлением: «Что? Понятия не имею».

Но если вы затем попросите: «Вспомните своего друга», они, скорее всего, ответят: «Вспомнил, и что?»

«Посмотрите на этот образ; это кинофильм или фотоснимок?» «Кинофильм».

Когда вы задаете конкретный вопрос, касающийся их опыта, они вполне могут ответить: «Интересно. А я и не задумывался об этом рань­ше». Но если вы не зададите этот вопрос, он может так и не прийти им в голову. Поэтому вот вам перечень вопросов.

Контрольный перечень 4 Процессуальные элементы я-концепции

Количество примеров. Сколько примеров содержится в вашей базе дан­ных?

Локализация. В какой части вашего личного пространства находятся ваши примеры?

Одновременность /последовательность. Примеры доступны вам одно­временно, все сразу, или последовательно, один за другим (или и так и так)?

Модальности. Все ли основные модальности используются (зрительная, аудиальная, кинестетическая)?

Ассоциация. Можете ли вы без труда погрузиться в любой пример и ассо­циироваться с ним?

Субмодальности. (Субмодальности — это более мелкие элементы внут­ри модальности.) Какие субмодальные элементы (размер, яркость, удален­ность, подвижность/неподвижность, тональность, громкость и т. д.) делают образы устойчивыми и значимыми, реальными и убедительными для вас?

Упражнение 4.2 Изменение своей я-концепции

(втроем, 15 минут)

Я хочу, чтобы вы снова посвятили примерно 5 минут безмолвному исследованию собственного опыта, направляемому этими вопросами, а за­тем поделились с другими, обсудив то, что вы обнаружили, и помогли друг другу выяснить, что вы делаете, путем хороших вопросов и наблю­дения за невербальными сигналами.

После этого я хочу, чтобы вы поэкспериментировали с изменением элементов своей базы данных и отметили, каким образом эти действия изменяют то, как вы ее воспринимаете. Одна из операций, которые вы можете сделать, — это пройтись по контрольному перечню, изменяя каждую из переменных, которые я перечислил. Попробуйте добавить примеры в свою базу данных или удалить из нее какие-то. Сколько бы примеров у вас ни было первоначально, постарайтесь сделать так, чтобы их стало значительно больше, а потом — меньше. Если ваша база данных после- довательна, попробуйте сделать ее доступной одновременно, и наоборот. Определите, к каким различиям ведет ассоциация с примером, — снача­ла представьте себя на месте событий, а затем диссоциируйтесь от собы­тия и посмотрите на него так, как будто это фотография или кинофильм. Поэкспериментируйте с изменением субмодальностей, которые вы ис­пользуете в базе данных, делая картинки или звуки более или менее ин­тенсивными, приближая или удаляя их, увеличивая или уменьшая и т. д.

Еще один способ исследования — попробовать приемы, к которым прибегают другие в вашей тройке. Скажем, если у вас уже есть 5 боль­ших примеров, расположенных прямо перед вами, а у одной из ваших партнерш — 30 более мелких, находящихся слева от нее, попробуйте сде­лать, как у нее. Вносите только по одному изменению единовременно, так чтобы вы могли заметить, как на ваши ощущения влияет каждое изменение. Сначала можно добавить 25 примеров к пяти уже имеющим­ся и посмотреть, что при этом изменится. Затем вернитесь к тем 5, с ко­торых вы начали, и просто уменьшите их. Далее вернитесь к своей пер­воначальной пятерке и переместите ее влево от себя. Наконец, попро­буйте произвести все эти изменения сразу, так чтобы вы могли ощутить то же, что она.

Я добиваюсь прежде всего того, чтобы во время экспериментирова­ния вы увидели, как каждое изменение влияет на ваше чувство уверенно­сти или целостности в отношении вашей я-коицепции. В предложенном мной примере вы можете провести сравнение между ситуациями, когда у вас 5 примеров и когда их 30. Какая из них ощущается острее, кажется более реальной и истинной? Это ощущение служит хорошим индикато­ром устойчивости или прочности вашего качества. В течение первых 5 ми­нут, используя контрольный перечень, исследуйте собственные пережи­вания, прежде чем поделиться ими с другими людьми в вашей тройке и вместе поэкспериментировать.

Более двадцати лет назад мы с Коннирой ездили на пятидневные семинары по НЛП. Во время одного из таких семинаров в первый день за ленчем один человек сказал нам, что уезжает домой. Он был полно­стью удовлетворен, поскольку уже «все узнал», так что если он останет­ся, это будет для него пустой тратой времени! Он также сообщил нам, что некогда научился управлять самолетом, поэтому ему известно, что управлять самолетом он может. Как-то раз, летая в свое удовольствие, он обнаружил, что сгустились облака и земля скрылась из виду. Ранее он освоил то, что называют «правилами визуального полета», но не знал, как пользоваться рычагами управления при посадке в условиях облачно­сти. Он вышел на связь с диспетчером, и они оба начали немного волно­ваться, но затем в облаках появился небольшой просвет и он смог сесть на землю.

Вот вам пример случая большой уверенности и малой компетентно­сти, о котором я говорил ранее и который является типичным следстви­ем ситуации, когда имеется крупный, яркий суммарный образ собствен­ной личности, но не базы данных, содержащей фактический опыт, кото­рый этот образ подкрепил бы. Как правило, такие люди рано или поздно «отбиваются от стада», и, к несчастью, они часто увлекают за собой дру­гих. У летчиков существует поговорка: «Бывают опытные пилоты, быва­ют рисковые пилоты, но не бывает опытных рисковых пилотов».

Теперь, Сара, скажите, что произойдет, если вы увеличите количе­ство примеров до восьмидесяти или ста? Между прочим, если вы или кто-то другой пожелаете прекратить со мной общение, вам достаточно подать мне знак, и я растаю, как облачко дыма, и не буду вас больше беспокоить. Тем самым у меня развязаны руки, и я могу задавать вам вопросы и вести с вами игру, твердо зная, что у вас есть полное право остановиться в любой момент.

Сара: Увеличение количества примеров придает мне чувство еще большей уверенности. Когда я уменьшила количество до одного, то видела только то, как я это делаю в одном кон­тексте, поэтому я подумала: «Возможно, я и делала это там и тогда, но совсем не обязательно, что я смогу сделать это где-то еще».

Все верно. Вот почему, применяя паттерн взмаха, мы всегда просим человека увидеть собственный образ вне контекста, чтобы перенести из­менение в я-концепции на как можно больший круг ситуаций. Мы также просим людей, чтобы они не представляли себя совершающими какое-то конкретное действие, поскольку в этом случае они обычно оказываются привязанными к тому действию, которое мысленно изобразили. Образ становится намного более продуктивным, когда вы видите себя облада­ющим определенными качествами, но без контекста или специфическо­го поведения. Теперь, Сара, попробуйте оставить только одну картинку, а затем постарайтесь убрать контекст, так чтобы вы продолжали видеть себя, а ваше окружение исчезло. Как будто вы видите себя на сцене, а затем все декорации и другие люди пропадают.

Сара: Стало лучше. Теперь у меня усилилось чувство, что я могу сделать это в разных контекстах, но оно по-прежнему не столь целостное, как в случае большего количества обра­зов и фактического видения себя, делающей это в различ­ных ситуациях.

Верно. Видеть себя в широком круге ситуаций еще лучше, чем ви­деть себя вне контекста. Это один из приемов, в которых изменение ва­шей базы данных может оказаться еще более эффективным, чем в пат­терне взмаха.

Рич: Я готов присоединиться к Саре. Я с удовольствием опус­тил контекст, убрав из примеров все детализированные де­корации. Когда я проделал это с несколькими событиями, то остался лишь один я, — я сидел, наклонившись вперед и широко открыв глаза, наблюдая и по-настоящему интере­суясь происходящим. Это помогло мне намного глубже про­никнуться чувством того, что данное качество является не­кой врожденной способностью, которая мне присуща, а не просто реакцией на что-то: «Ух ты, как интересно». Я сам являюсь тем, кто генерирует интерес, и все это в гораздо большей степени ощущается как личное качество. Чувство становится намного более целостным.

То есть происходящее становится скорее частью вас, а не контек­стом, поскольку контекст исчез. Рич: Верно. Так и есть.

Когда вы устраняете контекст, возрастает уровень абстракции. На­деюсь, что вы способны подобрать любой контекст и поведение будет ему соответствовать. Конечно, это может вводить в некоторое заблужде­ние, поскольку определенные качества намного более полезны и адек­ватны в одних ситуациях, чем в других. Это одна из потенциальных про­блем. Существует и другая возможная проблема. Fie могли бы вы расска­зать мне немного о содержании?

Рич: Хорошо. Это несколько различных ситуаций: работа за компьютером, игра на музыкальном инструменте, приготовление пищи.

Прошу прощения, я нечетко задал свой вопрос. Я полагаю, все это составляет содержание ваших примеров. Но каково наименование качества?

Рич: Любопытство

Отлично. Оно прекрасно подходит для нашего упражнения, поскольку является по большей части внутренним состоянием. Но даже в этом случае вы можете потерять данные, касающиеся специфических особенностей вашего любопытства. Иными словами, что именно вы пытаетесь обнаружить, когда проявляете любопытство? Меня интересует, каковы его ^ перцептивные качества и каковы действия, являющиеся его частью, а не просто чувство любопытства?

Рич: Я по-прежнему вижу яркие образы, слышу звуковую дорожку и продолжаю испытывать позитивное чувство, как будто меня что-то тянет вперед.

Хорошо. Но все это происходит внутри вас, не так ли? Рич: Да, в этом-то и была вся суть. Это было мое состояние любопытства. Есть вещи, которые остаются неизменными во всех этих разнообразных примерах.

Да, и это состояние любопытства также проявляется во внешних действиях, например когда вы наклоняетесь вперед, внимательно всмат­риваетесь во что-то и так далее.

Рич: Для меня это не составляет проблемы. Я могу смотреть на Майка, сидящего вот там, и просто проявлять любопыт­ство. Это скорее внутреннее ощущение; происходит опре­деленное отстранение от реальности. Обычно я так себя не веду, но я получил удовольствие от экспериментирова­ния. Мне нравится, когда есть контекст, поскольку он дела­ет чувство более полным. Обостряется ощущение: «Вот я, вокруг меня реальность, и мы взаимодействуем».

Очень хорошо, когда сохраняется эта связь. Теперь вернемся к ко­личеству примеров. Обычно увеличение их количества усиливает чув­ство, а уменьшение количества его ослабляет. В этом есть определенный смысл, не так ли? Если у вас имеется много примеров того, как вы про­являете конкретное качество в самых разных ситуациях, совершая раз­личные действия, вы будете испытывать большую уверенность в отно­шении того, что это качество вам действительно присуще, чем в том слу­чае, когда у вас имеется только один пример или несколько.

Однако есть несколько характерных исключений. Если вы изучите их внимательно, они тоже обретут смысл, поскольку увеличение количе­ства может повлиять на другие важные элементы. Не обнаружил ли кто- то из вас, что добавление примеров ослабило ваше ощущение качества, вместо того чтобы его усилить?

Эл: Когда я увеличил количество примеров, они стали подав­лять, наподобие мультимедийной программы, но затем я замедлил темп и все пришло в норму.

Отлично. Вы смогли внести коррективы, которые сделали ваше со­стояние комфортным.

Сью: У меня было около пяти примеров, и когда я добавила мно­го других, ощущение ослабло.

А почему добавление примеров ослабило его? Сью: Чем больше было примеров, тем тусклей становились цве­та; образы будто бы вылиняли.

Одновременны ли ваши примеры? Видите ли вы их все сразу? Сью: Да, некоторые находятся дальше от меня, а некоторые бли­же, но все они появлялись одновременно. Когда я увеличи­ла количество примеров, все они стали более бледными и приглушенными.

Хорошо. Когда у вас одновременное изображение и вы добавляете образы, они, скорее всего, должны стать меньше. Сью: Да, все так и было.

А когда они становятся меньше, их сложнее увидеть, и это ограни­чивает вашу реакцию. Вы также сказали, что они стали более приглу­шенными, поэтому я предполагаю, что когда они стали меньше, аудиаль- ные ощущения также исчезли. Постарайтесь увеличить изображение. Сью: Тогда я вообще не смогу их увидеть. Они уже с самого на­чала были большими; я могу посмотреть вокруг и увидеть их. (У Сью довольный вид.) И в чем же преимущество? Сью (оживленно): О, я могу запрыгнуть прямо в них, когда захо­чу. Это великолепно! И отчего же вы чувствуете себя великолепно? Сью: Ну, в этом случае мне кажется, что я нахожусь там и могу еще слышать звуки. Ощущение становится более полным. Все верно, способность погрузиться в пример, или ассоциироваться с ним, очень важна, поскольку ассоциация позволяет вам восстановить звуки и чувства этого опыта. Это придает опыту полноту и содержатель­ность, которые недоступны в случае диссоциированного образа.

Теперь я хочу, чтобы вы все попытались сделать кое-что. У некото­рых из вас были образы, в которые вы могли легко погрузиться, а у дру­гих, вероятно, образы были более удаленными и диссоциированными. Я хочу, чтобы те из вас, кто ассоциировался со своими образами, отдели­лись от них и чтобы вы оставались диссоциированными от них какое-то время. И я хочу, чтобы те из вас, кто не сумел естественно ассоцииро­ваться со своими образами, выбрали какой-то один, сделали его доста­точно большим, чтобы можно было в него войти, а затем вытянули его вокруг себя, чтобы вы снова оказались внутри него. Я хочу, чтобы вы все сравнили восприятие диссоциированного образа с нахождением внутри того же образа…[2]

В каком случае вы испытываете более сильное чувство целостности или реальности?

Дейв: Когда я отделяюсь от образа, мне кажется, что я смотрю кинофильм, которой я уже видел, и я знаю, что произойдет дальше. Когда же я внутри него, мне кажется, что я нахо­жусь прямо на месте действия и может произойти все, что угодно.

Это интересное наблюдение, но не совсем то, о чем я спрашивал. Какая из этих ситуаций вызывает у вас. большее чувство целостности и реальности?

Дейв: Та, когда я нахожусь «прямо на месте». Поскольку в этом случае все, как в жизни. Вам не дано знать, что случится дальше.

Верно. Когда вы погружаетесь в образ, вам кажется, что вы снова проживаете случившееся, поэтому, конечно же, возникает ощущение боль­ней реальности. В качестве примера значимости ассоциации с образом мне нравится использовать плакаты, рекламирующие путешествия. Эти красочные изображения тропиков не включают жужжания москитов или ощущения сырости от пропитанной потом рубашки. Если бы вы дей­ствительно могли войти внутрь этого плаката и проникнуться звуками и чувствами, которые сопровождают это изображение, то сумели бы реаль­но ощутить, что значит быть там, и, возможно, предпочли бы провести свой отпуск в каком-то другом месте! Другой пример — фотография на развороте журнала «Плейбой»; вы не слышите плаксивого голоса, кото­рый может принадлежать обладательнице роскошного тела, и не стал­киваетесь с раздражающими привычками или какими-то иными аспекта­ми общения с этой женщиной, которые могут быть не столь привлека­тельными.

Дэн: Мне пришел на ум обратный случай. Иногда я разговариваю по телефону с женщиной, у которой мягкий, приятный голос, и представляю себе, какая она, наверно, красивая, а затем, когда я встречаюсь с ней, она выглядит совсем не так!

Мне кажется, что многим молодым людям следовало бы обращать больше внимания на тон голоса при выборе спутницы жизни. Тон голоса обычно говорит о личности человека намного больше, чем внешний вид, — в совместной жизни они, вероятно, будут больше времени слушать ее, чем смотреть на нее.

Сью: Имеет ли значение, ассоциировались вы с суммарной ре­презентацией или нет?

Нет, насколько мне известно. Если вы ассоциировались с ней, вам может потребоваться чуть больше времени на то, чтобы ощутить ее, но зато в этом случае ощущение будет более полным и содержательным.

Теперь, Сыо, я предлагаю вам немного поэкспериментировать. Мы хотим сохранить вашу способность погружаться в образ, поскольку это очень важно. Но имеется определенное преимущество и у способности видеть одновременно большое количество примеров, так чтобы вы могли видеть все те случаи, когда вы проявляли данное качество в различных ситуациях, совершая различные действия по отношению к разным лю­дям, и т. д. Само количество придает ощущение целостности и уверенно­сти, которое может вызвать у вас восторг. Сью: Да, я понимаю.

Однако когда у вас одновременно большое количество примеров, отдельные образы становятся намного меньше, поэтому сложнее разгля­деть, что они содержат; при этом они также становятся более тусклыми и менее красочными и т. д. Я хочу, чтобы вы подумали, как вы могли бы воспользоваться преимуществами одновременно и большого ряда, и мень­шего количества более крупных, менее красочных картинок.

Разрешите мне предложить вам прием, который используют многие люди, и посмотрим, сработает ли он в вашем случае. Многие пользуются небольшим автоматическим механизмом, который состоит в следующем: когда вы сосредоточиваетесь на каком-то одном примере, образ быстро становится очень большим и красочным, так что вы можете легко погру­зиться в него, ассоциироваться с чувствами и услышать звуки, которые содержатся в этом опыте. Попробуйте проделать это… Сью: У меня это получается. Когда я вижу их все одновременно, то не могу по-настоящему разглядеть, что в каждой кар­тинке. Я просто знаю, что в них. Затем я приближаюсь к одной из картинок, и она увеличивается. Сначала все про­исходило довольно медленно, но теперь скорость возра­стает, и я чувствую, что, если немного попрактикуюсь, все будет происходить столь же быстро, как и то, что я делала раньше.

Обычно когда вы делаете что-то новое, сначала все происходит до­вольно медленно, поскольку действия вам незнакомы. Но если это по­лезное изменение, обычно оно быстро набирает скорость, когда вы по­вторяете это действие несколько раз, а затем становится неосознанным и автоматическим, как то, что вы делали до этого.

Принцип состоит в следующем: нужно взять ту структуру, которая уже присутствует, и задать себе вопрос: «Как я могу внести в нее добав­ления. не изъяв из нее ничего полезного?» Важно, чтобы вы сумели ассо­циироваться с примером. Поэтому вопрос принимает такой вид: «Как нам сохранить этот аспект того, что вы уже делаете, одновременно уве­личив количество примеров?»

Джордж: Я попробовал сделать то, что вы предложили Сью, но у меня ничего не получилось. У меня немного крупных картин, по­этому я могу разглядеть все детали. Я могу понять, в чем преимущество рассматривания большого количества кар­тин, но мне нравится иметь дело с небольшим количеством крупных. И когда я пытался приблизиться поочередно к каж­дой, у меня начиналась какая-то тряска, что было очень неприятно.

То есть вы реагируете на размер и детали. А что если ваши картины будут последовательными, появляясь поочередно, крупными и деталь­ными?

Джордж: Это мне не помогает. Я хочу посвятить больше времени каж­дой картине, чтобы хорошенько ее изучить. Мне кажется, когда я меняю образ слишком часто, именно это и вызыва­ет тряску, поскольку каждый из них пробуждает у меня ка- кое-то иное чувство.

Хорошо. Попробуйте сделать вот как. Пусть у вас будет только одна большая детальная картина, и вы можете изучать ее столько времени, сколько вам нужно. (Джордж улыбается.) И когда вы будете ее внима­тельно исследовать, то сможете также рассмотреть края всех остальных примеров, как бы выглядывающих из-за нее. словно на столе разложена колода карт и вы знаете, что все остальные карты тоже на месте и ожида­ют, когда наступит их черед быть изученными…

Джордж: Да, так намного лучше.

Стэн: У меня имелось некоторое оптимальное количество дета­лей.

А что происходило, когда деталей было слишком много? Стэн: Меня начинали переполнять чувства, и я останавливался, поскольку не мог все это осмыслить. Происходило ли подобное с кем-нибудь еще? Дэн: Я добавил множество деталей, но это не превращалось для меня в проблему. Отлично. Что вы делали для того, чтобы это не превращалось в проблему? Может быть, мы сумеем понять, что вы делаете, и научим этому Стэна.

Дэн: Ну, передо мной были все эти эпизоды, и я не мог работать со всеми ими одновременно. Но если я погружался в один из них, тогда появлялось ощущение, что я нахожусь прямо на месте событий.

То есть ваше внимание переключалось на один из этих примеров или на какой-то аспект внутри одного из них.

Стэн: Пожалуй, это еще один способ устранения некоторых де­талей. Вы сосредоточиваетесь на какой-то части примера.

Правильно. Возможно, вы пытаетесь направить внимание сразу на все детали во всех примерах? Нельзя работать со всеми ими одновремен­но, но если каждый из примеров имеет множество деталей, тогда они вам доступны, когда бы вы ни сосредоточились на них. Стэн: Конечно. Это несложно. Я могу это сделать. Элис: А я как будто смотрю в лупу. Я скольжу взглядом по тем примерам, которые хочу рассмотреть, и каждый, на кото­рый я гляжу в данный момент, становится большим, а его детали — ясными. Вот еще один прекрасный способ выполнения этого упражнения. Важно обладать гибкостью, умением перейти от рассмотрения большого количества примеров к концентрации своего внимания, так чтобы вы могли увидеть все детали на одном из них или часть одного из них.

Большинство этих структур находится преимущественно в зритель­ной системе, что неудивительно, поскольку мы живем в культуре, в кото­рой зрение играет очень важную роль. Зрительная система также весьма полезна при одновременном воспроизведении большого количества ин­формации, поэтому очень хорошо, если вы способны быстро просматри­вать обилие информации. Когда образ превращается в кинофильм, тогда также возможно последовательное воспроизведение информации.

В аудиальной системе вы можете одновременно воспроизвести мно­жество звуков, но, как правило, они сильнее сливаются друг с другом, если только вы не имеете музыкального образования, позволяющего их различать. Одновременное восприятие ограниченного количества ауди- альных сигналов возможно, но большинство зрячих людей не слишком в этом искусны. Большая часть информации в аудиальной системе на­много более последовательна, поэтому требуется значительно больше вре­мени на аудиальное сканирование группы различных ощущений. Кинесте­тические ощущения также в основном последовательны, поэтому вы обычно воспринимаете их одно за другим.

Очень полезный навык — умение перевести ощущение из одной мо­дальности в другую, поскольку тогда можно легко приспособить тот или иной принцип к человеку, который испытывает трудности с визуализа­цией или у которого лучше развита аудиальная либо кинестетическая модальность. Например, вы можете делать то же самое, что и Джордж, в аудиальной или кинестетической модальностях. Большой образ с кра­ями других образов позади него можно воспроизвести в аудиальной мо­дальности в виде солирующего голоса или звука, а тихий фоновый хор голосов будет соответствовать всем остальным примерам. В кинестети­ческой модальности описать происходящее несколько сложнее, посколь­ку у нас нет для этого соответствующего словаря. Но вы также могли бы испытать полноценное чувство реализации своего качества в каком-то одном специфическом контексте, а используя другие части своего тела, испытать менее глубокое ощущение реализации этого качества во мно­жестве других ситуаций.

Молли: Моя последовательная, состоящая из образов база данных была сосредоточена в одном месте. Каждая картина со­хранялась какое-то время, а затем, когда она изменялась, мои чувства перескакивали к следующей. Они превраща­лись в единое целое только после того, как я ускоряла че­редование образов, — тогда они объединялись и я могла воспринимать их все сразу, а не поочередно. Том: Сначала у меня появилось определенное чувство, которое я отчетливо помню. Постепенно мне стало казаться, что по­зади меня находится какая-то картина, но я ее не вижу. Кар­тина и вызывает у меня это очень сильное чувство, но саму ее я не вижу. Я не знаю, последовательная она или одно­временная, но возникающее чувство для меня очень важно.

Отлично. Я призываю вас немного поэкспериментировать с проис­ходящим. Чувство важно, но вы неизменно теряете данные, когда сосре­доточиваетесь на чувствах. Эмоциональные чувства особенно хороши для суммирования множества данных, для сведения их вместе. Но они на­много менее эффективны при воспроизведении специфических деталей. Поскольку картина находится позади вас, вы всегда можете повернуть­ся, посмотреть на нее и выяснить, как вы воспроизводите ее визуально. Или вы могли бы попробовать переместить ее немного вперед, так чтобы ее можно было лучше разглядеть, — возможно, расположив не прямо перед собой, где она стала бы вам мешать, а немного в стороне, где ее будет лучше видно.

Я уже продемонстрировал вам, как экспериментировать с измене­нием других элементов в перечне, поэтому хотел бы подвести некоторые итоги. Примерно у трети людей база данных одновременная, у другой трети последовательная, а у оставшейся трети имеет место комбинация и той и другой. Одновременное расположение образов облегчает воспро­изведение всех тех примеров, которые у вас имеются, и это большой плюс. Последовательное воспроизведение обеспечивает более конкретизирован­ную информацию и детали, а также облегчает погружение в образ и по­лучение еще большей информации, что также является плюсом. И то и другое можно объединить, чтобы использовать преимущества обеих баз данных, как я показал это на примере Сью и Джорджа.

Все мы пользуемся субмодальностями (местоположение, размер, цвет, яркость н т. д.), чтобы «высветить» то, что для нас важно. Обычно воспо­минания, которые отличаются масштабностью, красочностью, близостью и т. д., ощущаются намного сильнее, кажутся более реальными и значи­мыми. Если этот эффект вам незнаком, попробуйте уменьшить интен­сивность своих субмодалыюстей, сделав образы более маленькими, туск­лыми, отдаленными и т. д. Обычно в этом случае вы чувствуете большую неуверенность в отношении того, действительно ли вам присуще это ка­чество, — подобное произошло со Сью, когда ее образы стали меньше и приглушеннее.

Дорис: У меня тот же самый случай. У меня четыре или пять обра­зов высотой примерно в тридцать сантиметров, находящих­ся на расстоянии шести метров чуть вправо от меня. Когда я приближаюсь к ним, то ощущаю большую связь с ними, а когда оказываюсь внутри них, то чувствую дрожь и готова расплакаться. Когда я попробовала рассматривать их с ле­вой стороны, то связь ослабла. Я также попыталась увели­чить высоту картин до метра, и это упрочило мою связь с ними, даже когда они по-прежнему находились в шести метрах от меня.

Сэм: Я начал с последовательных образов, но теперь передо мной одновременный коллаж, как у Сью, хотя я не стре­мился к такому изменению, и это меня удивляет.

Такое бывает часто. Когда мы экспериментируем с изменением этих элементов и обсуждаем преимущества различных конфигураций, ваше подсознание также проявляет внимание, и если оно считает это хорошей идеей, то иногда берет инициативу в свои руки и изменяет то, что вы делаете спонтанно. Это одна из причин, почему я не хотел давать вам слишком много указаний вначале, — чтобы вы могли определить, какие отправные точки у вас уже имеются, не оказавшись под влиянием ска­занного мной.

Мелисса: У меня были «снимки», а у двух других участников моей груп­пы — «кинофильмы». Исходя из ваших слов можно понять, что кинофильмы лучше снимков.

Вообще-то я не хочу, чтобы вы понимали меня таким образом, и не хочу, чтобы вы подходили к моим словам рассудочно. Проверьте все на собственном опыте. Возьмите один из этих снимков и превратите его в кино, а затем снова в снимок, и сравните свое восприятие обоих. В каком случае у вас возникает более сильное ощущение того, что данное каче­ство вам присуще?

Мелисса: Тогда, когда образ движется. Кроме того, картина стано­вится более яркой, когда превращается в кинофильм.

Конечно. В сущности, кино — это длинный ряд снимков, поэтому оно содержит намного больше информации. Мы уже говорили о том, как важна способность погружаться в любой из примеров, чтобы проник­нуться звуками и чувствами, а значит, получить как можно больше ин­формации.

Теперь я хочу, чтобы вы все поэкспериментировали с изменением местоположения базы данных в своем личном пространстве без внесе­ния каких-либо иных изменений, подобно тому, как это делала Дорис. Оставьте базу данных такой, какая она есть, но переместите ее в другое место своего личного пространства. Если она расположена высоко, опус­тите ее, если она справа, передвиньте ее влево, если она рядом, отодвинь­те ее, и т. д., и проследите за своими ощущениями. Молли: Мне это не понравилось. Я сразу же вернула все в прежнее положение.

Местоположение — это особо важная субмодальность, поскольку Она относится ко всем трем основным модальностям. Направляете ли вы свое внимание на образ, звук или осязаемый объект, они всегда где-то появ­ляются. Определение местоположения, или локация, — это также один из способов, каким мы производим интеграцию ощущений, являющуюся основной задачей мозга. Задумайтесь, насколько было бы странно, если бы вы услышали голос, исходящий из какого-то места, в котором нет людей или других источников звука, или увидели рядом с собой челове­ка, но ничего не ощутили, когда протянули руку, чтобы к нему прикос­нуться! Локация — один из основных способов, которым наш мозг объ­единяет в связное целое информацию, поступающую от разных органов чувств.

Общее заключение таково: чем больше информации имеется в ва­шей базе данных, тем прочнее будет ваша я-концепция. Ваша задача — добиться того, чтобы все разнородные элементы, которые поставляют информацию, поддерживали друг друга, придавая прочность я-концеп­ции. Я хочу, чтобы вы, когда через несколько минут снова разобьетесь на тройки, поэкспериментировали с приведенными мной приемами с целыо сделать свою я-концепцию еще более прочной.

Чувствительность к обратной связи

Но прежде я хочу, чтобы вы рассмотрели совершенно иной вопрос: «Ка­ким образом элементы, которые мы только что исследовали, влияют на вашу чувствительность к обратной связи, когда происходит нечто, не согласующееся с этим аспектом вашей я-концепции?»

Чтобы ответить на этот вопрос, вам придется расширить рамки сво­его мышления, чтобы оно включало в качестве ориентира поведения не

только вашу я-концепцию, но и ваше реальное поведение в широком кон­тексте и тот факт, что все мы время от времени оступаемся и допускаем ошибки. Каким бы добрым вы ни были, в некоторых случаях другие люди сочтут вас не добрым. Я хочу, чтобы, когда это произойдет, вы заметили это несоответствие и прореагировали на него.

Когда вы начинаете вести себя в манере, которая вам не соответ­ствует. то можете обрадоваться и решить, что ваше представление о са­мом себе было неточным. Например, вы ценили мужество, но не считали себя мужественным, а затем вы вдруг совершаете поступок, который явно свидетельствует о вашем мужестве.

Может случиться и так, что ваша я-концепция уже гармонирует с вашими ценностями. В этом случае, когда вы начинаете вести себя в манере, которая не соответствует вашим представлениям о себе, вы бу­дете испытывать сильное побуждение изменить свое поведение, чтобы оно снова пришло в гармонию с вашими ценностями.

Мой коллега Роберт Макдоналд привел мне один особенно порази­тельный пример этой ситуации. Одна из непреложных ценностей Робер­та — не причинять вреда беспомощным людям, то есть это качество яв­ляется основной частью его идентичности. На протяжении многих лет Роберт был заядлым курильщиком и, конечно, читал и слышал сообще­ния о том, что никотин вреден для легких и т. д.

Настал момент, когда он решил выяснить, как его легкие реагируют на курение: он закрыл глаза и представил себя крохотным человечком, который совершает прогулку по легким внутри грудной клетки. Когда он спросил их, как они справляются с никотином, они ответили: «Мы беспомощны; нам приходится поглощать все те яды и токсины, которые ты к нам направляешь». Внезапно Роберт представил свои легкие в виде беспомощных малышей и понял, что его курение попирает ключевой ас­пект его ценностей и я-концепцпи. Он так расстроился, что в течение продолжительного времени лил горькие слезы, извиняясь перед своими легкими за причиненный им вред. После этого он никогда больше не курил, причем у него не было абсолютно никаких симптомов отвыкания или каких-то иных проблем с прекращением курения. Вот вам пример того, как можно заметить обратную связь и прореагировать на нее, а так­же того, насколько сильно влияние я-концепции на поведение.

Прежде чем осознать это вопиющее несоответствие между своим поведением и своей я-концепцией, Роберт курил на протяжении многих лет. Когда вы улавливаете обратную связь, показывающую, что ваше по­ведение отличается от вашей я-концепции, это несоответствие решительно подталкивает вас к тому, чтобы вы изменили либо свою я-концепцию, либо свое поведение, чтобы они лучше согласовывались друг с другом. Этот пример поднимает вопрос, который вы должны сейчас обдумать и о котором должны помнить во время оставшейся части этого исследова­ния. Какие элементы я-концепции являются гарантией того, что человек будет чувствителен к обратной связи и быстро заметит подобное несо­ответствие?

Я хочу, чтобы в начале этого процесса вы вернулись к элементам из контрольного перечня, которые мы только что обсудили, и рассмотрели каждый поочередно. Мы установили, что чем больше примеров, тем прочнее становится я-концепция. Как вы считаете, как отразится увеличение ко­личества примеров на вероятности того, что человек будет чувствителен к корректирующей обратной связи?

Бен: Ну, мне кажется, что с увеличением количества примеров вы скорее заметите, соответствует или не соответствует ваше поведение вашей я-концепции, поскольку у вас будет больше внутренней информации для сравнения с тем, что происходит вокруг.

Совершенно верно. Иногда для осмысления этих вопросов разумно использовать крайние случаи. Допустим, я говорю, что считаю вас очень глопным человеком, но вы не имеете понятия о том, что я хочу этим сказать, поскольку не знаете, что такое глопность. У вас нет никакой возможности определить, глопный вы или нет. Затем я привожу вам один пример, который поясняет значение этого слова, но это будет очень уз­кое значение, поскольку вы ничего не знаете обо всех прочих случаях, которые также являются примерами глопности.

Если у вас имеется множество примеров проявления доброты — во множестве разных контекстов, но отношению к людям разного возраста из разной среды и культуры, а также по отношению к самому себе, к жи­вотным или даже к неодушевленным объектам, например к вашему авто­мобилю, — они придают слову «доброта» очень содержательное и де­тальное значение. Все эти примеры можно сравнить с фактическими со­бытиями и посмотреть, согласуются первые со вторыми или нет. Эти примеры обеспечивают базис для подсознательного отслеживания доб­роты, и вы заметите ее вокруг себя, когда она будет проявлена. Если ваше поведение согласуется с вашей я-концепцией, оно становится еще одним примером, который вы можете добавить в свою базу данных. Если оно не согласуется, это предупреждает вас о несоответствии.

Большинству из нас присуща я-концепция, которая находится где- то между этими крайностями. У нас имеется определенное количество примеров, которые можно использовать для сравнения с нашим поведе­нием, но их могло бы быть больше, и нельзя найти примеры для всех возможных случаев. В любой области, где у нас имеется только несколь­ко примеров, заметить, согласуется ли наше поведение с нашей я-кон- цепцией или нет, будет непросто.

Сью: Мне кажется, я могу привести подобный пример. Я никогда не задумывалась о проявлении доброты по отношению к автомобилю. Когда вы упомянули о такой возможности, меня как будто что-то толкнуло, и я поняла, что не слишком хорошо обращаюсь со своим автомобилем. Если я буду доб­ра к вещам, которыми владею, они могут прослужить мне намного дольше!

Да, это очень хороший пример. Я хочу, чтобы вы отметили нечто очень важное: наличие большого количества примеров делает я-концеп­цию более прочной и устойчивой и в то же самое время более чувстви­тельной к обратной связи! Как я уже говорил, мне не передать, насколь­ко я был счастлив, когда обнаружил, что прочность и чувствительность к обратной связи идут рука об руку, поскольку сначала я полагал, что прочная я-концепция будет менее чувствительна к обратной связи, чем слабая. Я так рад, что ошибался и что прочность и чувствительность действи­тельно поддерживают друг друга.

Теперь давайте рассмотрим одновременность и последовательность. В каком случае легче заметить несоответствие между я-концепцией и поведением?

Фред: Ну, если перед вами большой одновременный образ, вы можете просмотреть его достаточно быстро, чтобы опре­делить, что соответствует, а что нет, поэтому я полагаю, что так будет лучше. Мелисса: Но когда примеры последовательны, можно разглядеть в каждом намного больше конкретных деталей и увидеть мел­кие различия. Это позволит провести более тонкие разгра­ничения и заметить более тонкие несоответствия.

Я согласен с каждым из вас. Оба случая обладают очень важными преимуществами, и в этом одна из причин того, почему я рекомендую . сочетать оба. Одновременный образ позволяет вам воспроизвести одно­временно большое количество информации, тогда как при поочередном восприятии примеров у вас появляется возможность заметить намного более мелкие детали.

Теперь рассмотрим случай, когда присутствуют все основные мо­дальности и имеет место единение с образом. Эти два момента очень тесно связаны друг с другом, а также с последовательным воспроизведе­нием примеров. Ранее мы обсудили различие между диссоциированным образом и таким, в который вы можете погрузиться и с которым можете ассоциироваться, так что в результате вам удается воспринять также ауди- альный и кинестетический аспекты этого опыта. Когда вы более чув­ствительны к обратной связи — в случае диссоциированного или ассоци­ированного образа?

Фред: Ассоциированный образ будет содержать информацию во всех трех основных модальностях, — а иногда также запа­хи и вкусовые ощущения, — то есть в этом случае имеется намного больше информации для сравнения с тем, что фак­тически происходит вокруг. Поэтому ассоциированный об­раз обеспечит большую чувствительность к обратной связи.

Верно. Если бы у вас были только диссоциированные образы, вы смогли бы заметить несоответствия в зрительной модальности, но не в других. Если у людей имеются только картинки, показывающие прояв­ления доброты, но нет кинестетических примеров, они, вероятно, не за­метят, не прикоснулись ли они к кому-то грубо и неучтиво, — разве что другой человек вздрогнет или отпрянет. И даже если они заметят, что он вздрогнул или отпрянул, то могут быть всего лишь озадачены этим, по­скольку им будет трудно связать реакцию человека с их прикосновени­ем. То же самое относится к случаю, когда у людей имеются только аудиальные или кинестетические примеры. Если у людей имеется только ре­презентация слов, выражающих доброту, они, скорее всего, не заметят, когда их тон будет грубым и неприятным.

Элис: Я выбрала качество, которое проявляю в очень трудных си­туациях, поэтому я не хотела соединяться с ними, посколь­ку это было бы неприятно. Затем я поняла: тот факт, что я могу демонстрировать это качество даже в таких, очень трудных, ситуациях, — еще одно доказательство того, на­сколько это качество для меня важно; в результате я нача­ла испытывать позитивные чувства в отношении происхо­дящего и большую уверенность в этом качестве, но по- прежнему не хотела ассоциироваться с ним.

В данном случае ваш выбор кажется удачным; кроме того, это хоро­ший пример того, как простое изучение примеров может предоставить очень полезную информацию. Помните, что полезный не всегда означает приятный. Неприятные переживания часто содержат обилие полезной информации.

Я хочу указать на еще один момент. Некоторые из вас говорили о «лучших» примерах проявления качества, и. как я предполагаю, это означало, что данные примеры были особенно убедительными или со­держательными. Хотя эти яркие примеры очень важны и весомы, они обычно встречаются относительно редко. Рядовые, менее яркие приме­ры, — скажем, улыбка, адресованная продавцу в магазине, или взмах ру­кой незнакомому водителю, показывающий, что вы уступаете ему дорогу в потоке автомобилей, — могут оказать намного более сильное влияние на качество вашей жизни, поскольку более ординарные ситуации случа­ются чаще, благодаря чему их воздействие умножается.

Наконец, давайте рассмотрим субмодальности. Одной из основных субмодальностей является ассоциация; она позволяет получить доступ к другим модальностям и поэтому, как мы уже отмечали, особенно валена. Большинство субмодальностей выполняют двойную функцию; они обес­печивают больше информации, а также акцентируют ваше внимание на некоторой части информации, которая уже имеется. Некоторые субмо- далыгости, скажем, тональность звука, обеспечивают дополнительную ин­формацию, без которой вы просто не смогли бы обойтись.

Другие субмодальности, например размер и близость, прежде всего подчеркивают важность или значимость информации, которая уже со­держится в образе. Однако при этом в крупном, находящемся рядом об­разе легче разглядеть детали, поэтому данные субмодалыюстп также обес­печивают больше информации. Многие другие субмодальные элементы, например цвет, объемность или подвижность образов и т. д., обеспечива­ют больше информации, одновременно подчеркивая ее важность. Еще раз подведем итог: чем больше информации содержится в ваших внут­ренних репрезентациях, тем скорее вы заметите несоответствие между вашей я-концепцией и вашим поведением.

Упражнение 4.3 Чувствительность к обратной связи

(втроем, 15 минут)

Теперь я хочу, чтобы вы поработали в своих тройках еще 15 минут, поэкспериментировав с некоторыми из тех вещей, о которых мы говори­ли в связи с контрольным перечнем. Опробуйте различные способы ре­презентации своих примеров, используя уже испытанное ощущение устой­чивости или прочности образа в качестве ориентира, который поможет вам сделать этот аспект своей я-концепции еще более прочным и долго­вечным. Все, что вы делаете, чтобы упрочить его, также сделает его более чувствительным к несоответствиям, которые обеспечивают обратную связь в отношении того, насколько хорошо ваше поведение согласуется с ва­шей я-концепцией. Я снова советую вам начать с безмолвного мысленно­го экспериментирования, а затем можете поделиться своими пережива­ниями и помочь друг другу в выполнении этого упражнения.

***

Есть ли у вас какие-то вопросы или замечания, после того как вам была предоставлена еще одна возможность поэкспериментировать с эти­ми элементами я-концепцпп?

Эл:           Когда я исследовал свои примеры, среди них было несколь­ко случаев, когда я не проявил это качество. Я полагаю, что они должны играть важную роль, и мне интересно, почему вы не упомянули о них.

Эти противоположные примеры очень и очень важны, и позже мы посвятим им немало времени. Пока же я предлагаю их проигнорировать, поскольку, прежде чем заняться исследованием противоположных при­меров. необходимо заложить прочное основание базового понимания. Все эти вещи происходят одновременно, поэтому порядок нашего исследова­ния несколько произволен, но. как я установил, весьма желательно, что­бы вы. прежде чем обсуждать противоположные примеры, получили ис­черпывающее представление о некоторых более простых аспектах я-кон­цепции.

Резюме

Мы изучили то, как вы отбираете примеры и объединяете их в структу­ру, которая обеспечивает базис вашего знания о том, что вы обладае­те каким-то качеством. Мы рассмотрели эффекты ряда очень важных процессуальных переменных: количества примеров, локализации, од­новременности или последовательности, модальностей, ассоциации и субмодальностей.

Кроме того, мы установили, что изменения в этих переменных также влияют на содержание, которое отражено в вашей базе данных. Все эти элементы делают то или иное качество вашей я-концепции более устойчивым и одновременно более восприимчивым к обратной связи. Это первый шаг ксамотрансформации: еще большее упрочение качеств, которые вам нравятся, и придание им большей чувствительности к обратной связи.

Помните, что структуры, которые мы обсудили, — это только очень незначительная выборка из того множества способов, каким человек сводит эти переменные воедино, обеспечивая основу для понимания того, кто он такой. Но теперь у вас имеется общее представление об этих процессах, которое позволит вам исследовать и понять струк­туру качеств любого человека, даже если они сильно отличаются от тех, которые мы обсудили.

Я хотел бы посвятить минуту-другую анализу того, с чего мы начали это исследование некоторое время назад. Когда я в первый раз попро­сил вас обратиться внутрь себя и определить, как вы осмысливаете это качество в вас, вы, вероятно, были немного озадачены, поскольку этот процесс обычно происходит подсознательно и оказывается вне вашего восприятия. Но подобно многим другим аспектам нашей психи­ческой деятельности, он доступен для сознания, если мы не спеша об­ращаемся внутрь себя, задаем правильные вопросы и чутко реагируем на обратную связь.

Теперь перейдем к исследованию времени — важнейшей процессуаль­ной переменной, которая оказывает большое влияние на содержатель­ность и эффективность вашей я-концепции.



[1]Текст, следующий за словами участника тренинга, всегда содержит коммен­тарий автора.

[2] Многоточие указывает на паузу.

Нет комментариев