Read Структура Магии 2.1 Репрезентационные системы

0 800

Другие карты по той же территории

ВВЕДЕНИЕ

В первом томе “Структуры магии” мы присту­пили к тому, чтобы в открытой, доступной для обучения форме представить в распоряжение психотерапевтов маги­ческие умения, которыми обладают выдающиеся предста­вители этого рода занятий. В поэтапном изложении мы представили вам интуиции, касающиеся языка, которыми владеют эти психотерапевтические чародеи. Мы представили их в такой форме, чтобы вы сумели приобрести навыки в использовании имеющихся у них интуиции, повысив уро­вень собственного мастерства.

Во втором томе мы собираемся продолжить описание языковых интуиции наших чародеев и, наряду с этим, опи­сание интуиции и системного поведения этих людей в свя­зи с другими способами, с помощью которых человек мо­жет как репрезентировать свой мир, так и сообщать его другим. Работая с этим томом, рекомендуем вам не упу­скать из виду ряд аспектов, освещенных в “Структуре ма­гии I”.

Люди живут в “реальном мире”. Однако на этот мир мы воздействуем не прямо, скорее, мы действуем в нем, поль­зуясь картами этого мира, направляющими наше поведе­ние в нем. Между этими картами или репрезентативными системами и моделируемой ими территорией неизбежно имеются различия, определяемые тремя универсальными процессами человеческого моделирования, универсалия­ми: Генерализацией, Опущением. Искажением.

Люди обращаются к психотерапевту обычно из-за то­го, что они страдают и неудовлетворены жизнью; наш опыт показывает, что ограничения, испытываемые людь­ми, характеризуют обычно репрезентации мира, а не сам мир.

В ряду репрезентативных систем, находящихся в рас­поряжении человека, человеческий язык представляет со­бой наиболее изученную и наиболее полно понятую репре­зентативную систему. Наиболее эксплицитной и полной моделью естественного языка является трансформацион­ная грамматика. Трансформационная грамматика является, таким обра­зом, определенной метамоделью —репрезентацией структу­ры человеческого языка — который сам представляет со­бой репрезентацию мира опыта.

Системы человеческих языков — это, в свою очередь, репрезентации, производные от более полной модели — суммарного опыта, находящегося в распоряжении того или иного конкретного индивида. Трансформационисты разра­ботали ряд понятий и механизмов, описывающих то, ка­ким образом способ говорения у людей — их Поверхност­ные Структуры (ПС) — выводятся ими, на самом деле, из имеющихся у них полных языковых репрезентаций — Глубинных структур (ГС). В трансформационных Метамоделях эти понятия и механизмы описываются экспли­цитно — они представляют собой конкретизации общих моделирующих процессов: Генерализации, Искажения и Опущения.

Адаптируя понятия и механизмы трансформационной модели языка, как репрезентативной системы для психотерапии, мы разработали формальную модель психотера­пии. Эта формальная мета модель:

(а) Эксплицитна, — т.е. процесс психотерапии описы­вается в ней как последовательность отдельных этапов, так что Метамодель может стать сознательно усвоена, в результате мы имеем эксплицитную стратегию психотера­пии.

(б) Независима от содержания, ибо она имеет дело только с формой процесса, откуда ее универсальная применимость.

Метамодель полагается только на такие интуиции, которыми располагает каждый носитель того или иного языка. Глобальное следствие психотерапевтической модели, Метамодели состоит в допущении о психотерапевтической правильности. Психотерапевтическая правильность — это набор условий, которым должны удовлетворять ПС, при­меняемые пациентом в процессе психотерапии, чтобы быть приемлемыми. С помощью этой грамматики психотерапии мы можем помочь нашим пациентам расширить те части их представлений или репрезентаций, которые обед­няют и ограничивают их. Это ведет к обогащению их жиз­ни, заключающемуся в том, что они начинают видеть больше возможностей выбора, находить больше возможно­стей испытывать радость и богатство переживаний, кото­рые жизнь может им предложить. В соединении с другими умениями, которыми вы, как психотерапевты, владеете, процесс роста и изменения пациента может быть значи­тельно ускорен. Этот язык роста и представляет собой, по сути, главное содержание “Структуры магии”.

КАРТА — ЭТО НЕ ТЕРРИТОРИЯ

Один из важнейших выводов, к которому мы пришли в “Структуре магии I” — это то, что карта неизбежно отли­чается от территории, представленной на ней, и каждая карта непременно отличается от любой другой карты. В действительности, говоря о карте, мы имели в виду ряд карт, возникающих при моделировании нашего опыта по­средством так называемых репрезентативных систем.

ВХОДНЫЕ КАНАЛЫ

Имеется три основных входных канала, через которые мы, поскольку мы люди, получаем информацию об окру­жающем нас мире. Это зрение, слух и кинестетическое чувство (Два остальных сенсорных входных канала — ча­ще: обоняние и вкус, по-видимому, представляют собой редко применяемые способы получения информации о ми­ре). По каждому из этих трех сенсорных входных каналов в нас непрерывным потоком поступает информация, исполь­зуемая нами для организации собственного опыта. В каж­дом из этих входных каналов имеется ряд специализиро­ванных рецепторов, передающих конкретные разновидно­сти информации. Например, внутри глаза физиологи различают хроматические (цветовые) рецепторы-консы находящиеся в центре глаза, и ахроматические (нецвето­вые) рецепторы, — палочки, расположенные в его перифе­рической части. В кинестетическом входном канале также выявлены специализированные рецепторы, воспринимаю­щие давление, температуру, боль и глубинные ощущения (проприоцепторы). Число различий в каждом из входных каналов ограничено числом специализированных рецепто­ров, имеющихся в каждом из этих каналов. Различные сочетания или паттерны стимулирования одного или более из этих специализированных рецепторов f в каждом из имеющихся сенсорных каналов порождают информацию более сложной природы. Например, привыч­ное для каждого из нас ощущение сырости можно разло­жить как ощущение от нескольких кинестетически раз­личных, специализированных рецепторов, размещенных внутри этих рецепторов, основных рецепторов. Кроме того, информация, поступившая по нескольким входным каналам, может перемешиваться, в результате чего возника­ет информация еще более сложной природы. Ощущение фактуры, например, возникает как сочетание визуальных, кинестетических и (в некоторых случаях) аудиальных стимуляций.

Здесь нам важно указать лишь то, что информация, поступившая через один входной канал, может храниться и репрезентироваться в карте или модели, не совпадающей с этим каналом.

Наша способность, представлять визуальную информацию в форме естественного языка, т.е. в виде слов, словосочетаний и предложений нашего языка, представляет собой, очевидно, наиболее распространенный пример этого явления. Не в меньшей мере распространена, наверное, хотя не всегда осознается, способность формировать картины или образы, основываясь на информации, поступающей к нам через аудиальный канал. Я слышу, как шипят и потрескивают поленья, горящие в камине у меня за спиной. Осно­вываясь на этой аудиальной информации, я создаю визуальный образ горящих поленьев. То есть, исходя из аудиального входного сигнала, я создаю визуальный образ. Если, вы, читатель, на мгновение прервете чтение и прислушаетесь, не поднимая глаз к доносящимся с разных сторон звукам, вы обнаружите, что основываясь на воспринятых вами звуках, вы способны построить множество образов. Ниже мы особо остановимся на этой способности издавать репрезентации информации, входящей в один из входных каналов, основываясь на информации, поступающей по другому каналу.

РЕПРЕЗЕНТАЦИОННЫЕ СИСТЕМЫ

У каждого из нас есть несколько различных способов репрезентации собственного взаимодействия с миром. Ни­же описывается несколько конкретных репрезентативных систем, которыми каждый из нас может воспользоваться для репрезентации собственного опыта.

У нас есть пять несомненных чувств, посредством ко­торых мы соприкасаемся с миром — мы видим, мы слы­шим, мы ощущаем, мы обоняем, мы испытываем вкусовые ощущения. В придачу к этим сенсорным системам у нас есть еще языковая система, которую мы также применяем, чтобы репрезентировать собственный опыт. Свой опыт мы можем хранить в репрезентативной системе, которая тес­нее других связана с каналом, по которому этот опыт был воспринят. При желании мы можем закрыть глаза и создать визу­альный образ, где красный квадрат перемещается сначала на зеленое, а затем на голубое поле; мы можем предста­вить себе спираль, серебро на черном фоне, которая мед­ленно вращается против часовой стрелки; наконец мы мо­жем представить себе образ очень хорошо знакомого нам человека. Мы можем закрыть глаза (или не закрывать их) и, упершись руками в стену и, толкая ее изо всех сил, ощу­щая напряжение мышц рук и плеч и воспринимая фактуру пола ногами, вызвать в себе кинестетическую репрезента­цию (телесное чувство). Мы можем также представить себе вызывающее му­рашки в теле ощущение тепла от горящего костра, или ощущение от нескольких одеял, покрывающих наши уста­лые тела, когда мы мягко тонем в перине. Закрыв глаза или не закрывая их, мы можем вызвать аудиальную репре­зентацию (звуковую) — стук дождевых капель о стекло, перекаты далекого грома, скрежет шин об асфальт или рез­кий звук клаксона в разноголосье большого города. Закрыв глаза, мы можем вызвать вкусовую репрезентацию терп­кого аромата лимона, сладость меда или солоноватость плода оливкового дерева. Мы можем закрыть глаза (а мо­жем не закрывать их) и вызвать обонятельную репрезен­тацию ароматной розы, прокисшего молока или дешевого одеколона.

Некоторые из вас могли заметить, как, читая описание предыдущего абзаца, вы действительно видели конкрет­ный цвет или движение, ощущали твердость, теплоту и шероховатость, слышали конкретный звук; ощущали оп­ределенные вкусовые или обонятельные ощущения. Воз­можно, вы испытали все описанные ощущения или некото­рые из них. Некоторые из них отличались большей остро­той и непосредственностью по сравнению с другими. В от­ношении же некоторых из приведенных описаний у вас, возможно, полностью отсутствует соответствующий опыт. Именно эти различия в опыте разных людей мы и описыва­ем. Те из вас, у кого появляется ясная четкая картина какого-либо опыта, обладают богатой, хорошо развитой визуальной системой репрезентации. Те, кому удалось рельефно ощутить вес, температуру или фактуру, облада­ют утонченной, хорошо развитой кинестетической репре­зентативной системой. И так далее по отношению ко всем возможным путям, описанным нами пяти чувствам, кото­рыми мы, будучи людьми, располагаем для репрезентации собственного опыта.

Отметим, что в описании последнего абзаца чего-то не хватает. А именно: каждое из описаний предыдущего абза­ца, относящееся к визуальным, кинестетическим, аудиальным, вкусовым и обонятельным ощущениям, опытам, репрезентировано не средствами соответствующих сенсор­ных систем, а скорее, средствами совершенно другой сис­темы — языковой системы — дискретной репрезентатив­ной системы. С помощью слов, словосочетаний и предло­жений мы описываем переживания, испытываемые нами в различных репрезентативных системах. Для этого мы тщательно выбираем слова — если мы, например, хотим описать что-то в визуальной репрезентативной системе, то выбираем такие слова, как:

черный,… четкий,… спираль,… образ

Если мы хотим описать что-либо в аудиальной систе­ме, мы выбираем такие слова, как:

дребезжащий,… тихий,… визг,… вопль

Данное предложение служит примером того, как мы репрезентируем свой опыт с помощью языка. Наша способ­ность репрезентировать испытываемое нами в каждой из имеющихся у нас в наличии репрезентативных систем с помощью слов, — то есть средствами дискретной системы — служит указанием на одну из наиболее полезных характеристик языковых репрезентативных систем — их уни­версальность. Это значит, что, применяя языковые репре­зентативные системы, мы можем представить опыт, восп­ринимаемый нами через любую из других репрезентативных систем. Язык может применяться вами для создания карты нашего мира. Произнеся предложение:

Он показал мне несколько ярких снимков..

мы создаем языковую карту нашей визуальной карты того или иного опыта, испытанного нами в жизни. Созда­вая языковую репрезентацию, мы можем комбинировать наши репрезентативные системы. Строя предложение:

Она шагнула назад, споткнувшись о пронзительно кричащее животное, корчащееся от боли и едкого дыма, застилавшего густыми клубами солнечный свет…,

мы применяем репрезентацию, предполагающую це­лую серию шаблонов-карт нашего опыта, по крайней мере, по одной для каждой из пяти общепринятых репрезента­тивных систем.

Например;

шагать

назад

корчиться

кричать

застилать

боль

горькийПредполагает        визуальную и кинестетическую карты

Предполагает        визуальную и кинестетическую карты

Предполагает        визуальную и кинестетическую карты

Предполагает        аудиальную карту

Предполагает        визуальную и кинестетическую карты

Предполагает        кинестетическую карту

Предполагает        вкусовую и обонятельную карты

Язык выступает не только как средства для создания пяти карт для репрезентативных систем, он позволяет, к тому ж, создать карту самого себя. Например, предыдущее предложение представляет собой репрезентацию средства­ми языковой системы одного из наиболее характерных свойств как самой этой репрезентативной системы {язы­ка), так, впрочем, и данного предложения. Языковые ре­презентативные системы — это рефлексивные системы, мета-репрезентативные системы, то есть, мы можем по­строить языковую модель самого языка и можем, кроме того, применять его для создания карт других пяти репре­зентативных систем.

Тут вы, наверное, уже заметили, что воссоздавать опыт в одной из репрезентативных систем вам легче, чем в других, в которых ваши переживания не столь яркие. На­пример, вы можете закрыть глаза и увидеть в подробно­стях внешность вашего ближайшего друга, но испытываете затруднения, пытаясь в полной мере испытать запах розы. Или же, возможно, вам легко вспомнить звучание клаксо­на такси, но трудно нарисовать в своем воображении своего ближайшего друга. В определенной степени, каждый из нас обладает способностью создавать карты, а каждой из пяти репрезентативных систем. Тем не менее, одну из этих репрезентативных систем, мы склонны применять в качестве карты чаще, чем другие. Кроме того, в этой же репрезентативной системе у нас больше различий, позво­ляющих кодировать собственный опыт. Это значит, что од­ну или более репрезентативных систем мы ценим больше других 2). Например, те из вас, у кого наиболее часто при­меняемой репрезентативной системой является визуаль­ная, смогут, закрыв глаза, ярко представить себе красный квадрат, который затем становится зеленым и, наконец, голубым. Вы также сумеете вызвать в воображении бога­тый, четкий образ своего друга. Вы думаете, вероятно, что другие читатели этой книги обладают тем же опытом. Это, однако, не всегда так. Различные репрезентативные систе­мы в различной степени ценятся разными людьми. В раз­личной степени они у них развиты, причем это различие часто бывает выражено очень резко. Некоторым людям приходится прилагать значительные усилия в течение длительного времени, чтобы вызвать живое зрительное представление, в то время как другим удается сделать это мгновенно. Такие резкие колебания в способности созда­вать зрительную репрезентацию характерны и для осталь­ных репрезентативных систем.

Таким образом, карта и модель каждого индивида от­личается, по необходимости, как от мира, так и от карт и моделей, создаваемых другими людьми. Более того, у каж­дого человека, наиболее часто применяемая репрезента­тивная система может отличаться от наиболее часто при­меняемой репрезентативной системы другого человека. Основываясь на этом факте, т.е. на том, что наиболее часто применяемая репрезента­тивная система индивида Х отличается от наиболее часто применяемая репрезента­тивная система индивида У — можно предсказать, что каждый из них, столкнувшись с “одним и тем же” опытом действительного мира, будет переживать его чрезвычайно по-разному.

Например, когда какое-либо произведение слушает музыкант, он более полно воспринимает это произведение — он способен обнаружить, репрезентировать и насладиться такими сочетаниями звуков, которые недоступны восприятию человека, у которого ведущей системой репре­зентации является зрительная система, независимо от того, осознается это им или только проявляется в поведении. Художник может ощущать такие оттенки в своем опыте захода солнца, которыми не располагает индивид, у которого наиболее развитой репрезентативной системой ока­зывается кинестетическая репрезентация. Знаток тонких вин заметит такие различия в букете и в аромате отдель­ных вин, которые не заметны для людей, у которых вкусо­вая и обонятельная системы, работающие в сочетании, не являются наиболее развитыми репрезентативными систе­мами.

КАК ОПРЕДЕЛИТЬ НАИБОЛЕЕ ЧАСТО ПРИМЕНЯЕМУЮ РЕПСИСТЕМУ ( ОСНОВНУЮ).

Для того чтобы определить, какая именно репрезента­тивная система является у пациента основной, необходимо всего лишь обратить внимание на предикаты, с помощью которых пациент описывает свой опыт. Описывая свой опыт, пациент обычно выбирает (как правило, неосознан­но) слова, которые наилучшим образом репрезентируют его опыт. Среди этих слов имеется особое множество, кото­рое называется предикатами. Предикаты — это слова, применяемые для описания различных частей опыта того или иного индивида, которые соответствуют процессам и отношениям, присутствующим в его опыте. Предикаты проявляются в виде глаголов, прилагательных и наречий, применяемых в предложениях, с помощью которых паци­ент описывает свой опыт. Например, в следующей фразе (предложении) есть примеры каждой из описываемых, вы­ше перечисленных категорий предикатов:

Она ясно видела пурпурные пижамы…

В этом предложении имеются следующие предикаты:

глагол:                  видела

прилагательное:  пурпурный

наречие:               ясно

УПРАЖНЕНИЯ

Теперь мы предложим вам три упражнения, которые позволят вам:

А.          Развить способность к узнаванию предикатов.

Б.          Определить репрезентативную систему или систе­мы, связанные с каждым из предикатов.

В.          Обратите внимание на предикаты, применяемые не­сколькими конкретными лицами.

УПРАЖНЕНИЕ А

Предикаты

Укажите предикаты, присутствующие в каждом из предложений, приведенных ниже:

Глядя, как она держит плачущего ребенка, он чувство­вал, что ему становится тошно.

глаголы:               глядя, держит, становится

прилагательное:  ползущий чувствовал

наречие:               тошно

Ослепительная женщина проследила взглядом за тем, как серебристый автомобиль мелькнул мимо мерцающей витрины.

глаголы:               следить, мелькнуть

прилагательные: ослепительная, серебристый, мерцающая

Услышав резкий визг шин об асфальт тихой улицы, он громко вскрикнул.

глаголы:              вскрикнул, услышав

прилагательное: тихая

наречие:               громко

Человек коснулся рукой сырого пола отсыревшего здания.

глаголы:              коснуться

прилагательное: сырой, отсыревший

УПРАЖНЕНИЕ B

Идентификация репрезентативных систем по предикатам

После того, как вы установили предикаты в вышепри­веденных предложениях, вернитесь к ним и определите, какая репрезентативная система или системы связаны с каждым из них. Обратите внимание на то, что некоторые предикаты не связаны однозначно с какой-либо из репре­зентативных систем. Например, предикат “легкий” может быть связан либо с кинестетической репрезентативной си­стемой, либо с визуальной, в зависимости от контекста его употребления, а, например, предикат “напрягаться” в та­ком предложении, как:

Тело ее напряглось…

может относиться к визуальной или кинестетической репрезентации, потому что опыт, описанный в данном предложении, можно проверить тактильно или визуально, наблюдая за напряжением мышц на теле. Чтобы сориентироваться в тех случаях, когда вы не уверены, о какой именно репрезентативной системе идет речь в том или ином случае, задайте себе вопрос о том, что бы вы сделали для проверки описания, задаваемого преди­катами в предложении, в котором они присутствуют.

Здесь мы хотели бы сообщить, что наиболее распрост­раненной реакцией на мысль о том, что репрезентативную систему можно установить по применяемым предикатам, на наших семинарах была реакция недоверия. Мы хотели бы, чтобы вы поняли, что лишь очень малая часть общения на естественном языке оказывается на самом деле метафо­рической. Большинство людей, описывая собственный опыт, даже в малозначащем разговоре, обыденном разго­воре, буквальны в своих выражениях.

Высказывания вроде: “Я вижу, что вы говорите” чаще всего употребляется людьми, организующими свой мир средствами визуальных образов. Это люди, у которых основной репрезентативной системой является визуальная система. Они в буквальном смысле превращают то, что слышат в “картины”. Сначала наши студенты не верят в это. Затем они начинают по-новому прислушиваться к то­му, что люди говорят, и поражаются, как много можно, оказывается, узнать таким образом о самих себе и о других людях. Наконец, они осознают ценность этого знания.

Мы надеемся, что вы начнете прислушиваться к самим себе и к другим людям. Чтобы развить эти навыки, предла­гаем вам следующее упражнение.

УПРАЖНЕНИЕ С

Как определить предикаты какого-либо конкретного человека

Выбирайте каждый день какого-либо конкретного че­ловека и обращайте внимание на предикаты, применяемые этим человеком. Говоря конкретно, определите предикаты и репрезентативную систему, с которой они связаны. По­сле того, как вы в течение некоторого времени прислушивались к речи этого человека и установили, какая репре­зентативная система у него основная, обратитесь к нему с прямым вопросом о том, как он в данный момент времени организует свой опыт.

Если основной репрезентативной системой этого чело­века является визуальная система, задайте следующие вопросы:

Вызываете ли вы в своем воображении картины, зрительные образы?

Появляются ли в вашем сознании зрительные обра­зы и представления?

Можете ли вы увидеть то, о чем я говорю?

Если у такого человека ОРС кинестетическая, задайте ему следующие вопросы:

Ощущаете ли вы то, что я говорю?

Чувствуете ли вы то, что я говорю?

К человеку с основная аудиальной репрезентативной системой можно обратиться с вопросами:

Слышите ли вы у себя в голове голоса?

Слышите ли вы то, что я говорю вам, в голове? ”

Попробуйте выполнить эти упражнения. Уверяем вас, что с их помощью вы сможете узнать много интересного о самом себе и о других. Настойчиво рекомендуем вам задавать разные вопросы разным людям, которые помогут поменять вам природу того, как люди организуют свой опыт в этих различных модальностях.

ВЫХОДНЫЕ КАНАЛЫ

Люди не только представляют свой опыт средствами различных репрезентативных систем.

Они, кроме того, строят свое общение, основываясь на своих основных репрезентативных системах. Общение, или коммуникация, осуществляется в различных формах, таких, например, как язык, позы, жесты, различные особенности голоса и т.д. Эти различные формы мы называем выходными кана­лами. К обсуждению этих различных форм мы обратимся дальше в этой же книге.

МЕТА — И ЧТО

ГОВОРИТЕ НА ЯЗЫКЕ КЛИЕНТА

До сих пор мы описывали различные способы, с по­мощью которых люди организуют свой опыт, вырабатывая наиболее часто используемые репрезентативные системы, такие как визуальная, кинестетическая и аудиальная, а также репрезентативная система естественного языка. Эта информация, касающаяся способа, с помощью которого пациенты организуют свои миры, если ее понять, может оказаться полезной для вас в целом ряде отношений.  Во-первых, способность психотерапевта достаточно полно по­нять, каким образом его пациенты испытывают и пред­ставляют себе мир, позволит ему лучше создавать опыт, который можно применять для того, чтобы изменить жизнь.  В главе 6 “Структуры магии I” мы описали ряд спосо­бов, которые должны помочь психотерапевту разобраться в том, какая именно методика лучше всего подходит в том или ином случае. Если, например, пациента преследуют апокалиптические страхи перед каким-либо грядущим со­бытием, по отношению к которому у него нет референтной структуры, могут помочь направленная фантазия или же спонтанная последовательность снов. При этом вы, воз­можно, догадались уже, что в случае визуализирующих пациентов фантазии окажутся более эффективным средст­вом, чем в случае аудиальных пациентов.

А, во-вторых, рассмотрим, каким образом вы, будучи психотерапевтом, могли бы помочь пациенту в инсценизации, т.е. повторном проигрывании прошлого опыта. Если пациент организует свой опыт главным образом с по­мощью визуальных средств (с помощью картины), тогда один из способов дать ему возможность репрезентировать опыт, создаваемый в процессе инсценизации, состоит в том, чтобы позволить ему самому выбрать людей, участво­вавших в его прошлом опыте, в итоге, пациент действи­тельно сможет видеть инсценизацию. Если же пациент организует свой опыт кинестетически (через телесные ощущения), тогда активное участие паци­ента в исполнении ролей людей, участвовавших в его про­шлом опыте, более эффективно поможет ему воссоздать чувства всех участников инсценизации.

В “Структуре магии I” уже говорилось, что один из способов выхолащивания людьми собственного мира — ог­раничение собственных возможностей, устарение выбо­ров, имеющихся в распоряжении, т.е. в опущении некото­рой части их опыта. Когда человек откладывает в сторону целую репрезен­тативную систему, его модель и его опыт уменьшаются в объеме. Идентифицируя репрезентативные системы, при­меняемые пациентом, психотерапевт начинает понимать, какие именно части мира, в состав которых входит сам психотерапевт, доступны его пациенту. Если, например, в модели пациента есть какое-либо ограничение, способное вызвать у него страдание, причем из паттерна взаимодей­ствия с миром, блокирующего изменение пациента, следу­ет, что тот должен уметь репрезентировать свой опыт с помощью визуальной репрезентативной системы, психоте­рапевту понятно, какого рода опыт он должен построить, чтобы помочь пациенту в его изменении. Помогая пациен­ту воссоздать старый или создать новый способ организа­ции собственного опыта с помощью тактильных ощущений или ясного видения или острого слуха, психотерапевт вме­сте с пациентом испытывают мощные воодушевляющие их переживания.

ДОВЕРИЕ

Вторым, вероятно, самым важным результатом пони­мания психотерапевтом репрезентативной системы паци­ента, является доверие. Большинство психотерапевтов придают доверию пациента очень большое значение, одна­ко, мало кто учит, как можно его заслужить, тем более, что непонятно, как это можно объяснить в четкой доступ­ной форме.

Пациент почувствует к вам доверие, когда он уверует, во-первых, в то, что вы понимаете его,

во-вторых, что вы можете помочь ему взять от жизни больше, чем это удава­лось до сих пор. Важно понять, в этом случае, что, каким образом, благодаря какому конкретному процессу у паци­ента формируется эта вера. Ответ на это тесно связан с ответом на вопрос о том, с помощью какой репрезентативной системы пациент орга­низует свой опыт. Пусть мы имеем дело с пациентом, у которого развита кинестетическая репрезентативная сис­тема. Сначала мы выслушаем его описание собственного опыта, затем убедимся, что правильно понимаем сообщае­мое им (его модель мира), и, наконец, будем строить свои вопросы к пациенту, т.е. фактически структурировать свое общение с ним, применяя в них кинестетические предика­ты. Поскольку данный конкретный пациент организует свой опыт кинестетически, поскольку употребляя в обще­нии с ним кинестетические предикаты, мы облегчаем ему понимание наших сообщений и помогаем ему поверить (в данном случае почувствовать), что мы понимаем его. Этот процесс выбора предикатов, направленный на то, чтобы наши пациенты лучше и легче понимали нас, — основа и начало доверия. Пациент, подобный тому, что описан выше, почувствует, что раз психотерапевт понима­ет его, то он может и помочь ему.

УПРАЖНЕНИЕ

Согласование предикатов

Выбирайте себе каждый день какого-либо человека для наблюдения, определяйте, внимательно прислушиваясь к его речи, какая репрезентативная система у него основная. Затем, воспользовавшись таблицей перевода (см. ниже), модифицируйте свои языковые реакции так, чтобы они со­гласовались с его языковыми реакциями. Применяйте реакции, соответствующие его репрезен­тативной системе. Пользуйтесь этой таблицей следующим образом: в крайнем левом столбце содержится значение, которое вы на самом деле хотите сообщить своему пациен­ту. В соседних столбцах даны эквиваленты, представлен­ные средствами трех репрезентативных систем.

Значение: Я (не) понимаю вас

кинестетик: Я (не) чувствую, что то, что вы говорите правильно.

видео: Я (не) вижу, что вы говорите.

аудио: Я (не) слышу вас достаточно отчетливо.

Значение: Я что-то хочу сообщить вам

кинестетик: Я хочу, чтобы вы что-то почувствовали.

видео: Я хочу вам что-то показать / показать картину чего-то.

аудио: Я хочу, чтобы вы внимательно выслушали, что я вам скажу.

Значение: Опишите мне свой опыт в данный момент

кинестетик: Позвольте мне коснуться того, что вы сей­час чувствуете.

видео: Нарисуйте / покажите мне ясно картину того, что вы сейчас говорите.

аудио: Расскажите мне подробнее о том,что вы сейчас говорите.

Значение: Мне нравится, как я сейчас испытываю /что я сейчас испытываю от вас и от себя.

кинестетик: У меня это вызывает хорошие чувства. У меня хорошее ощущение от того, что мы с вами делаем.

видео: Это кажется мне поистине блестящим и ясным,

аудио: Я слышу в этом действительно что-то хорошее.

Значение: Вы понимаете, что я говорю?

кинестетик: Чувствуете ли вы, что то, к чему вы сейчас прикасаетесь, это именно то, что надо?

видео: Видите ли вы то, что я вам показываю?

аудио: Вы хорошо слышите, что я вам говорю?

Осознанно подбирая предикаты так, чтобы они согла­совывались с предикатами человека, с которым вы предпо­лагаете общаться, вы сумеете добиться большей четкости и непосредственности в общении с ним.

После того, как вы усвоите идею репрезентативных си­стем, у вас появится основа, на которой вы сможете струк­турировать опыт общения с пациентами. Это позволит вам помочь им начать действовать в трудных ситуациях по-но­вому, обогатит их жизнь, добиться осуществления жела­ний, способных превратить их жизнь в положительный опыт личностного развития и роста.

МЕТА-ТАКТИКИ

I. Согласовывать и не согласовывать предикаты

Когда вы говорите или задаете своим пациентам вопро­сы, вы не просто обмениваетесь словами. Мы посвятили целый том “Структуры магии I” тому, чтобы научить вас задавать вопросы, вытекающие из форм Поверхностных Структур (ПС), употребляемых пациентами в речи в про­цессе общения. Репрезентативную систему, связанную с предикатами, применяемую в речи пациентов, мы называ­ем Мета-формой. Если вы хотите, чтобы ваш пациент по­нимал вас и доверял вам, вам следует выбирать предикаты, которые согласуются с его предикатами. Стремясь пол­учить от пациента нужную информацию, стройте свои вопросы, ориентируясь на основную систему пациента: это позволит ему отвечать вам легче и ясней. Обращаясь с воп­росом к визуализирующему пациенту, вопросы можно строить таким образом:

Как вы смотрите на эту ситуацию?

В чем вы видите для себя препятствие?

Применяя нашу Метамодель в разговоре с кинестетиком, мы спросим его:

Что вы чувствуете в этой ситуации?

В чем вы видите для себя препятствие?

Переключение с одних предикатов на другие указан­ным образом позволит вашим пациентам сообщить в отве­тах на ваши вопросы значительно больший объем инфор­мации. В прошлые годы в ходе наших семинаров, мы встре­чались с психотерапевтами, которые задавали своим клиентам вопросы, совершенно не подозревая о том, какие именно репрезентативные системы при этом применяются. Как правило, они употребляли предикаты, связанные со своей собственной репрезентативной системой, основной системой. Покажем это на примере:

П (визуал): Мой муж не видит во мне человека, пред­ставляющего для него ценность.

В (кинестетик): Какие чувства вы испытываете по это­му поводу?

П (визуал): Что?

В (кинестетик): Какие чувства вы испытываете из-за того, что ваш муж не чувствует в вас человека?

П (визуал): Это сложный вопрос. Я даже не знаю.

Разговор между ними длился довольно долго, и они никак не могли коснуться сути дела, пока, наконец, психо­терапевт не заявил авторам, выйдя из кабинета:

“Я чувст­вую себя совершенно разбитым. Она сопротивляется всем моим действиям”.

Мы не раз были свидетелями того, как часто час за ча­сом уходили впустую а результате этой ошибочной комму­никации психотерапевтов со своими пациентами. Психо­терапевт, которого мы цитировали выше, старался как мог помочь своей пациентке, пациентка стремилась сотрудни­чать с ним в этом, при этом никто из них не чувствовал, что они пользуются различными репрезентативными сис­темами. Отношения между людьми в подобных случаях становятся обычно сумбурными и утомительными. В ито­ге, когда общаться друг с другом пытаются люди, пользую­щиеся различными наборами предикатов, это заканчива­ется, как правило, навешиванием ярлыков друг на друга.

Кинестетики обычно жалуются на аудиальных и визу­альных собеседников, обвиняя их в бесчувственности. Визуалисты упрекают аудиалистов в том, что те не обращают на них внимания, поскольку во время разговора не смотрят  им в глаза. Аудиалисты жалуются, что кинестетики их не слушают и т.д. В конечном итоге всех недоразумений пред­ставители одной группы расценивают поведение другой группы как намеренно недоброжелательное и патологиче­ское. Вернемся, однако, к фундаментальной посылке, сформулированной нами в “Структуре магии I”:

“Стремясь понять, каким образом люди продолжают причинять себе страдания и неудовлетворенность, важно осознавать, что они не испорчены, не слабоумны и не боль­ны. Фактически, они делают лучший выбор из имеющихся в их картине мира, модели мира. Иначе говоря, поведение людей, каким бы странным оно не казалось, окажется вполне осмысленным, если суметь взглянуть на него в кон­тексте выборов, порожденных их моделями мира”.

Если модель какого-либо индивида построена на зрительных впечатлениях, то его неумение ответить на воп­рос, предполагающий кинестетическую репрезентацию, является отнюдь не формой сопротивления, а скорее, сви­детельством границ его модели. Его неспособность давать ответы на такие вопросы психотерапевт может воспринять как определенное достоинство, ибо она подсказывает ему, какая именно разновидность опыта поможет пациенту раз­двинуть границы собственной модели. Поскольку модель данной непосредственной пациентки основывалась, главным образом, на зрительных впечатлениях, источником ее неудовлетворенности собственным мужем могло быть отсутствие кинестетической и аудиальной репрезента­ции. Так оно в действительности и оказалось, когда авто­ры вместе с психотерапевтом вернулись к пациентке и получили от нее в ходе дальнейшего разговора следую­щую информацию:

Пациентка считала, что муж не видит в ней человека, представляющего для него личность.

В: Откуда вы знаете, что он в вас не видят человека, представляющего для него ценность?

П; Я для него наряжаюсь, а он этого даже не замечает.

(Пациентка предполагает, что у ее мужа, как и у нее са­мой, визуальная модель мира).

В: Откуда вы знаете, что он этого не замечает?

П: Он облапывает меня и совершенно на меня не смот­рит. (Он реагирует кинестетически, а не стоит на доста­точном удаления от нее, чтобы хорошо рассмотреть ее).

Здесь психотерапевт может начать объяснять женщи­не, что ее карта территории — это не сама территория в двух отношениях. Во-первых, он может рассказать ей о том, что ее муж испытывает мир иначе, не так, как она сама, и что ее чтение мыслей (см. “Структуру магии 1”, глава 4) вовсе не передает реальности ее мужа.Возможно, что на самом деле он заметил ее и отреаги­ровал на это согласно собственной модели мира (т.е. кинестетически). Во-вторых, психотерапевт может приступить к разработке у этой женщины кинестетической репрезентации, которая в ряде отношений расширит ее карту мира.

Один из способов добиться этого состоит в том, чтобы осознанно подбирать предикаты, согласующиеся между со­бой, а не употреблять наобум несогласованные предикаты. Психотерапевт может спросить пациентку:

Что вы чувствуете, когда видите, что ваш муж не замечает вас?

Задавая вопрос, психотерапевт допускает возмож­ность, что пациентка не сумеет ответить на него. Если она, действительно, не может этого сделать, психотерапевт мо­жет приступить к развитию у нее кинестетической репре­зентативной системы.

В: Закройте глаза и представьте мысленно мужа. Вы можете видеть его? (Пациентка кивает головой). Хорошо. Теперь вы опишите мне, что вы видите.

П: Сидит он на стуле и не обращает на меня внимания.

В: Представляя себе этот образ, обратите внимание на ощущения в желудке или на напряжение мышц в спине или мышц рук. Что вы чувствуете, глядя на вашего мужа?

П: Я не могу сказать точно.

В: Скажите, как получится.

П: Мне кажется, спина у меня напряжена.

Позанимавшись таким образом, в течение некоторого времени ваши пациенты смогут развить репрезентативные системы, позволяющие им создавать карты. Это неизбеж­но приведет к тому, что они смогут делать новые выборы.

В течение долгого времени сторонники различных под­ходов к психотерапии навязывали другим свои решения, считая их единственно правильными, одни критиковали слу­ховую репрезентацию за то, что она аналитична, заявляя при этом, что необходим тесный контакт, более плотное со­прикосновение с пациентом. Наш опыт показывает нам, что нам нужен весь наш потенциал без всякого изъятия; и кинестетический, и визуальный, и слуховой. Техники и формы различных психотерапевтических подходов содержат в себе богатейшие ресурсы для достижения этой цели. Во многих психотерапиях предлагаются техники, предполагающие бо­лее плотное соприкосновение между людьми. Во многих дру­гих содержатся техники, усвоение которых помогает людям яснее видеть происходящее в их жизни… Есть техники, кото­рые помогают лучше слышать мир.

Предполагаемая разновидность использования техник всех имеющихся в психотерапии подходов может помочь вам получить более надежные результаты с большим чис­лом пациентов.

II. ПЕРЕКЛЮЧЕНИЕ РЕПРЕЗЕНТАЦИОННЫХ СИСТЕМ

Мы уже не раз отмечали в “Структуре магии I”, что, когда к нам приходят люди, страдающие, чувствующие свою стесненность, отсутствие достаточных выборов, мы открываем, что их мир достаточно богат и разнообразен для того, чтобы они могли получить в нем все, что им хо­чется, однако применяемый ими способ репрезентации ми­ра недостаточно богат и разнообразен, чтобы позволить им получить в нем то, чего им хочется. Другими словами, как каждый из нас представляет собственный опыт — будет либо причинять ему страдания и боль, либо позволит уча­ствовать в живом процессе развития и роста. Конкретно, если мы решим (осознанно или нет) представлять опреде­ленные разновидности опыта с помощью той или иной из имеющихся у нас репрезентативных систем, то мы либо будем причинять себе страдания, либо создадим возмож­ность богатого выбора действий. Ниже описываются при­меры этого процесса. Заметьте, что в каждом из описанных случаев мета-тактика переключения с одной репрезента­тивной системы на другую позволяет пациенту преодолеть страдание или устранить препятствие на пути к дальней­шему росту и изменению.

Джордж, молодой человек лет 30 согласился порабо­тать с нами на одном из семинаров.

Его попросили выйти на середину комнаты, сесть на стул и сказать, над чем бы он хотел поработать. Он начал с довольно сумбурного рас­сказа о различных событиях прошедшего дня, а затем, поморщившись от боли, прервал свой рассказ и пожаловался на сильную головную боль, беспокоившую его уже не­сколько часов. Он заявил, что из-за головной боли он ни­как не мог сосредоточиться на рассказе. Психотерапевт ре­шил заняться непосредственно его физической (кинестетической) репрезентацией, применив для этого мета-тактику. Прислушиваясь внимательно к выбору предикатов в речи Джорджа, когда тот излагал свои жало­бы, психотерапевт пришел к выводу, что особо предпочитаемой репре­зентативной системой Джорджа является визуальная сис­тема. Об этом свидетельствовали, например, такие выска­зывания:

Не вижу, каким образом моя головная боль связана с…

Я стараюсь следить, чтобы…

Я выражаюсь не слишком ясно. Если бы мне удалось показать вам…

Затем психотерапевт поставил пустой стул напротив стула, на котором сидел Джордж, и сказал:

П: Джордж, глядите на этот стул перед вами: вы види­те, что он сейчас пуст. Теперь закройте глаза, сфокусиро­вав в своем представлении яркий и четкий образ того пус­того стула, расположенного напротив вас. Теперь, нари­суйте мне картину своей головной боли, применяя как можно более живые и красочные слова. Я хочу, чтобы вы видели в деталях, как ваши мышцы переплетаются между собой, вызывая одна в другой напряжение, причиняющее вам боль. Вы видите все это четко и ясно?

Джордж: Да, я все это вижу. (Джордж описывает с по­мощью визуальных терминов, а психотерапевт помогает ему, задавая вопросы, в которых тоже применяет визуаль­ные предикаты).

П: Теперь, Джордж, дышите глубоко и ритмично (с этими словами психотерапевт приближается к Джорджу и словесно и кинестетически, прикосновениями, помогает выработать глубокое и ритмичное дыхание). Теперь, Джордж, я хочу, чтобы вы ясно видели, как с каждым вы­дохом, сделанным вами, вы выдыхаете из себя всю свою головную боль. Я хочу, чтобы вы видели, как боль, мед­ленно растворяясь и клубясь, выходит из вашей головы через нос и вытекает у вас из ноздрей, с каждым глубоким выдохом, вытесняющим, выталкивающим наружу это об­лако растекающейся, вихрящейся боли, устремляющейся к пустому стулу, расположенному напротив вас. Смотрите на нее, представляете себе четкий образ боли, сгущающей­ся на стуле с каждым выдохом, вытесняющим ее из вас. Кивните мне головой, когда у вас создастся четкий образ облака боли, расположенного на стуле напротив вас.

Джордж кивнул, сообщив терапевту, что он выполнил требуемое от него. После этого психотерапевт помог Джор­джу создать из этого клубящегося облака боли, располо­женного на стуле, образ с лицом и телом. Лицо и тело принадлежали человеку, с которым Джордж имел неокон­ченные и невыясненные дела. После того, как Джордж вы­сказал все, что имел сказать этому человеку, психотера­певт наклонился к нему и спросил его, как он чувствует себя в данный момент. Джордж улыбнулся и с удивлением на лице произнес:

“Я чувствую себя прекрасно, совершенно собранным, а головная боль совсем прошла!”

Описанный выше процесс работы с молодым человеком, страдающим от головной боли, занял всего несколько минут. Описанный процесс представляет собой пример применения, эффективного применения мета-тактики II. (Анализируя его, мы отметили, что, когда люди репрезен­тируют некоторые разновидности своего опыта с помощью кинестетической репрезентативной системы, они могут причинять себе боль). Если в описанной ситуации психотерапевт может определить особо предпочитаемую репрезентативную систему пациента (кроме кинестетической) — он сможет помочь пациенту в переотображении (или перекодировании, или в перерепрезентировании) опыта, причиняющего боль, из кинестетической системы в другую основную ре­презентативную систему. Другими словами, психотерапевт предлагает пациенту переключить опыт с репрезента­тивной системы, причиняющей боль, на другую систему, которая боли не вызывает. Причем этот опыт будет пред­ставлен в такой форме, с которой пациент способен справ­ляться более эффективно. Основываясь на описанном случае и на многих других, подобных ему, можно сделать вывод, что, когда пациент испытывает боль (что равносильно сообщению о том, что он представляет какой-то опыт, пе­реживание кинестетически таким образом, что это вызы­вает у него боль), психотерапевт может справиться с болью:

а) установив, идентифицировав основную (особо предпочитаемую) репре­зентативную систему пациента (кроме кинестетической);

б) создав опыт, в котором пациент отображает свою кинестетическую репрезентацию средствами другой своей ве­дущей репрезентативной системы.

Таким образом:

Отметим, что саму Метамодель можно рассматривать в качестве функции отображения, обеспечивающей пере­нос опыта из любой репрезентативной системы в дискрет­ную репрезентативную систему (словами, словосочетани­ями, предложениями).

Таким образом:

Сьюзен, женщина лет сорока, выразила желание пора­ботать в руководимой нами группе психотерапевтов. Ее попросили выйти на середину и сказать всем, над чем бы она хотела поработать. Она сказала, что ее беспокоят слишком живые образы в ее воображении. Она сказала, что пыталась избавиться от этих образов, но они преследу­ют ее и мешают заниматься другими нужными делами. Обратив особое внимание на предикаты, употребляемые пациенткой в речи, психотерапевт пришел к выводу, что (особо предпочитаемой)основной репрезентативной системой у нее является кинестетическая репрезентативная система. Сьюзен попросили как можно более подробно, живо и красочно описать пре­следующие ее образы. Когда она закончила описание, пси­хотерапевт попросил ее повторить все сначала, потребовав от нее на этот раз, чтобы она представляла каждую из частей своих визуальных образов кинестетически — то есть, чтобы она сама была частью своих зрительных фан­тазий и испытала их непосредственно своим телом. На весь процесс ушло примерно 20 минут, причем в конце инсценизации Сьюзен заявила, что мучившие ее визуальные представления исчезли, и она чувствует огромный прилив энергии и силы. Этот эпизод также свидетельствует о больших возмож­ностях мета-тактики

Этот второй эпизод снова демонстрирует силу использования МЕТА-ТАКТИКИ II. Женщина, у которой основная  ре­презентативной системой является кинестетическая систе­ма, испытывала трудности в своих попытках избавиться от серии зрительных образов. После того, как психотерапевт помог ей отобразить опыт, представленный у нее средства­ми визуальной системы, ее переживание приобрело такую форму, при которой ей легче было справиться с ним, и она смогла превратить его в источник собственной силы. Вывод из этого случая таков, что, когда пациент испытывает трудности по отношению к какому-либо опыту, представленному в репрезентативной системе, отличающейся от осной репрезентативной системы, отличную службу может сослужить отображение этого опыта средствами осной системы. В осной системе индивид располагает наибольшим числом различений, обычно это система, в которой он способен справляться со своим опытом наиболее эффективным способом.

Таким образом:

Репрезентативная система Х  —>  Репрезентативная си­стема У

где У—это основная репрезентативная система (пациента).

III ДОБАВЛЕНИЕ РЕПРЕЗЕНТАЦИОННЫХ СИСТЕМ

Третья мета-тактика, которую может применить терапевт, работающий с репрезентативными системами, состоит в дополнении референтной структуры пациента еще одной репрезентативной системой. При введений совершен­ие новой репрезентативной системы модель мира у пациента резко расширяется, открывая перед ним множе­ство новых возможностей. Рассмотрим изменение опыта у индивида, который прежде организовывал ее целиком в терминах телесных ощущений (кинестетически), когда он вдруг обретает способность репрезентировать свой опыт визуально. Это из­менение в буквальном смысле открывает ему новый взгляд на жизнь, новый способ совершать выборы, касающиеся жизненно важных решений. Мата-тактика III отличается от мета-тактики II в том отношении, что человек сохраня­ет свой опыт, как он представлен в наличной репрезента­тивной системе, добавляя при этом новую репрезентацию того же опыта.

В работе группы подготовки психотерапевтов участво­вала Мэри Лу, женщина примерно 45 лет. Наблюдая за Мэри Лу, когда та рассказывала группе о своих трудно­стях, психотерапевт заметил, что всякий раз, когда она произносила критическое замечание о собственном пове­дении, голос ее (тембр) резко менялся. Она в буквальном смысле начинала говорить не своим голосом. Психотера­певт попросил Мэри Лу повторить несколько критических замечаний о самой себе, когда она делала это, он обратил ее внимание на то, каким голосом она при этом их произ­носила. Когда она закончила произносить критические замеча­ния, критические самооценки, врач наклонился к ней и спросил, чьим голосом она при этом пользовалась. Она сразу же ответила, что это был голос ее отца. Тогда психо­терапевт попросил ее закрыть глаза и услышать тот голос в голове. Она легко справилась с заданием. Затем психоте­рапевт сказал ей, что слушая голос отца, она увидит, как шевелится его рот, увидит движения его губ, сопровожда­ющие звучание слов. Когда она сделала это, он сказал ей, чтобы она увидела остальные черты его лица.

В течение некоторого времени психотерапевт работал с Мэри Лу, пользуясь голосом ее отца, помогая ей создать полную зрительную репрезентацию, согласующуюся с го­лосом, продолжавшем звучать в ее голове. Скоординиро­вав визуальную и аудиальную репрезентации друг с дру­гом, психотерапевт применил этот материал в качестве ос­новы для инсценизации, в котором Мэри Лу исполняла роль самой себя и своего отца. Таким образом, на заверша­ющем этапе в игру включились все три репрезентативные системы — аудиальная, визуальная и кинестетическая.

Техника инсценизации, в основу которой первоначально было положено использование аудиальной репрезентации, а затем уже добавлялись другие репрезентативные систе­мы (визуальная и кинестетическая) — то есть мета-тактика III. Психотерапевт отмечает неожиданные изменения в пациенте, в его поведении. Применяя репрезентативную систему, в которой имело место это изменение или сдвиг в качестве основы, на которой можно начать возводить более (новую репрезентативную систему) референтную структуру (см. “Структуру магии I”, гл.6), психотерапевт отыскивает точку соприкосновения между репрезентативной системой, в которой произошел вышеупомянутый сдвиг, и репрезентатив­ной системой, которую психотерапевт стремится добавить. Так как в рассматриваемом случае начальной репрезентатив­ной системой была аудиальная система (конкретно, это был голос просто другого человека), психотерапевт добился снача­ла от пациентки, чтобы она построила зрительный образ рта, из которого слышался этот голос. Создав связь с некоторой частью новой репрезентативной системы, психотерапевт мо­жет поработать с пациентом над тем, чтобы более полно разра­ботать новую репрезентативную систему. В результате приме­нения этой мета-тактики у пациента происходит резкое уве­личение репрезентации опыта, связанного с трудностями. Эта увеличенная репрезентация дает пациенту более широкую модель мира, из которой следует более богатый набор возмож­ностей, позволяющий пациенту справляться со своими жиз­ненными проблемами. В обобщенном виде мета-тактика III может быть представлена следующим образом:

а) идентифицировать опыт, зафиксированный в репре­зентативной системе X, в связи с которым у пациента воз­никают трудности;

б) отыскать точку соприкосновения между репрезента­тивной системой Х и репрезентативной системой Y, отно­сящуюся к этому опыту;

в) опыт, первоначально представленный в X, разработать полностью средствами новой репрезентативной системы Y;

г) повторить этап б).

В наглядной форме:

РЕЗЮМЕ ЧАСТИ 1

Утверждение Кожибского, что “карта — это не терри­тория”, верно в двух весьма существенных отношениях. Во-первых, все мы, будучи людьми, создаем модели нашего мира и руководствуемся ими в своем поведении. Во-вторых, для представления или репрезентации опыта у нас есть целый ряд карт, различных карт — кинестетическая, визуальная, аудиальная, естественный язык и т.д. Эти карты нашего опыта репрезентируют не только ту ин­формацию, которая поступает по входным каналам орга­нов чувств непосредственно в связанные с ними репрезен­тативные системы. Например, я могу описать картину с помощью естественного языка, а другой человек может ус­лышать мое описание и представить себе его в образах. Обычно, у людей имеется какая-нибудь одна основная ре­презентативная система, причем другими дополнительны­ми репрезентативными системами, которые имеются у нас в распоряжении, мы обычно пренебрегаем.

Как установить (особо предпочитаемую)основную репрезентативную систему того или иного человека? Это можно сделать, прислушива­ясь к тому, какими предикатами естественного языка этот человек пользуется при описании собственного опыта. Когда психотерапевт начинает пользоваться репрезента­тивной системой, которой преимущественно пользуется его пациент, т.е. переключается на его набор предикатов, он успешнее добивается доверия пациента, ибо этот прием сводится к тому, что врач фактически начинает говорить на языке своего пациента (доверие, конечно, не достигает­ся только изменениями в употреблении предикатов, в нем гораздо больше компонентов, но об этом ниже).

После того, как вы в качестве психотерапевта поняли, как пациент организует свой собственный опыт, какой ре­презентативной системой пользуется и какая из репрезен­тативных систем является у этого пациента основной,  вас появляется возможность строить процесс психотерапии бо­лее плодотворно в стратегическом отношении. Вы можете более успешно расширить модель мира пациента, сделав его самого более свободным, а его жизнь — богаче.

ПРИМЕЧАНИЕ К ЧАСТИ 1

1.Мы обсуждаем здесь главные входные каналы. Опыт подсказывает нам, что мы постоянно получаем информа­цию через, по крайней мере, пять общепризнанных кана­лов: зрение, слух, обоняние, осязание и вкус.  Три канала: зрение, слух и осязание, мы выделяем в качестве основ­ных, потому что именно через них поступает информация, доходящая обычно до нашего сознания. Убедительным свидетельством того, что информация поступает в нас и через другие каналы, оказывается активация реакций, су­щественно важных для выживания — например, запах ды­ма поступает в наше сознание почти мгновенно. Так что человек, воспринявший его, начинает поиск источника дыма независимо от того, чем именно он занимался до сих пор. Более того, наше исследование, проведенное нами как в психотерапии, так и в гипнозе, позволило нам устано­вить, что некоторые вкусовые ощущения и запахи способ­ны мгновенно вызывать из памяти связанные с ними пере­живания, относящиеся к самому далекому детству.

Комп­лекс нейронов, по которым передается обонятельная информация, представляет собой единственный комплекс путей из всех пяти чувств, который на пути к коре голо­вного мозга минует таламус. Мы убеждены при этом, что информация воспринима­ется людьми также благодаря другим процессам, и не огра­ничивается пятью общепризнанными чувствами.

2. Под  (особо предпочитаемой) основной репрезентативной системой мы имеем в виду систему, которой индивид обычно пользуется для того, чтобы ввести информацию в свое сознание, т.е. та­кую систему, с помощью которой он обычно репрезентиру­ет мир и свой опыт самому себе. Как будет подробно пока­зано в части II этого тома, у того или иного индивида мо­жет быть несколько наиболее часто употребляемых систем, причем он пользуется ими попеременно. Это обыч­ное явление у людей с инконгруэнтной коммуникацией, для которой характерна игра полярностей. При этом ни одну из имеющихся в распоряжении индивида репрезента­тивных систем нельзя считать лучше других, хотя некото­рые репрезентативные системы могут быть более эффек­тивны для выполнения тех или иных конкретных задач. Общая глобальная стратегия, преследуемая нами в этой книге, заключается в том, чтобы помочь человеку приоб­рести возможность самому выбирать то, как он организует свой опыт.

3. Могут существовать и другие. Кроме того, мы поль­зуемся обонянием и вкусовыми ощущениями, чтобы вы­звать давние, в особенности относящиеся к детским годам, воспоминания, а также в качестве реакций, важных для выживания, когда мы, например, воспринимаем запах от огня.

Нет комментариев