Read Шесть слепых слонов 1.6 Различение объема и категорий: фрейминг или связывание.

0 831

Фрейм или связки

 

Восприятие (диапазон) и представление (категория) взаи­мопроникают и растворяют друг друга, насыщают и обогащают друг друга. Ни одно из них поодиночке не познает реальность в ее полноте. Они нужны нам оба, так же как нам нужны обе ноги, чтобы ходить!

Уилльям Джеймс

Мы достаточно подробно установили значение понятий диа­пазон и категория, а также логических уровней, созданных кате­гориями категорий. Теперь я хочу сопоставить диапазон и категорию, потому что перепутать их легко. В сфере НЛП диапа­зон и категория не различались на протяжении 25 лет, вместо этого использовались неконкретные слова, такие как «размер чанка», «намерение», «мета-цель», «мета-программа», «мета-состояние» и т.д. Все эти слова использовались для обозначения либо диапа­зона, либо категории, либо их обоих, хотя разница между ними значительна. Это смешение диапазона и категории встречается также в работах Грегори Бейтсона, и большинства других авто­ров, которые писали о логических уровнях. Единственное исклю­чение, о котором я знаю, это Сент-Клер и Гриндер (51, стр. 285-301), которые представляют идеи, совпадающие с представ­ленными в данной книге.

Рисунок на следующей странице иллюстрирует разницу между диапазоном и категорией, в качестве примера используется слово «книга». Слово «книга» обозначает категорию объектов, которые можно разделить на более конкретные категории (ро­маны, учебники, книги в мягкой обложке, электронные книги и т.д.) или включить в более общую категорию (информация, зна­ния, объекты, сделанные человеком и т.д.).

Но то же самое слово «книга» можно использовать для обоз­начения конкретного диапазона опыта, который можно разделить на меньшие части («страница», «обложка», «бумага», «чернила» и т.д.) или включить как часть большего диапазона («библиотека», «дом», «город» и т.д.). Любое слово на рисунке, которое описы­вает какой-то аспект диапазона (слева и справа), следует относить к конкретному сенсорно-очевидному опыту, обозначенному этим словом. Фраза «та штука вон там» — это не категория.

Поскольку часто разделить диапазон и категорию в общении между людьми более сложно, тот же рисунок будет представлен на следующей странице, чтобы показать эти принципы относительно утверждения, описывающего событие, а не объект. Снова слова на рисунке, описывающие аспект диапазона (слева и справа) сле­дует понимать как указывающие на сенсорно-очевидный опыт, обозначенный словом. Фраза «та штука вон там» — это не кате­гория.

Основная сложность в разделении диапазона и категории со­стоит в том, что, поскольку слова связаны с категориями, очень сложно использовать слова, чтобы четко определить конкретный сенсорно-очевидный опыт, а не целую категорию.

Чтобы развить свою гибкость и быстроту в способности ме­нять диапазон и категорию, вам может быть очень полезно сознательно практиковаться в их разделении, используя для этого любое событие, опыт или общение. Вы научитесь большему и больше всего получите из случаев, которые находите проблем­ными или вам будет сложно на них реагировать. Возьмите один из таких случаев, а затем:

Измените диапазон, задавая вопросы о частях:

«Меньшей частью него это является?» — задействует большие диапазоны. «Из каких частей это состоит?» за­действует меньшие диапазоны.

Измените категорию, задавая вопросы о примерах:

«Примером чего это является?» задействует более общие категории.

«Каковы примеры этого?» задействует более конкрет­ные категории.

Как диапазон, так и категория являются неотъемлемыми ча­стями нашего понимания, хотя и каждый из них имеет свои огра­ничения. Способность гибко переключаться между диапазоном и категорией, а также способность менять на большие, меньшие или другие диапазоны, или более конкретные, или общие категории является основополагающим навыком, который дает вам доступ к преимуществам и того, и другого, сводя к минимуму ограничения каждого из них.

Когда вы задаете себе или кому-то другому один из вопросов, указанных выше, то вы, скорее всего, получите соответствующий ответ, но важно это отслеживать. Некоторые люди ответят на любой вопрос категорией, в то время как другие ответят скорее диапазоном. Это очень важная информация, указывающая на то, как этот человек обычно получает опыт какого-то события. Если человек всегда относит в категории, изменение категории будет сделать относительно просто, поскольку это то, что человек уже делает. Однако, изменение диапазона будет гораздо более эффек­тивным, поскольку это откроет ему мир сенсорно-очевидного опыта, который не был доступен ему ранее. Точно также, для че­ловека, который обычно меняет диапазон, совершать изменения в нем будет просто, а вот изменения в категории будут гораздо более эффективными.

Результат и мета-результат. Диапазон и категория пре­доставляют полезный способ перепроверить старые представления и методы, чтобы лучше понять то, как они работают. С этим дополнительным знанием мы можем более точно определять, что мы делаем, и лучше предвидеть результаты изменений.

Например, когда человека спрашивают о результате: «Что ты получишь, сделав/имея/узнав это?», его ответ может указывать или на диапазон, или на категорию. Если человек отвечает: «У меня была бы безопасность и самоуважение», эти слова явно обоз­начают общие категории опыта, поскольку значительная часть сенсорно-очевидного опыта может означать безопасность и са­моуважение. Однако, если человек отвечает: «Тогда я смогу ку­пить 1600 ZX с откидным верхом», — это обозначает очень конкретный сенсорно-очевидный диапазон.

Мета-результат (результат результата) также может обоз­начать или диапазон, или категорию. Определенный результат, такой как 1600 ZX с откидным верхом может быть связан в голове у человека с более общей категорией результата, например «чув­ствовать себя особенным» или «произвести впечатление на ее дру­зей», или может быть связан с определенным сенсорно-очевидным диапазоном ощущения ветра в ее волосах, или открытого пано­рамного вида, когда машина едет сверху вниз.

Точно также, мета-результатом такой категории, как «безо­пасность и самоуважение», может быть более общая категория, такая как «покой» или «безмятежность», или он может быть сен­сорно-очевидным, как определенный набор физиологических ки­нестетических ощущений расслабления и спокойствия.

Понимание разницы между диапазоном и категорией позво­ляет нам отследить, как человек получает опыт события, и эта ин­формация может быть очень полезной при выборе того, что делать дальше для изменения его опыта.

Например, когда первоначальный результат проблематичен или недостижим, полезно спросить о мета-результате, который обозначает более общую категорию опыта. Мета-выгода дает больше свободы в выборе разных примеров из этой категории, ко­торые удовлетворят желания человека, когда его первоначальный выбор недоступен или может привести к серьезным проблемам. Например, «я хочу его убить» — это цель, которая может при­вести к очень многим проблемам в реальном мире. Если мы при­знаем желание, а затем спрашиваем: «Что это даст вам?», он/она может ответит: «Тогда я добьюсь возмездия». Это — другая кате­гория событий, которая может вызвать проблемы. Если мы снова спросим: «А что вам даст возмездие?», он/она может ответить: «Тогда я верну себе самоуважение». Гораздо менее вероятно, что «самоуважение» может вызвать проблемы, и ведь существует очень много способов получить самоуважение, что позволяет нам найти многие другие альтернативы убийству или возмездию.

Однако, если клиент дает сенсорно-очевидный ответ, такой как «я бы с удовольствием посмотрел на этого ублюдка мертвым» — это диапазон, а не категория, поэтому здесь не будет полезно расширять его количество выборов. Можно спросить: «А что вам даст то, что вы «с удовольствием посмотрели бы на этого ублюдка мертвым»?», пока он/она на ответит категорией, которую мы смо­жем использовать.

Слово «даст» не очень конкретное, поэтому ответом на «что это вам даст?», вероятно, будет или более общая категория, или сенсорно-очевидный диапазон. Язык, который мы используем часто играет решающую роль в том, насколько успешно нам уда­ется выявить более общую категорию. Выбирая более определен­ные слова, мы можем увеличить вероятность ответа, который мы хотим услышать. Упражнение, представленное ниже, — это один из способов дать вам это почувствовать, сравнивая ваши ответы со словами «нравится» и «важно».

Упражнение «нравится/валено»

(проводится в тройках, 20 минут)

Один человек — ведущий, который задает вопросы и отме­чает ответы, второй — исследователь, который отвечает на во­просы и отслеживает любые изменения в своем внутреннем опыте, а третий — наблюдатель, который в первую очередь на­блюдает за невербальными реакциями исследователя — тоном го­лоса, выражениями лица, жестами и т.д.

Вам потребуется по 5 минут на круг, после этого поменяй­тесь, чтобы узнать на своем опыте, каково быть в каждой пози­ции. После того, как каждый побывал во всех трех ролях, оставшиеся пять минут обсудите, что вы наблюдали и поделитесь опытом. Хотя вы можете сделать это простое упражнение в одиночку, но вы научитесь гораздо большему, если найдете еще двух людей, которые сделают его с вами. Если вы никого не нашли, вы можете сделать это упражнение в одиночку, но вы лишитесь преи­мущества получения обратной связи и наблюдения от других.

1. Выберите приятный опыт. Ведущий спрашивает иссле­дователя: «Выберите опыт, который приятен для вас». Исследо­ватель выбирает (X) и коротко называет опыт («вкусное блюдо»), внутренне отмечая и содержание, и качества внутренних обра­зов/звуков/ощущений (основная информация). …

2. Нравится. Ведущий спрашивает: «Что вам нравится в X?» Исследователь отвечает вербально, отмечая любые изменения в своих внутренних образах, ведущий записывает ответ исследова­теля, а наблюдатель отмечает возникающие невербальные реак­ции исследователя.

Повторите этот шаг три раза: «Что еще вам нравится в X?» …

3.  Важность. Ведущий спрашивает исследователя: «Чем
важен для вас X?» Исследователь отвечает вербально, отмечая
любые изменения в своих внутренних представлениях, в то время
как ведущий записывает вербальный ответ исследователя, а на­
блюдатель
отслеживает невербальные реакции. …

Повторите этот шаг еще три раза: «Что еще важно для вас в X?»

Поменяйтесь, чтобы каждый человек получил опыт каждой роли, прежде чем перейти к шагу 4.

4.  Обсуждение. Какой вопрос выявлял изменение в диапа­
зоне, а какой — в категории? Как изменились внутренние образы
исследователя в ответ на эти вопросы о том, что нравится, а что
важно! Как отличались невербальные реакции на эти вопросы?

(Очень полезным может быть — хотя и неприятным — сде­лать это упражнение с тем опытом, который не доставляет вам удовольствия, чтобы лучше его понять, и открыть для себя новые альтернативы).

Когда мы задаем вопросы, используемые нами слова влияют на то, ответит ли человек с изменением диапазона или категории в его внутреннем опыте. Когда мы спрашиваем: «Чем вам нра­вится результат?», мы обычно получаем больше сенсорно-оче­видной  информации  о  результате  —  расширение  деталей диапазона. Если ответ на вопрос— сенсорно-очевидный резуль­тат, это будет полезно для получения большего количества ин­формации об опыте, но не поможет понять как мы относим его по категориям.

Однако, если мы спросим: «Чем для вас важен результат?», то скорее всего мы получим ответ, который определяет более общую категорию опыта, которая переместит внимание с деталей самого опыта. Это будет очень полезно, когда мы захотим понять, каким образом человек распределяет по категориям, но не помо­жет, если мы хотим узнать больше непосредственно об опыте, свя­занном с результатом.

«Изменение панков». «Укрупнение» и «разукрупнение» очень полезные процессы, которые использовались в сфере НЛП для изменения опыта человека. Однако, иногда они использова­лись для описания диапазона, а иногда — для описания катего­рии, без разделения между ними. Укрупнение всегда представлялось как противоположный процесс разукрупнения, единственная разница между ними — это направление изменения чанков. Однако, Роберт Дилтс, один из наиболее уважаемых авто­ров этой сфере, определяет разукрупнение как изменение диапа­зона^ в то время как укрупнение — изменение в категоризации.

Разукрупнение:

Машина может быть разукрупнена до «шин», «двига­теля», «тормозной системы», «трансмиссии» и т.д. (26, стр. 60).

«Разделение элементов убеждения на меньшие части. …»(26,стр.238).

Укрупнение:

Группировка машин, поездов, лодок и самолетов как «форм транспортировки» (26, стр. 60).

Обобщение элемента убеждения до большего класса (26, стр. 259).

Эти определения представляют укрупнение и разукрупнение как совершенно разные процессы, а не как обратные. Поскольку фраза «изменение чанков» столь двусмысленна, будет полезно не использовать ее, а определить, делаем ли мы изменения в диапа­зоне или категории. По мере развития в любой сфере постепенно делаются усовершенствования, они позволяют углубить понима­ние и сделать методы работы более точными, подходящими и эф­фективными. Фундаментальное различие между диапазоном и категорией является усовершенствованием, которое было необхо­димо уже давно.

Диапазон и категория в психотерапии. В большинстве спо­собов терапии мало понятно то, какие вопросы задавать или что говорить, чтобы помочь людям измениться. Обычным методам, таким как «парафраз», «отражение чувств» или «сопереживание», обучают, не уточняя, как их можно использовать систематически для изменения диапазона или категории. Соответственно, нам нужно было бы изучить длинные транскрипты сессий, чтобы вы­яснить, как большинство терапий изменяют диапазон и катего­рию.

Однако, существует очень систематический подход, разрабо­танный Джеймсом Лоули и Пенни Томпкинс, который называется «Символическое моделирование» (40), использующее «чистый язык», основанный на работе Дэвида Грова. Кроме того, книга, описывающая этот подход, исключительно понятна и точна, и вдо­бавок авторы выпустили нередактированную видеодемонстрацию (53), что бы сделал не каждый терапевт. На видеозаписи пред­ставлено в точности то, что действительно делают во время сес­сии те, кто практикуют этот подход — что часто очень отличается от описания того, как они думают, что они делают. Видеозапись также предоставляет огромное количество невербальной инфор­мации, что является очень важным аспектом коммуникации, часто даже более важным, чем вербальная.

Если описывать очень кратко, в «Символическом моделиро­вании» терапевт начинает с того, что просит клиента рассказать «краткую личную историю и просит определить общий резуль­тат». После этого, процесс «моделирования себя» начинается с «основного вводного вопроса»: «А что бы вы хотели, чтобы про­изошло?» Терапевт внимательно слушает слова в ответе клиента, а также отслеживает его символические или метафорические ас­пекты коммуникации. Затем терапевт задает вопрос, который включает в себя несколько или все слова, использованные клиентом. Такие вопросы также иногда задаются в ответ на невербаль­ные позы, жесты, тем самым они включаются в диапазон опыта клиента.

Вопрос обычно берется из списка девяти «основных раскры­вающих вопросов» (40, стр. 54) и не так часто — из другого спи­ска 21 дополнительных «специальных» вопросов (40, стр. 283), которые задают менее чем в 20% случаев.

В списке девяти «основных раскрывающих вопросов», пред­ставленном ниже, троеточие (…) обозначает место, где терапевт повторяет слова клиента, которые «могут быть одним словом, фразой, или всем, что только что сказал клиент, в зависимости от того, на что вы хотите направить его внимание». Прочтите эти во­просы и определите, что выявляет каждый из них, диапазон или категорию.

И есть ли еще что-то по поводу … (слова клиента)?

И каким … является этот …?

И вот это … похоже на что?

И где…?

И в каком месте …?

И затем происходит что?

И что происходит потом?

И что происходит прямо перед … ?

И почему может происходить … ?

Вопрос 2 задается о явной категоризации опыта клиента на более конкретном логическом уровне, какой-то подкатегории су­ществующей категории. Задавая вопрос 3, мы просим клиента ис­пользовать сравнение, а также побуждаем его применить метафорический ответ, для которого нужна неявная категориза­ция на более общем логическом уровне.

Все остальные вопросы задаются о диапазоне. Для того, чтобы ответить на вопрос 1, нужно использовать больше деталей, а для ответа на вопросы 4 и 5— задействовать пространственный диапазон. Вопросы 6 и 7 распространяют диапазон времени в бу­дущее, а 8 и 9 — в прошлое. Среди вопросов, кажется, есть и лиш­ние; 4 и 5 почти одинаковы, точно так же как и 6 и 7.

Среди 21 дополнительного «специального» вопроса, зада­ваемых менее чем в 20% случаев, два требуют сравнения, что неявно задействует категорию; с помощью одного из вопросов мы узнаем «тот же самый или другой», а с помощью второго выяс­няем отношения между двумя элементами опыта.

И снова все остальные специальные вопросы (19 из 21) про­сят клиента разъяснить какие-то аспекты диапазона. Примерно половина из них задаются о какой-то характеристике простран­ства («где», «расстояние», «направление», «далеко» и т.д.), а шесть других — о мотивации и намерениях («нравится», «притягивает»). Такой акцент на развитие способности осознавать диапазон ана­логичен многим медитативным и духовным подходам, в которых говорится, что глубокое и полное осознание проблемы —- это все, что нужно, чтобы начать изменение и развитие.

Постоянное использование в речи «и» и «как» связывает каждый вопрос и ответ на вопрос с предыдущим опытом клиента. К тому же, повторение предшествующих слов клиента связывает каждый ответ и вопрос точно так же, как каждый новый диапазон добавляется (а не заменяет) к тому, что уже содержится в опыте клиента. Это расширяет и обогащает опыт клиента, связанный с проблемой или целью.

Резюме. Данный психотерапевтический метод основан на том, что клиента просят изменить диапазон опыта многими спо­собами, в том числе иногда его просят категоризировать опыт ме­тафорически. Расширение диапазона всегда задействует больше информации, что может быть полезным в разрешении проблем. Просить клиента изменить категоризацию своего опыта полезно, поскольку это дает ему доступ к другим примерам в новой кате­гории.

Этот процесс продолжается, пока клиент не придет к какому-то разрешению. Терапевт никогда не утверждает, а только задает вопросы из списка. Это называется «чистым языком», поскольку терапевт не вносит нового содержания, а просто задает открытые вопросы о том, что клиент уже сказал. Просить клиента изменить диапазон — это уже бессодержательное воздействие, а просьба распределить по категориям по-другому также бессодержательна, поскольку перераспределение по категориям появляется из опыта клиента.

Однако, защита от содержания, предлагаемого другим чело­веком, — это палка о двух концах, поскольку это «защищает» клиента в том числе от изменения содержание, которое может быть очень полезным и сберечь много времени. Если клиент должен создать новую категоризацию проблемы, в которой он застрял, он, скорее всего, не сможет подумать о полезных категориях, которые могут быть очевидными для терапевта или кого-то другого. «Когда вы внутри коробки, сложно думать снаружи коробки». Входной сигнал снаружи коробки может зачастую значительно ускорить процесс достижения решения.

Например, когда в ходе работы у человека возникает протест против того, чтобы простить кого-то (10), он может говорить в гневе, что тот другой человек не заслуживает прощения. Если с этим протестом не поработать, он не позволит человеку простить и достичь решения проблемы. Я знаю из собственного опыта, что это возражение может быть легко разрешено простым изменением диапазона.

«Вы совершенно правы, что он не заслуживает прощения. Однако, прощение не нужно ему, оно нужно вам— чтобы вы были свободны от чувства обиды, навязчивых мыслей о мести и т.д.» Как Нельсон Мандела сказал после 27 лет, проведенных в тюрьме: «Держать в себе обиду — это пить яд и ждать, что твои враги умрут». Чтобы понять это самому, клиенту могут понадо­биться целые месяцы или годы. Хотя это, конечно, один из при­меров, когда терапевт сам предлагает содержание клиенту, но это именно такой пример, который может помочь ему открыть очень полезные способы разрешения своей проблемы.

Когда человек опечален потерей кого-то близкого, он посто­янно возвращается к воспоминаниям окончания отношений, а не тому бесценному опыту, который больше ему недоступен, тем самым он совершает большую ошибку. Первым шагом в том, чтобы пережить горе (6) является заменить образ конца отноше­ний образом отношений на самом пике. Без этого изменения со­держания, пережить горе невозможно.

Конечно, введение содержания таким образом тоже является палкой о двух концах. Хотя и подходящее изменение содержания может ускорить процесс, неподходящее содержание может от­влечь внимание клиента от решения проблемы и даже усугубить проблему. «Чистый язык» является понятием, которое уже содер­жит в себе оценку, он категоризирует проведение изменений, не использующее содержание, как «чистое», и, соответственно, любое вмешательство с использованием содержания как «гряз­ное». И то, и то может быть полезно, в зависимости от целей и результатов, поэтому, я думаю, не стоит использовать этот оце­ночный термин только для одного или только для другого, по­скольку его лучше применять в зависимости от ситуации. Возможно, «бессодержательная» реакция будет более описатель­ной, чем «чистый» язык».

Несмотря на специфичность данного подхода и особое зна­чение «чистого языка», в нем есть два элемента, которые не кон­тролируются и все же допускают склонение в сторону убеждений терапевта и ориентацию на влияние на клиента. Первый — это выбор того, какие из слов клиента повторить для него. «Одно слово, фраза, или все, что только что сказал клиент, в зависимости от того, куда вы хотите направить его внимание» — это дает много вариантов, как можно повлиять на клиента.

Например, терапевт с традиционным психиатрическим или психо-динамическим подходом, скорее всего, будет выбирать слова или фразы, касающиеся болезни, патологии или проблемы. Его невербальные реакции также будут иметь тот же уклон и вести клиента в сторону исследования прошлых событий и при­чин. Человек с подходом Телесноориентированной терапии, ве­роятнее всего, будет выбирать слова, обозначающие способности в настоящее время, будущие возможности и решения, сопровож­дая их соответствующими невербальными сигналами. Такое влия­ние гораздо вероятнее приведет к исследованию будущих решений.

Второй источник возможного влияния — это выбор того, какой вопрос задать. Снова, обученный психодинамическому под­ходу терапевт, скорее всего, будет задавать вопросы о прошлом, несмотря на то, что большая часть вопросов направлена на буду­щие возможности («могли бы», «были бы»), в то время как чело­век с подходом Телесноориентированной терапии будет склонен больше спрашивать о будущих возможностях.

Отслеживание диапазона и категории. В предыдущих гла­вах я просил вас подумать о неприятных воспоминаниях или про­блемах и отследить только диапазон, а затем только категорию, чтобы вы могли начать применять эти идеи. Однако, любой диапазон моментально разносится по категориям, так же как и любая категория — это набор диапазонов. Диапазон и категория никогда не находятся отдельно друг от друга, а всегда взаимодействуют в потоке нашего опыта. Меняя что-то в одним из них, или в них обоих, человек может получить другой опыт, связанный с про­блемой. Именно поэтому такой терапевтический подход, как «Символическое моделирование» с «чистым языком» действи­тельно работает, и вы можете применять его сами, когда считаете свой опыт ограниченным или неприятным.

К примеру, недавно я сидел в самолете рядом с парой, обще­ние которой для меня было раздражительным. Когда она что-то произносила, он громко перебивал ее, часто говоря что-то совер­шенно противоположное, указывая ей как думать и как поступать в будущих ситуациях, которые они обсуждали. Большинство людей сочло бы его поведение по отношению к ней властным, вы­сокомерным, самодовольным и неуважительным. Я заметил, что думаю о нем, используя стереотип «неотесанного» фермера, ко­торый никогда не слушает других. Ее поведение дополняло его, ее тон голоса был мягким, нерешительным, слегка плаксивым и покорным, и я понял, что в моей голове возник образ типичной скулящей собаки, которую наказали.

Когда я изучил свой опыт, я заметил, что отнес их общение к категории того, что приносит им обоим несчастье, и что это, воз­можно, было темой, проходящей через все их отношения, про­изошло расширение диапазона. Я представил себе, каково быть каждым из них, представил себе, как они себя чувствовали, и все это было неприятным, и я даже начал и сам чувствовать раздра­жение. Я представил себе, что я мог бы сказать, что было бы по­лезно для изменения их способа взаимодействия, но потом я отнес это к категории неполезного, поскольку ничто не говорило о том, что они хотели какого бы то ни было вмешательства незнакомца, и наверняка сочли бы его навязыванием. Я подумал, что муж в особенности не захотел бы воспринять мои слова.

Заметив все это и решив ничего не говорить, я направил свое внимание на то, как я мог бы сделать свой собственный опыт более приятным, появилось другое изменение диапазона. Я не мог не слушать их, но я мог выбрать то, как слушать. Сначала я пере­нес всю ситуацию к категории того, что было бы мне интересно и на чем можно многому научиться, а не того, по поводу чего мне нужно что-то делать. Это изменение в категоризации перенапра­вило мое внимание с того, что я мог бы сделать в будущем на то, что они делали в настоящем, произошло двоякое изменение диа­пазона. Я начал уделять больше внимания более мелким деталям их взаимодействия — точному тону голоса и темпу, который ис­пользовал каждый из них, тому, как он перебивал ее, высказывая свое мнение, и т.д.

Когда я это сделал, я отвел свое внимание с их ощущений и своего чувства раздражения. Чем больше я обращал внимание на тонкие детали их общения, тем интереснее мне было, и тем больше удовольствия я получал от своих маленьких открытий. Я учился оттачивать свою способность замечать едва уловимые из­менения в тоне голоса, темпе и т.д., и тому, как все эти характе­ристики открывают мне опыт этих двух людей.

Первый шаг к тому, чтобы научиться делать это напрямую, — отследить то, что вы уже делаете в проблемной ситуации, за­мечая диапазоны и категории в вашем мышлении. Следующее — поэкспериментировать с изменением некоторых диапазонов и ка­тегорий, чтобы улучшить ваш опыт. Следующее упражнение может стать вводной частью для того, чтобы научиться это делать.

Упражнение «Сценарий диапазона и категории»

1. Проблема. Подумайте о воспоминании, которое все еще беспокоит вас, когда вы о нем думаете. …

2. Пересмотрите фильм об этом воспоминании со звуками и ощущениями, с самого начала и до конца. …

3. Напишите сценарий. Теперь представьте, что ваш друг собирается снять фильм о вашем опыте, и вам необходимо напи­сать для него сценарий, чтобы фильм вашего друга был точной репрезентацией вашего опыта. Вам нужно бегло набросать пред­ложение, одно или два, для каждого диапазона и для каждой ка­тегории вашего опыта, связанного с этим событием. …

4. Пересмотрите сценарий. Сейчас вернитесь назад по сце­нарию и уточните диапазон каждой его части как в пространстве, так и во времени, то, к каким категориям вы их относите, и какие прототипы используете для каждой категории. Какие диапазоны маленькие, а какие большие? Какие представляют из себя мгно­венные вспышки, а какие длятся дольше или кажутся бесконе­чными или неизменными. Какие категории более конкретные, а какие — более общие? Какие уместны и полезны, а какие про­блематичны? Возвращаетесь ли вы к определенным диапазонам и категориям снова и снова, к прошлым или будущим событиям в вашей жизни? Какова последовательность диапазонов и катего­рий в этой проблемной ситуации? …

5. Изменение сценария. Сейчас попробуйте сделать измене­ния в своем сценарии, чтобы улучшить его. Не меняя внешнюю ситуацию, поэкспериментируйте с изменением диапазонов и ка­тегорий, на которые вы обращаете внимание в данном событии. Когда вам будут более полезны меньшие, большие или вообще другие диапазоны? Как вы можете изменить категорию или про­тотип, который вы используете для ее представления, чтобы улуч­шить их? Продолжайте менять до тех пор, пока не найдете ресурсную и удовлетворяющую вас последовательность….

6. Повторение в будущем. Сейчас подумайте о подобной си­туации, с которой вы можете столкнуться в будущем, и прогоните ваш новый сценарий диапазонов и категорий, чтобы понять, на­сколько вы им удовлетворены. Если вы хотите изменить его еще, вернитесь к пятому пункту и пройдите все сначала. Если вы хо­рошо повторите его в разных контекстах несколько раз, это ста­нет новой автоматической реакцией в обычной жизни, когда такая ситуация случится снова. …

Мышление и язык. В течение долгого времени продолжались обширные дебаты о том, возможно ли мышление без языка. Есте­ственно, любой ответ на этот вопрос полностью зависит от чет­кого и детального определения как слова «мышление», так и слова «язык». Мышление, как я его описываю, -—это личный опыт по­следовательности диапазонов в одном или более из пяти чувств восприятия, это то, как этот опыт распределен по категориям и какие прототипы использованы для представления каждой кате­гории — использованы ли они при общении с кем-то или нет. Ис­ходя из этого описания, вы, конечно, можете думать, не используя язык. Язык является, безусловно, дополнительным навыком, ко­торый помогает нам организовывать и направлять свое мышление, но цель языка — сообщать о нашем мышлении кому-то еще. Когда мы общаемся с другими людьми, это также организует и на­правляет и их мышление — иногда так, что это полезно, а иногда нет.

Поскольку изначальная цель языка — сообщать опыт одного человека другому человеку, то либо язык и мышление возникли одновременно, либо мышление возникло первым. Маловероятно, что средство сообщения опыта предшествовало способности по­лучать опыт сообщения!

Поскольку маленькие дети и животные без знания языка могут категоризировать и организовывать свой опыт по большей части точно так же, как и мы, то мышление, наверняка, предше­ствовало языку. Различные научные доказательства из археоло­гии, анализы ДНК и лингвистика указывают на то, что, возможно, наши предки развили начальные навыки языка всего около 70 000 лет назад.

Первые навыки языкового общения, наверняка, были двус­мысленными, неопределенными и запутанными, что еще раз до­казывает то, что язык вторичен. Мы часто вынуждены задавать вопросы, чтобы прояснить то, что говорит другой человек, по­скольку это непонятно. Это в частности верно, когда мы часто ис­пользуем местоимения «он» или «оно», или такие неопределенные слова, как «там», «много» или «часто» и т.д. не­которые предложения или фразы могут обозначать два совер­шенно разных диапазона, как например в следующих удивительных заголовках газет:

«Шахтеры отказываются работать после смерти»;

«Бюрократизм подпирает новый мост»;

«Закуски питательны благодаря детям».

Речь часто очень двусмысленна, но не наше мышление. Даже когда мы не уверены в своем опыте, мы уверены в том, что не уве­рены. Поскольку владение речью — относительно недавнее до­стижение, неудивительно, что нам еще многое предстоит узнать о том, как использовать свои недавно приобретенные навыки.

Хотя и речь сильно помогает в процессе распределения по ка­тегориям, это более поздний навык, но необязательно по отноше­нию к большей части мышления. Речь могут помнить другие люди, что является громадным преимуществом в создании знания, которое будет длиться больше чем жизнь. Письменный язык был изобретен всего около 10 000 лет назад, позволяя знанию (как точному, так и неточному!) накапливаться гораздо быстрее и рас­пределяться шире в пространстве и времени. Это также позволяет уже умершим людям передавать то, что они узнали, живым людям, перенаправляя их внимание на диапазоны и категории, ко­торые они могли иначе не заметить.

Резюме. Диапазон — это сенсорно-очевидный опыт, который может быть или разделен на меньшие части, или быть увеличен, включаясь в гораздо большее целое. Ключевой проверкой явля­ется: «Мы говорим о части сенсорно-очевидного опыта?»

Категория — это восприятие события как пример группы предметов. Эта категория может быть подразделена на более кон­кретные категории или может быть примером, включенным в более общую категорию. Ключевой проверкой является: «Мы го­ворим о событии как о примере категории?»

Вопрос «что тебе нравится в… ?» обычно выявляет даль­нейшую структуру опыта человека, а вопрос «что для тебя важно в… ?» обычно выявляет, как он распределяет по категориям.

Слова «изменение чанков», «разукрупнение» и «укрупнение» двусмысленны, поскольку они использовались годами, чтобы опи­сать или изменение диапазона, или изменение категории, не раз­деляя их. «Разукрупнение» использовалось либо для процесса перемещения в меньший диапазон опыта, либо в более конкрет­ную категорию. «Укрупнение» использовалось либо для процесса перемещения в более широкий диапазон опыта, либо в более общую категорию.

«Символическое моделирование» при помощи «чистого языка» предоставляет интересный пример систематического те­рапевтического метода, который использует вопросы для измене­ния диапазона и категоризации проблемы или цели, чтобы достичь их разрешения. Большая часть этих вопросов выявляет структуру диапазона и выявляют категории.

Понимание того, как вы отслеживаете диапазоны и категории в своем мышлении, позволяет изменить их, чтобы улучшить ваш опыт, когда он ограничен, проблематичен или неприятен.

Если мы опишем мышление как поток внимания, направленный на разные диапазоны, разделение их на категории и исполь­зование прототипов, чтобы представить их, тогда процесс мыш­ления не требует владения языком. Язык сообщает наше мышление другим людям; когда это работает хорошо, оно затра­гивает несколько схожий опыт и в слушателе.

Есть несколько дополнительных факторов, которые затруд­няют различие между диапазоном и категорией. Изменение диа­пазона всегда меняет категорию, а категория всегда влияет на диапазон. В следующей главе мы исследуем то, как изменение в диапазоне часто (а не всегда) выявляет изменение в категории. Затем, в главе 8 мы исследуем как категория всегда влияет на диа­пазон.

Настоящая радость в жизни быть нужным для цели, ко­торую ты считаешь великой… быть силой природы, а не лихо­радочным эгоистичным комком нездоровья и обид, жалующимся на то, что мир не заслуживает того, чтобы делать тебя счаст­ливым.

Джордж Бернард Шоу

Нет комментариев