Новости Сущностная Трансформация. История.

 

Как создавался подход
Благодарности и История
От Конниры Андреас

Это был недельной длительности визит к Милтону Эриксону в 1979 году, когда, вероятнее всего, и начался мой путь к открытию процесса Сущностной Трансформации. В течение последнего года своей жизни доктор Эриксон взял за правило принимать в качестве посетителей исключительно профессионалов, работающих в сфере душевного здоровья. Как мы тогда думали, по причине того, что он хотел посвятить оставшуюся часть жизни, помогая следующему поколению консультантов и терапевтов. Одна небольшая группа должна была собраться на неделю, проводя каждое утро в маленьком кругу, в домашнем офисе доктора Эриксона, слушая его рассказы о своих клиентах. Моя приятельница терапевт записалась сама и пригласила меня присоединиться к маленькой группе знакомых и коллег в Фениксе, штат Аризона.

Когда я туда ехала, у меня в то время была очень трудная личная проблема. Моя подруга посоветовала мне попросить у доктора Эриксона личной терапевтической сессии, так как он помог ей с похожей задачей в прошлом году. Я чувствовала себя более чем немного боящейся «знаменитого доктора Эриксона», но в первый день, как мы там оказались, когда я поприветствовала его и представилась, я набралась смелости и спросила, может ли он поработать со мной лично. Он ответил «Да», улыбаясь и кивая головой, но когда он отвернулся без всякого продолжения, далее не было никаких пояснений по поводу того, каким образом назначить встречу. Я была озадачена.

Все расселись по своим местам, и доктор Эриксон был определенно «в курсе», так что я не задавала больше вопросов, но ожидала, что он даст мне знать, когда состоится частная сессия. В течение утренней групповой сессии, в какой-то момент Эриксон, как бы между прочим, упомянул с улыбкой, что срок его лицензии истек, так что он ни с кем не может работать в частном порядке.

После этого я окончательно запуталась! Действительно ли он собирался работать со мной тогда? Может быть, он имел ввиду, что он использует меня в качестве объекта для демонстрации в нашей маленькой группе… Эта мысль малость меня взбодрила, так что каждый раз когда он демонстрировал технику наведения транса с кем-нибудь, я делала все, чтобы выглядеть, как отзывчивый клиент. Я заметила, что он часто демонстрировал на человеке, сидящем рядом с ним в кругу. Так что на следующий день я удостоверилась, что села на то место. Но он не работал со мной. На следующий день, когда я села чуть подальше, он, наконец-то, использовал меня в качестве объекта для демонстрации, но не более того. Я была разочарована еще раз. День за днем я обнадеживала себя и каждый день разочаровывалась. В итоге, в последний день, я сдалась. Я отказала самой себе в получении чего-либо лично для себя, так что я думала – теперь я могу просто учиться насколько могу тому, что он делает с другими, в течение последней сессии. Вместо того, чтобы погружаться в транс, я оставалась внимательной к происходившему и наблюдала за аналоговым маркированием и так далее, всем что он делал с сидящими вокруг. В связи с тем, что я еще и знала многих из этих людей, это имело больший смысл.

Этим же утром, через час или около того, как я заняла свое место, внезапно я стала совсем другим человеком – это единственный способ, который я знаю, чтобы описать то, что произошло. В течение нескольких секунд я чувствовала себя так, как не чувствовала себя никогда прежде. Я до сих пор не знаю, как описать это словами, но заново и заново обращаюсь к этому. Вдобавок к этому я испытывала что-то вроде безмолвного внутреннего «знания», что что бы ни происходило вокруг, со мной все будет в порядке – что бы ни было, со всем все будет прекрасно. Я никогда до этого не ощущала себя так, настолько завершенно и целостно. Я допускала, что человек в фиолетовом костюме, сидящий на другой стороне круга, имел какое-то отношение к этому, но у меня не было ни одной идеи по поводу того, каким-образом это могло быть.

В этот момент Эриксон посмотрел прямо на меня и произнес своим медленным, ритмичным голосом: «И твой бессознательный разум только что принял важно решение» (Можно ясно предположить, что он не только имел к этому отношение, но и точно знал, когда это произошло) «…и ты не знаешь что это», продолжил он. Это в точности то, что я думала в данный момент. Я вспомнила о важном контексте в моей жизни, по поводу которого я была в сильном замешательстве, и поняла, что я еще не знаю точно, что буду делать и как я разрешу эту свою ситуацию. Но каким-то образом я знала, что все будет прекрасно.

В голове промелькнула мысль: «Я не уверена, что у меня было бы теперь с чем работать вместе с ним – наверное мне сейчас уже не нужна личная сессия терапии». И прямо в этот момент Эриксон произнес: «И есть ли у тебя еще необходимость поработать со мной в порядке личной сессии?» Я ответила: «Нет, я не думаю». Я была очень озадачена. Я не понимала, что произошло, и не имела ни одной идеи о том, что я буду делать по поводу собственной жизненной ситуации. Я как будто бы имела знание, что она уже была разрешена.

В течение следующих нескольких недель это ощущение удовлетворенности, счастья и ясности присутствовало со мной постоянно и мощно. Все, что было необходимо, мало по малу пришло ко мне в течение следующих нескольких дней, без какого-либо участия сознания или планирования. Мой опыт был похож на всплывание пузырьков из газировки без малейшего моего усилия. Я проводила в жизнь свой новый план, который был самым конгруэнтным из тех, что когда-либо у меня были до этого. Несмотря на то, что были некоторые трудности, я чувствовала, что могу действовать из состояния любви и уважения, и без малейшей привязанности к результату.

Этот опыт предоставил мне ясное понимание и знание того, что быстрые и очень глубокие изменения возможны, и возможны, в том числе, со мной. До этого, я занималась и обучала НЛП. Я любила эту деятельность, по причине наличия очевидных результатов, которые оно приносило другим людям, но что меня расстраивало, так это то, что казалось, часто оно не срабатывает в отношении лично меня. На моих глазах менялись люди, заявляли о достижении желаемых изменений в своей жизни, за редким исключением, казалось, что это не работает как раз, когда я проходила через процесс.

Мой опыт с Эриксоном всегда оставался со мной, как «загадка», которую необходимо разрешить. Много раз в течение следующих лет я размышляла над вопросом: «Каким образом он вызвал такое сильное и глубокое изменение во мне?». То состояние, которое я испытывала в течение нескольких недель «удержалось» не полностью и я хотела найти способ вернуться вновь к этому опыту удовлетворенности и завершенности, который я тогда так сильно переживала. Вдобавок к этому, я думала, если бы нашелся такой многоцелевой метод для того, чтобы обретать такой вид опыта, то многие люди получили бы от этого большую пользу.

Я не думаю, что нашла ответ на вопрос о том, что Эриксон сделал со мной – аудиозаписи сессии оказались испорчены, так что их нельзя было восстановить, и я не имела ни малейшего понятия, по какой причине. Когда я начинала моделировать мой опыт «до» и «после» с помощью выявления субмодальных различий, мне не казалось, что это описание охватывает полную глубину того, что произошло. Однако этот опыт сделал меня настойчивой в поиске более глубоких методов изменений, чем те, которые существовали на тот момент в НЛП.

ЭЛЕМЕНТЫ ИЗ НЛП
Основные элементы, ведущие к процессу Сущностной Трансформации, пришли из НЛП (Нейро-Лингвистическое Программирование). Из них базовой является модель частей личности, и еще одна составляющая – это лингвистические модели: пресуппозиции и речевые паттерны.

МОДЕЛЬ ЧАСТЕЙ
Практически постоянно я имела дело с техниками из раздела «части личности»: шестишаговым рефреймингом и интеграцией частей личности. (Я знаю, что за создание шестишагового рефрейминга мы признательны Джону Гриндеру. Он говорит, что его бессознательное как-то предоставило эту технику ему, когда он оказался в чрезвычайно болезненном состоянии, чтобы вести тренинг, и он попросил свое бессознательное провести тренинг за него. Вирджиния Сатир заслуживает признания за главную идею, стоящую за шестишаговым рефреймингом – определение позитивного намерения – она делала это в процессе работы с семьей, как с системой, а также в знаменитой «Вечеринке Частей Личности» для определения и интеграции значимых частей личности в человеке. Джон и Ричард развили ее форматы работы с частями личности, в процессе изучения ее работы, и работ Перлса и Эриксона. Мы также предполагаем, что Ричард и Джон создали метод Визуального Сдавливания (явный метод интеграции полярных частей личности с помощью рук), по той причине, что этот метод описан во втором томе Структуры Магии и также появлялся в ранних аудиозаписях их семинаров, которые они предоставляли Стиву для использования, при создании книги «Из лягушек в принцы»).

Лично для меня, метод частей личности работал гораздо лучше, чем методы, основанные на якорении. С самого начала, когда я только начала работать с частями личности, я интуитивно выходила на более «высокие» уровни позитивного намерения, по сравнению с тем, как меня учили делать. Я просто чувствовала, что это хорошая идея, и часто проделывала это с клиентами, когда изучала Визуальное Сдавливание, как способ Интеграции Частей Личности. Однажды я помню, когда Роберт Дилтс приехал в Колорадо и демонстрировал метод Визуального Сдавливания. (Это метод, в котором вы работаете с двумя конфликтующими частями личности, образы которых помещены в разные руки, выясняете их позитивные намерения, создаете у частей признание и уважение к друг другу и к позитивным намерениям обоих, и затем сводите руки вместе для интеграции). Роберт выяснил позитивные намерения каждой из частей, и затем начал переговоры по их интеграции. Это заняло большое количество времени, потому что обе конфликтующие стороны имели большие возражения против друг друга. Я не помню точно содержание, но это было что-то вроде того, что одна часть хотела работать упорнее для того, чтобы «быть успешным», в то время как другая часть хотела относиться к этому легко и «расслабляться и получать удовольствие просто так». Часть, которая хотела получать удовольствие от жизни, совершенно не волновалась по поводу успешности, и не хотела иметь ничего общего с другой частью, и наоборот. Роберт проделал замечательную работу по рефреймингу обеих сторон, так что в конечном итоге обе части захотели проделать интеграцию. Все были чрезвычайно впечатлены уровнем переговорных навыков и решением, которое удалось достичь в трудной ситуации, и научились многому. Позже Стив дал мне комментарий по поводу процесса, я помню, так: «Да, это сработало замечательно, но, ты знаешь, я почти уверен, что ему не понадобилось бы делать всю эту переговорную работу, если бы он провел эти части на один или два уровня выше, найдя мета-результат. Это бы просто испарило любые возражения без всяких на то усилий». Мне было ясно, что этот способ точно сработал бы так, потому что я проделывала его много раз с различными людьми. Это был тот момент, когда я поняла, что делала и обучала Методу Частей Личности совершенно по другому, чем этому обучали в НЛП в целом.

Я говорю об этом в контексте моего высокого уважения к Роберту Дилтсу, как личности и тренеру. Он являлся одним из моих первых учителей в НЛП – и мы были первыми из его организаторов. Мы нанимали его для проведения тренингов в нашем подвале в ранние дни НЛП (1978), и я научилась многому от него. Он также очевидно сделал огромный вклад в области НЛП и продолжает свое дело. Все это имеет лишь отношение к одной Японской поговорке: «Ни один из нас не является настолько же умным, как все мы». У каждого из нас есть что добавить.

ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ ПАТТЕРНЫ

Еще один из элементов, который привел меня к процессу Сущностной Трансформации, это речевые паттерны. Мне всегда доставляло удовольствие работать с ними и учить лингвистическим паттернам, особенно тому, что называется «Мета-Моделью III» и способом изменять через простое общение. (Для тех, кто незнаком, Мета-Модель III это скорее тренинговый формат, чем процедуры изменения. Очень кратко. Вы думаете о чем-то, пришедшем в голову, что вы хотите сказать при взаимодействии. Вместо того, чтобы сказать, вы записываете это и затем записываете все пресуппозиции, которые встречаются в предложении, это изменит опыт клиента в направлении того, о чем вы думаете. Затем вы переписываете свое начальное предложение с лучшими пресуппозициями и так далее. Как только вы достаточно «отполировали» свое сообщение, вы произносите его клиенту и затем клиент реагирует одним предложением. Вы его также записываете, выписывая все пресуппозиции, которые в нем встречаются. Таким образом, замедление всего этого процесса позволяет стать чрезвычайно целенаправленным в коммуникации и собирать больший урожай с меньшего количества произнесенных слов.) Как мы думаем, Мета-Модель III в качестве тренингового формата пришла из работы Ричарда Бэндлера со своими клиентами. Повторюсь, что в этом тренинговом формате, вы не используете какой-то особенный процесс, вы просто уделяете внимание пресуппозициям таким образом, чтобы найти ту единственную дверь к изменению конкретного человека, находящегося перед вами. По мере приобретения опыта в этом, у вас начинает идти дым из ушей, что обычно происходит, когда растворяются ограничивающие убеждения. То, что я описала, это краткая версия. Существуют несколько примеров, в которых я делаю демонстрацию всего этого в Продвинутых Речевых Паттернах на аудио CD, который доступен в NLP Comprehensive и на которых я вызывала добровольцев из участников презентации и демонстрировала «разговорные изменения» с каждым по порядку.

Еще одной существенной частью этого является тот момент, когда Стив и я создали свой собственный тренинговый сегмент по Продвинутым Речевым Паттернам, мы добавили несколько паттернов, не представленных среди существующего набора фокусов языка. (Изначально паттерны фокусов языка были созданы Робертом Дилтсом при моделировании работы Ричарда Бэндлера). Наиболее примечательные из них, мы назвали «обращение пресуппозиций» и «обращение причино-следствия». Мы получили эти паттерны, моделируя мои демонстрации по разговорным изменениям. В них мы обратили внимание, что некоторые из используемых мной паттернов не присутвуют в начальном наборе фокусов языка, при этом являясь достаточно мощным инструментом. Я также приложила значительные усилия для создания «Схемы Использования Речевых Паттернов» с целью сделать разговорные изменения более доступными для людей. Эта схема изображает общую процедуру того, как мы систематически и через обычный разговор проходим от постановки задачи (или проблемы) к полному завершению изменения. (Схема является частью «Продвинутых Речевых Паттернов» доступных на NLP Comprehensive). Все это стало прямой основой того, что стало процессом Сущностной Трансформации.

Процесс Сущностной Трансформации в завершенной его форме сложился к лету 1989 года, когда я бросила себе вызов – работать с людьми, которые «испробовали все» по поводу их главной проблемы, и ничего до сих пор не сработало. Я поставила себе задачу придти к результату так или иначе, с тем исключением, что я не буду использовать те методы, которые я знала до этого. Я хотела найти что-то, что было бы более глубоким и давало бы еще больше результатов, чем те методы, которые были до этого в НЛП. Я хотела найти что-то по своему уровню воздействия сопоставимое с влиянием, которое оказал на меня Милтон Эриксон, и которое будет устойчиво продолжаться на всю жизнь. Я хотела найти что-то глубоко исцеляющее и трансформирующее. Это казалось возможным, и, я думаю, дерзость моих учителей (таких как Ричард Бэндлер и Джон Гриндер) в исследовании и обнаружении новых способов оказала на меня влияние. Иногда я говорила людям (полушутя, но также и серьезно), что мы будем работать с их главной жизненной задачей, и они могут идти домой после того, как получат то, что желали. Они знали, что это исследование. Я сидела с людьми, внимательно выслушивала пресуппозиции в каждом слове, которое они говорили, аккуратно и точно встраивала пресуппозиции в собственную речь и отслеживала невербальные изменения в состояниях. Помимо всего этого, я просто верила, что каким-то образом что то придет ко мне/к нам и подскажет нам путь к глубоким изменениям. С первым человеком, с которым я работала подобным образом, я обнаружила себя задающей вопросы о более глубоком уровне позитивного намерения, чем только что выясняла перед этим. Я просто продолжала идти далеко за пределы уровня «позитивного». В какой-то момент мой клиент оказался в состоянии, которое он даже не мог описать, но от меня не требовалось особой наблюдательности, чтобы заметить, что он находился в невероятно приятном и мощном состоянии. Я не припоминаю, что когда-либо видела кого-либо в таком сильном, глубоко позитивном состоянии до этого. Я точно не знаю, что это было, но из второй позиции я могла ощущать его и осознавала его исцеляющую силу. Я тут же сообразила, что нужно сделать что-то похожее на «обращение пресуппозиций/изменение причино-следствий», который я использовала в течение последних лет, для того чтобы проявить исцеляющий потенциал этого состояния.

Это то, что я делала, и эти две фазы относятся к тому, что я называю «Выявление Цепочки Результатов» и «Обращение Цепочки Результатов», которые являются ключевыми элементами процесса Сущностной Трансформации. Еще после опыта с несколькими людьми, я добавила Реимпринтинг Временной Родительской Линии. Это случалось, когда я провела одного клиента через процесс Сущностной Трансформации и интенсивность ее сущностного состояния казалась несколько слабой для меня, чтобы я поверила, что это окажет влияние на ее жизненную ситуацию. Я подумала, что требуется что-то для углубления и большей интенсивности опыта для уверенности в том, что он «удержится». Вот и вся история. У меня до сих пор есть заметки, которые я написала из этих сессий с клиентами в 1989 году. Все шаги записаны там и использованы в мартовском Пост-мастерском тренинге в Колорадо в 1990 году), вместе с критерием для определения наличия сущностного состояния. По мере того, как я выверяла слова с течением времени для максимизации эффекта с большим количеством людей, как шаги, так и формулировки остались еще очень блики к самым первым заметкам.

Оглядываясь назад, я не думаю что Сущностная Трансформация это то, что Эриксон проделал со мной. Это так и остается мистической загадкой.Этот человек остается невероятным гением, и я все еще хотела бы узнать, как он сделал это. Но мой опыт с ним – это часть раскрытия для меня метода, это именно то, что дало мне ясное и очевидное понимание того, что глубокие изменения возможны.

ПОСЛЕСЛОВИЕ
Работа Лесли Кэмерон-Бэндлер. Лесли замечательный терапевт и учитель, в отношении которой я испытываю глубочайшее уважение. (Хотя Лести не работает активно в настоящее время, вы еще можете увидеть образцы ее великолепных демонстраций на DVD, доступном в NLP Comprehensive – Устойчивые состояния (lasting feelings), и Создание реального будущего (Making Futures Real), и конечно ее книги остаются классическим введением в НЛП.

Лесли Кэмерон-Бэндлер проводила некоторую работу, которая имеет что-то общее с моей работой с Сущностной Трансформацией, и я хочу отдельно отметить это. Она называла это «Императивное Я». Впервые я узнала о методе Лесли из Metha Singleton, на презентации на одной из НЛП конференций, через некоторое время после того, как я разработала процесс Сущностной Трансформации – так что, насколько я знаю, ее работа не оказала влияния на создание Сущностной Трансформации. Однако Стив предложил мне включить секцию о сходствах и различиях двух методов в эту статью. Главное сходство состоит в том, что «Императивное Я» Лесли содержит цепочку критериев (похожую на цепочку результатов Сущностной Трансформации) и доходит до всеобъемлющего критерия (я думаю именно так она его назвала). Я продолжила представление своего процесса отдельно, как Сущностной Трансформации потому что полагала, что СТ является сравнительно более полным и глубоким методом изменения по следующим причинам:
1. В «Императивном Я» (ИЯ) всеобъемлющий критерий часто не достигает сущностного состояния, так что его трансформирующий потенциал ограничен (насколько я помню, по крайней мере половина из демонстраций Metha не доходили до уровня сущностного состояния). При работе с СТ процедура позволяет всегда доходить до этого уровня, так как у нас есть конкретные критерии, чтобы понять, что мы достигли этого.
2. Процедура СТ является ассоциированной – она направляет клиента «погрузиться» в каждый шаг цепочки результатов, позволяя более легко действительно достичь сущностного состояния и гораздо легче переживать на опыте, при достижении. Как видно из презентаций, работа в формате ИЯ гораздо более концептуальна, и и клиент не завершает процесс переживанием чувственного опыта.
3. Как только сущностное состояние достигнуто, СТ предлагает способы немедленной утилизации для трансформации опыта клиента. Что не является случаем работы в ИЯ, которая является исключительно процедурой извлечения, без спецификации процедуры трансформации.
4. В ИЯ предпринимается попытка обнаружения всеобъемлющего критерия для человека в целом через вопросы к сознательному разуму. В случае СТ мы работаем с неосознанными частями личности. Это учитывает, что в действительности не существует единственной цепочки критериев для человека, как целого. Обычно существует больше частей личности, каждая со своей собственной цепочкой результатов, также как и с уникальным и отличным сущностным состоянием. Работая с «частями» или «аспектами» себя, которые проявляют себя в различных жизненных ситуациях, мы можем использовать СТ как открытый путь к достижению все более глубоких уровней целостности и единства, которые являются нашей природой. Каждый отличается своей собственной красотой, и подобно различным граням бриллианта, каждый добавляет свою уникальность в общее Единство

Нет комментариев