кунстКамера Гинзбург М.Р. «Курс НЕ-эриксоновского гипноза»

0 2592

“Курс ГИНЗБУРГОВСКОГО гипноза”

(Транскрипт Тренинга 2005 года, не АудиоВариант, текстовый вариант).

ведущий: Гинзбург.

ИЗУЧАЙТЕ ЭРИКСОНОВСКИЙ ПОДХОД по КНИГАМ и СТАТЬЯМ МИЛТОНА ЭРИКСОНА.

Предвосхищая вопросы: был, участвовал во всех ступенях, выполнял все предписанное. Итог, написан в шапке. 

Здесь решил разместить 1 и 2 ступень полностью, 3 пропущена и 4 не полностью

 

1 цикл (1 ступень) 

«Введение в ГИНЗБУРГОВСКИЙ гипноз»

30.09-2.10. 2005 г.

 

Тренер просит отключить мобильные телефоны, и демонстрирует, как он сам это делает Начнем мы с того, что познакомимся. Меня зовут Гинзбург Михаил Романович. Я психолог, доктор психологических наук, профессор и как вы уже поняли, веду обучающие семинары по э.г.

Вас я попрошу назвать ваше имя, (вы знаете, по законам групповой работы мы все по именам обращаемся друг к другу) чем вы занимаетесь в жизни (в профессиональном плане имеется в виду), насколько вы знакомы с гипнозом или с НЛП и чего вы ждете от этого цикла, каковы ваши ожидания.

… Когда читаешь про гипноз, почему-то не входишь в транс.

Хорошо, спасибо. Кто еще телефон не выключил, выключите, пожалуйста.

Ну, это довольно обычный для наших групп состав группы.

Я преподаю курс терапевтического гипноза, т.е. э.г. как инструмент психотерапии. Поэтому мы будем оперировать понятиями: «гипнотерапевт», «клиент», поэтому мы будем отрабатывать упражнения терапевтические, поэтому я буду много об этом говорить. Но как показывает опыт, у нас во всех группах люди самых разных профессий и даже те, кто никогда в жизни не собирается быть психотерапевтом и никогда не собирается использовать гипноз в этом плане, все находят для себя, то, зачем пришли. Все находят, как его использовать и по профессии и просто в жизни, потому что гипноз – это в первую очередь общение. Все средства, все техники, которые мы изучаем это техники коммуникативные. Можно сказать гипноз – это эффективное общение. Те доктора, которые у нас проходили гипноз и которые не занимаются гипнозом как таковым, все в один голос говорят, что у них улучшились отношения с пациентами. И не только доктора и не только с пациентами. Очень многие пришли знакомиться первый раз, кто-то читал, кто-то не читал, кто-то вообще не знает что это такое, кому-то друзья посоветовали, это неважно.

Полный курс занимает восемь циклов, таких трехдневных, я вам потом расскажу подробно про каждый цикл, про его содержание, это вводный цикл, три дня мы с вами вместе проведем. «Базовые техники э.г.». («Введение в э.г.»).

Я вам даю полную стопроцентную гарантию, что к концу третьего дня каждый из вас проведет квалифицированный сеанс э.г. без вариантов.

Есть один совет, которому вы можете следовать, можете не следовать, как хотите, если последуете, это еще лучше пойдет, если не последуете, все равно пойдет. Совет такой: на эти три дня отключить свое критическое мышление. Кто хочет, может сразу на три дня, кто хочет, может с 10 утра до 6 вечера, потом включать до следующего утра, кто хочет, может включать на перерыве, потом выключать обратно. Что значит, отключить критическое мышление? Это значит просто позволять происходить тому, что происходит. Вот и все, очень просто. Просто спокойно принимать. Как говорил нам наш мастер Цигун: «Я вам скажу, почему у вас плохо получается, потому что вы думаете, что вы приходите работать, а надо думать, что вы приходите отдыхать».

И коль скоро мы с вами собираемся с вами заниматься гипнозом, мне бы хотелось узнать, что такое в вашем представлении гипноз. Вы знаете, что вы пришли изучать гипноз. Что это такое для вас? Скажите мне, пожалуйста. Определение дайте гипноза, не научное, а как вы понимаете. Тренер записывает на лист версии участников группы.

Хорошо. Пока отложим и скоро, через несколько минут к этому вернемся.

Форма нашего с вами обучения – тренинг. Большинство знает, что это такое и чем тренинг отличается от лекции и от семинара. На лекции нам пытаются какое-то знание вложить в голову. На семинаре пытаются его извлечь из этой головы, с разной степенью успешности, тренинг – это обучение через делание. Мы будем что-то делать, мы будем делать очень много упражнений. Естественно я буду говорить, я буду объяснять, я постараюсь, чтобы это все было понятно, но не это главное, главное не то, что я говорю, главное это то, что вы будете делать. Это обучение через делание.

Упр. №1. «Прояснение ценностей».

И сейчас не откладывая в долгий ящик, мы сделаем первое небольшое упражнение этого тренинга, для которого я попрошу вас сделать заготовку – 5 маленьких листочков бумаги на каждого, не больших, меньше сигаретной пачки, размером с зеркальце карманное.

И сейчас я прошу вас несколько мгновений подумать о том, что для вас сейчас, на том этапе вашего жизненного пути, на котором вы находитесь, важно и ценно, составляет суть и смысл вашей жизни. То есть о самых главных жизненных ценностях на данный момент. И на каждом листочке записать одну. У нас получится пять основных жизненных ценностей.

Это не нужно будет читать вслух, это не нужно будет ни кому показывать. Вы это делаете только для себя, поэтому можно быть откровенным с собой.

Это может быть другой человек, работа, личностный рост, домашнее животное, хобби, машина,  это могут быть отношения, это может быть здоровье, это могут быть деньги, это может быть успех, это может быть все, что угодно.

Это можно записать одним словом, это можно записать несколькими  словами, условным значком, неважно, главное, чтобы вы знали, о чем идет речь. У вас получится пять основных жизненных ценностей, то, что сейчас ценно. Есть.

И теперь мы эти ценности пронумеруем, или как говорят психологи проранжируем, следующим образом: самую, самую важную, самую, самую ценную – это номер один, чуть менее важная –  это номер два, а всего их будет пять …. Есть?

И теперь давайте мы их сложим стопочкой следующим образом: номер первый, на нем номер второй, на нем – третий, на нем – четвертый и сверху – пятый, самый верхний – пятый.

И сейчас посмотрите, пожалуйста, на листочек с номером пять, на то, что на нем написано, это одна из основных ценностей вашей жизни, иначе вы бы этого не написали, и на несколько мгновений, в своем воображении вы можете себе представить, что вот это, то, что здесь написано, уходит из вашей жизни. Навсегда. Уходит. Его больше не будет. И можно взять этот листочек, смять его и отпустить. М.Р. демонстрирует, как он мнет и бросает листочки.

И просто прислушайтесь к тому, что вы сейчас чувствуете, к тем чувствам, которые вы испытали, просто прислушайтесь.

Потому что когда мы смотрим на листочек с номером четыре, и на то, что на нем написано, это тоже что-то важное и ценное и на несколько мгновений, в своем воображении мы можем себе представить что и это, то, что здесь написано, уходит из нашей жизни, навсегда. Его больше не будет. И  можно смять этот листочек и отпустить. Просто почувствуйте то, что вы чувствуете. Просто прислушайтесь к себе.

Потому что когда мы смотрим на листочек с номером три, это одна из трех самых важных ценностей в нашей жизни. И мы знаем, что не все от нас зависит, что человек иногда теряет что-то очень важное. И в своем воображении можно представить себе, что это произошло и отпустить, и оно уходит. Просто, прислушайтесь к себе, к чувствам, ощущениям.

То, что написано на листочке номер два может быть настолько важно, что все внутри протестует, это нельзя терять, но мы знаем, что бывает и такое и можно представить себе, что оно уходит и отпустить. Просто почувствуйте, то, что сейчас есть.

Потому что то, что осталось, это последнее. И если уйдет и это, то не останется ничего из того, что делало жизнь важной, ценной, стоящей того, чтобы жить. Но иногда, человек теряет и последнее тоже и можно представить себе, что это произошло и отпустить.

И не осталось ничего. Пустота. Просто прислушайтесь несколько мгновений к этой пустоте и к своим чувствам.

Потому что редко, но все-таки в жизни бывают не только неприятности и огорчения, но и чудеса и сейчас такое чудо произойдет, и все что мы потеряли, к нам вернется.

И оно вернулось, и все это опять с нами и можно подобрать свои листочки и расправить. М.Р. демонстрирует, как он подбирает и расправляет листочки. Все это наше.

И кто-то, может быть, поймет, что надо было иначе расставить номера, а кто-то поймет, что надо было другое написать, а кто-то поймет, что правильно, так как есть.

И некоторое время не выбрасывайте эти листочки, потому, что это основные жизненные ценности ваши на данный момент. Ну а потом время само ими распорядится.

У меня к вам будет несколько вопросов по поводу этого простого упражнения. Это первое и последнее неприятное упражнение, а все остальные будут приятными. Но его надо было сделать. Вопрос первый. Как вы думаете, это был гипноз или нет? Поднимите, пожалуйста, руки, кто считает, что он был в гипнозе? Кто считает, что он не был в гипнозе? Где были все остальные в это время? Хорошо.

Мы сейчас возьмем ваши определения и проверим, это был гипноз или не гипноз.

Тренер зачитывает все определения гипноза участников тренинга. Было? Согласны? Все согласны? «+». Не все согласны «+», все не согласны «-».

Способность воздействовать на других людей. Было? Да? А кто на кого воздействовал то? Позвольте, каким образом? Я просто говорил, что может быть. Я говорил, что вы можете в своем воображении представить себе. Я вежливо просил вас. Тот, кто не хотел, мог не делать.

Почти по всем пунктам у нас получился плюс и минус. То есть, такой очень странный получается кентавр. Толи гипноз, толи не гипноз, не понятно. Это мы тоже на несколько минут отложим и сейчас к этому вернемся, через несколько минут, чтобы доразбираться, почему не понятно, гипноз или не гипноз.

В э.г. рассказывают много историй. Сейчас я расскажу первую, их будет очень много. Это первая в нашем курсе. Она одна из моих самых любимых. Она К. Юнгом описана в одной из работ.

«Даос». История о том, как в начале прошлого уже теперь двадцатого столетья в Китае, в одной деревне случилась ужасная засуха. Два или три месяца не было дождя. Погибнут рисовые посевы, а это голод. И крестьяне посовещались и решили, что надо вызвать Даоса – Даосского монаха. Он немножко монах, немножко колдун, он повелевает стихиями, он может вызвать дождь. Вызвали Даоса, Даос согласился прийти, пришел. Но он даже в деревню не стал входить, он заперся в хижине, на отшибе и потребовал, чтобы его никто не беспокоил. И просидел там трое суток, три дня и три ночи. А на четвертый день пошел дождь. Крестьяне были счастливы, их заказ выполнен. А в этой деревне был европеец, по каким-то своим делам, любопытный, как мы все, который побежал к этому Даосу и спросил: «Слушай, расскажи, как ты это сделал? Как ты вызвал дождь?» Даос очень удивился и сказал: «Ничего я не делал, и дождя, я ни какого не вызывал. Просто, когда я подошел к этой деревне, я почувствовал, что здесь очень возмущено Дао. Настолько возмущено, что возмутилось мое внутренне Дао. И мне пришлось потратить три дня и три ночи, чтобы привести свое внутренне Дао в порядок. Больше я не делал ни чего».

Я очень люблю эту историю, потому что для меня это метафора нашей работы, когда я говорю нашей, я имею в виду профессиональную работу психолога, психотерапевта. Потому, что это очень странная работа. Она парадоксальна и ее на первый взгляд не может быть. Но она есть. Более того, она дает результат. Почему  я говорю, что ее не может быть? Приходит человек с проблемой. Нормальные реальные проблемы, нормального живого человека с мужем, с женой, с ребенком, с деньгами, с властями, с работой, с учебой, с жильем. Он пришел, дверь закрылась, мы с ним сидим вдвоем. И что я могу для него сделать? Фактически ничего. Не могу на расстоянии какой-то винт покрутить у мужа ил у жены или у ребенка, или тем более у начальника. Денег не дам, более того еще заплатит за это. С работой не могу помочь, с жильем не могу помочь, с учебой ни чего не могу сделать. У нас с ним есть один единственный общий предмет для работы. Даос сказал бы: «Его внутреннее Дао». Что такое, «Дао» для Даоса, трудно сказать. Психолог скажет его внутреннее состояние. Мы пытаемся что-то сделать с внутренними состояниями, изменить их. Если удается их изменить, происходит чудо. Гармонизировалось внутреннее Дао, начинает гармонизироваться – внешнее Дао. Начинают разрешаться проблемы, начинают разрешаться ситуации, начинаются какие-то изменения к лучшему.

Очень часто, и это не очень приятный аспект этой работы, человек не связывает это с тем, что мы с ним вместе делали. Очень часто. Ходил к психологу или к психотерапевту, тратил время, тратил деньги, зачем не понятно. Все рассосалось само собой. Все урегулировалось, проблема разрешилась, все хорошо. Кто-то никогда это не связывает, до некоторых доходит с опозданием существенным: через год, через два или через годы, до кого-то не доходит никогда. И конечно ты ему не говоришь и не напоминаешь. Есть изменения – очень хорошо. Проблема разрешилась.

Когда мы делали это маленькое простое упражнение, какие чувства у вас возникли? Чувства, какие были? Еще какие? Да. У кого-то чувство тревоги, страха – реальные чувства. Сильные, в основном негативные эмоции. Вы реально, по-настоящему что-то почувствовали. Почему? Ничего не произошло, никто не врывался, не отнимал ваши ценности, я разговаривал вежливо, в сослагательном наклонении, все сидели на своих местах. Времени прошло, ну от силы пять минут. Ничего не произошло. Или произошло? Если произошло, то где? Все происходило в вашей голове.

Когда Даос говорил, что он ничего не делал, это был такой немножко коварный ответ, не совсем правильный, не совсем точный. Если бы кто-нибудь в эти три дня и три ночи заглянул в щелку, он бы увидел, что он сидит, скорее всего, в позе лотоса, абсолютно неподвижно, с закрытыми глазами, он ничего не делает. Но он, же говорил, что он гармонизировал свое внутреннее Дао. Значит, он что-то делал. Там, внутри. Как мы бы сказали, использовал какие-то техники или психотехники, которым когда-то его кто-то где-то научил. Старшие товарищи в даосском монастыре. Так называемое внутреннее делание. Он изменял свое внутреннее состояние.

Эта работа, то есть работа в гипнозе, это работа с внутренними состояниями, работа по изменению внутренних состояний.

Я однажды встретил свою бывшую преподавательницу университетскую. Она меня спрашивает: «Ну, чем занимаешься?» Я говорю: «Эриксоновским гипнозом». Она говорит: «А знаю, знаю, он у тебя сидит вот так,  (М.Р. демонстрирует каталепсию) а ты ему сказки рассказываешь». Ну не совсем так, внешне немножко похоже. Ничего не происходит, снаружи, а внутри что-то происходит.

И нам сейчас нужно разобраться, как это вообще возможно в принципе. Потому, что это очень важно, на этом все строится. Почему мы можем менять внутреннее состояние с помощью наших техник. Механизмы, какие за этим лежат? И для этого мы воспроизведем сейчас один эксперимент, которому в 2004 году исполнилось ровно 200 лет. Это Будда маленький, он у нас исполнит роль грузика. М.Р. просит ему помочь одну из участниц тренинга. Тренер дает ей яркую нитку с грузиком на конце.

Держи двумя пальчиками, руку вытяни. (Тренер останавливает движение грузика). Грузик может качаться вперед, назад, вправо, влево, по часовой стрелке или против часовой стрелки. Вверх, вниз вряд ли, наверное, не сможет. Я попрошу тебя расслабить руку, закрыть глаза и мысленно представить себе как грузик качается, в любом направлении, неважно в каком. Создать хороший внутренний образ очень ясный, очень четкий. Еще четче, еще яснее, еще четче, четкий, четкий, ясный внутренний образ того, как грузик раскачивается. Хорошо. Все видят, что грузик раскачивается. Спасибо.

На перерыве каждый сможет повторить, кто захочет, я его здесь положу.

Вопрос: «Почему грузик раскачивается?» Ответ: «Потому, что рука двигается». Рука двигается, мышцы руки двигаются, поэтому двигается грузик. Второй вопрос: «Рука, почему двигается?» Я не просил рукой двигать, я просил создать образ. Рука двигается под воздействием внутреннего зрительного образа.

(Вытянуть руки – представить на одной руке груз весом 5 кг, 10 кг).

Несколько столетий считалось, что мы имеем дело с гласом высших сил. Это высшие силы раскачивают грузик. Знаете, гадания такие есть. Вот так да, а так нет. Девушка с замиранием сердца задает вопрос: «Нужно мне за него замуж выходить?» И высшие силы говорят: «Нет».

Ровно двести лет назад (в 1854 г.), французский исследователь Шеврой объяснил механизм. Он опубликовал работу, которая называлась «О волшебном маятнике, о магической лозе (которой колют) и о вертящихся столах» (спиритизм). В которой он объяснил – это идеомоторные движения – идея, то есть образ, представление – в голове, моторика – в руке, движение – в руке. Образ, представление, которое у человека в голове, сам себя реализует в движении. Сам себя, автоматически, без контроля сознания, в обход сознания. Он само реализуется.

Спиритизмом занимались спириты. На столе в произвольном порядке раскладываются буквы, рядом кладется блюдце, на него все участники сеанса клали руки. Задавался вопрос духу и блюдце «само» двигалось от буквы к букве, составляя ответ. Это сумма идеомоторных движений присутствующих.

У меня с идеомоторным движением связана пара историй любопытных, я вам сейчас их коротенечко расскажу, потому, что там есть еще другие важные моменты для нас. Одна история такая, это много лет назад было, уже можно рассказывать. Это была моя клиентка, молодая женщина, москвичка, у которой муж, семья, ребенок, работа, все нормально. Которая поехала к маме на Украину, где встретила своего бывшего одноклассника, с которым изменила мужу. Банальная история, которая несколько осложнилась тем, что с мужем она была фригидна, а здесь она впервые в жизни ощутила оргазм, и парень ее уговаривает: «Бросай мужа, разводись, переезжай ко мне, выходи за меня, будем жить вместе». И она колеблется: на одной чаше весов Москва, прописка, квартира, налаженный быт, на другой оргазм, она не знает что выбрать. И ситуация осложнилась еще больше, потому, что в это дело затесался колдун местный. Она у него лечилась, какие-то свои женские болезни лечила, и колдун на нее как говорят запал, она ему понравилась. Она не придумала ни чего лучше как обратиться к колдуну с проблемой кого выбрать. А колдун ей сказал, мы выясним мнение высших сил по этому вопросу. Принесешь две фотографии мужа и любовника, на кого высшие силы укажут, с тем тебе и быть. Принесла две фотографии, вот так вот одна лежит, вторая, они подвесили колечко на ниточке, и оно показало на любовника. «Все», – колдун говорит, – «Высшие силы произнесли свой приговор». Но она почему-то продолжает колебаться, не смотря не на высшие силы. Москву жалко ей. И вот, вернувшись в Москву, она еще решила к психологу обратиться, случайно попала на меня. Рассказывает всю эту историю. Я ей задаю вопрос, первый вопрос, первое, что сразу необходимо выяснить в этой ситуации, что, как вы думаете? Вы бы как что спросили? Мой вопрос был гораздо более банальным, гораздо более простым. Я спросил: «Когда вы колдовали, кто держал нитку? Нитку кто держал?» Она говорит: «Колдун». Ну и все. Ее обманули, нагло и откровенно. Куда хочу, туда и будет качаться, захочу, будет качаться так, захочу, будет качаться так, захочу против часовой, захочу по часовой, образ внутри создать и все, ее обманули.

И здесь вступает в действие один из эриксоновских принципов, который гласит: никогда не нужно ни с кем спорить, никогда не нужно противоречить, никогда не нужно идти в лобовую атаку. Если ко мне придет человек верующий, а я начну с ним работу с того, что я ему сообщу, что Бога нет, я думаю, что это будет первая и последняя консультация. Он пойдет искать умного терапевта, который знает, что Бог есть. На время нашей с ним работы абсолютно не зависимо от моих убеждений Бог есть. Более того, это мощный ресурс, более того мы к нему будем обращаться, будем его использовать. Если я начну объяснять: «Это идеомоторные движения, вас обманули», – она поймет, что я ни чего не соображаю в высших силах и все. Я ей задаю второй вопрос, в тайне надеясь на определенный ответ, который и получаю: «А кольцо чье было?». – «Колдуна». Есть основа, для так называемого рефрейминга. Те, кто НЛП проходил, знают, что это такое, мы потом поговорим. Я говорю: «Вы что с ума сошли? Кто на такие серьезные вещи гадает чужим кольцом?» Она испугалась. Говорит: «А как надо?» «Надо своим, обручальным. Сделаем так, принесете две фотографии, мы сделаем правильно, так, как положено». Она приносит две фотографии. Мы вешаем ее обручальное колечко на ниточку. На мужа указывает. Я говорю: «Вот видите, что бывает, когда делаешь правильно». Мы что выяснили, мы выяснили ее выбор, ее, не мой, не колдуна, ее, но не осознанный.

Аксиома любой психотерапии: человек приносит не только проблему, он всегда приносит с собой и решение, только он пока еще его не знает. Никогда терапевт не решает чужих проблем. Он создает условия, в которых вызревает то решение, которое человек с собой принес. Но еще остается простор для профессиональной работы. Потому, что есть чувство вины за измену и с этим надо что-то делать. Есть проблемы сексуальной гармонии в паре и с этим надо что-то делать. Но выборы ее, не мои. Я вам чуть позже расскажу, как мы с этим работали, любопытно было.

Вторая история такая. Дети мои были несколько лет назад помладше,  еще в школе учились. Приезжаю на дачу в выходные, с ужасом узнаю, что они увлеклись спиритизмом, заразили всех подростков поселка, по ночам, в гараже, при свете свечи, трясясь от страха, они вызывают духов. Знаете, как спиритизмом заниматься? Буквы алфавита в беспорядке лежат на столе, блюдечко переворачивается, все присутствующие кладут руки на блюдечко, задают вопрос духам. Блюдечко начинает постукивать, ползет по столу, одна буква, вторая, третья, и духи отвечают. Сумма идеомоторных движений присутствующих. Шевре об этом писал двести лет назад. Я пришел в ужас, повесил гаечку на ниточку, рассказал им про идеомоторные движения, все объяснил. Все понятно? Все понятно. Через неделю приезжаю. Говорят: «Папа, как ты замечательно все объяснил, нам теперь все понятно, мы теперь совершенно точно знаем, когда это  идеомоторные движения, а когда духи.

Это идеомоторный феномен, идеомоторные движения.

Сейчас зима, холодно, а мы сидим в теплой комнате, но у нас есть воображение. И в своем воображении мы можем себе представить, что мы вышли на улицу, мороз, снег, слепили снежок, держим в руке, или сосульку отломили, держим в руке. Рука начинает мерзнуть, сначала становится холодно, потом она немеет, покалывает, теряет чувствительность, снежок или сосулька тает, противные холодные капли затекают в рукав и если представить себе это достаточно живо, вы ощутите холод, прохладу и онемение. А если померить температуру, достаточно чувствительным термометром она реально понизилась, на пол градуса, на градус, побольше, в зависимости от живости воображения.

Если представить себе что мы сунули руку в горячую воду или держимся за батарею парового отопления или лежим на солнце, создать хороший образ, кровеносные сосуды расширяются становится тепло, реально тепло, мы его чувствуем померить можно.

Ну, фокус с лимоном все знают. С воображаемым лимоном. Представьте себе лимон. Хороший, спелый, сочный. И мысленно отрежьте от него ломтик, можно даже увидеть сок, который выступает, и положите в рот и начните жевать, не торопясь, с толком, с расстановкой. Идеосенсорный феномен. Тот был идеомоторный, а этот идеосенсорный. Сенсорика – ощущение. Образ, представление реализуется в ощущении, автоматически, сам по себе, без контроля сознания.

Если мы вспомним что-то плохое, что с нами было в жизни, как нас обманывали, как нас предавали, унижали, как нам устраивали дефолты, или что-нибудь другое неприятное, у нас резко портится настроение, возникает неприятная эмоция.

Если вспомнить что-то хорошее, успех, удачу, хорошо сданный экзамен, выигрыш в лотерею, первую любовь. Или хотя бы представить себе что-нибудь хорошее настроение повышается, хорошая эмоция появляется. Это идеоэмотивный феномен – идея, образ, представление реализуется в эмоции, само по себе, автоматически, без контроля сознания. Создал образ – появилась эмоция.

Поэтому наше первое упражнение с бумажками это было что? Это была демонстрация идеоэмативного феномена. Вот что это такое было. Какие-то вещи важно на себе почувствовать, а не просто поверить на слово. Поэтому было не понятно, гипноз это или не гипноз. Потому, что эти феномены лежат в основе гипноза. Весь гипноз на них построен. Сами по себе они не гипноз, но гипноз на них построен, поэтому не понятно, толи гипноз толи не гипноз.

Есть еще так называемый идеокогнитивный феномен. В зависимости от образов, которые у нас в голове, в зависимости от представлений, мысли текут в ту или другую сторону.

Получается очень интересная вещь: образы, представления, идеи, сами по себе, без контроля сознания, автоматически, подчеркиваю, реализуются в движении, в ощущении, в эмоции, в мыслях, то есть во всем том, чем мы с вами обладаем, как человеческие существа.

Чтобы не говорить каждый раз «идеомоторный», «идеосенсорный», «идеоэмативный», «идеокогнитивный», все это вместе называется одним коротким словом –

идеодинамические феномены или просто идеодинамика. Динамика представления, образа.

Образ – это широкое понятие, он не только зрительный может быть, слуховой, телесный, кинестетический. Это нужно очень хорошо понимать, потому, что это основа всего того, что мы   будем делать дальше.

У всех людей есть сознание и бессознательное. Мы говорим бессознательное, иногда говорим подсознание, неважно, как называть. За работу сознания отвечает левое полушарие головного мозга, за работу бессознательного – правое. У них разный язык. Язык сознания – это логика, рацио, рассуждение. У сознания маленький объем – 7+2, это фильтр, надводная часть айсберга. Язык бессознательного -образы, картинки, символы, оно обрабатывает огромный объем информации.

Можно сказать так, у нас с вами внутри,  есть такой механизм, мощный и сложный, «автопилот» или «компьютер», у которого есть свой особый язык. Этот язык – это образы, картинки, символы. Оно с нами разговаривает на этом языке, ночью, когда контроль сознания снижен, он нам показывает картинки, сны мы видим. Это не просто так. Там есть смыслы, очень важные для нас. Это наше бессознательное нам пытается что-то сообщить, что-то очень важное. Вы знаете, что есть масса попыток это понять, расшифровать, начиная с примитивных сонников и кончая высоконаучными истолкованиями. Для нас сейчас важнее другое.

Мы с ним (с бессознательным) разговариваем на его языке. Те образы, те представления, те картинки, которые в голове это не просто так. Они на самом деле определяют всю нашу жизнь. Это курс для автопилота, или можно сказать – это программа для компьютера. Если человек все время думает о том, какой он бедный, больной, несчастный, одинокий, нелюбимый, «автопилот смотрит» что просит хозяин? Заказ, какой? Бедность, болезни, одиночество, нелюбимость. Понятно. Курс зюйд зюйд-вест. Поплыли, и он приводит точно к цели, выводит на цель. Это реализующий механизм. А человек потом будет недоумевать, жаловаться, плакать: «Почему такой несчастный, почему так плохо?» – Потому, что ты попросил. Потому, что ты заказал.

Если создаются другие образы: разделенной любви, успеха, процветания, здоровья, – это другой курс. И к нему тоже приведет, на него тоже выведет.

У американцев есть такое направление, немножко примитивное, но в основе своей правильное – позитивное мышление. Не думай о плохом, думай о хорошем. Как только поймал себя на плохой мысли, сразу отбрасывай и на ее место выставляй хорошую. По сути, верно.

Ну, маленький пример, иллюстрация, как оно работает. У меня есть сосед, этажом выше мальчик живет. Когда у него проблемы возникают, он ко мне приходит, мы с ним сеанс проводим, так, по-соседски, ему становится хорошо, лучше. Он мне как-то звонит, говорит: «М.Р., можно я приду, позанимаюсь?». Я ему говорю: «Да, конечно, приходи, позанимаемся гипнозом». «Нет, не надо, пожалуйста, не надо гипноз, я вас очень прошу, не надо со мной гипноз, только транс!»

Это к вопросу о том, всегда ли нужно говорить, что ты делаешь гипноз. Нет, не всегда и не всем. И чаще лучше не говорить, чем говорить. Потому, что люди крайне не правильно себе представляют гипноз. У многих из вас, когда мы начнем заниматься, развеется очень много иллюзий по этому поводу. Потому, что за словом гипноз тянется длинный негативный хвост. Если люди знают, что ты этим занимаешься, к тебе пришли специально за этим, тогда это гипноз, если нет – есть масса прекрасных синонимов: упражнение, релаксация, расслабление, фантазия, управляемое воображение, не нужно. Гипноз – это всего на всего слово, техника. Гипноз – это древнегреческий бог сна, родной брат Анабаса – бога смерти. Хорошее родство.

И вот так по-соседски, естественно это все бесплатно, конечно. И чтобы отблагодарить, он мне книжку принес. Говорит: «М.Р., я вам книгу принес, вот такая книга, почитайте, получите удовольствие».

«Биография Арнольда Шварценеггера». Бумажная обложка, бульварный вариант. Давно, много лет назад, он еще не был сенатором штата Калифорнии. Он мальчик такой, хочет заниматься культуризмом, хочет быть здоровым, пока только книжки покупает. Ну, принес книжку, я сказал: «Спасибо», положил и забыл про нее, месяц она лежала. Звонок: «М.Р., я завтра зайду, книжечку заберу свою?» «Ну, конечно, заходи». Думаю: «Хотя бы полистать надо, из вежливости, он спросит: «Понравилась, не понравилась?», я скажу: «Очень понравилось, особенно как Арнольд, могучие мышцы». В одиннадцать вечера я ее открыл, читал до двух часов ночи, прочитал всю от корки до корки, она тоненькая, потом искал долго на лотках, недавно мне ее подарили, у меня теперь своя есть. У меня отношение к господину Шварценеггеру изменилось на 180 градусов. Потому, что я раньше считал, что это такой могучий мускул при полном отсутствии головы, ничего подобного. Начать с того, что он трижды доктор философии. Три диссертации защищал. Одна из них по философии Ницше. Но потрясает даже не это. Потрясает другое, он очень одаренный человек, последние события подтверждают, конечно. Каким-то образом, интуитивно, еще мальчишкой он открыл для себя так называемый основной магический закон.

Знаете основной магический закон? Когда-то в древности был такой маг Гермес. Такой великий, что он получил прозвище «Трижды Величайший». Гермес Трисмегист, который открыл основной закон магии. И чтобы он не пропал в веках, он его зубилом вырубил на изумрудных табличках. Называется «изумрудная скрижаль Гермеса Трисмегиста». Если коротко, то он звучит так: «Что на верху, то внизу, что в сфере мысли, то в сфере материи». В более психологической интерпретации он звучит так: «Что внутри, то снаружи». Мы, как люди западной цивилизации, привыкли думать, что жизнь устроена по принципу снаружи внутрь. Есть люди, есть обстоятельства, они на меня воздействуют, поэтому я такой, какой я есть. На востоке, уже несколько тысяч лет знают, что все на самом деле обстоит наоборот. Люди такие, обстоятельства такие, потому, что ты такой, ты все это себе сделал. Меняйся, и все изменится, изменятся обстоятельства, изменятся люди, все будет по-другому.

Арнольд каким-то образом сумел это понять. Если кто подзабыл биографию, я напомню. Второй, младший сын начальника жандармерии в маленьком австрийском городке. Хилый мальчик, с покатыми плечиками, с тоненькими ножками. И папа его не любил. А папа любил старшего сына, стройного, широкоплечего красавца, отлета, который, кстати, потом не выдержал успехов младшего, спился и умер. А Арнольдик хотел, чтобы папа его любил. Он хотел быть сильным и вообще хотел быть чемпионом мира. И он записался в секцию культуризма. И он ворочал это железо, и вместе с ним его ворочали еще пятьдесят мальчишек. И он ел стероиды и анаболики, тогда их ели, а не кололи. Но пятьдесят мальчишек тоже это делали. Но он делал то, чего они не делали. Он мечтал, он воображал. Он закрывал глаза, и он представлял себе, что он чемпион мира по культуризму, и он стоит на верхней ступеньке пьедестала почета, и на шее у него золотая медаль чемпиона и лавровый венок. И он мечтал до такой степени, что чувствовал тяжесть этой медали, он чувствовал, как колется эта лаврушка, и чувствовал ее запах. И те, кто проходил, НЛП знают, что это такое. По всем модальностям мальчик проходился. Мечтал с такой степенью интенсивности, что как пишет его биограф, иногда путал реальное и воображаемое. Он стал чемпионом мира по культуризму в семнадцать лет. Это абсолютный мировой рекорд. Никто пока еще не перекрыл, если вообще кто-нибудь когда-нибудь перекроет. Потом ему вдруг брякнуло в голову, что он хочет стать кинозвездой в Голливуде. Он перебрался в Америку. Когда он переехал в Америку, это был качек, у них своих было много, чемпионов в том числе, без связей, без знакомств, с ужасным английским языком, с австрийским акцентом. И он делал все то, что делает каждый нормальный человек, который хочет добиться успеха, т.е. искал подходы, рекомендации и т.д. плюс, проверенный метод. Он мечтал, он воображал. Он великий актер, у него миллионные гонорары, по всему миру весят плакаты с его фотографиями, с его изображением. По-разному можно относиться к его актерской игре. Мы все знаем, кто это такой, знаем благодаря кино, гонорары не маленькие, а плакаты висят даже в Китае. Когда он решил заняться бизнесом, он прибег к испытанному способу. Больших успехов добился в бизнесе. Он был министром культуры в Америке одно время. Сейчас большой успех политический – губернатор штата Калифорния. Я уверен, что он пользовался этим методом.

И создается такое впечатление, что этот образ успеха забрасывается в будущее, и потом как на ниточку вытягиваем, себя за ниточку. Ничего никуда не забрасывается, ничего никуда никого не вытягивает. Что происходит? Запускаются идеодинамические механизмы. Создается образ успеха. И этот образ начинает сам себя реализовывать, автоматически, без участия и контроля сознания, через движения, через ощущения, через эмоции, через мысли. Как он это делает? Через так называемые случайности, кажущиеся. Где-то почему-то, не знаю почему, ты повернешь направо, а не налево. Где-то случайно возьмешь с полки нужную книжку, случайно откроешь на нужной странице, случайно прочитаешь то, что тебе нужно сейчас. Как бы случайно попадешь на нужный семинар, где как бы случайно узнаешь то, что изменит твою жизнь и т.д. и т.д.

Не помню, кому принадлежит эта фраза, но фраза очень красивая: «Звенья кажущихся случайностей соединяются в нерушимую цепь, которая одним рывком выдергивает на вершину успеха».

Если это все правда, если образы самореализуются, то я могу закрыть глаза и создать образ бумажки в сто долларов, вот здесь. ( М.Р. показывает на руку). Очень четко могу, до номера на купюре. Сто евро пока еще так не могу, а сто долларов запросто. Где она? Если образы самореализуются, почему нет бумажки? Ее нет по двум причинам.

1. Во-первых: если бы она сейчас материализовалась из воздуха, это было бы чудо. А чудес не бывает. К сожалению или к счастью, но их не бывает. Мы живем в реальном мире, где все происходит по законам этого мира. Она должна прийти естественным путем. Заплатят за работу, подарят, что маловероятно, долг вернут, что еще менее вероятно. Естественным путем. Есть такая шутка: человек молится господу богу: «Господи, умоляю, мечта всей моей жизни, очень, очень тебя прошу, пожалуйста, сделай меня врачом!». И господь ему отвечает: «С удовольствием, поступи в медицинский институт». В этом мире по законам этого мира.

2. Кроме того, в этом мире есть две константы: пространство и время. Здесь все происходит во времени. Мгновенно не происходит ни чего, очень быстро бывает, мгновенно нет. Придет, естественным путем, через некоторое время.

Еще одно условие есть, о котором мы сейчас скажем чуть позже. Еще одна байка. Женщина подруге жалуется, говорит: «Молюсь, молюсь господу богу, прошу, прошу, а не доходят мольбы, не слышит». А мудрая подруга ей отвечает: «Как же он может тебя услышать? Представь себе, что ты мне звонишь по телефону-автомату, а автомат весит на улице, что я услышу? Шаги прохожих, голоса, шорох шин, гудки – шум я услышу. Тебя я не услышу. Зайди в кабинку, закрой дверь, сделай тихо. Тогда тебя будет слышно. Здесь должно быть тихо. (М.Р. показывает на голову). Если мы немножко займемся интроспекцией и посмотрим, что у нас в голове творится обычно, в голове обычно творится каша, мешанина: обрывки мыслей, воспоминаний, планов, эмоций, идей.

На востоке говорят: «Разум – это бешеная обезьяна, которая мечется на привязи». Это нужно успокоить, нужно сделать тихо. Потому, что молитва это особое состояние. Когда женщина бросает на бегу: «Господи, хочу новую шубу, нового любовника, много денег, много здоровья, вообще мне некогда, я побежала». Это не молитва. Сначала нужно войти в особое состояние и из этого состояния просить, обращаться, тогда будет услышано.

На западе, это называется «молитвенное состояние». Для этого существовали и продолжают существовать специальные техники, как себя вводить в это состояние. Во Франции, в городе Шартре, есть знаменитый собор, Шартрский собор, средневековый. Там сохранился до наших дней на полу круг, диаметром пятнадцать метров. В круге лабиринт. И когда паломники приходили, чтобы обратиться к господу Богу с просьбами, с мольбами, они сначала проходили этот лабиринт. Как проходили? Ползком, на коленях, перебирая четки. Полумрак собора, церковная музыка, запах ладана, пассивная стимуляция кинестетическая, много поворотов, на 90, на 180, ползли они где-то минут 30-40. Когда они приползали в центр, конечно, они находились в том, что мы называем измененное состояние сознания. Не в обычном, в другом, в молитвенном. И тогда уже начинали обращаться.

На востоке – то же самое делают с помощью медитации, «медитативное состояние» они для этого медитируют, чтобы ввести себя в состояние, это называется медитативное состояние. У цигунистов это называется состояние «Цигун».

В науке есть термин научный для обозначения этого состояния. Широкий, такой родовой термин – измененные состояния сознания. И более узкий – трансовое состояние, транс, гипнотическое состояние. Это то состояние, в которое мы попадаем или наши клиенты попадают, когда мы практикуем гипноз.

Что в нем (состоянии, гипнозе) такого хорошего? Почему мы вообще этим занимаемся? В нем абсолютно нет ни чего магического, ни чего мистического, все очень естественно и очень научно. А интересного в нем вот что, в нем усиливается работа, или усиливается воздействие идеодинамических механизмов во много, много, много раз, может быть в сотни, может быть в тысячи, может быть в сотни тысяч. Ни кто не мерил, нет инструмента такого, чем померить. Но усиливаются, это точно. Поэтому мы занимаемся гипнозом.

Все то, что мы делаем в гипнозе, можно сделать без гипноза, пожалуйста, и наоборот. Просто в гипнозе быстрее и мощнее, вот и все. Поэтому говорят: «Гипноз – это королевская дорога в психотерапии». В этом состоянии можно задавать курс этому автопилоту. В этом состоянии можно задавать программу этому внутреннему компьютеру. А работать все равно будет он. Но, можно запросить что-то. Вот и весь гипноз.

У нас с вами два полушария головного мозга: левое и правое. Известно, что левое полушарие головного мозга отвечает за деятельность сознания, а правое за деятельность бессознательного, или подсознания, неважно как называть.

Левое – разумное, логическое, последовательное, рациональное, а правое – синтетическое, творческое, образное. Обычное наше с вами состояние, как людей западной культуры – левое активировано на много больше правого. Вся система обучения, воспитания, образования направлена на то, чтобы обучить нас работать левым полушарием. Мы обучены работать левым, и не обучены работать правым. На Востоке много техник для работы с правым полушарием. Если немножко позволить понизиться активности левого, немножко всплывает, повышается  активность правого, получаем промежуточное состояние. Мы говорим – транс, другие говорят – гипноз. Оба работают.

Это (гипноз) ни в коем случае не потеря сознания, это ни в коем случае не потеря контроля. Такое представление о гипнозе, которое бытует в массах, из кино, из телевидения, из бульварной литературы это полная потеря всего, это зомби. Уснул, проснулся, ничего не знаешь, что там было, тебя зазомбировали, ни чего подобного. Мы будем делать массу упражнений, вы все будете много раз находиться в трансе, и вы что убедитесь, что  контроль сохраняется всегда. Человек в гипнозе это не робот и не автомат. Свобода воли сохраняется, свобода выбора сохраняется, свобода принятия решений сохраняется.

Ну, есть еще один позитивный момент, я не зря просил вас на время отказаться от критического контроля. Благодаря тому, что немножко снижается активность левого полушария, снижается критический контроль, поэтому в трансе можно делать вещи алогичные, которые противоречат так называемому здравому смыслу, которые в здравом рассудке кажутся невозможными. В гипнозе их можно делать. Это как бы в своем психическом функционировании открываешь скобку и внутри этой скобки можно делать невероятные вещи, потом скобка закрывается, то есть ты выходишь из транса, возвращаешься в обычное сознание, а изменение сохранилось, и оно продолжает действовать.

Например. Вот эта девушка, с колечком, с колдуном. Чувство вины за измену, надо что-то делать, проблема сексуального удовлетворения, надо что-то делать. Она в трансе. Я ей говорю: Пожалуйста, отправьте чувство вины за измену в кисть левой руки, а чувство сексуального удовлетворения в кисть правой, когда Вы это сделаете, Вы кивнете головой, чтобы дать мне об этом знать. Сделала. Что это значит? В левой руке – чувство вины за измену, в правой – чувство сексуального удовлетворения. С точки зрения здравого разума это бред сивой кобылы. Что это значит? Неизвестно, что это значит. Но для нее сейчас, субъективно, это так. Как она это сделала? Откуда я знаю? Без понятия. Но она это сделала. Да, это так, критический контроль снижен, это не подлежит ни какому сомнению: здесь – чувство вины, здесь – сексуальное удовлетворение. Пожалуйста, позвольте левой руке опуститься вниз, и позвольте чувству вины соскользнуть и уйти в землю. И когда это произойдет, Вы кивнете головой, чтобы дать мне об этом знать. Есть, ушло. Очень хорошо. А земля – это такой живой организм, который принимает все отходы человеческой жизнедеятельности, и который умеет их разлагать на составляющие, и они позволяют питаться травам, цветам, деревьям, и все хорошо, и Вы вреда ни кому не причините. А правую руку, пожалуйста, положите на нижнюю часть живота, и позвольте чувству сексуального удовлетворения перейти в тело и отправиться туда, где оно должно находиться. И когда это произойдет, Вы просто кивнете головой. Есть. Чувство вины ушло в землю, распалось, растворилось на составляющие, чувство сексуального удовлетворения пошло по адресу.

Это изменения, и когда человек выходит из транса изменения сохраняется, и они продолжают действовать. И в этом прелесть гипноза, одна из. Это образы. Она создавала образы. Я ей предлагал, я ее просил, она их создавала. Запускают идеодинамические механизмы. Дается курс автопилоту, загружается программа в компьютер, это метафора. Образы начинают самореализовываться, через ощущения, через мышление, через эмоции, через движения. Чувство вины ушло, чувство сексуального удовлетворения цветет и развивается. Как бы мы это сделали без гипноза? Я, честно говоря, как-то не очень представляю. Можно наверняка, можно придумать, есть рациональные техники, есть рациональные способы. Я думаю, что это работа может быть даже не на один месяц. Вот почему мы используем гипноз.

Нет там магии, ни какой абсолютно. Иллюзия, с которой надо расстаться сразу и навсегда – это иллюзия власти. Гипноз не дает власти. Он не дает власти над другим человеком. Это сказки. Этого нет. Потому, что если бы это было бы так, на земле сейчас было бы две касты: гипнотизеры и обслуживающий персонал. У власти не гипнотизеры, они эту власть получили другими способами. Но это замечательный инструмент, который позволяет помогать другим людям и себе тоже. Потому, что все то, что мы будем учиться, все то, что мы можем делать с другим человеком, с собой тоже можно делать. Вы все научитесь входить в транс и с самим собой это тоже прекрасно можно делать. Можно сказать так: транс – это трансформатор, усиливает эти вещи.

Давайте мы дадим определение гипнозу. Определений гипноза очень много, несколько сот. Я вам приведу определение Жана Годена, просто потому, что это мой первый учитель, из уважения к учителю. Годен, следующим образом определяет гипноз:

Гипноз – это такой особый тип психического функционирования, при котором человек, благодаря воздействию другого человека забывает о внешнем мире, сохраняя при этом связь с оператором, и который (т.е. тип психического функционирования) позволяет осуществлять психическое переструктурирование.

Здесь есть два момента, на которые стоит обратить внимание.

Первый – это непривычное слово оператор. В э.г. избегают термина «гипнотизер». За ним тоже тянется такой хвост, не очень приятный. Мы завтра поговорим о различиях между двумя подходами к гипнозу. Гипнотизер – это такая фигура, демоническая, которая пытаются навязать свою волю подчинить другого человека, ужасно. На западе используют термин оператор, в русском языке тоже ассоциации не очень, оператор машинного горения, оператор электростанции. Мы привыкли говорить терапевт, гипнотерапевт или просто терапевт.

Второе – психическое переструктурирование. Это то, о чем мы только что говорили. Эта скобка. У нас у всех с вами есть ограничения. Наши ограничения – это ограничения сознания. Это то, что мы знаем о себе. Человек знает, что он досюда может, а отсюда не может. Здесь проблема. В гипнозе эти ограничения временно снимаются. Можно. Временно, потом все равно они будут накладываться, но может быть они будут пошире. Может быть, удастся снять какой-то барьер, может быть человек позволит себе сделать шаг или два в том направлении, которое он считал для себя не возможным или запретным. Достаточно сделать один шаг, дальше уже пойдет.

Гипноз (трансовое состояние) – это естественное явление. «Отстраненность»  – привычное явление, с которым мы сталкиваемся очень часто. В течение дня у нас наступают моменты задумчивости, рассеянности, отрешенности, когда внимание отключается: чтение, ожидание, просмотр фильма и т. п. Отстраненность отличается от состояния сверхвнушаемости, с которым связывают гипноз традиционные гипнотерапевты.

Это было такое маленькое теоретическое введение, чтобы мы представляли себе, что лежит в основе того, чем мы будем заниматься.

Расписание дня у нас с вами будет такое: будет два маленьких перерыва по 15 минут, и часовой перерыв на обед. Работаем мы с 10 до 6.  11.30 – 11.45 первый перерыв, 12.30 – 14.30 – обед, и с 4 до 4.16 – еще один маленький перерыв. У нас еще есть еще несколько минут до перерыва, я много говорил, дальше меньше буду говорить.

Если есть вопросы, пожалуйста. Еще вопросы? Значит одно из двух: или все понятно, либо ничего не понятно.

Бессознательное – это такая мощная позитивная инстанция.

Работая с иностранцами, я заранее предупреждаю, что это не родной мой язык, я буду делать ошибки и что это не важно. Когда я работаю, я тоже в трансе. Это называется транс терапевта. В этом трансе ты не думаешь, ты делаешь. Хорошо. Перерыв – 15 минут.

Продолжим. Наш курс не теоретический, наш курс практический. Мы будем учиться делать гипноз, чем мы сейчас и займемся. В э.г. много техник, очень много. Но есть одна техника, которая стоит особняком. С одной стороны – это учебное упражнение, на нем учатся. С другой стороны, это техника наведения транса. И с третьей стороны, она же терапевтическая техника. Три в одном флаконе. Это здесь часто бывает.

Она называется «Сопровождение в приятном воспоминании». Мы этим будем заниматься на протяжении этих трех дней. Это будет такой ствол нашей елки новогодней. На эту елку мы будем развешивать игрушки – мини-технички. Когда мы их все развесим, все это вместе, будет то, что называется наша базовая техника.

Тема нашего первого цикла «Техники наведения и поддержания гипнотического транса». Его нужно учиться наводить и его нужно учиться поддерживать. Все остальные семь циклов – это о том, что в этом трансе можно делать. Сначала нужно научиться делать собственно транс.

В свое время, когда мы начинали все это осваивать с Жаном Годеном, он сказал фразу, в которую мы не очень поверили, он сказал: «Кто умеет делать сопровождение, тот умеет делать все». Теперь, по прошествии большого количества лет, все больше и больше убеждаемся, что это действительно так, потому, что пусть в зачатке, но те техники, которые мы потом будем развернуто изучать, они уже действительно в сопровождении содержатся, в сопровождении в приятном воспоминании.

Упр. № 2. «Неопределенные слова».

Упражнение выполняется в тройках. Это классика обучения. В тройке три позиции. Условно мы их будем называть: клиент, терапевт и наблюдатель. Я вам описываю то, что вы сейчас будете делать. В чем заключается упражнение?

Клиент выбирает какое-то воспоминание, приятное. Лучше всего, если это будет воспоминание об отдыхе, не далее чем двухгодичной давности. Если кто-нибудь два года не отдыхал, найдите что-нибудь другое, не нужно ни каких наворотов, что-нибудь простое. Когда вам было хорошо и приятно. Клиент рассказывает терапевту о своем приятном воспоминании. Коротко, не нужно излишних деталей. 2-3 минуты – достаточно. Это предварительная часть. После чего начинается часть основная.

Терапевт описывает клиенту его, то есть клиента, приятное воспоминание. То есть, описывает другому человеку его субъективный опыт, о котором он не знает практически ничего, кроме тех некоторых слов, которые ему были сказаны. «Вот отдыхали в Крыму, было хорошо, была хорошая погода, плавали, загорали, поднимались в горы». Все.

В чем заключается задача? Какой должен быть результат?

Гипноз – это не интеллектуальное занятие, абсолютно. Это занятие чувственное, на уровне переживаний. Задача заключается в том, чтобы позволить человеку как можно полнее и глубже погрузиться в это воспоминание, в эту реальность, в идеале, повторно прожить этот приятный момент его жизни. Как описывать другому человеку его реальность, о которой он знает все, о которой вы не знаете ничего? Вы ему описываете. И для кого-то это будет уже гипноз, и вы увидите, что до тех пор, пока ваше описание совпадает с тем, что было на самом деле, (М.Р. изменяет темп и тон голоса) он у вас перестает двигаться, сидит неподвижно, и мышцы лица немножко расслабляются и оплывают, и взгляд расфокусируется и смотрит в бесконечность, а у кого-то может быть даже и глаза закроются, специально этого требовать нет необходимости, может быть, сами закроются. Человек уже не видит ни чего здесь, он видит там, в своем воспоминании, не слышит ни чего здесь, а слышит там, он в другой реальности. И вы ему все это описываете, как хорошо и приятно, чувствовать контакт тела с нагретым солнцем песком. Бац, и он как пробка вылетает из этого состояния, потому что пляж был галечный. Разошлись.

Описание разошлось с его субъективным опытом. Это называется инконгруэнтность – несовпадение. Конгруэнтность – совпадение, когда мы совпадаем, описание совпадает с чужим опытом.

Как это не странно звучит, но может быть, многие из вас впервые в жизни будут говорить для другого человека. Впервые. Потому, что обычно мы говорим, для того, чтобы выразить себя, свое отношение, свои эмоции, свои оценки, свое мнение, свою позицию. Здесь это абсолютно никого не интересует, это все стирается.

Принцип сопровождения: мы как бы держимся чуть сзади или чуть в стороне и, сопровождая его в его реальности, чтобы ему было хорошо. Мы говорим не для того, чтобы выразить себя, мы говорим целиком и полностью для него.

Как описывать человеку его субъективную реальность, о которой ты не знаешь почти ничего, и оставаться все время конгруэнтным? Чтобы все время описание совпадало с его переживаниями. Это можно сделать только с помощью техники, больше ни как.

Это самая базовая из наших базовых техник, которая называется «Неопределенные слова».

Что такое неопределенные слова? С точки зрения грамматическойэто родовые наименования. Куртка, кофта, пиджак, пальто, брюки, свитер, плащ – одежда. Солнце, снег, гром, буря, ураган, дождь – погода. Пароход, самолет, паровоз, велосипед, повозка, автомобиль – транспорт. Речь становится максимально неопределенной и расплывчатой. В психологии есть, ну уж один тест то все знают. Есть такая группа тестов, которая называется проективные или прожективные тесты. Самый известный – это «Пятна Роршаха». Человеку показывают чернильные пятна, неопределенной формы и просят описать, что он там видит. И он рассказывает, что он там видит. Фигуры разные, нет там этого ничего, это сделано в голове, они, поэтому называются проективные, он проецирует, как киноаппарат. Все из нас, даже не психологи хотя бы раз в жизни занимались проективными тестами, когда смотрели на облака и видели там замки, драконы, принцесс. Там нет этого, это здесь есть. И мы это проецируем на облака. Но без облаков это сделать очень трудно, в чистом синем небе увидеть замки, драконов и принцесс может только психический виртуоз – Паганини. А с облаками можно, легко. Все прожективные тесты строятся на одном и том же принципе. Предоставляется так называемый «неопределенный стимульный материал». Неопределенный фон. Спроецироваться можно только на что-то, на пустое место невозможно.

Здесь мы делаем абсолютно то же самое, только с помощью слов, словами.

Мы создаем неопределенную рамку, максимально неопределенную, в которую человек может вставить свою картинку, свою. При этом у него создается иллюзия, что мы конкретно описываем его переживания.

Когда мы овладеваем техникой неопределенных слов, мы становимся универсальными собеседниками. Можно говорить с кем угодно, о чем угодно, на любые темы, и человек не понимает, что он говорит сам с собой. У него создается иллюзия, что мы со знанием дела поддерживаем разговор. Потому, что как мы уже говорили техники наши коммуникативные. Все те техники, которые мы будем изучать, работают как в гипнозе, так и без гипноза. Это можно делать с наведением, можно делать просто в обычном общении.

Ну, несколько примеров, чтобы было понятно, что такое неопределенные слова. Один из моих детей одно время был фанатом ансамбля «Мумий тролль», сейчас уже вырос, вышел из возраста. У них там есть солист Логутенко. А ребенок у меня книжки почитывает, немножко подкованный.

Он мне говорит: «Слушай, Логутенко изучал э.г.». Я говорю: «Не может такого быть». «Он наводит трансы». Я говорю: «Нет, это не правда». «Тогда послушай». И он мне рассказывает, он слышал интервью с Логутенко. Корреспондент ему говорит: «Расскажите, пожалуйста, про ваш родной город». Ответ: «Я родился в городе, в котором был вокзал, и туда приходили поезда. И еще там был аэропорт, и туда прилетали самолеты. И еще там был порт, и туда приходили пароходы».

Да, это трансовая речь. Это неопределенные слова. Я не знаю, толи он, правда, учился, толи он прикол удачный. Но это именно то, что мы делаем. Потому, что каждый видит мысленно свой вокзал, свой аэропорт, свои самолеты, свои пароходы, что-то конкретное видит.

Есть такая книжка детская, может, кому-нибудь попадалась, «Фердинанд великолепный» Перевод с польского, про собаку. Там очень много всяких приключений, в том числе есть такой эпизод: Фердинанд приходит к портному заказывать костюм. Портной спрашивает: «Какой будем шить пиджак?» – «Красивый». «А фалды?» – «Красивые». – «А пуговицы?» – «Красивые». «А обшлага?» – «Красивые». И портной восклицает: «Я тридцать лет работаю портным, впервые в жизни я вижу клиента, который совершенно точно знает, чего он хочет». Потому что у портного есть свое портновское представление о том, что такое красиво. Он видит конкретные фалды, конкретный пиджак, конкретные пуговицы, он видит конкретное. А ему дается общее, обтекаемое.

Недавно в Архангельске группа проходила. Как раз первый цикл, неопределенные слова, а там  такой дом, какой-то психологический центр по работе с подростками. Мы разбирали, что такое неопределенные слова, я говорю: «Чего далеко ходить, вот я только что поднимался на второй этаж, а там висит доска «Правила ученика». Правило первое, я даже записал: «Ученики выбирают определенное поведение в определенных ситуациях». И абсолютно никого это не смущает. Психологи и педагоги, видят это каждый день. Потому что каждый представляет себе конкретные ситуации, конкретных людей. Второе и третье правила более конкретные, поэтому я не стал их записывать.

Другой пример. Читаю лекцию. Просто лекция по психологии, ни какого отношения к гипнозу. Психология семейных отношений. Тема «Супружеские конфликты», очно-заочное обучение, поэтому люди взрослые. Читаю и читаю. Дама за передним столом вдруг восклицает ни с того ни с сего: «Я поняла, у одного супруга внутри образуется энергетическая пустота, другой заполняет ее своей энергией, так разрешаются супружеские конфликты». Ничего похожего я не говорил, близко не лежало. Я как преподаватель оказываюсь в затруднительной ситуации, потому что она обращается ко мне, она что-то поняла, и это хорошо и сказать нет, это не так, я говорил про другое, это не хорошо, это не педагогично сбивать настрой. Просто пропустить мимо ушей и сделать вид, что я не расслышал, это не вежливо, потому, что она ко мне обратилась. Начать обсуждать вопросы энергетики, я могу часами говорить, это любимая тема, но это никакого отношения не имеет к теме лекции. Я ей говорю: «Да, пустота должна быть заполнена». И дальше поехали. Мне было просто интересно проверить, пару минут спустя, я ее спросил: «Вы помните, что я ответил на вашу реплику?» Она говорит: «Конечно». «Что я ответил?» «Вы сказали, что когда у одного супругов…, другой заполняет ее своей энергией, и так разрешаются супружеские конфликты». Вы слышали, как я это сказал? Она говорит: «Слава богу, не глухая». Она слышала. Переубедить невозможно, что ты этого не говорил.

Ну, мы потом это разберем, так называемые предохранители вставляем, ты говорим: «Ты можешь слышать то, что ты хочешь слышать», это правда. Иногда после транса человек говорит: «Вот, когда вы мне сказали вот это, я понял, как нужно решать мою проблему». И ты точно знаешь, что ты этого не говорил, точно, сто процентов. Ему нужно было услышать, он это услышал, это очень часто. Поэтому это нужно вводить обязательно. Вот это основная задача.

Терапевт отрабатывает вот это, говорение неопределенной речью. Пару тройку минут клиент рассказывает о своем воспоминании, чтобы была какая-то опора. На первый раз я вас прошу продержаться, терапевта в своем сопровождении 7 минут, нужно говорить.

Клиент сидит молча, просто слушает.

Вы с удивлением обнаружите, какой у вас маленький словарный запас, как быстро кончаются слова. Ну, ничего, то поправимо, это быстро пройдет, уже к концу сегодняшнего дня.

Что делает наблюдатель? Наблюдатель – это очень хорошая позиция для обучения, потому, что  со стороны все видно всегда.  Он смотрит, где вы были конгруэнтны, где у вас человек оставался в этом состоянии, погружался в него, а где вы были инконгруэнтны, т.е. где и чем вы его выбивали. Вы увидите, что  выбиваете вы его конкретикой, потому, что совпасть с конкретикой очень трудно, почти невозможно. Когда ты досконально знаешь все мелочи, тогда только ты можешь совпасть. Ты говоришь что-то конкретное, оно не совпадает с  его опытом,  вылетает из этого состояния. Несколько раз он у вас будет выходить, входить, это не важно, это упражнение.

Потом в этой же тройке обсуждение, коротенькое – 5 минут. Клиент вам расскажет, как ему жилось в вашем сопровождении. Это важно, знать, как человеку живется в твоих трансах, где и чем вы ему помогали, где было хорошо с его точки зрения, а где и чем наоборот мешали, и что с его точки зрения клиентской было плохо. Это тот случай, как у официантов: «Клиент всегда прав».

Цитата. М. Эриксон обучает своего ученика, доктора Эрнста Росси, он проводит сеанс с пациентом, и говорит ему: «Доктор Росси не смотрите на меня, смотрите на пациента, не я вас учу, вас учит пациент». У врачей пациенты, психологи больше склонны говорить клиенты. Наши клиенты нас учат.

Клиент расскажет, как ему жилось. Наблюдатель расскажет, что он пронаблюдал. На все про все у вас уйдет на одного человека где-то минут 15, не больше. Потом в той же тройке смена позиций. Клиент становится терапевтом, терапевт становится наблюдателем, наблюдатель становится клиентом. То же самое, еще 15 минут. И третий раз то же самое, еще 15 минут. То есть каждый должен побывать во всех трех позициях.

После чего мы собираемся все вместе и  обсуждаем, что у нас получилось, какие были сюрпризы,  какие были открытия и т.д. Конечно, я вам покажу, как я это делаю, как это нужно делать,  но после того как вы поделаете, чтобы был какой то опыт, чтобы это уже на какую-то основу ложилось. Понятно, что мы делаем?

Явно преобладает Инь. Прошу мужчин не составлять однополые группы, вас и так мало. На тройки разбиваетесь самостоятельно, все пространство зала в вашем распоряжении, садитесь как вам удобно. Без четверти час собираемся здесь и обсуждаем, что получилось.

Обратная связь. Хорошо, сделали. Давайте поговорим, обменяемся впечатлениями, важный момент, потому, что попутно мы какие-то существенные вещи проговариваем. Наблюдения, то, что показалось интересным, вопросы, которые возникли, впечатления, все. Нас много, поэтому мы не будем как в школе по очереди.

… Те, кто знает НЛП, те, кто умеет определять ведущую репрезентативную систему, конечно, может этим пользоваться, начинать с нее. Я, честно говоря, не очень себя этим утруждаю, просто предпочитаю перекрыть все, и пускай сам разбирается. Если остаешься в какой-то одной, тогда есть риск вообще не попасть.

… Мы стараемся по возможности учиться на приятном. Никто ни когда не говорил, что сеанс гипноза это всегда сплошная приятность. Могут быть не приятные вещи, могут быть очень неприятные вещи и даже, достаточно часто, даже когда начинаешь с приятных вещей, человек попадает на неприятные переживания. Ни чего страшного в этом нет. Это на самом деле материал для работы. Иногда это может быть сильная даже не управляемая эмоциональная реакция, негативная, так называемая абреакция. Вдруг, резко. Это хорошо на самом деле, это попали на болевую точку. Мы потом поговорим, что с этим делать. Вернуть обратно очень легко. Обычно в трансе, если человека вежливо просишь, он делает: «Вернись обратно». Мы в искусственных и учебных целях стараемся задержать в этом воспоминании, растянуть, продлить, потому, что мы прорабатываем. В реальной работе очень быстро его отпускаешь, достаточно быстро. Потому, что на самом деле совершенно неважно чем занято сознание, оно может быть занято чем угодно. Мы даже говорим: тебе нет необходимости меня слушать, то, что я говорю неважно, ты можешь заниматься, чем хочешь. Самая лучшая работа делается тогда, когда он не слушает, просто погружен во что-то свое. Главное, что это свое внутри, т.е. он в трансе.

То, что человек выходит и входит, тоже ничего страшного, это нормально совершенно. Есть даже специальная техника, которая называется фракционированный гипноз – расчлененный гипноз. Человека несколько раз выводят, вводят, выводят, вводят, каждый раз он входит все быстрее, все глубже.

Одни и те же слова повторять не надо, хотя я помню случай, ко мне подошли двое друзей на занятии. Говорят: «М.Р., мы разработали наведение транса, хотите послушать?» – «Хочу». А один такой, очень утонченный молодой человек, одевается прекрасно, модный. Ему друг говорит: «Ну, скажи, что бы тебе могло бы доставить удовольствие?» Он говорит: «Дорогой магазин, вежливые продавцы, шикарные товары». Он говорит: «Все, теперь слушай меня. Дорогой магазин, вежливые продавцы, шикарные товары. Вежливые продавцы, шикарные товары, дорогой магазин. Шикарные товары, дорогой магазин, вежливые продавцы». Улетел в глубочайший транс. Такой вариант тоже возможен. Я обычно так конечно не делаю, как выяснилось, тоже можно.

… Естественно ты описываешь свою собственную картинку. Потому что ничего другого ты в принципе не можешь описывать. Конечно, у тебя какая-то картинка возникает, и ты ее описываешь. Но задача заключается в том, чтобы описать ее настолько неопределенно, чтобы он смог вставиться со своей.

… Есть такой феномен, который очень хорошо знают все, кто этим занимается, который называется «контакт бессознательных». В разных техниках, в разных традициях это по-разному называется. Мы общаемся на уровне сознания, я как терапевт отправляю какие-то послания на уровень его бессознательного, но наши бессознательные тоже находятся в контакте. И иногда, действительно идет прямое считывание. Бояться не надо. Интересно.

… При этом терапевт находится в трансе. Мы потом на втором цикле будем специально отрабатывать так называемый транс терапевта, который от клиентского отличается.

Транс терапевта, это активный, внешне ориентированный, контролируемый транс.

Лучше говорить: «Вспомни, представь, можешь вспомнить», вводить себя в трансовую реальность, очень осторожно с этим.

… Маленький нюанс – это игра на времени глагола. Начинаешь в прошедшем времени: «Можешь вспомнить, как это было, как ты туда ехала…» и постепенно, когда видишь, что человек уже там, постепенно соскальзываешь в настоящее время: «Сейчас». «Сейчас видишь, сейчас слышишь». «Тогда» стало «сейчас», «там» стало «здесь», а ты его сопровождаешь в его реальности.

Кроме того, может создаться такая иллюзия, что нужно все время говорить, когда ты терапевт и когда ты сопровождаешь. Это не так. Можно и даже нужно делать паузы. Потому что, не смотря на кажущуюся простоту, мы запрашиваем сложную психическую деятельность у человека. Мы просим, чтобы он воспроизвел мысленно картины, звуки, ощущения. На это нужно время. Мгновенно ничего невозможно сделать, на это нужно время. Поэтому время от времени хорошо делать паузы. Ему ты даешь простор для работы воображения, а сам в это время можешь подумать, что дальше делать. У кого-нибудь был терапевт, который делал паузы?

… У меня в одной группе парашютист был. Он обожал это дело, это такой кайф, ты паришь между небом и землей, все заботы отлетают это такое обновление. И он считал, что каждый должен воспользоваться. Я видел такое, он в своем воспоминании сопровождал. Женщине он транс наводил. У тебя за спиной парашют, ты подходишь к самолету, сейчас ты войдешь в самолет, и он поднимется в воздух, тебе хорошо. Она говорит: «Мне плохо». Тебе хорошо, и вот ты в самолете, он поднимается, и ты смотришь вниз и видишь эти букашки автомобили, маленькие домики, человечков, и тебе так хорошо. Она говорит: «Мне плохо». Хорошо, и вот пора прыгать, ты подходишь к этой двери и прыгаешь в пустоту. Она кричит: «Не-е-е-е-т». Надо. Она зеленая была после этого транса.

Конечно, у клиента разные могут ощущения возникать, это технический момент, потом мы их посмотрим как предоставлять этот зазор, он мог чувствовать мог не чувствовать чтобы мы оставались вместе в сопровождении. Навязывать, как правило, не удается.

Демонстрация сопровождения в приятном воспоминании.

(Клиент может поставить цель, любой транс терапевтичен, кто хочет, может присоединиться к демонстрационному трансу сидя на своем месте).

А вы не могли бы со мной немножко поработать?

Это трансовый стул. Вы раньше знали, что бывают трансовые стулья?

Хорошо. Сейчас мы сделаем сопровождение. Я покажу, как это можно делать вообще не получая ни какой информации, вообще не зная о чем идет речь, не зная содержания воспоминания. И с моей точки зрения так даже легче работать, исключительно за счет неопределенных слов. И Света любезно согласилась, да?

И сейчас, Света я прошу Вас некоторое время ничего не делать:

И Вы уже глаза закрыли, готовы, не знаю к чему, но готовы,

а я прошу просто ни чего не делать, а это легко.

Что значит ни чего не делать?

Это значит, что некоторое время нет необходимости говорить,

нет необходимости двигаться,

и даже нет необходимости думать о чем-то конкретном.

Можно думать, о чем хочешь.

И вместе с тем ничего не делать все равно означает делать нечто…,

например, слышать… Естественно Вы слышите мой голос,

другие звуки, такие как  скрип стула, скрип пера по бумаге,

в этой школе очень интересные звонки, это мелодии.

Я не знаю, в какой момент заиграет очередная мелодия.

Я попросил всех выключить телефоны, но может быть, кто-то забыл,

у кого-то может зазвонить телефон.

Все это можно слышать.

И есть в русском языке разница между глаголами «слушать» и «слышать».

И я прошу именно слышать, то есть не пытаться сопоставлять, да,

не пытаться анализировать, а просто позволить себе слышать то, что ты слышишь.

И продолжая слышать то, что ты слышишь,

ты можешь ощутить положение своего тела на этом стуле.

Контакт с сиденьем, которое поддерживает, со спинкой.

Можно почувствовать, как ступни ног давят на пол.

Как соприкасаются кисти рук.

И можно ощутить, как прилегает к телу одежда.

Где-то это ощущение более отчетливое, где-то менее.

И, конечно же, можно почувствовать свое дыхание.

Как воздух входит и выходит, грудная клетка расширяется и немножко сжимается.

И через несколько мгновений, Света, я попрошу Вас

мысленно отправиться на поиски приятного воспоминания.

То есть какого-то момента в твоей жизни,

когда ты чувствовала себя хорошо…, спокойно…, комфортно

Есть все необходимое время, чтобы позволить прийти

этому приятному воспоминанию.

И когда оно придет, можно просто кивнуть головой, чтобы дать об этом знать.

Да, очень хорошо, Света.

Пожалуйста, сохраняйте некоторое время контакт с этим приятным воспоминанием.

Потому, что я не знаю, где это было,

и я не знаю, когда это было,

и я не знаю, какое это время года,

и какое время суток,

и я не знаю, какая стоит погода,

и я даже не знаю, есть ли кто-нибудь рядом с Вами,

в этот приятный момент Вашей жизни.

И своим внутренним взором Вы можете видеть то,

что Вас окружает в этот приятный момент.

Можно видеть, как падает свет, как ложатся тени,

как соотносятся формы и объемы.

Видеть то, что близко, то, что на переднем плане,

То, что далеко, то, что на дальнем.

То, что слева и то, что справа.

То, что наверху и то, что внизу.

И постепенно, могут всплывать детали, полузабытые, или почти забытые.

Может быть, даже что-то о чем ты не вспоминала очень давно.

И среди всего того, что окружает тебя в этот приятный момент твоей жизни,

ты можешь выбрать какой-то цвет, с которым ты ощущаешь гармонию.

Природный цвет, или цвет предмета, неважно.

Когда ты найдешь этот приятный цвет,

Ты позволишь своей голове кивнуть, чтобы дать мне об этом знать.

И по мере того, как проходит время, может быть, ты уже начинаешь слышать.

Слышать то, что можно назвать музыкой воспоминания,

в которой могут сливаться воедино разные звуки.

Звуки природы, или города, или человеческой речи, или другие.

И в этот приятный момент твоей жизни,

тело занимает какое-то положение в пространстве.

Оно или движется или находится в покое.

И постепенно к телу могут приходить соответствующие ощущения.

А некоторые люди, могут в своем воспоминании

почувствовать запах.

Запахи обладают почти волшебной властью пробуждать воспоминания.

Иногда ощущаешь запах и вся ситуация встает во всей полноте,

со всей конкретностью, со всеми деталями.

А может быть даже какой-то вкус на губах, я не знаю.

И по мере того, как проходит время, может прийти чувство, эмоция.

То приятное чувство, которое испытываешь в этот приятный момент своей жизни.

Той же силы, или другой, неважно.

И можно некоторое время сохранять контакт с этой эмоцией,

потому, что это ресурс.

(Девушка смеется и плачет, М.Р. смеется)

Ресурсы бывают разные, очень разные, иногда неожиданные.

Иногда, даже трудно себе представить, что это может быть ресурсом. Но, тем не менее, это так.

И удивившись этому неожиданному ресурсу можно опять закрыть глаза.

И если хочешь, остаться в этом воспоминании, а если хочешь, перейти в другое.

А если хочешь позволить себе скользить от одного воспоминания к другому,

от одного образа к другому, от одного приятного ощущения к другому.

Потому, что субъективно транс переживается по-разному и так тоже.

У кого-то это ощущения, у кого-то образы.

Иногда в трансе бывает очень весело, что-то может казаться забавным или смешным.

И сейчас, Света, можно полностью погрузиться в эти образы, воспоминания, ощущения, цвета.

Потому, что на самом деле сейчас нет даже необходимости слушать то, что я говорю,

потому что меня слышит часть тебя самой, твой внутренний разум,

который мы называем бессознательное.

и который из всего того, что я говорю, может отобрать именно то, что необходимо,

и использовать это оптимальным образом,

и отбросить и забыть все остальное.

А если я случайно скажу что-то, что не подходит,

это можно просто не слышать.

И мой голос может для тебя изменяться

и превращаться в другие звуки.

Потому что сейчас неважно, чем занят твой сознательный разум.

Он может заниматься чем угодно.

В то время как часть тебя самой, твое бессознательное

определяет оптимальные пути и способы использования ресурса,

может быть этого, а может быть другого.

Потому, что они такие разные, иногда такие неожиданные.

И оно может определять оптимальные пути и способы его использования,

такие, которые больше всего подходят тебе как целостной личности.

И активизировать его в соответствии с этими путями и способами, так,

чтобы ты могла им воспользоваться в нынешних и будущих ситуациях твоей жизни.

И эта работа может продолжаться за пределами этого транса:

ночью, когда ты спишь, днем, когда ты бодрствуешь и занята своими делами,

в других трансах, в которые возможно, ты будешь входить сама или с чьей-либо помощью.

А какая-то часть этой внутренней работы должна быть завершена здесь и сейчас, в этом трансе.

И когда эта часть работы будет завершена,

тело сможет само сделать глубокий вдох,

который позволит еще больше зарядиться энергией,

чуть-чуть потянуться, открыть глаза,

и вернуться полностью присутствующей здесь и сейчас.

Поговорить, если захочется.

Такое бывает. Бывают слезы радости, а бывает смех сквозь слезы.

Бывают слезы, не смотря на смех. А бывает и то и другое вместе.

На вопросы ответим? Если есть у народа? Мы так поступим, если есть вопросы к Свете, если она захочет на них ответить, она ответит. Потом вопросы ко мне, я отвечу. А потом, после перерыва мы разберем технически все, что мы делали, что делали, зачем делали.

Есть к Свете вопросы еще? Нет вопросов. Спасибо большое.

Ко мне есть вопросы? Да.
… Демонстрация не есть психотерапия, это не работа с клиентом.

… Смех очень часто бывает в сеансе, он может означать эмоциональную реакцию на что-то свое, он может означать сопротивление, он может означать еще тысячу вещей, он может не означать ничего. Самый простой способ работы с сопротивлением заключается в том, чтобы его переквалифицировать в сотрудничество, тут же не сходя с места. Поддержать, принять, и сообщить человеку об этом. Я вижу, я принимаю, то, что ты делаешь – нормально, это нормально, мы вместе, продолжаем. Неизвестно чему человек смеется, может быть, вспомнил что-то смешное, может быть, ему захотелось плакать, и он решил рассмеяться, чтобы не заплакать, может быть, его забавляют мои попытки ввести его в транс, может быть, он смеется над формой моего носа. Но проще всего посмеяться вместе с ним, отправить ему сообщение: «Это нормально». Вы видели, Света вышла из транса, я просто попросил вернуться, это просто. Человек в трансе никуда не улетел, он не на другой планете, он здесь, рядом с тобой сидит, с ним можно общаться. Он просто понимает все полнее, глубже и тоньше, чем обычно. Обед.

Ну, раз вопросов нет, давайте просто разберем, что мы сделали. Света любезно согласилась, она вышла.

Во-первых, обратите внимание, как мы сидели. Не напротив, рядом и немножко, под углом. Это удобное положение. Почему? Из нескольких соображений.

  1. Во-первых, нужно наблюдать все время за своим клиентом, нужно видеть, что с ним происходит. Мимику нужно видеть, слезы, смех. Если ты сидишь напротив, это несколько навязчиво выглядит. А так, боковым зрением все видно и не мешаешь.
  2. Кроме того, не все так сразу и охотно закрывают глаза как Света. Иногда человек достаточно долго сидит с открытыми глазами и, в общем-то, ему приятнее созерцать пространство, чем физиономию терапевта. Не перекрываешь зрительное поле.
  3. Потом, у нас будут такие технические моменты, когда нужно будет за руку брать. Поднимать руку. Когда сидишь рядом это легко и естественно, а так очень неудобно тянуться. Удобная позиция боком и чуть-чуть под углом. Если на рабочем месте невозможно так устроиться, тогда конечно, устраиваешься так, как возможно. Эриксонианец адаптируется ко всему. Одна из основных характеристик подхода заключается в том, что он утилизационный – использующий. Утиль – сырье корень полезное сырье, использующий подход, все используется.

Вот мы сели. Я попросил Свету

некоторое время ни чего не делать. Зачем? Эриксон и Росси говорят, есть оптимальная установка для начала сеанса гипноза. Они ее называют «Установка не знать, не делать». Тебе ничего не нужно знать, тебе ничего не нужно делать от тебя ничего вообще не требуется. Зачем это делается? Это такая своеобразная страховка от неудач. В сеансе э.г. не может быть неудач, во всяком случае, у клиента. У терапевта может быть, но клиенту об этом знать не надо. У него все должно получаться. Всегда все хорошо. Человек приходит к терапевту, у него проблемы, у него что-то в жизни не получается, может быть, вообще ты не первый к кому он пришел, может быть вообще это последняя надежда, иногда, гипноз. А тут еще гипноз не получится. У него может сложиться такое представление, что что-то не получается. Ты у него чего-то просишь, что-то сделать, что-то представить, ты должен…, а он не может, не получается. Поэтому мы ему сразу сообщаем в первых строках: «От тебя ни чего не требуется, тебе ни чего не нужно делать». Поэтому невозможно потерпеть неудачу, потому что ничего делать не надо. Просто ни чего не делать. Это легко.

И за тем, я ей как бы объясняю, что такое «ни чего не делать». Это означает, что

нет необходимости говорить, нет необходимости двигаться, нет необходимости думать о чем-то конкретном. Это что такое? Это внушение фактически, но косвенное. Если бы это сформулировано было прямо, это звучало бы так – молчи, не двигайся, не думай ни о чем. Это авторитарно, это давление, скорее всего это вызовет сопротивление. То же самое в косвенной форме. Но, вместе с тем, там есть и разрешение тоже. Нет необходимости говорить, но когда она хочет поговорить, мы разговариваем. Нет необходимости двигаться, но если она будет двигаться, я это поддержу. Нет необходимости, но можно.

Но вместе с тем, это мягкое указание на ограничение активности. Не надо говорить, не надо двигаться, надо просто сидеть спокойно.

Вместе с тем, ничего не делать – означает делать нечто. Это маленькое замешательство. Замешательство – это всегда полезно, всегда хорошо для гипноза. Мы потом очень подробно об этом будем говорить.

Например – слышать, слышать звуки, которые нас окружают. Я перечисляю клиенту все те звуки, которые есть реально в нашем окружении: мой голос, скрип стульев, скрип ручки по бумаге. А так же те, которые могут возникнуть: звонки, телефон кто-то мог забыть выключить. Если один из этих звуков возникнет по ходу сеанса, он уже не будет мешать, клиент предупрежден. Зачем я предлагаю слышать звуки, которые нас окружают?

Чем вообще отличается транс от не транса, от так называемого обычного состояния сознания? Он отличается тем, куда направлено внимание. У нас с вами есть такой «луч прожектора» – внимание, которое можно варьировать. Мы говорим: «Обратите ваше внимание». Туда поворачивается.

Внимание, развернутое наружу – это так называемое обычное состояние сознания. Сейчас ваше внимание направлено наружу, оно делится между мной и записями, распределяется.

Внимание, развернутое внутрь самого себя – это транс, гипноз, гипнотическое состояние. На что внутрь? Неважно на что: на воспоминания, на образы, на ощущения, на размышления. Когда человек говорит: «Ой, извини, что ты сказал? Я задумался, не слышал». Он в трансе был, он ушел в себя, т.е. ушел в транс.

Поэтому, самое простое наведение транса – слово «вспомни», или «помнишь…» Мы не случайно в воспоминании сопровождаем. Чтобы что-то вспомнить, человек вынужден погрузиться во внутренний поиск, уйти внутрь себя, т.е. войти в транс. У Симонова, помните: «Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины? Как шли бесконечные злые дожди, как кринки несли нам усталые женщины…». Типичное сопровождение в неприятном воспоминании. Это сопровождение, тем более эффективное, что автор прекрасно знает, о чем говорит, он сам там был, он может давать конкретные детали, оставаясь конгруэнтным. И Алеша вспоминает, и все, он поплыл, он не здесь, он на дорогах Смоленщины 41 года. Это транс.

Поэтому, наведение транса – это переключение внимания внутрь. А для этого нужно сначала на чем-нибудь внимание зафиксировать. Любой гипноз всегда начинается с одного и того же с фиксации внимания. Неважно на чем фиксировать, можно фиксировать на звуках – это удобно. Поэтому предложение слышать звуки – это фиксация внимания. Пока на чем-то внешнем, на звуках.

Потом идет маленькая игра на глаголах слушать, слышать.

Есть разница между глаголами слушать и слышать. И я прошу тебя именно слышать, т.е. не пытаться сопоставлять, не пытаться анализировать, а просто позволить себе слышать то, что ты слышишь. Это все то же самое – не знать, не делать. Слушать – это активно, слышать – это пассивно. Это запрос пассивности. Это то же самое, с чего я начал наш семинар, это просьба не пользоваться критическим контролем. Просто слышать, не сопоставлять, не анализировать, просто позволить себе слышать то, что ты слышишь, или другими словами, позволять происходить тому, что происходит.

Искусство транса – это во многом искусство позволять происходить. Мы привыкли, нас научили, что когда хочешь получить результат, нужно стремиться, нужно концентрироваться, нужно напрягаться, нужно стараться, нужно бить в одну точку, это все правильно для обычного состояния. Это не правильно для транса. В трансе, чем больше стараешься, тем хуже получается, чем меньше стараешься, тем лучше получается. Вообще не стараешься – все получается.

И продолжая слышать те звуки, которые нас окружают, Вы можете ощутить положение своего тела на этом стуле. Собранное, сконцентрированное внимание мы перемещаем ближе. Он же отслеживает то, что я говорю, и соответственно перемещает внимание. А дальше я просто смотрю, как он сидит, и описываю те ощущения, которые у него обязательно есть. Т.е. я описываю то, что есть реально. Звуки, которые есть реально, ощущения, которые есть реально. Я смотрю, как он сидит и говорю ему, что он чувствует контакт с сиденьем стула, которое поддерживает, (конечно, чувствует) со спинкой стула, чувствует, как ступни ног давят на пол, чувствует, как соприкасаются кисти рук (потому, что они соприкасаются, реальные ощущения).

Это не нужно делать каждый раз, это нужно делать первый раз, когда ты обучаешь человека трансу. Потом процедура наведения сокращается, почти мгновенно почти происходит, со многими, не со всеми. Дальше я ему сообщаю, что

он может почувствовать, как одежда прилегает к телу, и где-то, это ощущение более отчетливое, а где-то менее (это правда, это так действительно). Он отслеживает, конечно же. А это значит, что внимание уже на границе кожи. И дальше я говорю, что

он может почувствовать свое дыхание, как воздух входит (на его вдохе), и как воздух выходит (на его выдохе). Потому, что если я скажу – входит, а  он в это время выдыхает, то мои слова расходятся с его опытом субъективным, я окажусь инконгруэнтным. Все время стараешься оставаться конгруэнтным, т.е.  совпадать с  ощущениями.

Грудная клетка расширяется, и немножко сжимается. А это уже внутри. Т.е., что мы сделали? Мы зафиксировали внимание на чем-то внешнем, на звуках, и потихонечку, постепенно, поэтапно перевели вовнутрь. Навели транс, наведение транса сделано.

Нет необходимости делать это каждый раз. В первый раз можно тоже навести транс быстро, даже очень быстро, транс наводить легко. Но лучше все-таки медленно, потому, что ты обучаешь человека трансу. Он как бы протаптывает под твоим руководством эту тропинку, и потом ему легче будет самому  по ней ходить. Когда это не первый раз с человеком встречаешься, а третий, четвертый, наведение транса сокращается очень.

Дальше мы приступаем к собственно сопровождению. Тема демонстрации – сопровождение в приятном воспоминании с помощью техники неопределенные слова. Я прошу клиента

найти приятное воспоминание, т.е. воспоминание о каком-то моменте его жизни, когда он чувствовал себя хорошо, спокойно, комфортно. И поскольку нет необходимости говорить, запрашиваю просто жест, сигнал. Даю время, во-первых, потому что это вообще важно, давать человеку время, чтобы он не суетился, не торопился, чтобы не было такого ощущения: «От меня чего-то хотят, а я не делаю».

Есть все необходимое время. И прошу сигнал

И когда это приятное воспоминание придет, просто кивни головой. Есть.

Дальше я прошу некоторое время сохранять контакт с этим приятным воспоминанием. Потому, что обычно они не держатся, они прыгают, даже не смотря на просьбу сохранить контакт, оно все равно прыгает. Сохранять некоторое время контакт, потому, что мы его сейчас будем прорабатывать вдоль и поперек.

Прошу сохранять контакт, потому, что я не знаю, где это было. Причем здесь «потому что»? абсолютно не причем, это просто союз, связка. Мы начинаем локализовать воспоминание, т.е. мы создаем рамку. «Я не знаю» – это очень удобная форма.

Я не знаю, где это было. Она-то знает. Она вспоминает место.

Я не знаю, когда это было. И дальше мы сужаем это «когда».

Я не знаю, какое это время года. Она вспоминает время года.

Я не знаю, какое это время суток. Она вспоминает время суток.

Я не знаю, какая стоит погода. Погода.

И я даже не знаю, есть ли кто-нибудь рядом с вами в этот приятный момент Вашей жизни. Окружение.

Эриксоновский терапевт часто многого не знает, особенно в начале сеанса. Этого не знаю, этого не знаю, этого не знаю, ты знаешь. Ты знаешь, и ты заполняешь эту рамку. Только ради бога не думайте, что это какой-то шаблон, которого обязательно нужно придерживаться. Это просто пример, как это можно делать. Это можно делать тысячью разных способов. Можно было бы сказать, пожалуйста, вспомните, где это было и когда это было. Можно было бы сказать – Локализуйте или разместите Ваше воспоминание во времени и пространстве. Мы сотрудничаем, мы вместе работаем, потому, что если человек не хочет, то ничего не будет конечно.

Дальше мы начинаем прорабатывать это воспоминание, идем органам чувств, по репрезентативным системам. Если вы знаете ведущую, умеете определять ведущую можете начинать с ведущей. В принципе зрение для всех для нас важно. Хотя, кстати зрительные образы не у всех людей возникают, но у большинства. Мы начинаем со зрительного анализатора.

И своим внутренним зрением, взором Вы можете видеть то, что Вас окружает в этот приятный момент Вашей жизни.

У меня есть привычка в трансе переходить на «ты». Сначала они чередовались, а потом в окончании осталось «ты», обычно никто не возражает.

И дальше идут неопределенные слова. Что она может видеть своим внутренним взором:

то, как падает свет, как ложатся тени, как соотносятся формы и объемы. Везде, где можно видеть хоть что-нибудь, можно это увидеть. Максимально неопределенные слова.

И вы можете видеть то, что близко, то, что на переднем плане (голос громче),

то, что далеко, то, что на дальнем плане (голос тише). Оторвитесь от записей посмотрите сюда.

То, что слева (поворот головы влево)

и то, что справа (поворот головы вправо),

то, что наверху (голову поднимаем вверх)

и то, что внизу (голову опускаем вниз). Направление и громкость голоса меняется. Я клиенту помогаю создавать глубину внутреннего пространства.

И могут вспоминаться детали, полузабытые или почти позабытые, может быть, что-то, о чем ты не вспоминал очень давно. Делая такое утверждение, я ни чем не рискую, потому что если вы этого еще не заметили, то заметите, когда вспоминаешь с помощью другого человека сопровождение, воспоминание обычно намного более детальное, чем когда ты просто сам вспоминаешь.

И среди всего того, что тебя окружает, в приятный момент твоей жизни я прошу тебя найти какой-нибудь приятный цвет: природный цвет или цвет предмета и дать мне знать, когда ты его найдешь. Кивок головы, есть. Потом мы к этому ни разу не вернулись и никак не использовали. Это закладка на будущее, мы потом поговорим о том, как можно воспользоваться. Зрительное проработали.

Переходим на слуховое.

И по мере того, как проходит время, может быть, Вы уже начинаете слышать то, что можно назвать музыкой воспоминания…. Очень осторожно, все время, следя за тем, чтобы оставаться конгруэнтным. Потому, что если я скажу: «Вы слышите», а может быть, он не слышит. Может быть, звуки еще не пришли, а у некоторых вообще нет звуков в воображении. «Может быть». Слышит – хорошо, мы вместе, не слышит – тоже хорошо, мы вместе. Это возможность зарезервирована.

И опять неопределенные слова:

… разные звуки, которые могут сливаться воедино: звуки природы или звуки города или человеческой речи, или другие. На всякий случай, не известно. Не обязательно, что у клиента звуки возникали. Есть со звуками, прошлись.

Проходимся по всем органам чувств, по всем репрезентативным системам.

У нас с вами у всех есть так называемая ориентация на реальность. Мы ориентированы на окружающую реальность с помощью наших органов чувств. Если говорить образно метафорически от каждого органа чувств, протянута ниточка с крючочком на конце, который зацеплен за окружающую реальность. Задача заключается в том, чтобы отцепить отсюда и перецепить вовнутрь. Чтобы видел не здесь, а там, слышал там, чувствовал там, нюхал там, вкус слышал там. Мы этим и занимаемся.

Кинестетика – телесные ощущения. Неопределенные слова.

И в этот приятный момент твоей жизни тело занимает какое-то положение в пространстве (естественно, занимает), оно или движется или находится в покое (конечно).

И постепенно, к телу могут приходить соответствующие ощущения.

Есть слова, которые позволяют быть конкретно-неопределенным: соответствующие, конкретные, специфические, определенные. Аккуратнее. Но у каждого свой возникает.

Альфакторный анализатор – запах. Тоже, очень косвенно.

А некоторые люди могут почувствовать в своем воспоминании запах. Я не знаю, может он почувствовать или не может. Обычно видно, ноздри немножко раздуваются.

Запахи обладают почти волшебной властью пробуждать  воспоминания. Это – правда, потому, что ощущение запаха идет прямиком в подкорковые структуры, минуя кору. Поэтому, если человек может почувствовать запах воображаемый, можно считать, что повезло. Это мгновенный транс. Мы все это знаем. Идешь по улице, и вдруг пахнуло чем-нибудь и какая-то ситуация раз и целиком.

И на всякий случай вкус.

А может быть какой-нибудь вкус на губах, я не знаю.

Как сопровождение на этом можно было бы оставить. Демонстрация – это не психотерапия, это демонстрация определенной техники. Но коль человек любезно согласился и вышел, нужно, чтобы он от этого какую-нибудь пользу получил от этого. Мы делаем самое простое, что можно сделать в этих техниках – поиск ресурсов. В качестве ресурса выступает эмоциональное состояние. Приятное воспоминание, приятная ситуация можно надеяться с большой степенью вероятности, что человек там испытывает приятное состояние.

И по мере того, как проходит время, может прийти чувство, эмоция, то приятное чувство, которое испытываешь в этот приятный момент своей жизни. Запрос сигнала. Это практически сто процентов. Если просто предложить человеку испытать какую-то эмоцию, даже в трансе, это очень трудно. Если заходить на эмоцию через ситуацию, это практически наверняка. Приятная ситуация – приятная эмоция, неприятная ситуация – неприятная эмоция. Мы очень детально проработали воспоминание, мы прошлись по визуальному анализатору, по аудиальному, по кинестетическому, по альфакторному (запах), по густативному (вкус). Это как пазл заполняешь, все заполнили, осталось пустое место для эмоции, для состояния. Его нужно просто немного подождать, и оно приходит практически само собой, автоматически. Очень часто люди не дают сигнал, потому, что они думают, что тебе нужна в точности такая, как была тогда. Она же может отличаться, это воспоминание.     Тональность может отличаться интенсивность может отличаться. Много таких случаев было. Поэтому я сообщаю:

Она может быть такой же силы или другой, это неважно. И я даже не прошу подтверждения, потому, что у клиента пошли не произвольные движения головой, подтверждающие, он непроизвольно сигналит, что есть эмоция. Тренер показывает произвольное и непроизвольное движение головой (медленные, затухающие).

Я прошу тебя некоторое время сохранять контакт с этой эмоцией, потому, что это ресурс, который поможет тебе преодолевать жизненные препятствия, разрешать поставленные задачи, добиваться поставленных целей.

(Клиент смеется, плачет). Подход утилизационный, поддерживаем и используем то, что происходит: Да, и это может быть забавно, это может быть смешно, и это тоже может быть ресурсом, и ресурсы бывают разные, иногда ты сам не подозреваешь, что это может быть ресурс и это может быть неожиданно.

Дальше у нас получился любопытный вариант, фракционированный гипноз, я иду за клиентом, поскольку это демонстрация, у меня естественно есть план того, что я должен показать, но рядом сидит живой человек и он вносит коррективы в этот план. Она вышла из транса, я попросил вернуться обратно, вернулась.

Отпускаем клиента:

Нет необходимости держать именно это воспоминание, можно переходить к другому воспоминанию, можно скользить от одного воспоминания к другому, от одного образа к другому.

И вообще нет необходимости слушать то, что я говорю.

Потому, что меня слышит часть тебя самого, твой внутренний разум твое бессознательное…

И здесь вставляется такой предохранитель:

… которое из всего того, что я говорю, может отобрать то, что нужно и то, что необходимо и использовать это и отбросить и забыть все остальное. Можно пошутить и сказать:

… которое из всего того, что я говорю или не говорю, может отобрать то, что нужно и необходимо. И тогда в распоряжении бессознательного вообще весь словарный запас русского языка и оно может черпать то, что нужно.

И еще один предохранитель вставляется. Это не официальный термин – предохранитель – это жаргон.

Если я случайно скажу что-то, что не подходит (мало ли, человека же не знаешь) этого можно просто не слышать.

И сейчас неважно чем занимается сознание, оно может заниматься чем угодно. Это правда. Клиент может слушать, может не слушать, может думать о своем, это не имеет ровным счетом никакого значения. Потому, что я обращаюсь уже к другой инстанции, к другой части. Сначала я обращался к сознанию, к сознательному разуму, теперь к бессознательному. И прошу эту внутреннюю часть:

Потому, что есть глубинная часть тебя самого, твой внутренний разум, твое бессознательное, которое может искать и находить пути и способы использования этого ресурса, такие, которые соответствуют ему, как целостной личности (целостной структуре твоей личности) и активизировать этот ресурс, привести его в действие, чтобы ты мог им пользоваться в нынешних и будущих ситуациях своей жизни.

И завершается сеанс так называемым открытым постгипнотическим внушением (мы на втором цикле все виды внушений подробно будем разбирать):

И эта внутренняя работа будет продолжаться за пределами этого сеанса: ночью – во сне, днем – в то время как ты занят своими делами, в других подобных состояниях (трансах), в которые ты будешь входить самостоятельно, часы, дни, может быть больше, столько, сколько нужно, столько, сколько необходимо. Не надо говорить: «месяцы, годы». Потому, что тогда вы программируете человека на то, что проблемы будут долго решаться.

А какая-то часть этой работы должна быть завершена именно здесь и сейчас, именно в этом трансе.

И здесь я запрашиваю тоже сигнал, но другой, не кивок головой, а сигнал, который связан с выходом из транса:

Когда эта часть работы будет завершена, тело сделает глубокий вдох, который позволяет зарядиться энергией, немножко потянуться, открыть глаза и вернуться в обычное состояние.

Если есть вопросы – пожалуйста.

… Зажимы снимаются постепенно, от сеанса к сеансу, по мере того как устанавливаются доверительные отношения, клиент меня первый раз видит, неизвестно чего ждать. По мере того, как человек чувствует, что транс – это безопасно, транс – это пространство комфорта и личной свободы. И когда он понимает, что здесь в этом пространстве свободы можно себе позволить, что тебя поддержат. Это на людях, это надо учитывать, какие-то вещи, которые ты можешь себе позволить один на один, на людях ты себе не позволишь.

… Если клиент заснул (храпит) это не сон, это транс, проверить очень просто – ты предлагаешь ему выйти из транса, и он возвращается, а значит, это был транс. Потому что если бы он спал, на предложение выйти из транса, он бы продолжал спать. Когда они претворяются, что они спят. Я продолжаю работать.

… Мы избегаем ассоциаций со сном, потому, что в традиционном гипнозе, гипноз ассоциируется со сном: «Вы уснете, вы будете спать глубоким гипнотическим сном». Это очень пассивное состояние, а мы же работу запрашиваем. У меня была клиентка, которая лечилась гипнозом у гипнотизера традиционного. И после сеанса я спросил: «Ну как, похоже на то, что было тогда?» Она говорит: «Да ни чего общего, тогда я спала, а здесь работа».

В традиционном гипнозе человека кладут, он лежит, это сразу дает разницу позиций, позиция гипнотизера выше, подчинение. Мы всячески подчеркиваем сотрудничество, равенство, мы сидим на одинаковых стульях. Терапевт никогда не занимает высокую позицию, это или позиция равенства или низкая позиция. Положение лежа, оно очень сильно ассоциируется со сном и тогда много шансов, что клиент уснет, если он лежит. Спать сидя все-таки довольно затруднительно, обычно не спят.

У нас не теоретический курс, поэтому больших теорий не будет, но все-таки несколько общих понятий, чтобы мы знали, что мы говорим об одном и том же, когда мы произносим эти слова.

Транс – практически синоним гипноза, некоторые авторы разводят, транс как состояние, а гипноз как процедура или взаимодействие, которое помогает войти в это состояние. Большой разницы нет,  я это использую как синонимы.

Вслед за М. Эриксоном мы различаем три вида транса.

1 вид транса – повседневный транс. Транс не гипнотизеры и не психологи придумали. Транс – это абсолютно нормальное, физиологически естественное состояние. Каждый из нас бывает в трансе сорок раз на дню, если не больше. Просто мы это так не называем.

– Когда мы засыпаем, мы проходим через состояние между явью и сном, так называемое гипногогическое состояние, когда мы просыпаемся, мы проходим через гипнопомпическое состояние.

– Когда мы читаем книгу и ловим себя на том, что глаза бегают по строчкам, а мы не знаем, что там написано, потому, что мысленно улетели куда-то далеко – это транс.

– Когда мы сидим на заседании или на совещании или на скучной лекции и изображаем на лице напряженное внимание, а сами думаем о том, что будем сажать на приусадебном участке – это транс.

– Хорошо известен и описан «транс водителя», когда человек водит давно и хорошо, когда это стало автоматизированным навыком, он не думает о том, как это делает, не обращает внимания на это. Он знает, что он сел, он знает, что он приехал, что там было по середине, думал о своем, при этом тормозил на красный, ехал на зеленый, включал передачу, объезжал препятствия, т.е. все делал адекватно.

– Когда мы едем в общественном транспорте и о чем-то задумались, и вдруг спохватились: «Ой, пустите, пустите, мне выходить, моя остановка», – «Спать не надо», – это вы не спали, это транс. Много-много раз в день мы в трансе.

Сейчас уже известно, что психическая активность человека это не прямая линия, она идет по синусоиде, с переломами каждые полтора часа. Т.е., через каждые полтора часа мы спонтанно склонны входить в транс.

Сейчас уже известно, с помощью психофизиологических исследований, что в течение каждой минуты у нас есть миллисекундные трансовые включения. Мы все время между трансом и не трансом колеблемся.

Сейчас считается, что трансэто такое состояние, в котором та информация, которую мы получаем, психологи сказали бы, укладывается в когнитивные схемы, усваивается, раскладывается по полочкам, обрабатывается. Это – то состояние, в котором начинают работать резервные силы организма, внутренние, целительные. Это когда тело и дух сами себя лечат. Это нормально. Сколько существует человечество, столько известен транс, под разными наименованиями, разными видами, столько он используется. Все входят в транс.

Поэтому, после Эриксона оказалась снятой одна из серьезных проблем традиционного гипноза – проблема гипнабельности. Вы возьмете серьезные книжки, в которых вы прочитаете – 30 % людей не гипнабельны, т.е. их невозможно загипнотизировать. Что это значит, что они не могут в транс входить?  Это нонсенс. Человек, который не может входить в транс – это не жилец. Это значит, что это 30 % людей, которых не устраивает достаточно жесткая и достаточно авторитарная процедура наведения транса, которая используется в традиционном гипнозе. Им просто нужно предложить другой путь, другой путь, способ, тот, который им больше подходит. Э. Росси в одной из своих работ пишет: «Когда я наблюдал за работой М. Эриксона, иногда мне казалось, что я наблюдаю за работой интеллигентного взломщика, который пробует одну отмычку, вторую, третью, пятую, десятую, пока не найдет ту, которая подходит». Т.е. пока не найдет тот способ, который позволяет данному конкретному индивиду комфортно войти в транс.

Когда приезжала к нам Бетти Эллис Эриксон, дочь Эриксона, сама известный терапевт сейчас, проводила семинар, народ собрался опытный и бросил клич: «Даешь сложные техники эриксоновского гипноза, простые мы и без тебя знаем». Ответ был очень интересный, она сказала: «Напрасно вы думаете, что уровень терапевта определяется сложностью техник, которые он использует. Профессиональный уровень определяется тем, насколько полно ты можешь адаптироваться к человеку, который сидит рядом с тобой, чем больше ты можешь к нему адаптироваться, тем более высокий профессиональный уровень. Техники могут оставаться очень простыми».

2 вид транса – углубленный транс – намеренное усиление естественного феномена, обычно с помощью другого человека. Нормальный повседневный феномен – транс мы его специально  здесь вызываем и немного растягиваем во времени и говорим – это гипноз, то чем мы тут занимаемся. Зачем растягиваем? Чтобы успеть там осуществить терапевтическую работу. Транс флуктуирует не стоит на месте подвсплыл, ушел, опять подвсплыл.

3 вид транса (в э. г. не используется практически) – сомнамбулический (от слова сомнамбула – лунатик) – это очень глубокий транс, когда человек находящийся в трансе ведет себя как человек не находящийся в трансе.

Очень важно понимать, что транс – это не потеря сознания, что это е утрата контроля. Наши предшественники говорили даже о засыпании особым бодрствующим сном, они говорили о сверхсознании и о расширенном сознании. Это не потеря сознания, это более глубокое, более полное и более целостное осознание. Когда встает вопрос о том, как я отношусь к зомбированию, у меня ответ один: «Как только мне покажут двоечника зазомбированного на отличника, я тут же поверю в зомбирование». Пока еще никто не показал.

Эриксон выдвинул очень важное положение, сказал: «Сам факт транса терапевтичен». Это значит, что если мы не сделали ни чего другого кроме как помогли человеку войти в транс и побыть там, мы уже сделали для него хорошее дело, потому, что это возможность для психического переструктурирования. Не факт, что оно произойдет, но это возможность. Что-то там внутри начинает меняться, «скобка открылась», что-то может встать на место, отдых, релаксация.

Я когда начинал заниматься этой деятельностью, была одна вещь, которую я не понимал сначала. Человек приходит, первый раз, пока он рассказал свою проблему, провели первый сеанс (это обычно «сопровождение в приятном воспоминании»), т.е. с моей точки зрения, я еще ни чего пока не делал специального психологического, терапевтического. Человек уходит и говорит: «Спасибо». Я не мог понять, за что спасибо? Потом понял, за то, что он в трансе побыл, немного отпустило привычное напряжение, немного стало легче, немного отдохнул, немного больше энергии.

Наши повседневные проблемы разрешаются в наших повседневных трансах. Обычные житейские проблемы, которые разрешаются сами собой по ходу жизни разрешаются в наших повседневных трансах. Мы просто этого не замечаем, мы просто иногда сидим, задумавшись не о чем, а в это время внутри идет работа, и часть самого тебя решает твои проблемы. Иногда этого оказывается не достаточно, тогда мы обращаемся к профессионалу, который помогает войти в транс, который делает то, что мы называем терапевтическая работа (предлагает какие-то образы конструировать, внушения дает, истории рассказывает).

Есть еще одна проблема традиционная для классического гипноза – проблема глубины транса.

В традиционном гипнозе считается, что чем глубже транс, тем лучше работа. Поэтому там стремятся получать глубокие трансы. В Э.Г. эффективность работы не связывается с глубиной транса. В очень легком трансе можно делать очень хорошую работу. Поэтому мы не гонимся за глубиной транса, хотя существуют техники углубления транса, мы с вами будем их рассматривать.

Утилизационный подход – ты работаешь с тем, что тебе предъявлено, потому, что во всех видах человеческой деятельности способности разные. У людей разные музыкальные способности, разные математические способности, разные физические способности и разные трансовые способности. Кто-то придет, сядет и с первого раза выдаст тебе глубокий транс, и ты будешь работать с этим. А с кем-то ты будешь биться, биться и десять сеансов будешь проводить и получишь только очень легкий, очень поверхностный транс, и будешь работать с этим. А у кого-то транс будет изменяться, от раза к разу и будет углубляться, и ты будешь работать с этим.

Само понятие глубины транса сейчас теоретиками подвергается переосмыслению и ставится под сомнение. Стивен Гиллиген говорит: «Говорить – более или менее глубокий транс, это все равно, что говорить более или менее соленый транс или более или менее желтый транс». Он считает, что это вообще бессмысленно, потому что в одно и тоже время относительно разных сторон реальности можно находиться и в глубоком трансе и в легком трансе одновременно. Мы со Светой сидели, работали, я наблюдал за всем, то с ней происходит, она слушала все, что я говорю, относительно друг друга мы находились в очень легком трансе. Мы все понимали, мы все осознавали. В то же самое время, я периодически забывал об аудитории, мое внимание было полностью здесь зафиксировано, а это значит, что относительно группы я находился в очень глубоком трансе, выпадает из поля восприятия.

Второй термин, которым мы все время пользуемся – бессознательное. До Эриксона бессознательное понимали в основном по З. Фрейду. Это такое не очень хорошее место человеческой психики, где плавают такие первичные влечения, сырые, неокультуренные, если они прорвутся, ужас, что будет, поэтому их нужно давить и не пускать, для этого есть «Эго» и «Супер – Эго» которые присматривают. Это один из основных страхов перед гипнозом.  Я войду в гипноз, я потеряю контроль, и вот оно прорвется и ужас, что будет, и я буду делать такое…. Да ни чего ты не будешь делать такого, чего ты не делал не в гипнозе, за одним единственным исключением. Когда человек хочет использовать гипноз как изменение, чтобы позволить себе делать то, чего он не может себе позволить, чтобы потом было чем оправдаться: «Я был в гипнозе, я себя не отвечал».

Эстрадный гипноз – очень интересная вещь. Эстрадный гипнотизер, который на сцене с человеком делает все, что угодно, с тем же самым человеком вне сцены не может сделать ничего. Вопрос – почему? Сцена – это особое место, это «пространство игры».

Выбираются не все, не на всех демонстрируются чудеса гипноза, те, кто сотрудничает, те, кто выполняет внушения. Там очень тонкие вещи играют, если ты вышел на эту сцену и не делаешь то, что от тебя ожидается, ты зачем вышел, и что ты будешь делать на глазах у сотен людей? Ничего?

… Давайте эти вещи четко разведем: гипноз – это не про экстрасенсов, экстрасенсы – это не про гипноз, это разные вещи.

Мне повезло, я могу говорить только о том, что видел. Я был однажды на выступлении Месинга, мне удалось подсуетиться к нему в испытуемые. Он выступал в московском саду «Эрмитаж», мы пошли с приятелем, мы были студентами. Народ писал задания на записочках, на сцене сидела комиссия из публики выбирала самые интересные задания, а Месинг их выполнял. Мой приятель побежал в комиссию, я написал задание, они его выбрали как самое интересное. Задание было такое: нужно было найти ряд, найти место, открыть портфель, достать раскладные шахматы, открыть их и сделать ход. Месинг поставил меня рядом с собой, чуть сзади, чуть сбоку велел взять себя за руку и сказал: (он такой сухонький старичок, подвижный) «Думайте, что мне делать, думайте, думайте, что я должен делать, думайте, думайте, что мне делать, думайте» и побежал вперед, и меня потащил, такой рыскающей походкой. Я думал, что он должен делать, и у меня было полное ощущение, что он слушается мысли, как лодка руля. Думаешь: «Направо», – т-т-т-т-т-т, налево – т-т-т-т-т. Нашел ряд, нашел место, открыл портфель, достал шахматы, открыл, сказал: «Вы хотите, чтобы я сделал ход, это слишком трудно, сейчас делать не буду». Нам хватило того, что он сделал. В этом не было абсолютно ни какой экстрасенсорики. Он отлавливал мои идеомоторные движения, потому, что как только я думаю «Направо», я начинаю его тянуть направо, или толкать и наоборот.

Каждый может изобразить из себя Месинга в упрощенном варианте. Переворачиваете пять или семь блюдечек или чашечек, объявляете, что вы экстрасенс, даете человеку монетку, говорите: «Я выйду, ты ее спрячешь под одним из блюдечек или чашечек, я вернусь и найду». Он прячет, вы возвращаетесь, просите его, чтобы он взял вас за руку и ведете, и над одним из блюдечек будет вот так (легкое вертикальное движение рукой), или наоборот, вот так, (легкое горизонтальное движение рукой) он прячет, не хочет показать. Причем это движение не осознается, это движение не произвольное, он-то знает, где. Несколько раз провел, «Здесь».

Экстрасенсорика тоже есть, иногда в сеансах гипноза натыкаешься на что-то, что уже гипнозом не является, а является чем-то другим, грань, того, что можно объяснить научно и того, что научно объяснить нельзя. Это интересно, иногда с разрешения человека исследуешь эти вещи. Создается такое впечатление, что это состояние способствует проявлению того, что принято называть «экстрасенсорные способности», но это другое, мы этим не занимаемся.

«Бессознательное», всегда ли нужно употреблять этот термин? Конечно, нет, точно также как термин «гипноз». Всегда сообразуешься с человеком, который сидит рядом, с его культурно-образовательным уровнем, его миропониманием. Кому-то ты говоришь «бессознательное», «подсознание» (неважно) и все понятно, нет вопросов, все понятно. Если ему две недели нужно объяснять, что такое бессознательное не нужно употреблять это слово. Важен факт разведения адресатов. Есть ты, и ты не можешь справиться со своей проблемой, но есть часть тебя, которая может. Дай ей поработать. Как эту часть называть – неважно. Э. Росси давно не использует термин «бессознательное», он говорит «часть самого тебя». Эриксон говорил «задний ум». По-русски ассоциации не очень. Можно говорить «твой внутренний разум», «твое внутреннее я», «твое глубинное я», «твой духовный водитель», «твое духовное я», «твой ангел хранитель» неважно, нечто, что может работать само по себе. Важно смещение адресата, не сознание работает, что-то другое.

Эриксон изменил наше представление о бессознательном по сравнению с Фрейдовским, полностью на сто восемьдесят градусов. Он сказал: «Бессознательное – это глубоко позитивная инстанция, это огромный склад ресурсов, это инстанция, которая нас охраняет, которая работает для нашей пользы круглосуточно, днем и ночью». Используя более современную метафору – компьютер с огромным количеством полезных программ.

Ресурсы. Откуда они там, в бессознательном, взялись? Ответ по Эриксону: «Мы их наработали сами, в результате нашей жизни они там взялись». Потому что у каждого из нас с вами за плечами есть опыт преодолений, достижений, успехов и побед, чтобы об этом человек не думал и что бы он об этом не говорил. Даже, когда человек приходит в глубокой депрессии и говорит, что он полный неудачник и никогда у него ни чего в жизни не получалось – это неправда, это не так. Потому что когда-то он не умел ходить и встал на две ноги и пошел и овладел прямохождением, и когда-то он не умел говорить и лепетал свои первые слова, слоги и овладел человеческой речью. Из всего обучения нашего жизненного это было самое трудное. Мы все смогли, мы все научились, этот опыт остался, он никуда не делся, он может быть использован. Научились читать, многие даже писать, научились пользоваться ножом, вилкой, автобусом, троллейбусом и другими, так называемыми культурными предметами (предметы, которые один человек сделал для другого). У всех есть опыт эффективного обучения и достижения. И в трансе к нему можно обращаться и использовать.

С этой точки зрения, когда у человека есть проблема, которую он не может решить, это значит одно из двух: либо у него нет доступа к соответствующему ресурсу, (потому что ресурс есть всегда, в библейском варианте: «Каждому дается по мере его», в более житейском: «ни кому не даются такие проблемы, с которыми он не может справиться»). Либо он не может его использовать, по какой-то причине. Доступ к ресурсу мы обеспечиваем, помогая человеку войти в транс (наводим транс), у нас еще терминология старая осталась от традиционного гипноза, как будто мы такие всемогущие, в нашей власти это сделать. Мы помогаем войти, он сам входит!  Эриксон говорил: «Ваш пациент войдет в транс, если вы дадите ему, хотя бы сотую долю шанса на это». Т.е. если не будете очень уж активно мешать, он войдет. Активность левого полушария понизилась, активность правого повысилась, работают оба, сейчас открыт вход в эту «Пещеру Аладдина», можно идти, брать ресурсы.

Что значит, человек не может использовать ресурсы, почему? Потому, что многие из нас представляют свою жизнь по принципу подводной лодки, разделенной на непроницаемые отсеки. Для подводной лодки хорошо, один затопил, другой на плаву, для этих целей не очень хорошоой лодки хорошо, один затопил.  не  может использовать ресурсы, пчему?оо повысиласьет решить Бессознательное лись. рограмммпьютор сознательном.й,, с егобъяснить нельзя.я, а уже является чем-то другим    . Если человеку нужно найти другое место работы, с более высоким социальным статусом, с лучшей зарплатой, какое к этому имеет отношение, что когда-то он был мастером спорта по художественной гимнастике, или катался на фигурных коньках, или хорошо играл в шахматы? Для нас это вещи абсолютно не сопоставимые, которые находятся в разных плоскостях, в разных временах, мало ли что раньше было, сейчас – другое. На одном уровне, но есть более глубокий уровень, где все события моей жизни связаны друг с другом, потому что у них есть общий центр – я. Это события моей жизни. И есть такая типа глобальной внутренней сети Интернет, где все связано со всем. Все события взаимосвязаны. В трансе мы выходим туда, на этот уровень. И там можно «брать» ресурс (активизировать), вот этой нашей внутренней части напоминать: «Вот это было сделано, ты это умеешь», и просить использовать это в другом месте и в других ситуациях, конкретно вот в этой ситуации. Или более общё: «въВ целом ряде ситуаций», или совсем общё: «Там, где это будет нужно, тогда, когда это будет нужно». И это происходит.

Как оно это делает, это пока большой знак вопроса. То, чем мы с вами занимаемся, это во многом ноу-хау. Делай так, получишь это, посередине пока еще во многом черный ящик. Я не думаю, что кто-нибудь осмелится сказать, что он знает, как работает гипноз, полностью, все механизмы, или знает, как устроено бессознательное. Только-только появилась аппаратура, которая позволяет исследовать живой действующий мозг. Там еще поле еще не пахано. Но, начиная с самой зари доисторических времен, мы знаем, как этим можно пользоваться и пользуемся. Эти методики наработаны, детально разработаны. В книге Ж. Беккио, Ш. Жюслен, один из самых первых рисунков доисторического человека, который нашли на юге Франции в пещерах. Там изображен шаман в трансе.

Понятие «бессознательное» позволяет разрешить еще одну важную проблему – проблему атрибуции, т.е. приписывания. Кто отвечает за внутреннюю терапевтическую работу? Думать, что ты отвечаешь, с ума сойдешь. Брать на себя такую ответственность за чужие жизни, за жизни других людей и за решение их проблем.

Клиент отвечает за проблему. Он принес материал, то с чем мы будем работать. Это его вклад в общее дело.

Терапевт отвечает за процесс. Это техник, у которого есть набор инструментов. Мы на определенное время, за определенную плату, предоставляем наши профессиональные умения, наши инструменты в распоряжение нашего клиента. Как сантехник. В отличие от сантехника мы нашими инструментами делимся. Мы обучаем человека самогипнозу. Все то, что мы делаем вместе он, потом может делать сам, один. А у нас меньше не становится, клонируются инструменты.

За работу отвечает его бессознательное. Это очень удобная позиция для обоих.

1. Она удобна для терапевта. Конечно, хочется помочь всем, по максимуму, но это невозможно, панацеи не существует. Гипноз – тоже не панацея. Каждый может измениться, только тогда, когда он готов измениться и настолько, насколько он готов измениться. Если человек сейчас готов измениться на чуть-чуть, через голову можешь перевернуться со всеми своими техниками, он изменится на чуть-чуть. Потом, пройдет время, он будет готов измениться больше.

Когда клиент приходит, клиентский запрос он противоречив по своей сути. Человек приходит, чтобы разрешилась его проблема. Для этого есть только один путь, он должен измениться внутри себя. Самое последнее чего люди хотят – это меняться. Потому, что это может оказаться болезненно, потому что это может оказаться чревато неожиданностями. Типовой клиентский запрос скрытый (никогда в открытую так не формулируется) звучит так: помоги мне измениться, но только так, чтобы во мне ничего не менялось. Ту часть, которая говорит: «Помоги мне измениться», мы называем сотрудничество, ту часть, которая говорит: «Но, только так, чтобы ничего не менялось», – мы условно называем сопротивление. Поэтому, это искусство, это похоже на шахматную игру, ты никогда не знаешь, что будет заранее, нужно удовлетворить обе части запроса, никогда ничего не повторяется. По силе части «сопротивление», можно судить, насколько он готов к изменению. Я понимаю, что когда человек сопротивляется, он не мне сопротивляется, мне от него ничего не нужно, изменению он сопротивляется.

Очень частый вариант, когда человек не позволяет себе отпустить контроль. Войти в транс – это означает отпустить контроль, т.е. позволить происходить тому, что происходит. Как только он чувствует, что он отпускает контроль, как он тут же впивается мертвой хваткой, а у него проблемы связанные с тем, что он не позволяет себе отпустить контроль. Пытается все на свете контролировать, что в принципе невозможно, особенно поведение других людей. И когда он, в конце концов, обучается входить в транс, он какие-то другие вещи тоже обучается отпускать.

2. Со стороны клиента это тоже очень удобная позиция, потому, что он же пытался решить свою проблему, и может быть не один раз и не смог. А мы ему объясняем: «Да, ты пытался и ты не смог, и ты действительно не можешь, но, есть часть тебя самого, которая может. Она может работать самостоятельно, она может решить проблему, отпусти, дай поработать, не лезь, не мешай».

Жан Годен, в свое время создал нам очень много полезных установок. И самая полезная, которую я все чаще и чаще вспоминаю, была такая: «Делаешь что можешь, а потом ждешь». Понимаешь, что ты не Господь Бог, что ты просто помогаешь, создаешь условия, в которых могут заработать его собственные внутренние силы. Как садовник, он не тянет за хвостик растение из земли, чтобы оно быстрее росло. Землю вскопал, удобрение внес, полил, а растет оно само. Внутренние силы и кто может сказать, что он знает эту силу? Никто.

… Можно ли гипнозом нанести вред? Еще какой. Это инструмент, очень эффективный, я обучаю, тому, как с его помощью помогать. В том, что мы делаем и как построено обучение, нельзя причинить вред. Это можно сделать только в одном случае, если у вас будет намерение причинить вред. Ну, тут я уж не ответчик. Самые страшные убийцы с расчленением получаются из бывших хирургов, потому что они знают как расчленять. Нож – инструмент. Можно колбасы порезать, можно операцию сделать, можно человека зарезать.

Основная техника безопасности в гипнозе состоит в том, чтобы оставаться в рамках своей профессиональной деятельности. Не существует профессии гипнотизер, не существует отдельно взятой профессии – гипнотерапевт. Это для психологов, психотерапевтов и врачей это просто повышение квалификации, это овладение еще одним методом. А для тех, кто не собирается этим заниматься профессионально, это расширение своих коммуникативных возможностей, как лучше общаться с другими людьми, как лучше входить с ними в общение, как лучше к ним адаптироваться, как создавать такую обстановку, в которой возможны варианты «выигрыш – выигрыш». Когда я занимался у Жана Годена в Париже, половина группы были психологи и психиатры, а половина группы – стоматологи. У них это очень модно, изучают гипноз и пользуются им вместо обезболивающего. Стоматолог, который изучил гипноз, не лезет ни в психологию, ни в психиатрию, он остается стоматологом, но может повесить у себя на дверь табличку, что он владеет э.г., и может быть, к нему пойдут больше по этому поводу. Гинеколог, который изучил э.г. остается гинекологом, но он пользуется этим.

Я – тренер, который учит плавать в бассейне, базовую технику ставит. А потом народ разъезжается, и кто-то в море плавает, кто-то в горной речке, кто-то в озере и у каждого техника изменяется в соответствии с требованием. Доктора приходят, потом и рассказывают, что они делают с помощью гипноза, я этому не учил. Они делают чудеса, потому, что они берут базовые техники и соединяют их со своими знаниями и делают то, что делают. А один мой ученик, у него специальность – переговоры. Он говорит, что он стал переговорщиком экстра класса, только благодаря э.г. Я спрашиваю: «Что ты взял главное из гипноза?», он говорит: «Сотрудничество». Основной принцип – сотрудничество, вместо конфронтации. Ну, и кое-какие техники использует, конечно.

Можно сказать так, гипноз – это временное снятие ответственности, на время сеанса, пока ты в гипнозе, мы ему говорим: «Ни чего не делай, расслабься, дай поработать вот этому самому, этой инстанции, части самого тебя». Очень удобно.

Вопросы есть еще?

… Любая деятельность, которая у нас автоматизирована мы можем сказать – автоматизированный навык, а можем сказать – выполняется в трансе.

… Показание к гипнозу все на свете и топор, противопоказание – психозы. Сейчас уже работают с психозами с помощью э.г., но это должен делать врач-психиатр. С эпилептиком должен работать клиницист, который знает клинику, плюс гипноз и который знает, что делать, если не дай бог что: приступ, обострение и т.д. Я не психиатр, я психолог. Когда ко мне подростка приводят, первое с чего начинаю, я говорю: «Знаешь разницу между психиатром и психологом?». Он говорит: «Нет». Я  говорю: «Психиатр – это который вот с этими имеет дело (М.Р. крутит пальцем у виска), а я только со здоровыми. Ты случайно не такой?» – «Нет». «Ну, хорошо, значит пришел по адресу». При малейшем подозрении на психическую патологию, я говорю открытым текстом: «Дорогой товарищ, пожалуйста, консультацию у психиатра. Если он даст добро, на то, чтобы мы в этих техниках занимались, пожалуйста». Но, правда этот гуманист всех назад присылает.

… Работа с заиканием. Хорошее показание к эриксоновскому и традиционному гипнозу, кодированию. Я вам не могу гарантировать сто процентного успеха, но работать можно.

15 минут перерыв.

ВЫВЕДЕНИЕ ИЗ ТРАНСА. Мы помогаем человеку войти в транс, по привычке мы говорим «мы наводим транс, вводим в транс». Коль скоро мы его туда ввели, наша святая обязанность заключатся в том, чтобы его вывести оттуда по завершении работы. Чтобы мы были уверены, что когда он от нас уходит, он не в трансе уходит, в обычном, нормальном состоянии. Окончание должно быть (мы сейчас говорим про формальный сеанс). По окончании нужно предложить человеку выйти из транса, и, желательно, дать внушение на хорошее  самочувствие. Это можно сделать, просто вежливо попросив.

Через несколько мгновений, я попрошу тебя вернуться сюда, полностью присутствующим, и ты будешь чувствовать себя хорошо, после нашего хорошего упражнения.

Очень просто, но это занятие приучает очень внимательно относиться к словам, обращенным к другому человеку. Потому, что здесь ловушка есть. Здесь есть прямое внушение: «Ты будешь чувствовать себя хорошо». А если он не будет чувствовать себя хорошо? Такое может быть. Вышел человек из транса и не чувствует себя хорошо: голова у него кружится или подташнивает или вообще дискомфортно. А я сказал, что он будет чувствовать себя хорошо. Значит, мы разошлись, я оказался инконгруэнтен. Поэтому, лучше использовать более осторожную формулировку.

Я попрошу тебя вернуться сюда, и я надеюсь, что ты будешь чувствовать себя хорошо. Это внушение по-прежнему, но это косвенное внушение. И, на всякий случай, за человеком зарезервирована возможность чувствовать себя плохо, если ему это зачем-либо нужно. Иногда это бывает нужно, чтобы продемонстрировать, что ты не такой уж замечательный гипнотерапевт, как ты воображал, смотри, как мне плохо после твоего сеанса, но чаще всего, это бывает, тогда, когда человека слишком быстро выдергивают из транса. На все нужно время. У каждого время выхода индивидуально и человеку нужно это время дать. Кто-то выходит очень быстро, кто-то выходит достаточно медленно, а кто-то выходит настолько медленно, что начинающий терапевт начинает паниковать «Это куда ж я его загнал и как его теперь оттуда доставать и что будет, если он не выйдет оттуда никогда?» У меня была одна такая клиентка, она очень хорошо входила, очень глубокие трансы, очень долго и очень нехотя выходила. Все любят, всем нравится. И она так с ехидством меня спросила: «А, что будет, если Вы однажды не сможете меня вывести?» Я ей сказал: «Тогда мы получим Нобелевскую премию и поделим пополам, потому, что это будет первый случай в истории человечества». Теперь она выходит очень быстро. Не может такого быть не может человек там остаться навсегда, невозможно. В самом крайнем случае, его можно оставить в покое и через двадцать минут транс перейдет в сон физиологический, выспится и проснется. Но, если выдернуть, быстрее, чем ему нужно, может быть плохо, голова может кружиться и подташнивать может. Самое простое, что можно сделать – вернуть его обратно, вернуть очень просто:

Пожалуйста, вернись обратно, закрой глаза, пожалуйста, войди опять в это состояние. И дать ему время необходимое.

Потом можно просто сказать:

У тебя действительно есть все необходимое время, чтобы позволить этому произойти в своем собственном темпе. И он будет выходить намного медленнее, но чувствовать себя лучше.

Можно дать внушение на продолжение работы

Эта работа будет продолжаться за пределами этого сеанса, ночью, днем и т.д., а какая-то часть этой работы должна быть сделана здесь и сейчас. Когда эта часть работы будет завершена, тогда можно будет сделать глубокий вдох, открыть глаза, вернуться в обычное состояние. Эта работа бессознательная, ты запрашиваешь не произвольную реакцию. Видно этот непроизвольный вдох, он очень часто неожиданный для самого человека. Мы обращаемся к бессознательному.

Общее правило завершения сеанса заключается в том, что мы размещаем по местам, все, что мы смещали, мы сейчас особо ничего не смещали, поэтому размещать особо нечего. Но, скажем, если мы работали со временем, в прошлое человека отправляли или в будущее, перед выведением из транса нужно вернуть настоящее. Если мы работали с возрастом, делали возрастную регрессию, клиент в детство свое возвращался, перед выведением из транса желательно вернуть в реальный возраст. Это не значит, что если этого не сделать, то он выйдет из транса и останется пятилетним ребенком, нет, конечно. Но определенный дискомфорт может быть, какие-то черты детского поведения могут сохраняться какое-то время.

Можно использовать метод заимствованный из традиционного гипноза – счет. Вводить счетом – это классика.

Я посчитаю от десяти до одного, или от пяти до одного, и с каждым счетом ты будешь возвращаться все больше и больше, на счете один откроешь глаза и вернешься в обычное состояние.

Нормальный метод, единственный недостаток заключается в том, что ты навязываешь свой темп, который может не совпасть с его темпом. Это может оказаться для него слишком быстро или наоборот, слишком медленно и тогда будет субъективно не очень приятно.

Людям нравится транс, это очень приятное состояние, очень часто люди не хотят выходить. Хочется подольше побыть. Но оно, в общем-то, и бог бы с ним, но есть же расписание. Следующий клиент ждет, рабочий день кончился и домой хочется, клиент расположился в трансе уютно и надолго.

Можно воспользоваться методом, который использовал М. Эриксон, он говорил:

Вы можете оставаться в трансе, столько, сколько захотите, и я надеюсь, что Вам не помешает необходимость сходить в туалет. Идеодинамический механизм никто не отменял, быстро возникает.

Есть так называемый «Американский метод», грубый, но эффективный.

Вы можете оставаться в трансе столько, сколько захотите, по цене 10 долларов в минуту.

Обычно таких проблем не возникает, человека просто просишь выйти и выходит.

На всякий случай расскажу вам два таких необычных случая, чтобы если вдруг когда-нибудь столкнетесь, вы знали что происходит и что делать. Один случай описывал Жан Годен. Он одно время много выступал, лекции, демонстрации. В том числе он демонстрировал гипнотическую анестезию -обезболивание. Он внушал анестезию, у него с собой были аккупунктурные иголочки, он втыкал человеку в руку иголочку, человек не чувствовал боли, все было замечательно. И вот при большом стечении народу вышел молодой человек, доброволец, вошел в транс. Он ему внушил анестезию, вколол иголочку, боли нет, все замечательно. Он его выводит из транса. А тот не выходит, одна техника вторая, третья, не выходит. Он нам говорил: «Ну, был бы он у меня в кабинете, я бы пошел чай пить, а он бы остался, потом бы вышел, но это же нельзя, это же при народе, загипнотизировал и не разгипнотизировал, как же так?» Тогда он его спросил: «Скажи, пожалуйста, почему ты не выходишь из транса?» Получил ответ: «В обмороке». Выяснилось, что молодой человек панически боялся уколов, когда ему делали укол, он падал в обморок, поэтому, когда его укололи, он решил, что самое время упасть в обморок». Что ставит очень интересный вопрос: «Что такое обморок, что такое транс и как они соотносятся, если он из транса сообщает, что он в обмороке?» «Ах, ты в обмороке», – сказал Годен, – «Ну, все в порядке, ты уже не в обмороке, ты пришел в себя, можешь выходить». И он вышел из транса.

Я однажды столкнулся с курьезом, работает группа, тройки, все хорошо, заканчивается упражнение. В дальнем углу какая-то нездоровая ажитация, что-то не то, явно происходит. Подхожу, терапевт уже белый, не выходит из транса человек. Я вспомнил эту историю, спрашиваю: «Скажи, пожалуйста, почему ты не выходишь из транса?» Он говорит: «На посту». «А, ты на посту, а что нужно, чтобы ты вышел из транса?» «Разводящий, снять с поста». «Очень хорошо, пришел разводящий, и снял тебя с поста, можешь выходить». Выходит, и рассказывает интересную историю, о том, что действительную воинскую службу он проходил в кремлевской роте почетного караула и стоял на посту номер один, у Мавзолея. Как выяснилось, их обучали специально входить в транс. Я после этого рассказа специально сходил, посмотрел, как они стоят у вечного огня. Они стоят в трансе. Абсолютно неподвижно, тридцать минут, взгляд расфокусирован, замер, как статуя, он в трансе стоит. Не переминается с ноги на ногу, не стреляет глазками в девочек проходящих. Они были обучены, он встал, застыл, транс, это комфортно, он стоит, время в трансе пролетает незаметно, мечтами в родной деревне, и он заказал сопровождение в приятном воспоминании. Стою на посту у Мавзолея. И, во-первых, он получил транс в трансе. А во-вторых, когда ты встал на посту у Мавзолея, ты встал и замер и все. Это преступление против Родины, шаг вправо, влево. И все, он встал и замер.  И как интересно смешивается эта реальность и трансовая реальность. Его тянут: «Выходи, выходи, давай, выходи», а нельзя. И он говорит: «А, знаете, вот о чем я думал, когда меня дергали все время? Я думал, какой же это интересно год службы, первый или второй?» Мы говорим: «А какая разница?» Он говорит: «Вы не понимаете, вот я сейчас сойду с поста, если это первый год службы меня в казарме будут бить, а если второй, просто выговор».

С ним разговаривать можно, спрашивать можно, выяснять можно: «Почему он не выходит из транса, что ему нужно, чтобы он вышел из транса?»

Иногда они из транса руководят действиями терапевта. Это очень забавно. Я помню женщину, которая мне говорила: «Выводите». Хорошо.

Другой был случай, это был групповой транс (мы с вами тоже будем делать), что-то на тему огня, сюжет был огонь. Была одна женщина – народный целитель. Все уже вышли из транса, он все еще в трансе. Из транса она мне говорит: «Скажи – этот огонь у тебя в руках». Сказал. «Скажи – но, он не будет приносить зла». Сказал. «Скажи – ты будешь приносить пользу людям». Сказал. «Ах-х-х». Но это почему-то важно услышать снаружи и чужим голосом. Я могу самому себе это сказать, но иногда помогает, когда кто-то помогает.

Базовые техники э.г. – это техники наведения и поддержания гипнотического транса. Мы ставим базовые техники на автомат, что бы потом об этом уже не думать, потому что когда ты работаешь, ты об этом не думаешь, ты думаешь о содержании работы. Вы немножко попрактикуетесь, вы поймете, насколько это легко, наводить транс, у вас появится уверенность в себе. Это очень важно. Росси в одной из работ перечисляет техники наведения транса. Последняя фраза: «Основная техника заключается в вашей уверенности, что человек войдет в транс». Когда ты знаешь, насколько это легко, когда ты видел, с какой готовностью люди входят в это приятное состояние, ты понимаешь, что им просто мешать не нужно. И доходит до того, что просто не успеваешь использовать свои замечательные техники, приходят, садятся, входят в транс. Поэтому теперь все сеансы будем заканчивать, так как положено, т.е. выводить человека из транса любым из этих предложенных способов, можете пробовать. Мы здесь для того, чтобы учиться и пробовать.

Упр. № 3. «Сопровождение в приятном воспоминании».

Сейчас еще раз поработайте в тройках. То же самое, сопровождение в приятном воспоминании. Можете делать, так как делали перед этим, можете попробовать так, как мы со Светой делали, т.е. не спрашивать вообще ничего, только за счет неопределенных слов.

Не нужно читать по тетрадке. Понятно, что когда мы учимся, мы сначала воспроизводим и копируем образцы, которые нам показывают, это нормально. Но, чем скорее вы отлепитесь от этих образцов, чем скорее вы поймете, что это можно делать очень по-разному, и чем скорее вы почувствуете себя свободнее в этом деле, тем лучше. И вы увидите, что ваш запас неопределенных слов расширился. И сейчас вам нужно будет 10 минут продержаться в вашем сопровождении. И по-прежнему, где-то минут 15 на человека у вас уйдет, с коротеньким обсуждением. Наблюдатель наблюдает, где вы конгруэгтны, где вы инконгруэнтны. Наблюдатель так же смотрит за временем. Я бы вам посоветовал менять тройки, потому что народу много и чем с большим количеством разных людей вы поработаете, тем лучше. У всех реакции разные, поведение разное, чтобы навык вырабатывался с разными людьми работать. Э.г. позволяет работать со всеми, неважно: гипнабельные, негипнабельные, внушаемые, не внушаемые, со всеми.

Даже, бывают такие редкие случаи, когда человек не входит в транс, или как бы не входит в транс, очень редко, но бывает. У меня нет универсальных советов, я просто могу говорить о том, что я видел. В этом случае я работаю так, как если бы он находился в трансе. Из двух соображений. Первое – техники коммуникативные, все равно срабатывают, в трансе или не в трансе, неважно. Второе – я знаю, что могли быть такие микротрансовые включения, которые я мог просто просмотреть, очень быстро, туда, сюда. И все, и ему больше не надо, он уже все там сделал. Потому, что это же не огурцы солить, нет необходимости вымачивать транс. Обычная практика время обычного приема – час стандартная. Нужно поговорить до, нужно поговорить после, сам гипноз где-то минут 20 занимает, реже – 30. Этого вполне достаточно. Сейчас вы почувствуете себя намного более уверенно и завершаете, т.е. выводите человека из транса. Полшестого заканчиваем, и собираемся, чтобы успеть обсудить и сделать маленький групповой транс.

Какие есть вопросы?

… Смех – это ладно, но ведь и слезы же были. Слезы бывают тоже часто. Очень часто они не значат ничего, просто физиологическая реакция, а могут значить что-то. И мы по мимике видим, что-то не приятное человек переживает. Лучше спросить. Это осторожно, на всякий случай: «Все в порядке? Мы можем продолжать?» Он или скажет или кивнет головой. Если «Да», значит мы продолжаем, если «Нет», – «Пожалуйста, выйди из транса». И поговорить и обсудить и выяснить, что произошло. Потом либо опять продолжаем, либо что-нибудь другое. Вернуть это не проблема. Потом мы поставим специальные сигналы для общения с человеком в трансе, будет легче, пока можно просто просить, чтобы он головой кивнул или сказал. Хорошо, работаем.

Обратная связь.

… транс – это очень интересное переживание, он у всех свой, переживание транса очень субъективно, у каждого свое.

… По мне так пусть клиент сидит, как хочет, ему сейчас так удобно сидеть, в другой момент по-другому будет удобно сидеть. Расслабление не обязательно для транса, это разные вещи. Транс – это комната, в которую ведет сорок тысяч дверей, можно попадать через расслабление, не обязательно. Если по какой-либо причине тебе нужно расслабление, его намного легче получить в трансе уже, в трансе предложить расслабление, оно быстрее будет получено, более качественное. Если он в трансе на гору поднимается, о каком расслаблении может идти речь, там напряжение надо наоборот. Пускай сидит, как хочет, но когда будем ставить пальцевый сигнал, там просто руки нужно чтобы было видно, удобно, когда он сидит так. Если ты хочешь, чтобы человек сел так, как тебе хочется, это очень просто делается: «Вы можете сесть вот так?», спрашиваешь его. «Вы можете сесть ровно, положив руки на колени?» «Вы можете поставить обе ноги на пол, выпрямить спину и положить две руки на колени? А сидеть можете, как хотите».

… Если Вам не лень бороться с сопротивлением, которое вы сами же и вызвали, тогда можете говорить в повелительном наклонении.нс.обсудитьверенно и заверши что я видел.таете, тем лучше.о и надолго.нечно.Р Расслабление не    Транс – это комната, в которую ведет сорок тысяч дверей. можно попадать через расслабление   , ,, его намного легче получить в трансе уже         Если вам не лень бороться с сопротивлением, которое вы сами же Степень действия равна степени противодействия. Чем больше давишь, тем больше, тем больше получаешь сопротивления. Никто не любит командного тона.

… Ты шаги путаешь, а они все равно в транс входят. Всегда проще удерживать не шаги, а руководящий принцип, что ты должен получить в результате. Должен получить внутренний фокус внимания, как ты это сделаешь, как удобно тебе и ему, так и сделаешь.

… Подстройка всегда идет взаимная, на сто процентов все равно приспособиться не возможно к человеку. Ты к нему приспосабливаешься, он к тебе приспосабливается и на стыке что-то получается.

У всех разный темп психической деятельности, легко адаптироваться к человеку, у которого такой же темп как у тебя, очень легко адаптироваться к человеку, у которого темп ниже, чем твой, и не очень легко адаптироваться к человеку, у которого темп выше, чем твой. Быстрее соображает, ты еще только думаешь, а он уже сходил десять раз туда и обратно. Всегда адаптируешься к клиенту, в следующий раз с ним будешь стараться, чтобы этого не было, т.е. ему будешь подавать побыстрее материал. Темп – это характеристика темперамента.

… Транс это как секс, если не нравится человеку, ну, не делай. У людей, у которых проблемы с трансом, я им объясняю, что транс похож на секс, когда у людей проблемы с сексом, я им объясняю, что секс похож на транс. Если проблемы и там и там, тогда это все похоже на плавание.

Метафору плавания часто используют для того, чтобы обучать людей трансу. Потому, что когда ты учишься плавать, ты сначала пытаешься все контролировать, положение тела, положение рук, положение ног. И у тебя получается не очень хорошо. А потом вдруг неожиданно для себя, в какой-то момент, ты чувствуешь силу, которая тебя поддерживает и, ты понимаешь, что можно расслабиться и отпустить контроль. А, отпустив контроль, ты вдруг понимаешь, что парадоксальным образом, отказавшись от контроля, приобретаешь еще большую свободу, и легкость и можешь отправляться куда хочешь, в удобном для себя темпе, а если захочешь, то можешь погрузиться еще глубже. Если человек не тонул.

… Мы говорим, не бойся, я рядом с тобой. И ты входишь в транс, показываешь, что ты можешь это делать. Терапевт – модель, собой моделирует то, что он хочет от клиента, в том числе транс.  Наводя транс, ты сам входишь в транс. У терапевта активный транс.

… Учитывая такой феномен, как субъективное искажение времени в трансе очень быстро можно очень хорошо отдохнуть. Злоупотреблять не следует, потому что нормальный физиологический сон тоже нужен. Но какое-то время можно заменить.

… С  какого возраста можно работать с человеком в техниках э.г.? С того возраста, с которого он понимает человеческую речь. Гипноз с детьми – это обычно сказки. Все родители практикуют с детьми э.г., сами этого не зная, потому что все им читают и рассказывают сказки, когда ребенок слушает сказку, он находится в трансе. Сказка – это метафора.

Групповой транс 1 дня «Маятник».

Сейчас попрошу все, что у вас в руках отложить. Маленький групповой транс и будем завершать наш сегодняшний день.

Можно устроиться удобно. Удобнее это делать с закрытыми глазами, но это не обязательно.

Вы уже люди опытные, вы знаете, что это не гипноз, а просто упражнение на воображение. Очень простое.

Я попрошу вас, в вашем воображении представить себе очень простой предмет, металлический кружок, диск, диаметром примерно 15 см. Это легко. И вы можете мысленно окрасить этот диск в тот цвет, который лично для вас является синонимом мира, покоя и гармонии.

И рядом с этим предметом, я прошу вас представить себе второй предмет. Длинную и узкую металлическую полоску, длинной примерно 50 и шириной 2-3 см.

И вы можете мысленно приставить эту полоску сверху плоско к ребру кружка и соединить их, сварить склеить или как-то иначе.

И у вас получился предмет, похожий на ложку, или на ракетку. Но, это не то и не другое, это маятник. Это маятник больших часов, в деревянном корпусе. Вы знаете такие часы. Вы видели такие часы. Они могли принадлежать родственникам или знакомым. И многим людям нравятся предметы, которые имеют историю, которые имеют душу. И можно мысленно прикоснуться рукой к деревянному корпусу этих часов, и ощутить контакт руки и дерева. Этот корпус, эту часть часов сделал мастер. Который когда-то был молодым рабочим. Который научился владеть инструментами, инструментами, которые пилят, которые сверлят, которые режут и другие. И он научился обрабатывать разные сорта дерева. И постепенно он стал хорошим рабочим, затем известным рабочим, и наконец, мастером, который смог создать это произведение искусства.

А теперь, посмотрите на циферблат часов, на стрелки часов. Эти стрелки создал другой мастер. Сначала он создал их в своем в своем воображении. Затем он нарисовал их на бумаге. Затем на чем-то более плотном. Затем на металле и он вырезал их специальными инструментами, и поместил на центральную ось часов. И когда он это сделал, перед ним встала проблема, которая заключалась в том, что одна стрелка должна обегать циферблат за час, а другая за двенадцать часов. И он разрешил эту проблему. С помощью тонкого и сложного механизма, которого не видно, но который здесь, за циферблатом, и который позволяет стрелкам вращаться и который позволяет маятнику раскачиваться. И маятник раскачивается, влево и вправо, влево и вправо и он поднимается, чтобы опуститься, и он опускается, чтобы вновь подняться. И может быть некоторые из вас уже начинают слышать тиканье этого маятника. Который тикает в своем собственном ритме, который на самом деле является вашим ритмом. Ритмом вашего воображения. И я прошу вас в вашем воображении, поставить перед этими часами мягкое, удобное кресло и сесть в него, и закрыть глаза. Так, чтобы единственным связующим звеном оставалось тиканье этого маятника. Который может тикать чаще или реже, ближе или дальше, громче или тише. И продолжая слышать, или не слышать тиканье этого маятника, вы можете позволить своему сознательному разуму блуждать в приятных образах, грезах, фантазиях, воображении. В то время как часть вас самих, ваше бессознательное гармонизирует все то, что должно быть гармонизировано, расставляет по местам все то, что должно быть расставлено по местам. И приводит в порядок все то, что должно быть приведено в порядок. И эта важная и нужная внутренняя работа может продолжаться за пределами этого транса, ночью, когда вы спите. Днем, когда вы заняты своими делами, в других трансах. Столько, сколько необходимо, чтобы вы могли полностью воспользоваться ее результатами. А какая-то часть этой работы должна быть завершена здесь и сейчас, в этом трансе. И когда эта часть работы будет завершена, вы сможете сделать глубокий вдох, потянуться, открыть глаза, каждый в своем собственном темпе. И вернуться полностью присутствующими здесь и сейчас, гармонизированными, отдохнувшими, чувствуя себя хорошо и готовыми завершить свой сегодняшний вечер. Каждый в своем собственном темпе. И есть все необходимое время.

На сегодня закончили, до завтра, завтра в 10.

2 день

Я верю, что ничего случайного вообще не бывает. И уж тем более никто случайно не приходит в гипноз. И, наверно у каждого натает в жизни такой момент, когда он останавливается, оглядывается назад и видит путь, который привел к этому. И у меня тоже когда-то такой момент случился, я оглянулся назад, и с большим удивлением увидел, что действительно был путь, очень долгий, который начался очень рано и очень прерывистый, с большими разрывами. А начался очень рано, потому что я рано познакомился с гипнозом. Гипнозом занимался мой отец. Он врач – невропатолог. Естественно, он занимался классическим, традиционным гипнозом, тогда другого не было. И одно время очень активно он практиковал. А мне было очень интересно, где-то лет 12 или 13 мне было. И я попросил его, чтобы он меня загипнотизировал. Ну, интересно, же. Он меня положил на мою кровать, взял свой неврологический молоточек, развернул обратной стороной, велел смотреть на этот блестящий кружок. И стал мне рассказывать о том, что у меня руки и ноги становятся теплые, тяжелые, невозможно поднять, веки тяжелые, они опускаются, слипаются, склеиваются и мне хочется спать, все больше и больше, и я засыпаю, все глубже и глубже (не надо спать!). И мне стало очень смешно почему-то, я расхохотался, папа обиделся, сказал, что я не серьезно к этому отношусь, и больше он меня гипнотизировать не будет из-за такого несерьезного отношения. И у меня как-то интерес сразу пропал, начисто просто, не знаю почему. Все, не интересно стало.

До окончания школы, до поступления на первый курс псих. фака МГУ, где я начал читать умные книжки, в которых прочитал, что тридцать процентов людей негипнабельны. И я понял, что произошло. Я негипнабельный, у меня сильная воля, такая сильная, что даже родной папа не смог переломить. Конечно, это приятно. У тебя сильная воля, тебя нельзя загипнотизировать, поднимает самооценку.

Когда мы поступили, это был первый год, когда открылся факультет психологии, т.е. мы были первым выпуском, который проучился на факультете от начала до конца. Поэтому, никто понятия не имел, что это такое, и мы, поступившие естественно тоже. Что-то такое очень загадочное, туманное. Поэтому, мы бегали по Москве, искали что-нибудь такого психологического, в нашем понимании тогда это было загадочное, увлекательное, необычное. И наши девочки нашли Райкова. Он тогда гремел по Москве. Он вводил людей в гипноз, внушал им, что они Суриковы, Репины и Левитаны, почему-то питал пристрастие к русской школе живописи. Ставил перед мольбертом, давал карандаши, краски, они начинали писать и рисовать не как Суриков, Репин и Левитан, но на голову выше своих обычных возможностей. На уровне такой хорошей крепкой художественной школы. Выставка была в дека МГУ, очень пристойные работы. Они говорят: «Вот, есть интересный человек, пойдем». Я человек достаточно осторожный по природе, по натуре, я решил так, пусть они сходят и посмотрят, потом расскажут, что было. А я подумаю, ходить или не ходить. Они сходили, вернулись в полном восторге, и рассказали: «Мужик поставил всех в круг, вытянул руку, велел смотреть на ладонь и сказал: «Сейчас вы у меня на ладони увидите кубик, шарик и пирамидку». Некоторые увидели, некоторые нет. Те, кто увидели, он оставил, чтобы делать из них Суриковых, Репиных, Левитанов и прочих знаменитостей. А кто не увидел, отправил восвояси. Это проба на внушаемость, элементарная. Когда они мне это рассказали, я понял, что я туда не пойду. Какой-то мужик на пустой ладони велит увидеть кубик, шарик и пирамидку, я знаю, что я не гипнабельный, а вдруг, а если я увижу, а это будет значить, что он меня загипнотизировал, и что его воля сильнее моей. А мне это надо? Мне это совершенно не надо. Я решил, что буду жить с убеждением, что воля сильная и несгибаемая и не пошел.

И ни какого гипноза до пятого курса, тогда двое моих однокурсниц, они писали диплом с помощью гипноза. Исследование мотивов с помощью гипноза. А поскольку сами они гипнотизировать не умели, гипнотизер был приглашен. Врач – психиатр. Хороший классический традиционный гипноз. И как-то они меня пригласили, говорят: «Хочешь посмотреть наши эксперименты с гипнозом?» А что не посмотреть то, не тебя же гипнотизируют. Хочу. Испытуемая была наша же приятельница, курсом младше. А гипнотизер увидел постороннего человека и распушил свой гипнотизерский хвост и несколько вышел за рамки эксперимента. Эксперимент был очень скучный, там какие-то палочки нужно было чертить. Он ей говорит: «Здесь жарко, здесь душно, тебе очень душно». Она начинает метаться, у нее пот на лбу выступает. «Выпей апельсиновый сок». Она пьет воображаемый сок. «Тебе душно, тебе жарко, тебе тяжело дышать, тебе хочется расстегнуть верхнюю пуговку на кофточке, расстегни верхнюю пуговку на кофточке». Она расстегивает. Я говорю: «Боже, какой ужас, какой кошмар, это отвратительно, такая власть над другим человеком это просто отвратительно». А если бы он ей сказал все пуговки расстегнуть. Это я сейчас знаю, что бы было. Она бы вышла из транса, он бы получил по физиономии, на этом бы все кончилось. Но тогда-то я не знал, я думал, что это власть над другим человеком. Впечатление осталось просто мерзкое. Что лишний раз мне подтвердило, что этим заниматься не нужно, это неприятно для человека, это давление. В психологии много интересного без гипноза.

Годы прошли опять, уже все там закончили, аспирантуру закончил, работал. С какими-то своими болячками я попал к невропатологу. Он меня положил на кушетку, взял свой молоточек, развернул обратной стороной, велел смотреть на этот блестящий кружок и запел песню о том, что у меняер,кусста.ерева.историю, находится в трансе. и в трансе можно очент   И  может быть некоторые из вас уже начинают слышать  блуждать в приятных образах    , ..,. , ,вытянул руку, велел смотреть на лодонь, это Ч взял свой молоточек, развернул обратной строр руки тяжелые, теплые, ноги тяжелые теплые, веки тяжелые опускаются, я засыпаю. Я это в двенадцать лет проходил. Как человек вежливый я закрыл глаза и притворился, что я сплю. И он меня бросил, пошел заниматься какими-то своими делами, шуршал какими-то докторскими бумажками, звенел какими-то докторскими склянками. И я отчетливо помню это острое чувство обиды и одиночества, брошенности. Тебя бросили. Что лишний раз подтверждает, что я был в трансе в легком, думая, что претворяюсь.  Потому, что в трансе все переживается очень остро. Особенно моменты контакта и разрыва контакта. Он разорвал контакт. Если бы я знал. Что он будет гипноз использовать, я бы просто к нему не пошел, но я же не знал, никто же не предупредил. Я еще раз укрепился во мнении, что гипноз это неприятно и не нужно этим заниматься.

И опять годы прошли без всякого гипноза. А потом мне в руки попал четвертый слепой самиздатовский экземпляр переводной книжки Джей Хейли «Необычайная психотерапия». А эта книжка, после которой М. Эриксон проснулся знаменитым, как говорят. Книжка старая, ее можно найти только в библиотеках, но она недавно была переиздана под другими авторами и другим названием, кто-то решил, видимо чьи-то права обойти. М. Эриксон и Д. Хейли «Стратегии семейной терапии». Читается она взахлеб, очень рекомендую. Очень многие начинали свой путь в э.г. именно с этой книги. Это описание случаев из практики М. Эриксона. Но книжка оставляет очень странное впечатление, потому что Хейли один из создателей Системной семейной терапии. И он проинтерпретировал Эриксона через призму Системной семейной терапии. И гипноз там если и присутствует, то очень вскользь, очень задним планом. Поэтому создается такое странное впечатление, был такой добрый волшебник М.Эриксон, который творил чудеса, но как он их делал, не понятно. Тоже хочется, но не понятно как это делать.

А потом, на какой-то психологической тусовке, я краем уха услышал, что приезжает какой-то француз, не то Гобен, не то Годен, будет проводить семинар, что-то там такое, тра-ля-ля-ля Эриксон. Меня зацепила фамилия. Я подумал, может быть, я узнаю, как это делается, как Эриксон это делал. Не дешево это стоило, наскреб денег, приехал Француз, под Москвой, в Звенигороде в пансионате. Первый день, садимся знакомиться, Эриксоновский гипноз. Я думаю: «Вот это влип». На гипноз попал, но я же не знал, что это гипноз. А деньги то уже никто не отдаст, все. Я думаю, ну ладно, я отосплюсь в этом пансионате, отъемся, погуляю по лесам. Но из приличия надо полдня посидеть. И начинается этот гипноз, и вдруг выясняется, ничего того, что меня отвращало от гипноза и что обычно отвращает людей от гипноза, нет.  Нет этой авторитарности, нет попыток давления, нет попыток навязать свою волю, нет этой заброшенности, одиночества и пустоты. А есть очень симпатичное, очень милое занятие, очень партнерское, с массой юмора, множеством шуток, и мне очень понравилось. Я уже не стал гулять по лесам и отсыпаться, я стал заниматься. И, как-то мы друг другу пришлись по вкусу. И потихоньку это стало основным содержанием профессии. Я понял, слава Богу, вовремя понял, что мне в руки попал универсальный инструмент для психолога, для профессионала. А это очень приятно иметь в руках универсальный инструмент, и понимаешь, что нет такой ситуации, в которой ты не мог бы сделать хотя бы что-нибудь.

И я вам об этом рассказываю не просто потому, что это интересно. А потому, что мы сейчас будем говорить о различиях между (не правильно говорить: «Между двумя гипнозами», гипноз – это есть и все, состояние такое) между двумя подходами к гипнозу. А подходы очень разные, можно сказать, диаметрально противоположные. И сейчас можно сделать такую колоночку на одну страничку, на два столбика, слева у нас будет традиционный гипноз, а справа эриксоновский гипноз.

Различия между двумя подходами к гипнозу.

 

Традиционный гипноз Эриксоновский гипноз
1. Авторитарный подход.Гипнотизер – властная фигура. 1. Пермиссивный подход (permission англ. – разрешение) дозволяющий, разрешающий.В наших сеансах клиенту можно практически все. Мы ему ничего не запрещаем.
2. Используются прямые внушения.Начиная с этого дня, Вы больше не будете пить, курить, и заниматься излишествами не хорошими. 2. Используются косвенные внушения.
3.Гипноз рассматривается как особое состояние, в которое погружаются под влиянием гипнотизера. 3. Гипноз рассматривается как особый тип психического функционирования, в который вступают в диалоге, сотрудничестве.
4. Наведение транса – это «ключ» ко входу в иное состояние, и этот «ключ» находится в руках гипнотизера. Это он делает. 4.Человек принимает определенную установку, из которой вытекает все его поведение.
5. Культивируется подчинение. 5. Культивируется высвобождение.
6.Что-то вкладывается человеку в голову. Внушения. 6. Что-то извлекается из этой  головы. Ресурсы.
7. Гипнотизер сам думает, что он имеет власть над другими людьми. Он верит в это. Он имеет эту установку, которую активно стремится передать пациенту, убедить его в этом. 7.Э. гипнотерапевт стремится создать парадоксальную установку: «Я помогу тебе обрести власть над самим собой».

Все, табличка кончилась, подвели черту.

Мы уже говорили о том, что гипноз не дает власти над другими людьми. Но, откуда эта стойкая иллюзия?  Говорят: «Кок это не дает власти над другими людьми? А, вот я был на выступлении, видел, человека загипнотизировали, он там цветочки нюхал, грибочки собирал несуществующие, от дождя укрывался, которого не было. Вообще, гипнотизер с ним делает все, что хочет. А вы говорите власти нет». Власть есть ровно настолько и ровно в той мере, в какой ты ее отдал.

Если ты принял эту установку, если ты согласился с тем, что он имеет над тобой власть, тогда, да. Ровно столько, сколько ты отдал. Как традиционный гипнотизер, особенно эстрадник, активно стремится эту установку транслировать? С помощью определенных методов, техник, их обучают так, иногда даже не объясняя, почему так нужно делать. Кусочек власти забрал, еще кусочек власти забрал, как это делается? Гипнотические феномены, которые продуцирует человек, выдаются за результат воздействия гипнотизера. Чудеса гипноза показываются не на всех. Сначала нужно пробы дать и посмотреть, кто как на них реагирует. Элементарные идеомоторные пробы даются.

Идеомоторная проба. Скажем, если бы я вам решил дать такую идеомоторную пробу, я бы вам сказал: (Закройте глаза) Вытяните, пожалуйста, руки вперед, ладонями вверх, немножко расслабьте, представьте себе, что на правой руке лежит груз, весом в 5 килограмм. Если вы хорошо представите, если вы создадите хороший образ, вы сможете почувствовать, как под тяжестью этого воображаемого груза ваша рука опускается. А теперь увеличьте этот  груз, представьте, что у вас на руке 10 килограмм. И рука будет опускаться все быстрее и быстрее. Это вы делаете, это ваша идеомоторика. Вы создаете образ. Ваша рука опускается.

Что делает эстрадник? Начало такое же.

Вытяните вперед руки, представьте себе, что на вашей правой руке лежит груз, весом в 5 килограмм, и под тяжестью этого груза ваша начинает рука опускаться.

Я добавляю еще пять килограмм. (М.Р. говорит громче, с повелительной интонацией) и рука опускается все быстрее и быстрее и быстрее. Он добавляет. А рука-то естественно опускается, ты же представил себе. Но это он сделал – колдун. Потом еще один феномен, который ты продуцируешь, но он представляет это так, что это результат его воздействия и т.д. По кусочкам эта власть воображаемая забирается.

Когда мы эту табличку записывали, дважды прозвучало очень важное слово «установка». Оно все определяет. Установка – это отношение человека к чему-то. Это внутреннее, реальное, настоящее, то во что он верит. Это для нас важно потому, что гипноз – это игра такая, в которую играют два человека или группа людей. В которой, как во всякой игре есть определенные правила. А правила задаются установками. В зависимости от того, какие установки удалось у человека сформировать, эта игра будет разворачиваться, так или иначе.

Несколько примеров того, что такое установка и как она работает.

Шаман первобытного племени, твердо верит, что он имеет власть над душами соплеменников.  Он  с духами общается, они помогают. У него есть такая установка. Но и соплеменники тоже верят, что он имеет власть над их душами. И у них есть соответствующая установка. На стыке, на встрече этих двух установок, все происходит, как полагается. Шаман вводит человека в транс, внушает ему, что он выдра, и он прыгает в воду и выныривает с живой рыбой во рту. Все отлично, потому что установки соответствуют одна другой.

Во Франции, в 16 веке, был такой врач Амбруаз Паре.  Это реальная историческая личность, он в истории медицины фигурирует. Великий врач, великий диагност. Все знали, что если Амбруаз Паре поставил человеку диагноз, то он его вылечит. В одной парижской больнице умирал молодой человек от неизвестной болезни, никто не мог поставить диагноз. И лечащие врачи ему сказали: «У тебя есть один единственный шанс, очень маленький, но есть. Завтра в нашей больнице с обходом будет великий Амбруаз Паре. Если ты доживешь, если он тебя осмотрит, и если он тебе поставит диагноз, тогда ты спасен». Человек собирает волю в кулак, доживает до рассвета, до обхода, идет великий Амбруаз Паре со свитой, кто хоть раз видел профессорский обход в больнице, а в 16 веке, наверное, это было еще более торжественно. Доходит до палаты, тщательно осматривает больного. Языком образованных людей и врачей, в том числе была латынь. А простой французский народ латыни не понимал. Он осматривает больного и произносит только одно слово «Мурибонтус» – при смерти. И выходит. И вся процессия выходит следом за ним. И начиная с этого мгновения человек, резко идет на поправку и выздоравливает. Потому, что великий Амбруаз Паре поставил ему диагноз. А это значит, что он спасен, установка сработала. Надо верить и ждать беззаветно.

Читал статью в журнале, наша русская женщина, вышла замуж за негра и уехала с ним в Африку жить. И ей там очень понравилось, она нашла свое историческое место в этой жизни, развелась с этим негром, вышла за другого. Абсолютно счастлива, вот она там будет жить всю жизнь, ей хорошо. И она приехала на побывку в Москву. И корреспондент берет у нее интервью, и говорит ей по ходу интервью: «А расскажите нам, пожалуйста, про африканских колдунов. Говорят в Африке очень сильные колдуны». Она говорит: «Жуткой силы, вы представить не можете какой. Представьте себе такую ситуацию, один негр, украл у другого негра рубашку. Его жена эту рубашку постирала и погладила. Его сын пошел на базар и эту рубашку продал. А обиженный, тот, у кого украли, пошел к колдуну и заплатил. И колдун поколдовал. Все умрут, кто воровал – умрет, кто стирал и гладил – умрет, кто продавал – умрет». И дальше, она произносит изумительную фразу: «Но на белых эта лобуда не действует». Потому, что разные установки. Потому, что негры знают, что если колдун поколдовал, выхода нет, надо ложиться и умирать. Уж как там до их сведения доводят, что на них поколдовали,  наверно, как-то доводят. Белые знают, что это лобуда. Эффект разный.

Ну, и последнее это просто анекдот про установку.

У бойца на передовой кончились патроны. Он кричит: «Старшина, патроны кончились». Старшина говорит: «А ты делай так – пу». Он говорит: «Ты что с ума сошел?» «Ты делай, делай». «Пу». Упал вражеский солдат. «Пу». Еще один упал. «Пу» Не падает. «Пу, пу, пу». Не падает. Все ближе, ближе, ближе. И когда противник опрокинул его грудью, и проходил над ним, он услышал, как тот бормочет: «Я в танке, я в танке». От установки зависит очень много.

И коль скоро гипноз – это игра, которая разворачивается по определенным правилам, а правила зависят от установок, то первое, что мы должны сделать, это мы должны объяснить правила игры. Во что мы сейчас будем играть с тобой. Тем самым мы создаем у человека определенные установки. И в зависимости от того, какие это будут установки, так или иначе будет разворачиваться наш гипноз.

1. Это ВВЕДЕНИЕ. Нам не нужна власть над человеком, нам не нужно, чтобы он нам подчинялся, эти установки нам не нужны, нам нужны другие установки. Нам нужны установки партнерства, сотрудничества. Желательно снять страхи перед гипнозом и снять этот флер мистики, таинственности, который вокруг гипноза вьется. Французы называют это демистификация техники. Т.е. объяснить, что нет ничего загадочного, мистического, все научно, все объяснимо, все рационально. Некоторые англоязычные авторы называют это «двухминутная, двухцентовая лекция по гипнозу». На наши деньги – двухкопеечная. Не нужно разводить великой теории. Нужно объяснить простые элементарные вещи, то о чем мы вчера говорили.

У нас с вами два полушария головного мозга – левое и правое, левое отвечает за работу сознания, правое за работу бессознательного. Наши техники позволяют немножко понизить активность левого и немножко повысить активность правого.

Нужно объяснить, ввести понятие «бессознательного» или синонимов.

Вот, мы с вами сейчас разговариваем, на уровне сознания, в то же самое время вы киваете головой, в знак того, что вы со мной соглашаетесь, и вы делаете это бессознательно.

Вот такие простые бытовые примеры.

Мы с вами сидим, разговариваем, сознательно, а в то же самое время, наше бессознательное регулирует очень тонкие и очень сложные процессы в нашем теле, процессы дыхания, процессы кровообращения, процессы пищеварения.

Достаточно, на простом, бытовом уровне.

Во введении хорошо подчеркнуть, что происходит обучение.

Вы здесь для того, чтобы учиться вместе со мной.

Годен любил говорить: «Просто я научился  раньше Вас, а теперь и Вы научитесь».

Не надо говорить: «Мы проведем опыт, или опыты». Люди не любят, что бы на них проводили опыты. Не надо говорить: «Мы проведем эксперимент». Люди не любят, чтобы на них ставили эксперименты. Очень хорошее слово: «упражнение», совершенно безопасное. Все в своей жизни делали сотни тысяч упражнений.

Во время наших занятий мы с вами будем делать ряд упражнений (на воображение), в которых Вы научитесь чему-то полезному для себя.

Очень  важно снять основной страх перед гипнозом – страх утраты контроля. Из-за этого люди боятся гипноза. Объяснить человеку, что он будет оставаться хозяином положения.

Во время наших упражнений вы все время будете осознавать, все что происходит, в любой момент, если Вам что-то не понравится, Вы можете это прекратить. (Это правда). Для этого достаточно просто сделать глубокий вдох и открыть глаза. Что, кстати говоря, одновременно является косвенным внушением. Открыть глаза – это значит, что они будут закрыты, но это проходит не заметно.

Полезно ввести невербальный сигнал на выход из транса, на тот крайне мало вероятный, но теоретически возможный случай, если мы потеряем вербальный контакт, или то, что называется раппорт. Перестал реагировать на слова, не отвечает.

Оторвитесь на секундочку от записей, посмотрите.

А если я захочу прервать это упражнение, я сделаю вот так. (М.Р. не на себе, а на клиенте показывает похлопывание).

2. Очень важный момент ПОСТАНОВКА ЦЕЛИ после введения.

Зачем? Человек в психологии определяется как существо целеполагающее. Мы существа, которые ставят цели жизненные, эти цели определяют нашу жизнь. Мы их ставим, потом мы их достигаем. Цели ставятся на уровне сознания. Сознательно обдумываем, сознательно ставим цели. Бессознательное – это реализующий механизм. Если перед сеансом гипноза в сознательном состоянии поставлена цель,  то эта цель ориентирует все бессознательные механизмы, которые мы запускаем в сеансе, на достижение этой цели. Не зависимо от того, какие техники мы используем. Если проводить сеанс без цели, то это просто отдых, релаксация, возможность для спонтанного переструктурирования.

Мы просим нашего клиента сформулировать цель, чего он хочет. В начале работы, когда он приходит, мы обсуждаем, чем мы будем заниматься. И очень часто это делается перед каждым сеансом.

Как мы просим поставить цель? Очень просто.

Что бы Вы хотели получить в результате нашей совместной работы?

К чему бы Вы хотели прийти, к какому результату Вы бы хотели прийти в результате нашего контакта или нашего взаимодействия?

Здесь возможны варианты ответа.

Я хочу, чтобы меня больше не терзали эти головные боли, чтобы у меня не было приступов депрессии, чтобы меня все оставили в покое, чтобы ко мне перестали приставать и т.д., и т.д., и т.д.

Очень хорошо, это то, чего Вы не хотите, а чего Вы хотите?

Позитивно сформулировать цель. Иногда в этот момент человека клинит в мертвую просто. Он не знает, что он хочет. Он страдает, он по этому пришел, у него ощущение неуспеха по жизни, но он не знает, чего он хочет. А как может быть ощущение успеха? Он не достигает, а чего достигать, если цели нет? Тогда выясняется, что в этом и заключается проблема. Нет цели. Тогда просто гипноз отставляется в сторону, и мы начинаем работу с целью, с целеполаганием, мы обсуждаем цели. Я помню одну женщину, мы обсуждали цели, она говорит: «А откуда у людей цели берутся?» Из ценностей. Если человек не в состоянии поставить цель, начинаешь с ним обсуждать его ценности (что для него важно в жизни). Иногда он и этого не знает, не в состоянии сформулировать, что важно. Упражнение с бумажками, которое мы с вами делали вчера, оно называется «Прояснение ценностей». Его иногда проводят для того, чтобы человек лучше разобрался в своих ценностях. Когда ты что-то теряешь, действительно чувствуешь что теряешь что-то очень важное, это было ценным, что имеем, не храним, потерявши – плачем.

Что бы Вы хотели получить в результате нашей совместной работы?

Это, вот это, и вот это и еще вот это, и еще вот это, и вот то большое синее не знаю, что тоже хочу.

Очень хорошо, из всего этого, что бы Вы хотели получить в первую очередь?

Конкретная, позитивная и реалистичная цель.

Хочу быть президентом США…

Можно ставить такую цель и человек может к ней стремиться, может быть, он президентом и не станет, но какой-то уровень в политической иерархии он конечно займет. Плох тот солдат, который не мечтает стать маршалом.

Когда мне говорят: «Хочу заработать больше денег», я говорю: «Стоп, не правильная постановка цели». «Почему?» «А почему Вы так ограничиваете те пути, которыми к Вам приходят деньги? Вам нужно много денег, или Вам нужно заработать много денег?» За этим стоит установка, деньги приходят в результате тяжелого труда. Они так и будут приходить.

Был известный австрийский психолог Виктор Франкл, основатель логотерапии. У него есть чудесная работа, она переведена на русский язык, «Психолог в концлагере». Как еврей он попал в один из лагерей уничтожения. И оставаясь психологом, он там проводил исследовательскую работу, он выяснял, кто выживает в концлагере. И он установил, что выживают не физически сильные, не физически выносливые, сильный и выносливый может сгореть там за пару месяцев. Выживали те, у кого была цель в жизни, работа, которую надо было закончить, любимый человек, о котором нужно было заботиться.

Один из наших французских коллег, Шарль Жюслен, блестящий техник, великолепный. Когда обсуждали вопрос по постановке цели, он говорил о том, что он человек скромный, он может работать только со скромными целями, вот с такими (М.Р. показывает между ладонями маленькое расстояние). Выходит на демонстрацию женщина, он просит поставить цель, она ставит цель: «Хочу быть феей». Он говорит: «Это замечательная цель, прекрасная, но это очень высокая цель, а я же говорил, я не могу, ну я только с вот такими, ну что поделаешь, ну вот такой я человек». И они начинают это обсуждать, и они договариваются до того, что, наверное, феей становятся не сразу, наверное, этому предшествует длительный процесс, наверное, этому нужно учиться, это как по лестнице идти, ступенька за ступенькой. Наверное, достойной первой ступенькой на пути становления будущей феи будет научиться входить в транс. Хорошая цель, с этим я могу работать.

Мы сейчас занимаемся тем, что мы ставим на автомат базовые техники. Поэтому во всех наших упражнениях будущих, на всех циклах, не зависимо от того, какие техники отрабатываются, я прошу вас в качестве терапевтов предлагать вашему клиенту ставить цель.

Цель может ставиться вслух, она может заявляться открыто, она может формулироваться и скрыто, про себя. Неважно. Конечно, терапевту легче работать, когда ему сказали, с чем он работает, но можно работать и так, неопределенными словами, но важно, чтобы была поставлена цель. Она поставлена, все бессознательные механизмы, все ресурсы, которые активизируются, запускаются, будут на нее работать.

Поэтому, вы можете воспользоваться нашими учебными упражнениями в своих личных  корыстных целях, когда вы клиент, когда на вас отрабатывают какую-то технику, вы можете ставить свои собственные личные жизненные цели. И постепенно будут происходить изменения, постепенно они будут достигаться. Где-то к циклу 6 – 7, когда говоришь: «Предъявите проблему», проносится дружный стон: «Где ж ее взять? Нет больше проблем». Потому что это занятие, которым мы с вами занимаемся, оно изменяет нас самих, в лучшую сторону, постепенно, позитивно, незаметно, но изменения происходят. Я в этом убедился на себе, у меня была когда-то такая иллюзия как у психолога, что я веду терапевтический процесс, групповую терапию, а сам я над процессом. Я такой крутой, я владею техниками, я его с людьми веду, а сам я как бы не причем. Не тут-то было. Дело было так. Я работал в частном центре антиалкогольном, мы работали по программе «12 шагов». Это программа анонимных алкоголиков. Это безлекарственная терапия, групповая психотерапия. С утра до вечера в течение месяца мы эту группу алкоголиков крутили. Психологи менялись один за другим, потому что они не выдерживали, алкоголики выдерживали. Я не алкоголик, никогда не собирался бросать пить и всегда получал от этого удовольствие как всякий нормальный человек. Вдруг чувствую, не могу пить, неприятно. Ну, раз неприятно, ну два неприятно, ну три, сколько можно себя насиловать. Перестал я пить. Я курил двадцать лет по пачке в день. Сколько раз пытался бросить, абсолютно бесполезно. Чувствую, не могу курить, противно. Сколько можно себя заставлять, когда противно? Перестал курить. Выяснил, что это работает в обе стороны. Я вел этот процесс, и оказалось, что я тоже в процессе. Так что я много лет был человеком будущего, не пил ни капли алкоголя и не курил. Сейчас немножко выпить могу, но чуть-чуть, а не курю по-прежнему. Есть такое шуточное определение психотерапии – это решение своих проблем за деньги клиента. Твои проблемы тоже решаются. Легче работать с чем-то, с чем ты уже в своей жизни сталкивался. Такой обоюдный интерес, не только мы помогаем, но и они нам тоже помогают и учат.

Это просто, это понятно, мы это отдельным упражнением делать не будем. Просто во всех ваших упражнениях вы будете предлагать вашему клиенту ставить цель. Сейчас пока набор техник не очень большой, поэтому сейчас пока для вас в принципе безразлично, она вслух предъявлена или про себя. Пока вы не очень представляете, как работу терапевта ориентировать на цель. Это потом со временем придет.

В нашей работе не должно быть разрыва контакта. Человек не должен чувствовать себя брошенным, не должен чувствовать себя покинутым, одиноким. Мы все время должны быть в контакте, нужно чувствовать контакт, присутствие, я с тобой, я рядом, все хорошо.

У человека не должно быть ощущения неудачи в сеансе, неуспеха. Все хорошо. Для этого мы используем очень простой прием – предоставляем обратную связь. Человек не сидит не подвижно, во всяком случае, в начале сеанса, все равно есть какие-то мимические проявления, слезы, смех, эмоциональные реакции. Все что с ним  происходит, ты воспринимаешь как телеграмму, которая адресована лично тебе и даешь расписку в получении «Вижу и принимаю».

Человек смеется, чему смеется, неизвестно. Может быть, это сопротивление, может быть, неважно.

Да, хорошо быть в хорошем настроении.

Да, это может быть забавно. Что это? Без понятия. Раз он смеется, наверно, что-то забавно. Или посмеяться вместе с ним.

Ерзает, ни как не может усесться, это тоже может быть формой сопротивления, а может быть, и нет.

Как только ты про себя сказал: «Это сопротивление», как только ты приклеил ярлык сопротивление, ты создал для себя проблему, потому, что теперь придется работать с сопротивлением, обходить его, утилизировать. Гораздо проще его просто переквалифицировать в сотрудничество.

Да, хорошо устроиться удобно.

Хорошо найти удобную позу.

Чтобы он не делал, все хорошо. В крайнем случае, если не знаешь, что сказать, говоришь:

Да, хорошо, угу.

Вижу, принимаю, все нормально, все в порядке.

Жан Годен, нам дал нам очень мудрый совет, он сказал: «Когда по ходу сеанса я категорически не знаю, что говорить дальше, я говорю: «Очень хорошо, можете продолжать». Это подбадривает человека и он продолжает делать то, что он делает, какую-то внутреннюю работу в трансе.

Есть прекрасный образ для эриксоновского гипнотерапевта, король из «Маленького принца» Экзюпери. Если помните, там, на одной из планет был король, все приказы которого всегда выполнялись. Потому, что когда он ехал по своей планете, и видел человека, который работал, он говорил: «Приказываю тебе работать». А когда он видел человека, который отдыхает, он говорил: «Приказываю тебе отдыхать». Идешь за клиентом, сопровождение.

И эту технику обратной связи мы сейчас немного изменим, и получится одна из наших очень важных базовых техник.

Но сначала вот какой вопрос нужно обсудить. Мы наводим транс, помогаем человеку войти в транс. А как узнать, он входит в транс или нет? И вообще он в трансе или нет, или он так из вежливости претворяется, закрыл глаза и сидит? В чужую шкуру не влезешь, он, кстати, сам не знает часто в трансе он или нет, поэтому спрашивать бесполезно: «Вы в трансе или нет?» Он скажет: «Не знаю». Или он скажет: «Нет», хотя на самом деле в трансе. Мы можем ориентироваться только на то, что мы видим, на внешние наблюдаемые признаки. Есть целый ряд признаков, которые говорят нам о том, что человек входит в транс.

Внешние минимальные признаки транса.

Вы наверняка все их знаете уже. Давайте вместе перечислять, что нам говорит о том, что человек входит в транс?

  1. Расфокусированный взгляд (в никуда).
  2. Расслабляются мышцы лица.
  3. Общее расслабление мышц.
  4. Дыхание становится глубже, реже, спокойнее.
  5. Изменение цвета кожных покровов: розовеет или бледнеет или пятна появляются.
  6. Сглаживается асимметрия лица.
  7. Непроизвольные движения, как когда ты засыпаешь, такие бывают легкие подергивания мышц, голова может дернуться, палец, рука, нога.
  8. Неподвижность. Обычно человек неподвижно никогда не сидит, он всегда двигается, хоть немножко. Если вы беседуете с человеком или с группой людей и видите, что они абсолютно неподвижно сидят, как статуи, они точно в трансе.
  9. Изменение диаметра зрачка, пока глаза еще открыты, или сужение или расширение.
  10. Самопроизвольное закрывание глаз, мы ему не предлагали, а они сами взяли и закрылись.
  11. Дрожание ресниц. При закрытых глазах ресницы трепещут часто-часто, быстро-быстро, как крылья бабочки. Это подделать, произвольно сделать, невозможно.
  12. В трансе замедляются все рефлексы, в том числе глотательный рефлекс, и появляется очень характерное трансовое сглатывание, медленное. Особенно у мужчин хорошо видно, кадык медленно прокатывается по горлу.

Как только мы замечаем один из минимальных признаков транса, как в ту же секунду мы прекращаем делать то разумное, доброе, вечное, что мы делали, на полуслове себя прерываем, на середине фразы и подкрепляем его. Как подкрепляем? Говорим:

Хорошо.

Очень хорошо.

Очень-очень хорошо.

Да.

Угу.

Или можно просто головой кивнуть, пока у него еще глаза открыты.

Здесь уже развернуто не надо. Потому что если мы скажем: «Да, очень хорошо мелко-мелко трепетать ресничками», – товарищ решит, что у терапевта поехала крыша.

3. Это называется РАТИФИКАЦИЯ МИНИМАЛЬНЫХ ПРИЗНАКОВ ТРАНСА, или просто сокращенно РАТИФИКАЦИЯ – это подтверждение. Мы подтверждаем признаки транса. Вчера на демонстрации, когда она мне демонстрировала признаки транса, я их ратифицировал, подкреплял.

Как это работает? Каков механизм? Есть такие опыты с биологической обратной связью. Человека сажают перед асцилографом, выводят на экран его собственный альфа ритм, он видит зубчики. Ему говорят: «Пожалуйста, сделайте так, чтобы амплитуда этих зубчиков была выше». Как сделать? Как хотите, не знаю, не мое дело. И он сидит в полном недоумении перед этим асцилографом и вдруг замечает, что зубчики становятся выше. А это значит, что он делает правильно, не зная, что он делает, но правильно. Бессознательно. И он продолжает делать, не зная что, но правильно, и зубчики становятся еще выше. То, что называется положительная обратная связь в кибернетике. Это ему сигнал: «Ты делаешь правильно». А что он на самом деле делает, он расслабляется. В какой-то момент у него расслабились мышцы, и он получил всплеск, но не отрефлексировал. На уровне сознания он не знает, что он делает и продолжает это делать.

Мы с вами в этой технике выполняем роль живого аппарата биологической обратной связи. Он нам продемонстрировал признак транса, они не осознаются, он не знает, что он делает, что у него реснички трепещут, он не знает, что он медленно сглатывает, он не знает, что у него изменяется диаметр зрачка, или взгляд расфокусируется, или мышцы лица расслабляются, не знает. Но мы ему тут же это подтверждаем, говорим: «Да, правильной дорогой идете, товарищ». Дорогой транса. И он продолжает это делать, т.е. он продолжает входить в транс. А мы продолжаем подтверждать: «Правильно…, правильно…, очень хорошо…, да…, очень-очень хорошо».

Можно по-другому объяснить, это то же самое на самом деле. Как в семействе Дуровых дрессируют зверей? Подкрепляют. Нужно, чтобы лисичка звонила в колокол. Ее выпускают в огороженное пространство, висит колокольчик. Она начинает хаотично метаться, она случайно делает шаг к колокольчику – кусочек мяса. Еще случайно шаг к колокольчику – кусочек мяса. Кончается тем же, что она целенаправленно идет к колокольчику и случайно задевает веревочку. Два кусочка мяса. И, в конце концов, она будет выбегать, бежать к колокольчику и дергать за веревочку, потому что за это подкрепляют. Показал признак транса – получи конфетку, еще показал признак транса, еще получи конфетку, хорошо, да, хорошо, очень хорошо, очень-очень хорошо.

Это нужно делать сразу. Потом это уже бессмысленно, поезд ушел.

Это очень важно делать вначале наведения, в начале сеанса, потому, что это помогает войти в транс. И это делается на протяжении всего сеанса, потому что транс нужно поддерживать. Если его не поддерживать, человек просто выйдет из него. А нам нужно еще успеть там поработать, какую-то работу сделать. Поэтому мы его немножко растягиваем во времени, поддерживаем за счет этой техники и других. По мере того, как у нас будут набираться наши мини техники, ваши клиентские трансы будут становиться все более и более комфортными, все более и более приятными.

Два маленьких примера.

Наш французский коллега Жан Беккио, знает русский язык, потому что имеет русскую  жену и пять русских детей. Не достаточно хорошо, чтобы вести семинар, но достаточно хорошо, чтобы общаться в кулуарах и понимать многое из того, что мы говорим. Когда он проводит демонстрацию, он ее проводит на французском языке с переводом. Единственные моменты, когда он переходит на русский – это моменты ратификации транса. «Отчень карашо». Чтобы не терять время на переводы, потому, что это нужно делать сразу.

В свое время приезжал к нам Эрнст Росси. Любимый ученик, духовный сын М. Эриксона. Проводил семинар, я подлез к нему на демонстрацию. Потому что меня когда-то научили, если хочешь понять, что происходит, нужно оказаться здесь, чтобы на тебе провели, тогда понятно становится. Он провел на мне демонстрацию, все хорошо, я ответил на вопросы, он отвечает на вопросы, меня пока не отпускали, я сижу. Не слушаю вопросы, это мне не интересно совершенно, задумался о чем-то своем. Это Звенигород был, зима, пансионат, большое стеклянное окно во всю стену, заснеженный луг, там вдалеке лес, я на все это смотрю, замечтался о чем-то своем. И вдруг где-то краешком сознания, я улавливаю, что-то не то происходит. Когда я выхожу из очень глубокого транса спонтанного, я вижу, что уже давно никто не задает ни каких вопросов, уже давно Росси ни кому не отвечает, он сидит и ратифицирует мой транс. Как только он заметил, что я спонтанно вхожу в транс, он увидел признаки транса, он немедленно все прекратил, и он начал ратифицировать мой транс. «Йес…, йес…, йес…, сенс рак, о-о-о, детс райт, йес». И это продолжалось довольно долго. Потому, что был проведен сеанс, была запущена какая-то внутренняя работа, эта работа продолжается. Я сейчас делаю какую-то внутреннюю работу для себя. Он это увидел, бросил все, начал подкреплять. По этому поводу он говорил: «Если Вы психолог, если Вы врач, если Вы беседуете с пациентом, и Вы видите, что он спонтанно входит в транс, самое лучшее, что Вы можете для него сделать, это бросить то, что Вы делали и подкрепить его транс, поддержать. Это привилегированные моменты, потому что он сейчас делает очень важную внутреннюю работу для себя». Для него это важнее всего.

Маленькая анекдотическая история о том, как я этого не делал, и что из этого получилось. Когда мы работали с алкоголиками, я еще гипнозом тогда не занимался, но мои коллеги усмотрели во мне какие-то склонности не ведомые мне самому. Они мне поручили поводить сеансы релаксации с алкоголиками. Час в день был выделен под это дело. Это не трудно, Шульца почитал. Левая нога тяжелая, теплая, правая рука тяжелая, теплая, лоб прохладный. Алкоголики – люди очень творческие, у них такие фантазии, у них такие образы. Они релаксировали. Кому-то там божья матерь являлась, кому-то ангелы, архангелы. А программа «12 шагов» – это программа духовного роста, она исходно создавалась как такая специальная религия для алкоголиков. Центральный момент программы – это обращение к высшей силе. Очень похоже на наше бессознательное. Они говорят: «У меня есть проблема, я не могу с ней справиться, но есть сила, которая может, это высшая сила. Высшая сила, пожалуйста, помоги. Поручаю мою проблему тебе». В течение двух лет я был свидетелем чуда, которое происходило на моих глазах, высшая сила помогала. Мы говорим, бессознательное, важно сместить адресата, не ты, а что-то другое. Учитывая такие образы замечательные, а тогда начали переводить Шрео Рабинда. Я решил, раз так, дай ко я им помогу. Они у меня релаксируют, а я им буду читать высоко духовные тексты из Шрео Рабинда. Пойдут мои алкоголики по пути духовного просветления семимильными шагами. Вот такой том взял, подчеркнул, закладки положил, не поленился. Прихожу, левая нога, правая рука, спят, открываю Шрео Рабинда, начинаю читать, просыпаются, что такое? Ноги тяжелые, теплые, руки тяжелые, теплые, спят. Читаю Шрео Рабинда, просыпаются. Ну, раз, ну два, ну три, алкоголики, не доросли еще до Шрео Рабинда, высоковато взял планку. Ну, ладно, раз так, будем по-старому, просто релаксировать и все. Что на самом деле происходило? Я навел им транс, это один из способов, одна из техник. В традиционном гипнозе систематически наводят транс через расслабление. Это не обязательно, можно по-другому. Я навел им транс, а потом я стал читать, как мы обычно читаем, обычная речь повседневная, с толком, с чувством, с расстановкой. Они естественно и выходили из транса. Если бы я им ратифицировал транс, ратифицировал признаки транса, они бы в нем оставались.

Поэтому, сейчас мы этим позанимаемся. Если есть вопросы, по поводу этого технического момента, пожалуйста.

… Этот момент неизбежно присутствует во всяком обучении. Мы все всё знаем, что происходит. Мы все в одинаковом положении. И все равно все происходит, и все равно когда один в позиции клиента у него происходит одно, другой в позиции терапевта, у него происходит другое. Потом они меняются местами, и у них это начинает происходить наоборот. Потому, что есть несколько планов, одновременно. На одном плане ты – клиент и тебя вводят в гипноз, и у тебя все происходит, но все равно позиция обучающегося сохраняется и ты при этом, одновременно отслеживаешь техники, которые с тобой делают. А они все равно работают.

Вам не приходило в голову задать вопрос: «Почему гипнозу можно обучить за три дня?» Математике нельзя, истории нельзя, медицине нельзя, а гипнозу, почему-то можно. Он что, проще всего остального? Отнюдь, на самом деле очень сложная деятельность. Потому что обучение специфическое, оно идет одновременно на нескольких уровнях. К концу третьего дня, на уровне теоретическом, на уровне понятийном, у вас будет каша в голове, это нормальный, хороший результат. Но вы все будете уметь делать гипноз на практике. А теоретическая она уляжется потом, книжки будете читать, размышлять будете, видеозаписи смотреть, дальше циклы будут идти, потихонечку это все уляжется.

… Хорошо иметь большой багаж. Как говорит английский гипнотерапевт Норман Воотон: «У меня в моем колчане много стрел». Транс – что-то происходит само по себе, это происходит на другом уровне, на бессознательном, мы подкрепляем бессознательные признаки не осознаваемые. Нам важно, чтобы многие вещи не осознавались. В отличие от НЛП, где многое выводится на уровень сознания. Корни НЛП из гипноза, гештальта. Техники НЛП построены так, что по мере выполнения техники у тебя человек входит в транс. Так техника построена. И если он входит в транс, то все замечательно и техника работает и все хорошо. Если он не входит в транс, начинаются проблемы. Техника начинает спотыкаться. С моей точки зрения на много проще сначала навести транс, а потом уже в трансе делать все что хочешь, в том числе и любую технику НЛП. Она будет проходить.

Перерыв 15 минут.

Упр. № 4. «Ратификация».

В тройках делаем сопровождение в приятном воспоминании, это пока наша основа. Вы предлагаете поставить вашему клиенту цель, которая может быть сформулирована явно, может остаться скрытой. Если хотите, можете запросить информацию о воспоминании, можете не запрашивать, как хотите. 10 минут продержаться в сопровождении. Сегодня, к вашему большому удивлению вы увидите, что ваш словарный запас расширился безгранично. Неопределенные слова пойдут автоматически. Основное внимание на ратификацию минимальных признаков транса.

Наблюдателю есть, зачем понаблюдать. Он потом вам расскажет, какие и сколько признаков транса вы пропустили. Потому что со стороны хорошо видно, а это требует распределения внимания довольно существенного. Наблюдатель время отслеживает, чтобы на всех хватило. Коротенькое обсуждение в тройке. По 15 минут на человека, все упражнение – 45 минут. Сейчас 15 минут перерыв.ешь разобрался в своих ценностях. ти.вной страх перед гипнозом. о полезному для себя. обучение.тонкие процессы . , верное было еще более торжественно. ылечит. П

… Цель ставим перед наведением транса. Мы будем делать каталепсию руки, нужно брать за руку, прикасаться. Не все любят. Мы до транса, а не в трансе спрашиваем разрешения, прикасаться, потому что мы хотим иметь дело с сознательным субъектом, с полностью функционирующим контролем. В сознании он дает или не дает это разрешение. В любом случае нам нужно получить разрешение. Хотя в трансе по ходу сеанса цель может меняться, можно. Или человек начинает понимать, что на самом деле другая цель важнее, или он понимает, что эта цель уже отработана или достигнута. Но так, чтобы где-то посередине сеанса спохватиться: «Ах да, цель же не поставили, давай цель поставим», – не совсем то, что надо.

Обратная связь.

Хорошо. Те, кто завершает, могут спокойно завершать. Поделитесь, что получилось.

… У меня была однажды идеальный клиент, женщина. Она приходила, здоровалась, садилась, входила в транс, выполняла нужную ей внутреннюю работу, выходила из транса, платила, что существенно, прощалась и уходила. Почему-то нужно было в моем присутствии и за деньги. Деньги – это ее ответственность. Она платит, она считает себя обязанной за свои деньги что-то получить.

… Неважно закрыты глаза или открыты, многие закрывают глаза, но есть люди, которые остаются в трансе вообще с открытыми глазами на протяжении всего сеанса. Это неважно, начинающих это немножко нервирует. Хотя мы делаем предложения на закрывание глаз, косвенные, не прямые: «Закрой глаза».

Если в какой-то момент глаза захотят закрыться можно позволить им закрыться.

Но если уж очень нервирует, можно попросить:

Не могли бы Вы закрыть глаза?

А кто-то просто не любит находиться в трансе с закрытыми глазами, или страшно, или не приято, или что-то еще. Или если человек боится транса, он себя дискомфортно в нем чувствует, тогда специально предлагаешь ему оставаться с открытыми глазами, это успокаивает. С открытыми глазами в трансе интересно, потому что много всяких зрительных феноменов. Кто сидел с открытыми глазами в трансе? Как это было, интересно?

… Я помню одну девушку, она себя вела в трансе очень своеобразно. По разному люди себя ведут в трансе. Сидит, хороший транс, все нормально, вдруг, абсолютно ни с того ни с сего, (М.Р. вытягивает вперед голову и с силой вдыхает носом воздух). Я ей говорил:

Да, хорошо убедиться, что все в порядке, все под контролем.

Все принимаем, все ратифицируем, все нормально.

… Ратифицировать признаки транса нужно все время, если клиента это раздражает, то не нужно. Если сильно раздражает, он потом скажет после сеанса, если ни чего не сказал, все нормально. Если вам потом скажет, что его раздражало, значит, в следующий раз не нужно этого делать. Или сменить, что его раздражало, сама ратификация или то, что ему все время говорят: «Хорошо, хорошо». Некоторых раздражает, они видят в этом такой оценочный момент, кто ты такой, чтобы меня оценивать. Не говори «Хорошо», говори «Угу». Сначала это кажется очень искусственно и не естественно, потом это просто не замечаешь, как делаешь, автоматически делаешь.

… Невербалика вообще очень большую роль играет. Постепенно, я этого специально не делал, это автоматически получилось само собой, вырабатывается так называемый трансовый голос. Я знаю, что когда я работаю в гипнозе, мой голос ниже, чем я обычно разговариваю. Человек к этому привыкаем, это как условный сигнал срабатывает, он садится, и ты начинаешь говорить своим трансовым голосом и все.

Отпускаешь сознательное мышление очень быстро. Тебе нет необходимости меня слушать, ты можешь делать, что-то свое, можешь находиться, где хочешь, можешь блуждать в образах, грезах и т.д. И делаешь ту работу, которую считаешь нужной. Неважно чем занят сознательный разум.

Самый не простой клиент для меня это коллега, психолог. Потому что, сколько бы ты его не уверял, что нет необходимости тебя слушать, он все равно будет слушать. Слушать будет критически, потому что он точно знает, что все, что ты делаешь, ты делаешь не правильно. А он знает как надо. Он все равно будет это делать. Значит нужно загрузить его этим по маковку.

Неважно, чем занят сознательный разум, ты можешь слушать все, что я говорю, оценивать мои техники, искать в них недостатки, думать о том, как бы это сделал ты, соотносить с известными тебе теоретическими подходами, рассматривать с позиции Юнга, Фрейда и т.д., в то время как часть самого тебя ищет ресурсы, которые нужны тебе для решения твоих жизненных проблем…

… На сто процентов в карту клиента никто не попадает, поэтому мы говорим:

Из всего того, что я говорю, твое бессознательное возьмет то, что нужно и необходимо.

Что? Сколько? Что нужно то и возьмет.

… Если клиент демонстрирует неприятные эмоции, воспоминание вызывает негативные эмоции, в смысле терапии это хорошо, потому что материал пошел, можно в трансе расспросить, можно вывести расспросить, что там всплывает. Проблемы всплывают.

… Багаж технический не очень большой. Мы пока осваиваем техники наведения и поддержания транса. Потом, когда вы это будете делать с легкостью, встает вопрос: «Теперь, когда он у меня в трансе, что с ним делать?» Рассказываешь истории, метафоры, даешь внушения. Но это потом.

… Ничего страшного нет вообще ни в чем. Единственный неприятный момент, если он вскочил и убежал. Не очень понимаешь, что делать. Пока он сидит здесь все нормально. Вышел клиент из транса, поговори с ним, спроси, что случилось, может быть, ты решишь предложить ему опять войти, может быть нет. Принимать и подкреплять. Не говорить: «Зачем ты вышел из транса, команды не было».

… Обычно входишь в транс раньше клиента, вслед за клиентом, это немножко поздно. Главное это проснуться раньше него. Чтобы он не вышел из транса и не увидел спящего терапевта.

Зарубежный коллега рассказывал. Был такой трудный день, много работы, последний сеанс в течение дня. Он провел сеанс, человек вышел из транса, и сказал, что это был замечательный сеанс, потому что в сеансе к нему пришел добрый медведь и разрешил все его проблемы. Терапевт был в большом недоумении, потому что абсолютно ни какого медведя там не было, ничего он про медведя не говорил. Наши западные коллеги очень часто пишут на видео свои сеансы. Это вообще полезно. Хотя бы на диктофон записать, потом прослушать, это позволяет быстро продвигаться, ошибки видно. Ему стало очень интересно, откуда взялся медведь, и после того, как пациент ушел он просмотрел запись сеанса. Тяжелый день, конец дня, он очень устал, он увидел, что где-то в середине сеанса он уснул и храпел. А к пациенту пришел добрый медведь и разрешил все его проблемы. Что говорит о том, что в хорошем терапевте все терапевтично. Но из транса он вышел раньше, чем клиент.

Транс терапевта немного отличается от клиентского, потому, что он внешне ориентированный, ты же смотришь, контролируемый, он контролирует все что происходит и активный, в нем работаешь.

Транс может быть очень активным. Мы сначала осваиваем транс как пассивное состояние, сначала. Постепенно, по мере того как мы с ним знакомимся, приходит понимание того, что он может быть очень активным. Существует «боевой транс». Мастера единоборств работают в трансе. Существуют культуры трансовые, сохранившиеся еще примитивные народы на нашем шарике, пигмеи Австралии. Те, кто живет в условиях постоянной угрозы для жизни. Они все время находятся в трансе, постоянно. Потому что только в трансе можно реагировать мгновенно и адекватно. Когда-то мальчишкой я занимался боксом, нас тренер учил: «Ребята, на ринге думать нельзя. Начал думать, лежишь на полу. Думать можно на тренировке, на ринге работает автомат». Это все нарабатывается сначала, а потом отпускается автомат. Шрео Рабинда говорил: «Нет ничего такого, что можно сделать с помощью разума, чего нельзя сделать гораздо лучше без его помощи».

Я предпочитаю работать в трансе, потому что это удобнее, я не знаю, видите ли вы это или нет, но я же в трансе сейчас нахожусь, причем в глубоком. Думать не надо, все идет само по себе.

Разум нужен. Правда всегда посередине. Один из наших детей в свое время окончил физтех. Но, поскольку пророков в своем отечестве нет, отношение к гипнозу понятно. Но одного экзамена он так боялся, панически, что был готов на все, даже на гипноз. И мы провели сеанс, и он получил пятерку и уверовал. Каждую сессию с тех пор приводил двух своих друзей, мы проводили с ними сеанс, они получали свои пятерки. Ядерная физика, теоретическая механика и тому подобные веселые предметы. Я знаю. Что меня можно месяц в трансе продержать, я не сдам ядерную физику. Они слушали лекции, они выполняли контрольные работы, они посещали семинары, они читали учебники. Материал заложен, просто есть барьер, страх, напряжение. Снимали барьер. Сначала должно быть заложено, когда ты отпускаешь, нужно чтобы было что отпускать. Мы сейчас анализируем, мы занимаемся левополушарной деятельностью, мы все объясняем. Мы закладываем, потом отпускаем.

Самое лучшее, что может сделать терапевт, сидя рядом с клиентом это войти в транс и отпустить себя. У врача так называемая интуиция, где-то, через десять лет работы появляется, что это такое это обобщенный опыт, может быть не достаточно осознанный.

Все что мы делаем – легко.

Когда мы занимаемся самогипнозом. Есть два способа заниматься самогипнозом. Один простой, другой очень простой. В транс входить легко.

1. Ставишь цель. Простой способ заключается в том, что ты выполняешь упражнение. Ты сам себя проводишь через некую структурированную последовательность, техника НЛП. Ты знаешь, что ты будешь делать: делай раз, делай два, делай три. До того как ты собираешься это делать, у тебя есть схема, ты знаешь, что ты будешь делать.

2. Очень простой способ заключается в том, что ты ставишь цель, входишь в транс, дальше не твое дело, дальше работает бессознательное: «Я вхожу в транс, для того, чтобы…» Как оно там работает? Работает. Если время ограничено, ставишь лимит временной: «Я вхожу в транс на 10 минут,  для того, чтобы…» А потом, как говаривал Кошпировский: «Ваш будильник вас разбудит».

…Сигналинг поставим, тогда у нас появится возможность общаться с своим собственным бессознательным, можно будет задать вопрос: «Достижение этой цели будет иметь для меня только позитивные последствия?» Т.е. экологичность.

Помните культовое произведение братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу», там был такой персонаж гэ Бог, который долго искал формулу, которая позволяет осуществить любое изменение, вообще в принципе. И нашел, но у нее было условие, что изменение не должно никому приносить вреда. И он понял, что не может осуществить никакого изменения вообще в принципе.

 

Хорошо. Настало время немножко поговорить о Милтоне Эриксоне.

Культовая фигура, гений, ранга Фрейда, я считаю, что даже выше. Отец всех современных направлений краткой психотерапии, все они базируются на его работах. Наш современник, годы жизни: 1901 – 1980.

При жизни Эриксон имел два прозвища: «Мистер Гипноз» – потому, что он был признанным мастером,  и «Американский герой» – потому, что он был человеком, то, что американцы обожают  селф мейд мен «Человек, который сам себя сделал». Потому, что он изначально, с момента своего рождения был поставлен в условия очень суровых ограничений, очень тяжелых. Которые он все смог преодолеть, стал тем, кем он стал.

Начать с того, что он родился с задержкой психического развития, не говорил до четырех лет. Это была не богатая семья, сначала шахтерская, потом фермерская, у них было много детей. Когда соседи говорили мамочке: «Мамаша, а ребеночек то не разговаривает», мудрая мамочка отвечала: «Он занят, он думает, настанет время, заговорит». Время настало в четыре года. Эриксон потом ученикам говорил: «Да, я заговорил в четыре года, ну и что? Вот моя младшая сестра заговорила в два года, говорит до сих пор, пока еще ничего не сказала».

Он страдал дислексией – нарушение речи.

Он страдал отсутствием звуковысотного слуха – не различал тонов. Очень долго не мог понять, почему люди сбиваются в кучки и громко орут, и это называется пение. Что тем более интересно, потому что некоторые из его техник гипнотических разработаны именно на изменении тона потом.

Страдал цветовой слепотой. Иногда говорят, что он полностью не различал цвета, это не верно, но он их очень плохо различал. Цвет, который он различал очень хорошо, американцы его почему-то называют пурпуровый, перпл, а для нас это такой густо фиолетовый. Считается «Эриксоновский цвет». У него было много предметов фиолетовых. Дарили, чтобы доставить удовольствие, телефон был фиолетовый.

Сейчас его много переведено, о нем очень много написано, биографические работы можно прочитать. Есть одна очень интересная статья, которая пока не переведена. Совместная статья Эриксона и Росси. Она опубликована в четырехтомнике избранных работ М. Эриксона, он пока только на английском, которая называется «Аутогипнотический опыт М. Эриксона». В которой описано несколько очень любопытных эпизодов из его жизни, спонтанных трансовых эпизодов.

В начальной школе, из-за своей дислексии он ни как не мог научаться различать цифру 3 и букву m латинскую. Для него это было одно и то же. И его учительница билась, билась, и у нее ничего не получалось. И вдруг однажды ни с того ни с сего все исчезло, все залила вспышка яркого света, и в этой вспышке яркого света он увидел букву m, которая стоит на ножках, и цифру 3, которая стоит на боку. И начиная с этого момента, он их безошибочно различал. Спонтанное измененное состояние сознания.

С самого детства он любил читать словари и сохранил эту привычку на всю жизнь. В школе у него была кличка «Словарь». Словари он читал очень оригинально. Когда нужно было найти какое-то слово, он брал словарь, начинал его листать, начиная с первой страницы, до тех пор, пока не находил искомое слово, которое могло оказаться в середине словаря, или в конце словаря. Однажды, ему было десять лет, он сидел в школьной библиотеке,  на стремянке, со словарем, искал очередное слово, дети играли во дворе в футбол, и вдруг все исчезло, все залила вспышка яркого света, и к нему пришло осознание того, что слова в словаре расположены по алфавитному принципу. И можно не тратить время, а сразу найти нужное слово. Пришло понимание. Спонтанное измененное состояние сознания.

Судьба у него конечно очень нелегкая. Говорят М. Эриксона невозможно повторить, я не думаю, что кто-нибудь захочет повторять такой ценой. В семнадцать лет он заболел, очень тяжело. Тогда ставили диагноз – полиомиелит, а сейчас врачи сомневаются, но тогда ставили диагноз полиомиелит. Собрали консилиум из трех врачей, которые осмотрели пациента, вышли в соседнюю комнату и сказали матери, что ребенок не доживет до рассвета. Он это услышал, ему показалось это очень обидным, никто не имеет право говорить матери, что ребенок не доживет до рассвета. И он решил, что он доживет до рассвета. Он попросил отца передвинуть зеркальный шкаф, чтобы видеть восточное окно, дожил до рассвета, увидел рассвет, на двое суток потерял сознание, когда пришел в себя, оказалось, что он полностью парализован. И придя в себя, он спросил у отца, зачем тот спилил большой вяз, который стоял за окном, убрал большой валун и разобрал забор. Отец очень удивился, сказал, что он ничего этого не делал, все на месте. Эриксон ничего этого не видел, он видел только рассвет, который заливал все вокруг. Так называемая негативная галлюцинация. Позитивная галлюцинация – когда мы видим то, чего нет, а негативная когда мы не видим то, что есть. Измененное состояние сознания.

Ну и с его параличом связана хрестоматийная уже история. Семья была большая, он то лежал в постели, иногда его пересаживали в кресло-качалку. Однажды его забыли в этом кресле-качалке на несколько часов. А его единственным развлечением было наблюдать за тем, что происходит вокруг, откуда знаменитая фантастическая наблюдательность М. Эриксона. Не от хорошей жизни. И ему очень хотелось сидеть поближе к окну, чтобы иметь возможность наблюдать за тем, что там за окном, а кресло стояло далеко от окна, но ему очень хотелось, а никого не было, чтобы подвинуть. И вдруг он заметил, что кресло немножко раскачивается. Раскачивать никто не мог, значит, это он сам раскачивает, но он не может раскачивать, потому, что он парализован, но кресло раскачивается. И тогда он стал себе представлять, мысленно, как оно раскачивается все сильней и сильней. И оно стало раскачиваться все сильней и сильней. И так в возрасте семнадцати лет он открыл для себя идеомоторный феномен, конечно не зная, что он так называется. И он этим воспользовался, и он стал мысленно перебирать и воспроизводить ощущения от движений. Стал вспоминать, что он чувствовал, когда он мальчишкой бегал, прыгал, плавал, лазал на заборы, на деревья и т.д. и т.д. – идеосенсорный феномен использовал. Он восстановил у себя движения полностью, в полном объеме. До такой степени, что на каноэ в одиночку пересек несколько американских штатов, чтобы окончательно укрепить мышцы. И это, конечно же, потом повлияло на его представление о гипнозе и о природе гипноза. И он потом писал: «Гипнотический транс целиком и полностью принадлежит субъекту и основан на его собственном опыте. Единственное, что может оператор – это научиться предоставлять соответствующие стимулы, которые облегчают этот процесс». Транс не есть что-то навязанное, это изнутри идет.

Потом в возрасте 42-х лет он перенес повторный приступ, после которого уже не оправился полностью никогда. Поэтому, поздний М. Эриксон – это калека в инвалидном кресле, в кресле-каталке.

Вот он восстановил движения, поступил учиться в медицинский колледж. И ему захотелось заняться журналистикой, попробовать свои силы в журналистике. Он пришел к редактору местной газеты и сказал, что он хотел бы писать статьи. Редактор, видимо, желая от него отделаться, сказал: «Ладно, ты давай пиши по статье в день и опускай мне в почтовый ящик, а я посмотрю». Времени не было совершенно, поэтому он такую штуку придумал: с вечера он заправлял бумагу в пишущую машинку, ставил будильник на час ночи и ложился спать. В час ночи будильник звонил, он вставал, садился за машинку, час печатал и опять ложился спать. И когда он утром посыпался, он не помнил о том, что он ночью вставал и работал, но на столе лежала готовая статья. Не читая, он ее запечатывал в конверт, он ездил на велосипеде, чтобы разрабатывать ноги, и проезжая мимо дома редактора, как ему было велено, опускал в почтовый ящик. И каждый день открывал газету, в надежде найти там свою статью и за неделю не нашел ни одной. А когда неделя прошла, он взял подшивку, он печатал под копирку, оставлял себе вторые экземпляры и сравнил газеты со вторыми экземплярами и обнаружил четыре свои статьи напечатанные, которые он не узнал. И когда ученики потом его спрашивали: «Милтон, к чему такие навороты?», он объяснял: «Чтобы убедиться в том, что мое бессознательное умнее, чем я сам. И тот факт, что я не узнал свои собственные статьи, как раз об этом и говорит». После того, как я это рассказал, я знаю, мне уже говорили, некоторые попробовали этот метод, говорят – очень хорошо работает, продуктивно.

Когда Эриксон был уже взрослым человеком, состоявшимся специалистом, врачом, в один и тот же день ему пришлось осмотреть вновь поступивших пациентов в больницу. Одна была юная девушка, восемнадцатилетняя, всеобщая любимица, умница, красавица, она играла на скрипке, сочиняла стихи, писала картины. И он ее осмотрел и обнаружил не излечимую болезнь почек, и жить ей оставалось три месяца. И ничего нельзя было сделать. А второй это был шестидесятипятилетний алкоголик, бомж по-нашему. Он его осмотрел, убедился, что он еще крепок, еще лет пятнадцать проскрипит.  И его потрясла эта несправедливость. Это юное создание погибнет, а этот старый пень будет жить. И он ушел в свой кабинет, заперся, все исчезло, вспышка яркого света. И в этой вспышке яркого света он вдруг увидел жизни тысяч и тысяч людей, одномоментно и в динамике. Очень похоже на то, что на востоке называют сакари. Мгновенное постижение истины в полном объеме. И он увидел, что каждому отмерено, и что у каждого свой срок. И кто-то живет долго, а кто-то живет тридцать или сорок лет, а кто-то умирает  в подростковом возрасте, а кто-то в младенчестве, и во всем этом есть какой-то смысл и какая-то справедливость. И потом он говорил, что столкновение этих двух случаев для него как для врача было кризисом, и это видение помогло преодолеть кризис и дальше заниматься этой деятельностью.

Я вырос в семье врачей, папа – врач, мама – врач, дедушка – врач. И я помню, эти врачебные застолья еще под столом ползая, а доктора сидели за столом, закусывали и выпивали. Я помню, как меня потрясал цинизм этих людей, то, что мне казалось цинизмом. Потому что между рюмкой и закуской со смехом, рассказывалось такое, от чего у нормального человека волосы дыбом встают просто, случаи разные. Сейчас понятно, что это не цинизм – это защита, отстраненность. Потому, что если врач будет умирать с каждым пациентом, ненадолго его хватит.

К нашей профессии это тоже относится. Если терапевт будет тащить домой все проблемы своих клиентов, это будет не жизнь, а ад. Нужно уметь отстраиваться. Я это вам рассказываю не только потому, что это интересно, но и потому, что это связано с нашей следующей техникой, с техническим моментом.

4. Во всех этих эпизодах есть один момент характерный для гипноза, а именно ДИССОЦИАЦИЯ – буквально означает отделение, разделение. Что-то, что обычно находится в поле нормального сознания, перестает в нем находиться, оно отделено, диссоциировано. Рука в каталепсии, потом мы будем с вами делать, которая зависла в воздухе, диссоциирована частично, иногда полностью. Если у человека закрыты глаза, он не очень хорошо ее чувствует и не очень себе представляет, где она находится в пространстве, как бы отделена.

У Эриксона все дети были обучены гипнозу, он на них практиковался. Поэтому, когда его дочери Бетти Эллис в больнице после операции предстояла болезненная перевязка и врачи беспокоились, как она перенесет боль, она им сказала: «Не волнуйтесь, занимайтесь моим телом, а я возьму ноги и голову и пойду в холл смотреть телевизор». Это диссоциация, отделение от тела. Тело не чувствует боли.

Иногда диссоциация происходит спонтанно, в критические моменты, в стрессовые моменты. Я помню уникальный случай, мне одна молодая женщина рассказывала. Ситуация была такая, муж был военный, нужно было лететь из одного города в другой, и по блату она летела на военно-транспортном самолете. Там же летели какие-то военные курсанты, которые перепились и одного своего друга забыли в багажном отсеке. К тому же еще и орава. Салон изолированный, а грузовой отсек нет, там кислорода нет просто и холодно. Его нужно оттуда вытаскивать, чтобы он не погиб. А это значит, что нужно разгерметизировать салон. А поскольку самолет не пассажирский там нет кислородных масок. А там было много таких блатных, гражданских. Единственное, что смогли сделать, летчики они им сказали: «Дышите глубоко, и постарайтесь не паниковать», и полезли за своим другом, разгерметизировали салон. И она рассказывала, как только они открыли этот люк, как она обнаружила, что находится снаружи самолета, за обшивкой и видит в иллюминатор себя сидящую в кресле. В течение всей этой спасательной операции она оставалась за самолетом, и потом, когда люк закрыли, и нормальное давление восстановилось, она вернулась в тело. Она говорит: «У людей кровь хлестала из ушей, из носов, чуть ли не из глаз, а у меня даже голова не болела». Но, потом, сколько она не старалась это воспроизвести, специально у нее ни разу не получилось.

Иногда это происходит спонтанно в сеансе гипноза. У меня несколько раз такое было. Человек выходит из транса, и со смехом рассказывает о том, что пока я тут развлекался с его телом, он за всем этим с интересом наблюдал из верхнего левого угла комнаты. Это не значит, что душа вышла из тела, диссоциация.

Эриксон очень часто предлагал своим пациентам увидеть себя сидящим на стуле, со стороны.

Когда создателя гештальт-терапии Фрица Перлза спросили: «А в гештальт-терапии где-нибудь есть гипноз?» Он сказал: «Везде». Потому что он понимал хорошо, что такое гипноз. Потому что беседовать с покойной мамой, сидящей на соседнем стуле можно только в трансе и больше ни как.

Когда мы делаем элементарное уже для нас сопровождение в приятном воспоминании, (кто умеет делать сопровождение, тот умеет делать все), там есть диссоциация. Там есть пространственная диссоциация. Человек находится здесь и одновременно в другом месте. И там есть временная диссоциация. Он находится сейчас, и одновременно в прошлом.

В гипнозе могут сосуществовать мирно противоположности, можно находиться одновременно в двух местах, в двух и более временах и никого это абсолютно не смущает. Дождь в феврале идет, нормально.

Известный французский врач, психиатр, невролог и гипнотизер Жанне говорил: «Дело обстоит так, словно у человека есть две психики: одна связана с сознанием и волей, а другая не связана с сознанием и волей, но способна на сложные автоматизированные акты. И в гипнозе эти две психики могут работать раздельно». Диссоциация по Жанне.

Сейчас это понятие подхватил Хильгард, очень известное имя в мире гипноза. Он прославился двумя вещами. Первое, он открыл феномен «скрытого наблюдателя», был открыт случайно. Проводили опыты с гипнотически внушенной глухотой. Человеку внушали, что он глухой и ничего не слышит, и он ничего не слышал. Кому-то из присутствующих пришла в голову совершенно безумная мысль сказать: «Если, несмотря на то, что Вы ни чего не слышите, в Вас есть какая-то инстанция, которая слышит, пусть указательный палец правой руки поднимется». И указательный палец правой руки поднялся. Хильгард этим заинтересовался, начал это изучать, назвал это феномен «скрытого наблюдателя» и описал это так: «Есть в нас некая инстанция, внутри психическая, которая ни во что абсолютно не вмешивается, но все фиксирует, причем в любых состояниях, бодрствующем, во сне, в гипнозе, под наркозом, при потере сознания, неважно в каких». Просто пишет, как черный ящик в самолете. Зачем она это делает, неизвестно. Может быть это то, что потом уходит, становится тем, что называют карма, может быть что-нибудь другое, трудно сказать. Хотя Хильгарда очень критиковали за это, и обвиняли в том, что он создает внутреннего наблюдателя своими внушениями. Сама эта фраза является внушением: «Если, не смотря на то, что вы не слышите, в вас есть что-то, что слышит…», этим внушением вы создаете эту инстанцию. Эриксонианцев иногда упрекают в том, что нет никакого бессознательного, а мы его создаем своими внушениями. Говорят: «Как только вы сказали человеку, что есть он, а есть его бессознательное, как вы его тут же и создали. Вы ему внушили, что у него есть бессознательное». Но это все-таки, наверное, перегибание палки, потому что мы знаем, что большая часть нашей психической жизни не осознается, и что очень сложные внутренние процессы регулируются автоматически, на не осознаваемом уровне, вот это в совокупности мы обозначаем термином бессознательное.

Второе чем прославился Хильгард, он подхватил понятие диссоциации и развил его. Хильгард говорит так: «Психическое функционирование человека можно представить как совокупность подсистем. В трансе они могут действовать изолированно». Эти подсистемы можно изолировать одну от другой. Это называется «Неодиссоциация по Хильгарду».

И так, диссоциация характерна для гипноза. Отсюда делается обратный ход. Способствуя диссоциации, мы способствуем гипнозу, трансу. Способствуя феномену, способствуем трансу, и это работает.

Как мы это делаем? Что это вообще означает?

Техники наши все речевые, вербальные. Мы это делаем за счет особого построения своей речи, немножко не привычного. Мы своей речью обычно человека все время собираем. Мы говорим: «Ты или Вы». Это «Ты» или «Вы» включает в себя все, физическое тело, дух, разум, эмоции, мысли, вообще все. Обращаясь к человеку как к целому единому, мы его все время собираем вместе. Если мы его своей речью начнем разбирать, (М.Р. рисует человечка и линиями отделяет у него по отдельности обе руки, обе ноги, голову) это отдельно, это отдельно, это отдельно, это отдельно, это отдельно, это отдельно, за счет построения речи. Мы его все время диссоциируем, разбираем на части. Тем самым мы облегчаем вхождение в транс, и нахождение в трансе. Диссоциация – это еще один технический момент, который помогает легче входить в транс и оставаться там. Это тоже делается на протяжении всего сеанса.

После перерыва на обед с кем-нибудь поработаем. Я вам сначала покажу, как я это делаю, я это буду делать на протяжении всей демонстрации, а вы мне потом расскажите, как я это делал. Мне интересно, вы увидите или нет. У меня был приятель, который увлекался восточными единоборствами, хорошо разбирался. Однажды сказал мне очень интересную вещь. Он сказал: «Если ты идешь по улице и видишь человека, который встает в боевую стойку, машет руками и ногами и громко кричит: «Кийа-а-а», знай у него плохая техника, а если ты видишь такую картину, шли двое, столкнулись, один упал и остался лежать, и никто не знает почему, это хорошая техника. Хорошую технику не видно». У нас хорошая техника, ее не видно. Ее видно, когда знаешь, когда не знаешь, не видно.

Хорошо, перерыв на обед, до половины третьего.

Демонстрация диссоциации.

Есть какая-то проблема, которая требует решения, или может быть какая-то цель, которую нужно достичь. Естественно эту цель можно оставаться скрытой, но если Вы скажете о ней пару слов. .. (Написать диссертацию).

Мы занимаемся второй день, вчера мы сделали два упражнения, сегодня одно, групповой транс вчера вечером сделали, было четыре транса сделано. Входить в транс, это как просто идти по какой-то дороге из одного места в другое. Когда ты первый раз идешь в какое-то место по незнакомой дороге, она может показаться длинной… Когда проходишь по этому же пути второй раз, уже.. а когда проходишь третий раз, четвертый раз, уже появляются какие-то свои ориентиры, идешь по своим собственным следам, и уже начинаешь распознавать повороты, уже какие-то вещи тело делает само, автоматически, и с каждым разом это получается просто все быстрее и быстрее, все проще и проще.

Когда глаза захотят закрыться можно позволить им это сделать. И отправляясь по этому уже знакомому пути, на какое-то время можно просто.. потому, что ты здесь сейчас находишься для того, чтобы еще лучше узнать возможности транса…

И ты можешь позволить прийти какому-нибудь приятному воспоминанию. Воспоминанию о каком-нибудь моменте твоей жизни, когда ты чувствовала себя действительно хорошо. И неважно где это было и когда это было. И даже нет необходимости искать это специально. Это просто приходит. Голова кивает.. и конечно же ты знаешь, где это происходит, и когда это происходит. И можно позволить прийти зрительным образам, образам всего того что тебя окружает …детали.

И по мере того, как проходит время, могут начать приходить звуки. И ты знаешь, что любые звуки, которые доносятся до тебя ты можешь изменять ты можешь позволить им трансформироваться в звуки твоих грез. Потому что звуки – это просто вибрации, точно так же как и ощущения. Поэтому вибрации звуков могут .. вибрации ощущений.  К телу могут приходить определенные ощущения. … и постепенно по мере того как проходит время… когда ты чувствуешь себя действительно хорошо, комфортно.

И где бы ты не находилась сейчас в своем воспоминании, я прошу тебя мысленно разместить там мягкое удобное кресло. И сесть в него и закрыть глаза. И позволить прийти другому воспоминанию, намного более отдаленному. Может быть, даже воспоминанию детства. И может быть в этом воспоминании будет что-то важное для тебя. Что-то, что поможет достичь поставленную цель. И когда это второе воспоминание придет, …сама по себе. Голова может кивнуть. Очень хорошо. Пожалуйста, оставаясь в трансе, позволь пробудиться мышцам губ и языка и скажи мне несколько слов об этом воспоминании. Очень хорошо.

И сейчас тебе нет даже необходимости слушать то, что я говорю, потому что есть часть тебя самой, твой глубинный внутренний разум, твое бессознательное, которое слышит. И которое из всего того, что я говорю, может отобрать и использовать, то что ей необходимо, и отбросить и забыть все… так что мой голос может для тебя изменяться, превращаться в другие звуки, или он может обтекать тебя, как обтекает вода. Некоторые предпочитают заземлить мой голос и дать ему .. а для кого-то удобнее сделать так, чтобы он становился все тише, тише, тише и уходил…. Ты делаешь только то, что тебе комфортно, только то, что тебе приятно. А если хочется, можно слушать. А можно то слушать, то не слушать. Потому что какое-то слово или часть фразы может вызвать свои собственные образы, ассоциации. А на самом деле мысли текут сами по себе. Подчиняясь своим собственным законам. И очень быстро уведут тебя далеко-далеко, в эту волшебную страну. Где все возможно, … и может быть, это немного похоже на то, что могло быть когда-то в детстве, когда ты лежишь и .. а ты не слышишь о чем они говорят, просто самый звук этого голоса, заставляет чувствовать себя защищенным, заставляет чувствовать себя в безопасности. … и еще может быть это немного похоже на то. что бывает в детстве, когда лежишь на зеленой трасе, смотришь на белые облака,  …так хочешь уплыть вместе с этими белыми облаками, …. Что ты плывешь с белыми облаками по синему небу, и далеко-далеко внизу увидеть себя, смотрящую в небо, где ты уплываешь… человек растет, меняется и растет его внутренняя сила и в какой-то момент эти рамки становятся  и возникает внутреннее побуждение, внутренний толчок. Часто неосознаваемый, разрушить рамки, ощутить свои новые возможности, чтобы дать тебе понять: ты выросла, ты стала сильнее, ты можешь больше а раз можешь больше,   … если у тебя есть преимущество, ты обязан его реализовать под угрозой утраты этого преимущества. Потому что сейчас не важно, чем занят твой сознательный разум.

Он может заниматься чем угодно.

В то время как часть тебя самой, твое бессознательное

определяет оптимальные пути и способы использования ресурса,

может быть этого, а может быть другого.

Потому, что они такие разные, иногда такие неожиданные.

И оно может определять оптимальные пути и способы его использования,

такие, которые больше всего подходят тебе как  целостной личности.

И активизировать его в соответствии с этими путями и способами, так,

чтобы ты могла им воспользоваться в нынешних и будущих ситуациях твоей жизни.

И эта работа может продолжаться за пределами этого транса:

ночью, когда ты спишь, днем, когда ты бодрствуешь и занята своими делами,

в других трансах, в которые возможно, ты будешь входить сама или с чьей либо помощью.

 

А какая-то часть этой внутренней работы должна быть завершена здесь и сейчас, в этом трансе.

И когда эта часть работы будет завершена,

тело сможет само сделать глубокий вдох,

который позволит еще больше зарядиться энергией,

чуть-чуть потянуться, открыть глаза,

и вернуться полностью присутствующим здесь и сейчас.

 

Есть вопросы к клиенту? Ко мне есть вопросы?

… Те, кто, хочет выйти сюда, чтобы проверить, можете ли вы сопротивляться, лучше не выходить, я вам сразу скажу, можете.

Нет больше к клиенту вопросов? Спасибо большое.

… Цель – умение упорядочивать свое время. У человека есть навыки, приобретенные в течение жизни, начиная с рождения, навыки по упорядочиванию своего времени. По использованию расписания, распорядка дня, и т.д. Я не знаю, почему сейчас, на данном отрезке своей жизни он не использует это умение, но я точно знаю, что оно есть. Я обращаюсь к его собственному опыту. Он почему-то не использует то, что он умеет. Я прошу часть его самого использовать это. Обращаешься всегда к собственному опыту.

Во время всех демонстраций у вас есть выбор, вы можете либо смотреть, просто наблюдать мои техники, либо присоединиться, тогда идет работа. Некоторые ухитряются делать и то и другое одновременно.

… План, когда ты знаешь человека, когда ты знаешь проблему, когда он не первый раз приходит, тогда конечно ты можешь приготовиться, план какой-то есть, есть домашние заготовки. Но это вовсе не значит, что все будет происходить по плану, чаще всего оно происходит иначе.

… Наша психическая организация такова, что у нас на разных планах могут осуществляться разные виды работы, это очень удобно, почему бы не воспользоваться.

… Терапевт что-то такое повествует и вдруг ни с того ни с сего сообщает: «И это неважно», это говорится после того, как сказано что-то очень важное. То, что ты считаешь важным для него. Почему? Есть такая гипотеза, (гипотеза, потому что четкого научного подтверждения нет, но она такая сильная), что бессознательное не воспринимает частицу «не», пропускает ее. Это гипотеза, но аккуратнее действовать так, как будто это правда. Есть определенное обоснование. Язык бессознательного, язык правого полушария – это образы. Легко создать образ, человек сажает дерево, очень проблематично создать образ, человек не сажает дерево. Мы этим пользуемся.

(М.Р. рисует голову человека). Это человек в трансе, здесь у него сознание, а здесь бессознательное, сказал что-то важное, дал ему важное внушение, дал важную метафору, говоришь: «Это не…важно». Сознание получает это послание целиком: «Это неважно», на этом можно не фиксироваться, это можно пропустить мимо ушей, на этом не нужно циклиться.

Мы всячески стараемся укрыть нашу основную терапевтическую работу от осознания, чтобы она не осознавалась. Есть направления терапии, где осознание – это главный  фактор, чтобы человек понял. Почему мы скрываем? Потому, что сознание накладывает ограничения. Более того, мы стремимся сделать так, чтобы человек не помнил нашу работу. Почему Алексей не помнит, потому что я использовал техники создания амнезии. Зачем мы это делаем? Потому что если он будет помнить, если он будет осознавать, он начнет анализировать: «Зачем он мне это говорил, чего он от меня хочет? Вот этого, а я-то знаю, что я не могу». Приехали к тому с чего начали. А так, внутри идет какая-то работа своя, сознание не вмешивается. Когда в какой-то момент придет результат, он приходит изнутри, это его собственный результат, не навязанный, а свое принимается легче, чем чужое. И что-то происходит как бы само по себе. Когда человек спохватился, выяснилось, что он уже сделал шаг или два в направлении, которое для себя считал не возможным. Ну, а дальше, Эриксон говорил: «Изменение работает по принципу снежного кома». Маленькое изменение ведет за собой большое и т.д.

Если гипотеза верна, и бессознательное не слышит частицу «не», одновременно с этим на другой уровень идет другое послание: «Это важно», т.е. это нужно взять в работу, это нужно использовать.

Хотя не из чего нельзя делать догму, когда читаешь сеансы Эриксона, он пользовался отрицанием, совершенно спокойно, именно как отрицанием, и ничего, все происходило. Это неважно, а важно то, что бессознательное выполняет определенную работу в трансе.

… В свое время, когда мы с Годеном начальный курс проходили, я естественно подлез к нему на демонстрацию, он провел на мне сопровождение в приятном воспоминании, там была масса моих друзей, которые все это писали на магнитофон, естественно он использовал техники амнезии, и потом они мне сказали: «Хочешь послушать, что он тебе говорил?» Я сказал: «Нет». Я этого не слушал никогда.

Через недельку послушайте, а пока пускай покрутится. Когда вы почувствуете, что вы намного лучше организуете свое время, и когда вы научитесь разделять для себя главное и второстепенное, и поймете, что главное заслуживает того, чтобы быть главным, а второстепенное не заслуживает того, чтобы тратить на него столько времени, тогда конечно можете послушать. Надо тратить время на главное, и не надо его тратить на не главное, потому что время ограничено. А для этого нужно знать, что главное.

Я ему описывал процесс интериоризации нормы или правила. Как усваивается вообще все? Сначала взрослые помогают, предлагают, иногда навязывают. Потом это усваивается, интериоризируется. Это интериоризируется, это становится внутренней нормой, и она начинает работать изнутри.

У меня вопрос к вам, как осуществлялась диссоциация?

1. Волшебная формула диссоциации.

Сознание – Х, в то время, как бессознательное – У,    где Х и У – любые виды деятельности.

Сознание делает, что-то одно, в то время как (изменяется интонация или направление звука маркируется) бессознательное делает, что-то другое.

Неважно чем занято твое сознание, оно может заниматься чем угодно, оно может блуждать в приятных образах, грезах, фантазиях, воспоминаниях, в то время как часть тебя самого, твое бессознательное отыскивает необходимые ресурсы и определяет пути и способы их использования и запускает…

Сознание – что-то одно, в то время как бессознательное – что-то другое.

Эриксон иногда это разносил по полушариям, когда мы говорим в правое ухо, мы обращаемся к левому полушарию, т.е. к сознанию, когда мы говорим в левое ухо, мы обращаемся к правому полушарию, т.е. к бессознательному. Для этого нужно не так сидеть, а напротив.

Я читал статью любопытную, в Лос Анжелесе е открыли кабинет гипнотерапии. Шикарный кабинет, в котором было все, в котором были кресла с изменяющейся конфигурацией, в котором была система, которая позволяла воспроизводить любые звуки, там воспроизводились запахи, там были экраны, на которые можно проецировать любые картинки, там было все. Там не было только одного, пациентов. Не знаю почему, не пришли.

Когда у М. Эриксона один студент брал интервью, он попросил его описать первый его кабинет психотерапевта. Эриксон ему сказал: «Там был стол и два стула». Студент ему сказал: «Не очень-то шикарно для кабинета психотерапевта». На что Эриксон сказал: «Да, но там был еще я». Что есть на том и сидим. Удобно иметь кресло с подлокотниками. Потому, что потом будем каталепсию руки ставить, удобно локоть опирать. Удобно иметь кресло с подголовником. Потому, что часто заваливается голова, мышцы шеи расслабляются, она или вперед заваливается или назад. Если нет подголовника, разумно ставить стул к стене, чтобы он, хотя бы на стену опирался. Если нет ни того, ни другого, и вы видите, что у вас человек вот так сидит или вот так (М.Р. опускает голову вперед и вниз и запрокидывает голову назад), нужно сказать:

Голова может занять удобное положение,

голова может принять комфортное положение,

бессознательное может придать голове удобное положение.

И вы увидите, как она медленно, вот так, встает в удобное положение, потому, что если минут на двадцать так оставить, сосуды пережмутся, не хорошо будет.

2. Второй способ диссоциации, который я начал использовать сразу, с первой же секунды, как Алексей сел рядом со мной. Я его диссоциировал все время, на протяжении всего сеанса.

«Вспомни», – это ассоциировано, собираем человека.

Позволь прийти воспоминанию. Это диссоциированно. Воспоминание это что-то отдельное, оно живет своей собственной жизнью, оно может прийти, может не прийти.

«Почувствуй, то, что ты чувствуешь», – это ассоциировано.

Позволь своему телу почувствовать…. Это диссоциированно, тело отдельно живет, своей собственной жизнью, оно чувствует, не чувствует.

«Закрой глаза», – это ассоциировано.

Позволь своим глазам закрыться. Это диссоциированно.

Если глаза захотят закрыться, они могут закрыться. Глаза – это что-то отдельное, они живут своей собственной жизнью, могут захотеть, могут не захотеть, могут закрыться, могут не закрыться.

Все родители делают со своими детьми гипноз, они просто не знают, что это так называется. И дети очень часто в трансе, для них это естественное состояние. А взрослые их в этом трансе грузят такими внушениями, часто, что не приведи Господи, на всю жизнь оставшуюся, программируют. Против воли можно отловить момент, когда человек находится в повседневном трансе и дать внушение. Есть старая, но очень хорошая книжка, Платонов «Слово, как лечебный физиологический фактор» 1956 года. Про гипноз, он там описывает такую ситуацию. Человек сидит в кино смотрит киножурнал, советский, добротный, «Новости дня» про врачей. Кто-то там, на экране умирает от инфаркта. И в это время с заднего ряда кто-то наклоняется и на ухо ему тихо говорит: «И ты так умрешь». Человек выходит из кинотеатра, у него болит сердце, и он отправляется в долгий поход по врачам. Прямое внушение в состоянии транса. А детей грузят хорошими внушениями: «Руки не тем концом пришиты. Никогда ни чего не получится. Под забором умрешь. Дворником будешь. Сопьешься как твой папа». Я своими ушами слышал, как мама на ребенка накладывает внушение, которое называется «Двойная связка». Они просто по улице идут: «У тебя головы вообще нет, или у тебя голова куриная?» Ребенок обиженно бубнит: «У меня есть голова». Мама вбивает последний гвоздь: «Я же говорю, куриная». А через пару лет она будет недоумевать, почему он плохо учится? Потому, что у него голова куриная.

Прямое внушение легко заметить, а, следовательно, легко отбросить, сказать: «Нет». Оно эффективно, когда срабатывает. А косвенное заметить очень трудно, оно в обход идет.

Приходят образы. Образы сами по себе, могут прийти, могут не прийти.

Приходят звуки…, приходят ощущения…, позволь прийти воспоминанию…, твое тело…, твои глаза…, твои руки…, твои ноги…. Все отдельно.

Для уровня сознания, что «вспомни», что «позволь прийти воспоминанию», что в лоб, что по лбу – одинаково, для другого уровня – не одинаково. Все время разделяешь, разбираешь на части. Я всегда сторонник того, чтобы не конкретные слова запоминать, а удерживать руководящий принцип. Так легче. Руководящий принцип такой: ты обращаешься к конгломерату частей. Каждая часть может жить отдельно своей собственной жизнью. И ты просто соответствующим образом строишь свою речь. Это абсолютно не замечается человеком, но это помогает комфортно входить в транс и комфортно в нем оставаться. И в клиентской позиции вы почувствуете, как ваш транс становится еще более комфортным, еще более приятным.

Упр. № 5. «Диссоциация».

Работа в тройках. Все что раньше было.

Есть странный закон, который никто еще не объяснил, хотя можно объяснить, почему это: в каждом последующем упражнении очень хорошо получается тема предыдущего упражнения. Сейчас легко и автоматом пойдет вот это (М.Р. показывает на неопределенные слова, ратификацию). Потому что внимание смещается на другое, перестаешь об этом беспокоиться, и оно идет само по себе. А внимание сейчас вот на это (М.Р. показывает на диссоциацию). Возглас из зала: «Хорошее косвенное внушение», – Ну, что делать, работа такая. Сопровождение в приятном воспоминании, просим поставить цель. Она может быть сформулирована открыто, она может остаться скрытой, как хотите, но что бы она была. Минут по 15 на человека, сделаем и перерыв.

Обратная связь.

… Человек может говорить в трансе, но многих этому нужно научить, они этого не знают, нужно объяснить некоторым объясняешь, потом жалеешь, что объяснил, потому что обратно уже невозможно заткнуть. А многих это выводит из транса, или выводит на более легкий уровень транса.

… Я приучил себя в процессе работы записывать то, что я делаю, по ходу, левой рукой рассказываешь, правой записываешь или наоборот. Если забыл цель клиента – неопределенные слова: та цель, которая для тебя так важна; поставленная цель.

… Люди разные, все друг на друга не похожие. Я когда начинал заниматься этой деятельностью, у меня было стойкое убеждение, что все абсолютно не нормальные, и я один нормальный. А теперь, по прошествии многих лет, я понял, что просто границы нормы настолько широки, что они практически включают в себя все. И научился получать удовольствие от человеческого разнообразия. Все разные всегда и это здорово.

…Ты на одно и то же делаешь много разных вещей, и ты никогда не знаешь, что сработает из того, что ты делаешь. Поэтому, когда что-то сработало, ты не знаешь, что сработало из того, что ты делал, потому, что делал много разных вещей. Какая разница, если что-то сработало? Это еще ерунда, а вот когда человек выходит из транса и говорит: «Извините, у вас ничего не получилось, ни какого гипноза не было, все помню, все соображал, все слышал, все ощущал. Это все что угодно, только не гипноз». Да, наверное.

Я знаю одного уникального человека, который прошел все 8 циклов, который регулярно впадает в глубокие трансы, это видно для всех, а он уверен, что он ни разу в трансе не вошел. Говорит: «Докажите мне что я в трансе». Потому что человеку еще нужно научиться для себя различать эти состояния.

… Эффективность работы не зависит от глубины транса. Считалось раньше, что от глубины транса зависят трансовые феномены. Т.е. определенные феномены можно получить на определенной глубине транса, но это сейчас тоже ставится под сомнение.

… Субъективно транс переживается очень по-разному. Кто-то видит картины, образы, у кого-то вообще ни каких образов нет, цветовые пятна, вспышки света, у кого-то просто туман. Я иногда слушаю, люди свои трансы описывают, мне просто завидно становится, многоформатное, цветное на широком экране, с эффектами, а тут сидишь себе и ничего.

Был у меня в жизни когда-то такой эпизод интересный, когда меня послали преподавать психологию в Лаос (страна в юго-восточной Азии) на два года. Нужен был психолог со знанием французского языка, нашли меня. Поехал. Приехал. Прошел собеседование в Райкоме сначала, на всю оставшуюся жизнь выучил, как звали генерального секретаря коммунистической партии Лаоса и премьер министра. В ЦК расписался о неразглашении того, чего никогда не знал, получил такую накачку хорошую. Молодой советский преподаватель везет передовую советскую психологию полудиким лаосцам.

Приехал, обнаружил полудикого лаосца, который закончил Сорбонну и аспирантуру при Сорбонне. Он был младший преподаватель кафедры психологии. И еще там был зав. кафедрой, который окончил трех месячные психологические курсы во Вьетнаме. Он 20 лет защищал Родину с автоматом. Там идеальный был подбор кадров. Я, конечно, сначала как-то вздрогнул перед этой Сорбонной, но ничего все образовалось, подружились. И я там попал в какую-то абсолютно не понятную для меня ситуацию, совершенно нелепую, я не мог сначала понять, что происходит. Я там конспекты лекций для студентов составлял, такая с преподавателями разносторонняя работа. Они мне горят: «Мишель, мы хотим, чтобы ты прочитал лекцию». Я говорю: «С нашим удовольствием, я для этого приехал. На какую тему?» Они говорят: «На какую хочешь». Я говорю: «Не понял». «На какую хочешь, все придут и будут тебя слушать, хочешь – психология подростков, хочешь – психология семьи, хочешь – психология восприятия, какую хочешь». Я говорю: «Ну, ладно я подумаю, а когда?» «А когда хочешь». «Так не бывает». «Когда хочешь. Скажешь во вторник, в 8 утра, все придут и будут тебя слушать, скажешь в пятницу в 6 вечера, все придут и будут тебя слушать». Что происходит, я не понимаю. Я пару раз даже купился на это дело. А потом дошло, что происходит. Происходит восточная вежливость. Никто не должен терять лицо, никому ни чего нельзя навязывать, у всех должна быть свобода волеизъявления. Это притом, что у них есть расписание, в котором написано «вторник, 8.30 утра, Гинзбург, психология подростков». Но если я скажу, что это будет пятница, в 6 вечера, психология семьи, они сделают, сломают расписание, но они будут знать, абсолютно не воспитанный человек, не понимает элементарных норм человеческого взаимодействия, невозможно иметь дело. Когда дошло, что происходит, это приобрело такие формы: «Мы бы хотели, чтобы ты прочитал лекцию». Я говорил: «Да, конечно, на какую тему?» «На какую хочешь, нам все равно». Я говорил: «Мне тоже все равно, вы выбирайте». «Нет, ты выбирай». «Нет, все-таки, давайте вы будете выбирать, наверное, у вас есть какие-то предпочтения». «Ну, нам бы хотелось послушать про психологию подростков, но если ты хочешь, ты можешь прочитать что-нибудь другое». Я говорю: «Вот как раз это меня очень интересует последнее время, а когда?» «А когда у тебя свободное время будет». «Ну, в общем-то, я свободен всегда, начиная с нынешней пятницы, я совершенно свободен, у вас все-таки расписание, может быть у вас какое-то время предпочтительнее». «Ну, если тебя не очень затруднит, это мог бы быть вторник, 8.30, если ты свободен, но это может быть и другое время». «Именно во вторник, в 8.30 утра я абсолютно свободен». Где-то минут 20 эта вежливость занимает, на что у нас уходит 20 секунд. «Вторник, 8.30 читаешь психологию подростка, свободен».

РЕЛЯТИВИЗАЦИЯ. Это наша техника, но доведенная до абсурда. Мы это делаем, но в более скромных размерах.

Закрой глаза – ужасно, это прямо, это авторитарно, это ассоциировано.

Глаза закрываются – это лучше,  это диссоциировано, я ему сообщаю, что у него глаза закрываются, а они у него остаются открытыми. Разошлись, я оказался инконгруэнтен, т.е. я не совпал с тем, что происходит в реальности. Потому что мое предложение абсолютно, там нет зазора, нет свободы. Я ввожу зазор, ввожу момент свободы для него.

Если глаза захотят закрыться, они могут закрыться.

Если в какой-то момент глаза захотят закрыться они могут остаться закрытыми.

Закрылись – хорошо, мы вместе. Не закрылись, отлично, я это предусмотрел, оставил ему такую возможность. Я оставил ему возможность не принимать мое предложение, оставаясь вместе со мной.

Мы делаем из абсолютных предложений относительные.

Поскольку нет такого русского слова – относительнелизация, мы используем красивое иностранное слово – релятивизация. Относительное предложение, чтобы он мог его не принимать, продолжая чувствовать себя комфортно, и что бы сотрудничество при этом не разрушалось.

Это делается с помощью слов: ВОЗМОЖНО, ВЕРОЯТНО, МОЖЕТ БЫТЬ, Я НЕ ЗНАЮ. В этом можно просто потренироваться, это определенное построение речи. Все мои высказывания, адресованные другому человеку, клиенту в частности, имеют определенную цель. Я не говорю просто так, я чего-то хочу от него. Я хочу получить определенное поведение или какие-то ощущения. Я хочу, чтобы он почувствовал себя комфортно.

Ощути комфорт – это приказ, глупый и бессмысленный.

Вводим диссоциацию – приходит комфорт – лучше.

Вводим относительность –

возможно, приходит состояние комфорта.

По мере того, как проходит время, может прийти ощущение комфорта.

Здесь есть внушение, я указываю направление, в котором двигаться, но очень мягко, и оставляю зазор, резервирую возможность не принять мое предложение. Но мы все равно вместе, мы все равно идем в одном терапевтическом направлении.

В этом можно просто самостоятельно потренироваться. Задать себе вопрос: «Чего я от него хочу?» Цель совершенно конкретная, ты хочешь получить поведение определенное или ощущения определенные. Сначала сформулировать прямо, а потом эту формулировку начать изменять. И тогда из прямой получается косвенная, диссоциированная с релятивизацией.

Я запрашиваю у клиента воспоминание, прошу подтверждающий сигнал, жду какой-то разумный период времени, и не получаю подтверждающего сигнала, не прерывать же сеанс из-за этого. Задний ход и релятивизация, т.е. я ввожу момент относительности:

это неважно, это может прийти позже, это придет когда придет, это придет, когда ты будешь к этому готов, когда твое бессознательное будет к этому готово. И пошли на другую технику.

По мере того, как проходит время, а время проходит быстро, я начинаю убеждаться, что законы эффективности одинаковы везде. Я когда был помоложе, пытался развлекаться всякими боевыми искусствами, наш инструктор нас учил: «Никогда не упорствуйте в проведении приема. Он не хочет ложиться через бедро, он хочет лечь задней подсечкой, пускай ляжет как ему удобно. Какая вам разница, как он ляжет, вам надо, чтобы он лежал. Одно не получается, пробуй другое, другое не получается, пробуй третье, третье не получается, возьмите за волосы, ударьте головой об асфальт». Важен результат. Никогда не нужно ломать человека через технику. Любая техника может не получиться. Релятивизация, задний ход, пошел на другую технику. Другая не получается, на третью пошел. Техник много. Есть только одна вещь, которую категорически не нужно делать, не нужно ему сообщать: «Ну, это с вами не получилось, сейчас будем пробовать другое». Для клиента все проходит тихо, гладко, и именно так, как ты этого хотел.

Одна женщина, опытный психотерапевт, телеской занималась, все циклы прошла, в конце уже она  подошла поблагодарить. Говорит: «Я хочу Вас поблагодарить за то, что вы меня научили самому главному». Я говорю: «Наконец то и я узнаю, что самое главное. А чему я вас научил самому главному?» Она говорит: «Тому, что не обязательно технику доводить до конца». Это занятие развивает очень много положительных качеств, в том числе оно развивает гибкость. Все время адаптируешься, это как танец, партнера нужно слушать, чтобы ноги не отдавить, и чтобы тебе не отдавили ноги.

Два грузина идут по улице и волокут тушу огромного медведя. На встречу идет мужик, видит эту картину и с уважением спрашивает: «Гризли?» Они говорят: «Нэт, руками задушили». Смешно.

Мама примеряет новую шубу перед зеркалом, а Вовочка ей говорит: «Мама, а ты понимаешь, что твоя новая шуба – это результат ужасных страданий бедного невинного животного?» «Как ты смеешь говорить такое о родном отце?» Тоже смешно.

Вопрос: «Почему смешно?» Как достигается эффект смешного технически как он достигается?

Одно и то же слово имеет разные смыслы. Предъявляется один смысл, у тебя разворачивается цепочка ассоциаций в этом направлении, а внезапно тебе предъявляют другой смысл. Это про другое. На этом зазоре возникает эффект смешного.

Мы начали с анекдотов, потому, что мы сейчас будем говорить про

ЭРИКСОНОВСКИЙ ЯЗЫК, про использование языка, особенности языка, речи в э.г.

I. Одна из особенностей э. языка заключается в том, что это МНОГОУРОВНЕВЫЙ ЯЗЫК, как минимум двух, часто их больше. Анекдот – это типичный пример двухуровневого языка. Один смысл предъявили, потом второй предъявили. Рассказываешь анекдот, человек сидит с каменным выражением на лице, не смеется. Мы говорим: «Что не дошло?» Про некоторых известно, что до них вообще тяжело доходит, до некоторых никогда. Что дошло или не дошло? Второй смысл. Если второй смысл не дошел, если он не осознан, ни чего смешного нет абсолютно. Ну, рассказали историю.

Недавно был дивный эпизод. Приезжал наш швейцарский коллега, проводил семинар. Говорит: «Сейчас я вам расскажу анекдот». И рассказывает какую-то историю, совершенно не смешную, абсолютно. Народ сидит в недоумении. Потом кто-то говорит: «Ну, и когда смеяться?» Непонятная ситуация. Вечером, уже за столом он мне сообщает: «Слушай, я понял, вы разделяете историю и анекдот. Анекдот – это чтобы смеяться». Я говорю: «А вы что, не разделяете что ли?» Он говорит: «Нет. Анекдот это просто история такая, в которой может быть есть что-то такое немножко особенное». Поэтому, когда он говорит: «Я расскажу вам анекдот», – историю будет рассказывать. Настоящий анекдот все-таки на зазоре смыслов построен. Если второй смысл не доходит, анекдота нет, не состоялся.

В отличие от анекдота, мы в нашей работе заинтересованы, чтобы второй смысл не дошел до сознания. Что такое двух уровневая речь? Ты разговариваешь с человеком, идет речевой поток на уровне сознания, но одновременно там есть другие смыслы, которые отправляются на другой уровень, на уровень бессознательного, которые там запускают ассоциативные цепочки, или внутренние процессы, которые будут разворачиваться, разворачиваться, разворачиваться и в какой-то момент дадут результат.

Мы уже говорили, что Эриксон любил читать словари, на протяжении всей жизни вечером, перед сном он читал страничку из словаря. Он по этому поводу говорил так: «Когда читаешь разные определение одного и того же слова, это полностью меняет твои представления о том, что такое язык и как им можно пользоваться». Цитату прочитаю, не хочется портить, Эриксон: «Я с детства практиковался в том, чтобы говорить на двух или трех уровнях, я мог разговаривать с одноклассниками и один из них мог думать, что я говорю о собаке, другой, что я говорю о воздушном змее, а третий думал, что я рассказываю о футболе». Это высокий класс. Это Эриксон, а он гений.

У Эриксона было много учеников, каждый из них его интерпретировал по-своему, поэтому есть много версий э.г. Есть версия Бендлера и Гриндера, она известна под названием НЛП. Мы с вами идем ближе всего к версии Эрнста Росси, потому, что он много работал, они много совместных работ написали. Есть версия Зейга. Есть версия супругов Лендтэм. Многих из этих учеников мы знаем, их переводили. Есть один ученик практически у нас не известный, практически не переводили, перевели одну маленькую книжечку и ту не про гипноз. Вильям О, Хендлан. Один из последних учеников Эриксона. И с ним связана очень любопытная история. Он был студентом, хотел учиться у Эр., Эр. был пожилым, больным, уже учеников не брал, а кроме того, у О, Хендлана еще и денег не было, платить за обучение. И он написал письмо: «Дорогой мистер Эр., я бы очень хотел у Вас учиться, вот я такой то такой то Билли О,Хендлан, денег к сожалению нет…». А в качестве оплаты за обучение он предложил Эр. ухаживать за его садом. Где-то, когда-то он научился садовому искусству. И вот однажды он возвращается в свою комнату в общежитии, и сосед по комнате ему говорит: «Слушай, звонил какой – то мужик, спрашивал садовые услуги О,Хендлана». Он понял, кто это был, сел у телефона, звонок: «Садовые услуги О,Хендлана?» «Да, это я». «Наверное, Вы захотите осмотреть территорию, прежде чем приступить к работе?» Он решил, что это шутка, на следующий день одел выходной костюм, белую рубашку, галстук, заявился к Эр. Эр. встретил его сидя в своем знаменитом инвалидном кресле, на веранде, указал ему на розовые кусты. И несколько часов он ползал под этими кустами, в своем парадном выходном одеянии, рыхлил, подрезал, ухаживал за садиком. А Эриксон с ним беседовал. Так продолжалось на протяжении четырех месяцев изо дня в день. По поводу чего О, Хендлан потом писал: «Я до сих пор не знаю, что это было, толи это было обучение, толи это была психотерапия, толи это были просто беседы, толи это было все это вместе взятое, толи еще что-нибудь, не знаю. Но с тех пор прошло тридцать лет, а я продолжаю размышлять над этой фразой: Возможно, вы захотите осмотреть территорию, прежде чем приступить к работе?» Там очень много смыслов, много уровней смысла. И он продолжает их вычерпывать, и он продолжает находить для себя все новые и новые смыслы.

Это похоже на то, как читаешь книжку, которую прочитал когда-то. И с изумлением обнаруживаешь, что она про другое, совсем про другое. А если ты еще потом еще прочитаешь, окажется, что она опять про другое. Ты там находишь новые смыслы, а они там были с самого начала, но ты их не заметил. Вернее ты выбрал то, что для тебя было нужно, то, что для тебя было главным. Ты меняешься, находишь другое. В литературе есть классика, есть однодневки. Почему классика это классика? Потому, что там очень много уровней смысла, и каждый находит что-то свое. Когда подростки первый раз читают войну и мир, они там видят войну, а там еще много чего на самом деле. О Хендлан приводит в пример другого ученика Эриксона – Джефри Зейг (Зайг). Сейчас сам знаменитый терапевт, к нему со всего мира приезжают учиться. Он описывает такой эпизод, к нему приезжает французский терапевт на обучение. Зейг встречает его фразой, по-русски немножко коряво звучит: «Ну, как добрались… до этого?» И человек застывает, не зная, что ответить. Как дошли до жизни такой? Как пришли в э.г.? Как добрались до Америки? Как нашли мой дом? Очень много смыслов.

Внушение – это тема следующего цикла, но постольку, поскольку, типичный пример двухуровневого языка, это так называемое КОНТЕКСТУАЛЬНОЕ ВНУШЕНИЕ. Это пример, который используется в рекламе. Что-то выделяют из контекста. У нас рядом с домом очень долго стоял плакат. «Угнали, надо было ставить «клифорт», и дырка в форме автомобиля. И слово «Клифорт» (охранная система) вот такими огромными красными буквами. Все обратили внимание. Выделено. В отличие от рекламы мы выделяем незаметно. Нам нужно, чтобы не обратили внимание. Сознание чтобы не обратило внимание.

Я это делал естественно в обеих демонстрациях, вы просто не знали, на что смотреть, хотя кто-то возможно и видел, я делал достаточно акцентировано. И через несколько мгновений я попрошу Вас отправиться на происки приятного воспоминания. То есть такого момента в вашей жизни, когда Вы чувствовали себя хорошо, спокойно, комфортно. Слышите? И когда это приятное воспоминание придет, Вы дадите мне об этом знать. И своим внутренним взором Вы можете видеть то, что Вас окружает в этот приятный момент вашей жизни. Слова: приятно, комфортно, хорошо выделяются.

1. Тоном, чуть-чуть, не заметно. На одном уровне идет сопровождение, а бессознательное все время получает телеграммы: хорошо, приятно, комфортно, хорошо, приятно, спокойно, хорошо. Идеодинамические процессы срабатывают, постепенно сдвигается состояние у человека, он начинает чувствовать себя хорошо, спокойно, комфортно. Дети ужасно наблюдательные существа. Один раз меня расколол мальчик десятилетний, он после сеанса мне говорит: «А почему Вы некоторые слова подчеркивали? Это, чтобы я на них внимание обратил, да?» «Ну, конечно, чтобы ты обратил на них внимание». Вот, мальчик. Взрослые обычно не замечают, а мальчик заметил.

Это можно сделать еще тоньше. Оторвитесь на секунду от записей и посмотрите сюда. И через несколько мгновений, я попрошу Вас отправиться на поиски приятного (М.Р. поворачивает голову в сторону клиента) воспоминания. Приятного. (Поворот головы). И когда это приятное (поворот головы) воспоминание придет…

2. Направление голоса, чуть-чуть сдвигаешь направление голоса, и этого достаточно для того, чтобы слово, или группа слов, превратились во внушение.

Контекстуальное внушение одно из самых легких, им очень легко овладеть, и оно очень мощное, оно очень хорошо действует, хорошо работает.

Не могу себе отказать в удовольствии процитировать Эриксона. Есть такой феномен «Левитация руки, потом будем делать, рука становится легкая и поднимается, взлетает, левитация – летает, летание руки. Эриксон разработал наведение левитацией руки, вызывается феномен, тем самым вызывается транс. Эриксон наводит транс, наведение левитацией руки и идет такой текст, с контекстуальными выделениями: «И Вы начинаете исследовать…. Иногда бывает очень приятно подождать… И Вы многое узнаете о своих руках…. Она поднимается…. Поднимается само по себе. На одном уровне идет наведение транса, на другом уровне, сразу начинается проработка проблемы, какой? Проблема, какая прорабатывается, очень конкретная? Если посмотреть, что выделено, т.е., какие послания, отправляются на бессознательный уровень. Проблема эрекции прорабатывается, сексуальная проблема.

Это позволяет  предлагать человеку решение проблемы, не навязывая его. Иногда проблема не предъявляется в открытую, очень часто это, кстати, к сексуальным проблемам относится. Человек не готов об этом говорить, или предъявляется так называемая маскирующая проблема. Но ты подозреваешь, что там есть это. С помощью контекстуального внушения и других форм внушения ты можешь предложить работу в этом направлении. Если да, если ты попал, начинается работа, через какое-то время она приведет к результату. Если нет, если не попал, ничего страшного не произошло. Ну, сделал наведение левитацией руки, ну и что.

Все внушения действуют как в трансе, так и вне транса, в трансе просто сильней, быстрей, мощней.

Косвенные внушения тем и сильны, что люди на них не обращают внимания, они не воспринимаются как таковые.

Метафора – это рассказ, это тоже пример многоуровневого языка. Тебе рассказывают историю, которая не про тебя, и не про твою проблему, вообще история про то, как готовят какое-то блюдо. Поэтому защиты не поднимаются, можно спокойно слушать и получать удовольствие, но в этой истории есть смыслы, которые относятся к тебе и к твоей проблеме. И они запускают ассоциативные цепочки, которые не осознаются, а потом, может быть, ты примешь какое-то решение, или какая-то идея придет, или  поступок какой-то совершишь. Изнутри.

Мы делаем предложения, но не такие как в «Крестном отце», от которых нельзя отказаться. От них можно отказаться, а можно принять, можно использовать.

Многоуровневый язык позволяет предложить решение, но не навязывать. Очень часто думают, что терапия заключается в том, чтобы объяснить человеку его проблему, чтобы он ее понял. И объяснить ему причину проблемы, откуда оно взялось. Слишком много я видел людей, которые понимали причину своей проблемы и в результате имели две проблемы: исходную, которая так и не разрешилась, и  понимание причины, с которым теперь тоже надо что-то делать. Это очень тонкий, очень мягкий способ.

II. Вторая особенность эр. языка заключается в том, что это ПРОСТОЙ ЯЗЫК. Это простой, обычный, можно сказать бытовой, нормальный язык, которым разговаривают нормальные люди. Это не есть научный язык, это не есть язык какой-либо теории, или какого-либо подхода.

Эриксон вообще не придерживался какой-то теории. Он говорил так: «Для каждого нового пациента, я придумываю новую теорию и новую психотерапию». А я своим студентам говорю (психологам): «Вы изучаете разные теории, это все очень хорошо, но потом учеба закончится, и настанет такой момент, когда перед вами сядет живой человек и изложит реальную проблему, и вы начнете думать, какую теорию применить и с ужасом увидите, что ни одна не подходит. Не желает живой человек ложиться в теорию. Тогда вы их все отбросите и начнете работать с реальным человеком, и тогда все получится». Базовое образование нужно, оно позволяет идеи какие-то формулировать.

Простой язык облегчает контакт с клиентом. С каждым стараешься говорить на понятном и доступном ему языке. А, кроме того, внутреннюю работу все равно, в конечном счете, выполняет сам человек. Он это может сделать только на своем собственном языке, больше ни как.

Коллега мне рассказывал. К нему обратился торговец цветами азербальджанец. Народ то на русском языке три слова и только матом. К нему должна приехать супруга в гости, а у него маленькая проблема по мужской части, что делать? И доктор хотел отказаться, но ему уж слишком хорошие деньги пообещали, и он согласился. Он его ввел в транс, тот хорошо вошел в транс, и на доступном для клиента языке, он ему объяснил, бах-трах-тарарах, будет стоять как бах-бах. Через два дня клиент опять пришел, гипноз сработал, а жена не приехала. Ему пришлось опять его вводить в транс и вводить маленькие поправки во внушение трам-тарарам, все  будет, но не всегда.

III. Третья особенность, ну не верно было бы говорить, что это особенность эр. языка. Это особенность использования языка в трансе. Это обязательно нужно знать, избежать этого не возможно, рано или поздно налетите на это обязательно, нужно просто понимать, что происходит. И стараться избегать негативного использования. Это феномен, который называется БУКВАЛИЗМ в трансе, который заключается в том, что человек в трансе склонен воспринимать обращенную к нему речь буквально. Если человека находящегося в трансе спросить: «Ты можешь сказать, как тебя зовут?» Он вам ответит: «Могу». Все. Какой вопрос, такой и ответ.

Я в свое время, когда мы начинали с Годеном, чуть не утопил свою клиентку, партнершу свою по упражнению. Сопровождение в приятном воспоминании, она у меня в море плавала. Я решил углубить транс. И недолго думая, сообщил: «И ты погружаешься все глубже и глубже». Она выскочила из транса с явлениями асфиксии, и было ей очень плохо. Она погрузилась в море, глубже.

Есть анекдот хороший про буквализм. Молодой человек лежит с девушкой в постели. Говорит ей: «Я тебя люблю». Она ему говорит: «Ниже». «Я тебя люблю». (М.Р. понижает тон голоса.)

Историй много про буквализмы. У Чехова есть серия рассказов про театр. Старый театр, в котором под суфлера актеры работали, потому, что актеры ролей не знали. Идет пьеса из великосветской жизни, и суфлер подсказывает: «Видит мать в графине». Актер берет со стола графин и говорит: «Мама, как ты туда попала?»

Время от времени я записываю буквализмы, которые на занятиях происходят. Это просто прелесть.

– В трансе человек находится. Терапевт сообщает клиенту: «Сейчас Вы в последний раз закроете глаза». Девушка почувствовала себя крайне не комфортно, прямо скажем.

– «И вот Вы видите тела своих детей».

– Диссоциацию человек делает, он хочет, чтобы человек посмотрел на себя со стороны. Говорит: «Выпусти свои глаза и посмотри на себя». Девушка говорит: «Я почувствовала, как у меня глаза на стебельках как у рака выдвигаются и разворачиваются».

– Наведение левитацией руки идет: «Когда твои пальцы оторвутся от ноги…»

– Рука поднялась, и терапевт с удовлетворением ратифицирует: «Ну, вот рука и отделяется».

– Буквализмы с сексуальным подтекстом, это нечто, особенно когда разнополые пары. Терапевт – мужчина, клиентка – женщина, сопровождение в приятном воспоминании, она на пляже отдыхает. Раздумчиво сообщает, паузы еще делает: «И ты можешь посмотреть вокруг, и увидеть много членов… (пауза) своей семьи». А буквализм уже сработал, он уже увидела.

Не нужно вводить себя в трансовую реальность клиента, это чревато.

– Терапевт – мужчина, клиентка – женщина, визуальную модальность проработали, слуховую проработали, переходят на кинестетику: «Наше тело чувствует…» Она говорит: «Что?»

Ну, такие пустяки как «молодой человек с повисшим знаком вопроса», это…

Буквализм может быть опасным, поэтому нужно следить, чтобы не было таких негативных буквализмов. Полностью застраховаться от этого не возможно, но это занятие приучает тщательнейшим образом отслеживать свою речь, внимательно относиться к словам, к тому, что ты говоришь.

Это совершенно реальный случай, у человека снимают кардиограмму, он в трансе, он лежит на столе неподвижно, над ним белый потолок, взгляд расфокусирован, на груди присоски, за ширмой мерное жужжание аппарата, это транс. Аппарат обслуживают два техника, и у них кончается рулон бумаги, на котором пишет самописец, и один другому сообщает: «Ну, все, накрылся». Человек отправляется в длительный поход по врачам, никто не может его переубедить, что с ним все в порядке, нормальная кардиограмма, все хорошо. Он своими ушами слышал (в трансе): «Накрылся».

Анекдот про буквализм, он грубоватый немножко, но про буквализм. Театр, заболел актер, который исполняет роль Ивана Сусанина. Пожарника поставили, срочно загримировали, наклеили ему бороду, говорят: «Роль маленькая, несколько слов, справишься». Он сидит на бревне и суфлер ему подсказывает: (тихо) «Стар, я стал». Он говорит: «Стар, я стал». (Тихо). «Медленно встает». «Совсем старый стал». (Тихо). «Медленно встает». «Так, ну а теперь о главном».

Расскажу про буквализм, который я испытал на себе. Наш друг и коллега французский Жан Беккио проводил семинар, я переводил, когда я перевожу, я нахожусь в трансе. Переводчики очень часто в трансе находятся, особенно синхронисты. Когда это идет параллельно, потому что иначе это невозможно. Он говорит, это очень комфортно, он там что-то такое несет, не пойми чего, язык говорит, ты в трансе, очень хорошо. Он знает русский язык, поэтому он иногда напрямую контактирует с аудиторией. Кто-то пошутил в аудитории: «Ну, конечно, Россия – дикая страна, медведи бегают по улицам». Он говорит: «А что плохого в медведях? Замечательное животное, четверо из моих пятерых детей до десяти лет спали с медведями». У меня в голове картинка возникает. Большой мохнатый медведь, детки так притулились рядом и спят. Я думаю, что-то не то, я ослышался что ли? Я говорю: «Извини, что ты сказал?»  Он говорит: «Я сказал, что четверо из моих пятерых детей до десяти лет спали с медведями». И дальше начинается очень интересная вещь, он же не остановился, он же дальше говорит. Язык переводит, а в голове развивается мыслительный процесс, причем на полном серьезе, критическая способность то снижена. Я думаю: «Так, он это сказал, он не нормальный, он не нормальный, он заставлял своих детей спать с медведями. Это очень опасно. (Логика-то работает). Где ж он медведя то в Париже взял? В зоопарке что ли? Кто ж ему даст?» А я знаю, он об этом многократно рассказывал, он сам с юга Франции, с Пиренеев, они там купили домик такой, дачку летнюю, на лето всей семьей выезжают. «Понятно, летом, в Пиренеях, там много медведей». Дальше логика работает: «Зачем он это делает? Тоже понятно, это местный пиренейский обычай, чтобы дети были храбрые, смелые, что бы они ни кого не боялись, их заставляют спать с медведями». И тут, с запаздыванием где-то минуты в полторы срабатывает критический контроль. Игрушечными медведями.

Буквализмом пользуются в корыстных целях, говорят самые лучшие психологи практические – это шофера и официанты. Буквализмом пользуются шофера в аэропортах. Человек приезжает, особенно если это не москвич, провинциал, он в трансе, он не знает куда идти, не знакомая обстановка, он растерян. А там же идешь, как сквозь строй через этих шоферов. «Поехали до метро, по таксе за пятьдесят». Это недорого, если ты поедешь, то когда тебя довезут до метро, один вариант – это могут оказаться 50 баксов, второй вариант – он посмотрит на счетчик и скажет: «Двадцать пять километров, 50 за километр». Они очень хорошо понимают, что они делают и это делается специально и часто срабатывает, потому что тебе не объясняют, что это 50 баксов, или 50 за километр. «Поехали, недорого, до метро, 50, такса».

Если это произошло, нужно понимать, с чем ты столкнулся, с чем ты имеешь дело, что происходит, буквализм сработал.

Если вы сами слышите буквализм, выходите из транса и для себя переформулируете или отбрасываете, или придаете другой смысл.

Есть такой метод Хосе Сильва. Книжка продается. Хосе Сильва – это такой самородок, американец мексиканского происхождения, который в очередной раз открыл гипноз и назвал его «Метод Сильва». Транс он назвал – «Состояние альфа», технику назвал – «Метод Сильва». «Метод Сильва» – это сам гипноз фактически. И там много очень хороших упражнений и много хороших советов можно почерпнуть. В частности, такой совет, когда вам дают какое-то внушение, которое вас не устраивает, вы про себя просто говорите: «Стерто-стерто».

IV. Феномен который называется РЕЗОНАНС СЛОВ.

Тоже нужно учитывать. Слово не существует само по себе. Оно существует в сетке других слов. Оно связано с другими словами ассоциативными значениями. Есть слова, которые вызывают позитивные ассоциации, это слова с позитивным резонансом. Есть слова, которые вызывают негативные ассоциации, это слова с негативным резонансом. Слов с негативным резонансом в русском языке очень много: плохо, неудачно, неуспех, провал, дурак, балбес и т.д. Слова с позитивным резонансом: хорошо, успешно, удачно, комфорт, легко, достижение, цель. В нашей гипнотической речи, как минимум, мы стремимся все слова с негативным резонансом заменять на слова с позитивным резонансом. Постепенно это входит в привычку, и постепенно ты начинаешь так говорить всегда и везде. Когда мы это делаем, мы начинаем говорить так называемой позитивной речью. Т.е. наша речь у другого человека вызывает только позитивные ассоциации, негативных не вызывает. Никогда я не скажу своим студентам, что что-то трудно, и даже когда они жалуются, что что-то трудно, я так не навязчиво их поправляю, я говорю: «Вы хотите сказать, что это не очень легко?» еще и с контекстуальным внушением. Они говорят: «Ой, как трудно», – «Да, это действительно не очень-то просто, и не очень легко». «Просто, легко», – прошло в этом направлении ассоциации работают.

Вместо того чтобы сказать: «Это не приятное ощущение», лучше сказать: «Это не очень приятное ощущение».

По мере того, как проходит время, это приятное ощущение заменит собой менее приятное ощущение. Два раза прошло: приятное, приятное.

Вместо того, чтобы сказать: «Дискомфортное», лучше сказать: «Не очень комфортное». А если уж, позарез, во что бы то ни стало, хочется сказать: «Дискомфортное», скажите так: «Дис…комфортное, не…приятное». Комфортное, приятное. Говорят, хороший врач, это такой, который пришел, и больному уже стало легче. Некоторые это интуитивно делают.

V. Есть так называемые АКТИВИЗИРУЮЩИЕ ИЛИ МОБИЛИЗУЮЩИЕ СЛОВАслова, которые запускают внутренний поиск.

Есть активизирующие глаголы, все глаголы, которые указывают на движение и продвижение: вести, строить, искать, находить, достигать, возводить, продвигаться, производить, учиться и т.д. Полный список невозможен их очень много.

Есть активизирующие существительные: цель, результат, достижение, успех, обучение (что-то позитивное, чего можно достичь).

После того, как произнесено активизирующее слово, мы делаем маленькую паузу в нашей речи, на один вдох. Пауза после слова превращает слово во внушение. Бессознательное начинает обрабатывать смыслы, которые в нем заключены.

Активизирующие слова действуют особо мощно, когда они размещаются в конце клиентского выдоха.

VI. Несколько слов, потому что не все знают, что это такое. Двухуровневый язык позволяет осуществлять РЕФРЕЙМИНГ. Это важно. Это английское слово, которое у нас привилось, уже стало русским. Reframing. Это инговая форма. «Ре» – это изменение, «фрейм» – это рамка. Рефрейминг – это изменение рамки. То же самое рекадраж (франц.), рекадрирование, ре – изменение, кадр – рамка. По-русски можно сказать – переобрамление.

Это очень элегантный подход, который заключается в том, что мы не пытаемся решать проблему, а мы как бы целиком вынимаем ее из одной рамки и вставляем в другую, благодаря чему она перестает быть проблемой. Мы помогаем человеку сместиться с одной точки зрения на другую на ту же самую ситуацию, и она престает восприниматься как проблема. Проблема, если подумать, это шоры на глазах, когда из ситуации человек видит только один выход и он его не устраивает, то у него проблема. Если из той же ситуации он видит 2, 3, 4, 10 выходов, у него выбор.

Эриксон специально развивал у своих учеников умение смотреть на ситуацию с разных сторон. Он например давал им такое задание. Как можно попасть из этой комнаты в соседнюю? Он дома у себя учил. Пройти через дверь, – правильно, еще. Выйти в эту дверь, обойти дом, войти в заднюю дверь, – да, хорошо, еще. Вылезти в окно, подняться на крышу, по веревочке спуститься, залезть в это окно, – очень хорошо, еще. Проломить стену, – да. Сделать подкоп, – да. Все? Вроде все. Нет, не все. Можно подогнать к окну воздушный шар, сесть в корзину, подняться в стратосферу, перелететь, спуститься с той стороны, и залезть оттуда. Можно выйти в западную дверь, сесть в такси, приехать в аэропорт, сесть на самолет, обогнуть земной шар, прилететь в другой аэропорт, взять такси, вернуться с востока, войти в восточную дверь. Много есть способов попадать из точки А в точку Б.

Несколько примеров рефрейминга, что бы было понятно, что это такое.

Рефрейминги делают в трансе, делают вне транса, до транса, после транса. Я их стараюсь делать сразу же с первого момента контакта. «Зарабатывать много денег». «Почему зарабатывать? Почему вы так ограничиваете пути, которыми приходят деньги?» Это рефрейминг, изменение взгляда на проблему.

Импортный пример, несколько претенциозный, он описан в книжке «И с тех пор они жили счастливо». У женщины дома лежат пушистые белые ковры, а еще у нее есть муж и сын, которые ходят по этим коврам и пачкают. Она говорит: «Не пачкайте». А они пачкают и довели бедную женщину до нервного срыва. И она отправляется к терапевту, который оказывается эриксонианского направления, и который делает ей маленький изящный рефрейминг. «Представьте себе, что ваш муж и ваш сын навсегда исчезли из вашей жизни, и вы можете, сколько хотите наслаждаться вашими белыми коврами». Слезы. Терапия окончена. Они по-прежнему пачкают, но эта грязь имеет другой смысл, милые, дорогие, любимые здесь, рядом с ними ничего не случилось, все живы, все здоровы.

Французские коллеги рассказали, как с помощью рефрейминга женщину вылечили от очень тяжелого заболевания – нервной анорексии (отказ от пищи). Госпитализировали женщину в парижскую больницу, врачей насторожил возраст, 42 года, это не типично, нервная анорексия – болезнь молодых девушек. Девушка считает, что она слишком толстая, садится на диету, диета все строже, полный отказ от пищи, тяжелое заболевание, часто с летальным исходом. Начали копать, выяснили, что она враждует с членами своей семьи, она, таким образом, досаждает им. Она больная, все стоят на ушах. Лечащий врач сказал ей очень интересную фразу: «Мадам, вашей болезнью Вы оказываете вашим родственникам огромную услугу, они могут забыть про все свои проблемы и думать только о вашей болезни». Через день ее выписали из больницы, безо всяких следов анорексии, потому что чего она категорически не хотела, это оказывать услугу родственникам.

Я рассказал эту историю в одной группе. Там доктора были. Они рассказали российский вариант, более грубый, но эффективный. Человека вылечили одной фразой, причем это сделала нянечка, причем случайно. Бизнесмен, новый русский, периодически ложился в платное отделение одной из московских больниц. Он здоров, но хочется, чтобы тебя жалели и спасали, потому что жизнь тяжелая. Что он делал, он расковыривал нос, кровь хлестала на подушку, с окровавленной подушкой он бегал за врачами, кричал, что он умирает и что его надо спасать. Он в очередной раз этот номер проделал, и нянечка на все отделение закричала: «Доктор, у больного Иванова опять менструация». Все, как отрезало. Это другой взгляд на проблему, она поставила под вопрос его мужественность.

Это непросто научить, это приходит само собой, когда пытаешься как-то развернуть ситуацию, пытаешься переформулировать проблему, чтобы она не была такой проблематичной, что бы она была легче решаема. Проблема часто просто зависит от точки зрения. В начале 20 столетия была такая серьезная медицинская проблема, женская мастурбация, считалось, что это причина очень многих болезней, психических отклонений. Существовало официальное медицинское предписание, как с этим бороться. Боролись с этим хирургическим путем, иссечением клитора. Изменилась точка зрения медицины. Нет такой проблемы больше. Фрейд на полном серьезе считал, что мастурбация – это причина психопатии. Сейчас считают по-другому, нет проблемы.

Это давно было, можно рассказывать, это был мой клиент, мужчина, 37 лет, с психогенной импотенцией. Достоверно было известно, что она психогенная, потому, что, во-первых он обошел всех врачей кого только мог, ни кто не нашел ни чего, а во-вторых, он помнил травматический эпизод. Он мастурбировал в подростковом возрасте. Сейчас известно, что это нормальный этап психосексуального развития мужчины. По данным опроса всемирной организации здравоохранения, 95 % мужчин указывали, что они мастурбировали в подростковом возрасте, и считается, что оставшиеся 5 % врут. Это важный этап, когда его не было, проблемы возникают. В 17 лет не известно зачем, сдуру, он взял медицинскую энциклопедию, ту, советскую, шестидесятых годов, открыл на букву «М» и прочитал статью «Мастурбация». Где черным по белому было написано: «Занятия мастурбацией навсегда закрывают путь к нормальной половой жизни». Все, ловушка захлопнулась. 17 – 37, 20 лет проблеме. Он женат, у него есть ребенок, иногда получается, чаще не получается. С женой он не спит уже два года, потому, что все равно не получится. Можно себе представить атмосферу в семье. Думать он может только об этом, говорить он может только об этом, полностью зациклен. Свою первую задачу я вижу в том. Чтобы немножко его расциклить, сбить фокус внимания. Мужская эрекция – это не произвольный физиологический процесс. Как только на непроизвольный процесс направляется произвольное внимание, как он тут же разрегулируется. Это аксиома.

Я помню, как мне дочь моя позвонила, в школе училась, где-то 9 – 10 класс в панике, кричит: «Папа у меня психический невроз». Я говорю: «В чем он заключается?» Они проходили по биологии тему «Рефлексы», в том числе рефлекс глотания. Она так, на минуточку задумалась о том, как она глотает и естественно, обнаружила, что не может глотать. Случай легкий, свежий, поэтому я ей по телефону рассказал терапевтическую историю про сороконожку. Обошлось.

«Сороконожка».

У сороконожки спросили: «Скажите, пожалуйста, как Вам удается в такой правильной последовательности, переставлять все ваши сорок ног?» И в ту же секунду она застыла с поднятой ногой.

Я ему задаю вопрос: «Скажите, пожалуйста, в чем смысл секса?» Мгновенно получаю ответ: «Получить удовольствие». Попался, есть основа для рефрейминга. Я ему говорю: «Вы бокс видели когда-нибудь?» Он говорит: «Видел». «На ринге, такие здоровые мужики, в перчатках, друг друга лупят». «Да, видел я, видел много раз». Я говорю: «Как Вы думаете, в чем смысл этого занятия?» Он говорит: «Ну, как в чем, двинуть ему, чтоб не встал». Символика проблемы. «Очень хорошо, а борьбу видели?» «Видел». «Вы знаете, такие здоровые мужики, на ковре». «Да, видел я». «Как Вы думаете, в чем смысл этого занятия?» «Как в чем, приложить его, чтоб не встал». Я ему говорю; «Как это интересно, бокс, встречаются два человека, смысл – сделать что-то с другим. Борьба, встречаются два человека, смысл – сделать что-то с другим. Секс, встречаются два человека, смысл – сделать что-то с самим собой». Он смотрит с недоумением, глаза становятся круглые: «Что такое. Доставить удовольствие что ли?» Открытие, в 37 лет. Это другой взгляд на проблему, потому, что получить удовольствие мужчина может одним способом, а доставить разными. И мы с ним делали много всякой работы, в трансе я рассказывал ему про короля французского Людовика 14, который говорил, пока у меня есть хоть мизинчик, я мужчина». В трансе мы с ним брали эту дурацкую энциклопедию, стирали текст, писали новый: «Занятие мастурбацией открывает путь к полноценной половой жизни». Но толчок этот первоначальный был дан и получен, я подтверждение получил очень любопытное. Он приходит в следующий раз и говорит: «Я от вас тогда пришел домой, вечером и жену так плечиком, плечиком». Она говорит: «Ого». А я ей говорю: «Доктор прописал». Стараешься немножко расшатать этот ригидный взгляд на собственную проблему. Очень часто юмор помогает.

 

Групповой транс 2 дня «Безопасное место».

Вечерняя сказка. Можно все отложить, устроиться удобно, или как хотите. Многие привыкли закрывать глаза, когда они в трансе. Это косвенное внушение по типу «Трюизм». Но нет никакой необходимости держать глаза… закрытыми.  А это контекстуальное внушение. Но это неважно, потому, что вы можете не… закрывать глаза, если не… хотите, вы можете делать все, что хотите.

Есть техника, которая существует под разными названиями, у многих англоязычных авторов она называется «Сейв плейс». Безопасное место. У Хосе Сильвы эта техника называется «Убежище». Это очень полезная техника, и очень полезно для себя это наработать, потому что это как якорь, как спасательный круг. У наших клиентов тоже полезно наработать это. Обычно мы это делаем в самом начале работы.

И сейчас каждый из вас может выбрать для себя хорошее, комфортное, безопасное место. Сильва недаром называет его убежище. Такое место, где никто вас не побеспокоит, если вы этого не хотите. Такое место, где вы чувствуете себя защищенным, где можно расслабиться, где можно чувствовать себя спокойно и комфортно.

Для кого-то это реальное место, это воспоминание. А кто-то не может найти реальное место, но это не важно, потому, что его можно создать. Это может быть воображаемое место, и оно может находиться где угодно: в доме, в квартире, в лесу, в горах, на берегу моря, на другой планете. Неважно. Вы находите для себя это безопасное место, убежище.

И те, для кого это реальное место могут просто вспомнить, позволить прийти зрительным образам. А те, у кого это место воображаемое, могут создать эти образы. И представить себе, это место таким, каким бы вы хотели его видеть: окружение, природу, может быть погоду, температуру, влажность. А это уже телесные ощущения, которые вы там испытываете. Кто-то любит сухое тепло, кто-то наоборот, любит прохладу. И вы можете сейчас создать для себя свое безопасное место. А иногда, на нашем жаргоне мы называем это «хорошее  место». Очень полезно иметь для себя хорошее место и иметь протоптанную тропинку, по которой  ты можешь легко и быстро туда попасть в трансе.

И можно позволить прийти звукам, или населить это место звуками, даже такими, которых там нет в реальности, но которые вам хотелось слышать, или которые нравятся. Для кого-то важны запахи. Для кого-то может быть вкус. И сейчас есть время и возможность позволить себе воспользоваться всеми ресурсами этого места. Потому что это место, которое питает, которое восстанавливает, которое насыщает энергией, которое исцеляет телесно и духовно. И для этого ни чего не надо делать, надо просто побыть, просто побыть в этом месте.

И по мере того, как проходит время, вы можете почувствовать, как изменяется телесное состояние, может быть, где-то отпускает напряжение, где-то внутри глубоко распускаются или даже развязываются какие-то узелки. Вы можете почувствовать, как изменяется душевное состояние. Как становится легко, спокойно. И приятно знать, что в любой момент ты можешь вернуться в это место, мысленно обратиться к нему, отдохнуть, восстановиться, улучшить настроение, состояние.

И сейчас я замолкаю, я вас не ограничиваю во времени, тело само подскажет, или бессознательное подскажет, когда на этот раз достаточно.

И когда будет достаточно, тело само сделает глубокий вдох, глаза откроются, и можно будет выйти из транса, сохраняя на какое-то время приятное и комфортное внутреннее состояние, состояние гармонии и сбалансированности. Может быть, на весь сегодняшний вечер, может быть, на вечер и ночь, а может быть, на несколько дней или на неделю или на месяц, я не знаю. Во всяком случае, в любой момент, когда это понадобится, вы сможете вернуться, сами, настолько, насколько нужно. Как бы зачерпнуть из этого источника. Я замолкаю, у вас есть все необходимое время, у каждого свое.

Хорошо. Завтра, на том же месте в тот же час.

3 день

Мы все время себе делаем рефрейминги, когда мы размышляем о ситуациях, думаешь, а на это можно взглянуть с этой стороны, а можно взглянуть с этой стороны. Что бутылка может быть не наполовину пустая, а наполовину полная. С самим собой, косвенные внушения себе делать бессмысленно совершенно, себе делаешь прямые. Истории метафорические себе рассказывать, тоже странновато выглядит. С собой с моей точки зрения удобно работать в системе образов. Метафора для себя – это образ, который ты себе создаешь.

У меня однажды возникла потребность осмыслить, чем я все-таки занимаюсь. А, кроме того, очень часто встает вопрос, не создаем ли мы зависимость от нас? Говорят: «Вот, пока человек с вами, ему хорошо, а без вас плохо. Не привязываете ли вы его к себе?»

Э.г. относится к так называемым кратким психотерапиям. На западе краткой считается психотерапия до 30 сеансов, по сравнению с психоанализом, который длится минимум два года, это очень кратко. Обычная практика моя и коллег – это мы договариваемся где-то на 6 – 10 сеансов. А встречаешься обычно раз в неделю. 10 сеансов, раз в неделю – это два с половиной месяца, достаточное время, чтобы понять и увидеть что-то вообще происходит или нет, изменения какие-то. Не помню, кто это говорил из терапевтов: «Если мне не удалось получить изменение за 10 сеансов, то мне не удастся и за 100».

Я создал для себя метафору.

«Проводник».

Человек идет по жизни, встречаются разные препятствия, горки, горы, канавы, овраги, он их преодолевает. Иногда он натыкается на такие препятствия, которые он преодолеть не может, он нанимает проводника, это психолог. Проводник помогает пройти через препятствие. Потом уходит, потому, что это не его путь. Человек идет дальше. Если это хороший проводник, то он заодно и инструктор, он обучает, как проходить такие препятствия. Когда человек в следующий раз столкнется с таким препятствием он сам пройдет, ну а если натолкнется на что-то более сложное, то он знает, куда обращаться.

Рефрейминг для себя.

Ученые умы всего мира уже давно интересует вопрос: «Почему эффективна психотерапия? Почему она результат дает?» Сейчас в мире насчитывается уже свыше трехсот различных направлений психотерапии. И все эффективны, и что интересно, все эффективны примерно в одинаковой степени. Почему? Американцы поставили такой интересный эксперимент. С шестью группами студентов проводилась групповая психотерапия. С тремя группами проводили работу профессиональные психотерапевты, а с другими тремя институтские преподаватели, преподаватели английского, преподаватели истории, преподаватели математики, которые вообще не сном, не духом про психотерапию не знают ничего, как она проводится. Тестовые замеры до, тестовые замеры после, уровень тревожности, уровень конфликтности, хорошее научное исследование. Как вы думаете, у кого результаты оказались лучше? Они оказались одинаковыми. Это ставит большой вопрос, зачем много лет учиться? Приходит человек, который не знает ничего и делает так же хорошо, как и ты. Стали разбираться, почему? Разобрались. Преподаватели были не абы какие. Это были хорошие преподаватели, это были хорошие люди, у них со студентами были хорошие человеческие отношения. Когда у людей хорошие отношения, и когда они целый день сидят вместе в одной комнате, они, наверное, не сидят молча. Они начинают разговаривать о чем-то. И начинает разворачиваться так называемый групповой процесс, групповая динамика, в которой, у кого-то начинают происходить позитивные изменения, терапевтические. Эти отношения получили название фассилитирующие отношения. Латинский корень «-фассилитаре» – облегчать, т.е. облегчающие, помогающие отношения. Они же терапевтические отношения. Т.е. отношения, между тем, кто оказывает помощь и тем, кому оказывают помощь. Это не психологи придумали, это нормальные реальные отношения, которые есть в реальной жизни. Это отношения между учителем и учеником, когда это хороший ученик, это отношения между врачом и пациентом, когда это хороший врач, это отношения между родителем и ребенком, когда это хороший родитель. Хорошие человеческие отношения, в которых один может оказывать помощь, а другой может ее принимать и эффективно ею пользоваться. В них во всех есть что-то общее. Если выделить это общее, то такие отношения можно создавать специально. Профессионал отличается от рядового необученного тем, что он понимает, что он делает и зачем, он это осознанно делает. У многих это получается так, спонтанно, не задумываясь. Профессионал  понимает, что он делает, поэтому он это делает профессионально. Если говорить про работу терапевта, то самое важное и главное это наладить терапевтические отношения. Т.е., нормальные хорошие человеческие взаимоотношения, взаимопонимание. Если это сделано, если они налажены, можно считать, что сделана даже не половина работы, а большая часть. Потому что дальше уже неважно, какими техниками ты работаешь. Поэтому все триста направлений все работают, и все примерно одинаково. Если не удалось этого сделать, даже самая хорошая, самая изощренная техника не будет работать, это будет такой холодный каскад, демонстрация технического совершенства. Не будет самого главного, не будет изменений у человека положительных. В свое время, когда мы завершали курс начальный с Годеном, он сказал такую интересную фразу: «Когда вы забудете все, чему я вас научил, я хочу, что бы вы помнили одно, совершенно неважно, что вы делаете, но очень важно, кто вы есть». Как личность, как человек, человеческие качества.

Надо наладить эти отношения. Отношения эти странные немного. С одной стороны, это очень близкие отношения, можно сказать интимные, потому что обсуждаются очень интимные вещи, очень часто такие о которых не говорят нигде, никогда и ни с кем, очень близкие. С другой стороны, это официальные отношения, потому, что человек пришел к профессионалу, часто это происходит в официальном учреждении, за это платятся деньги, время как-то лимитировано. На лицо все признаки официальных отношений. Получается такой очень странный кентавр, интимно-официальные отношения. По жизни, на то, что бы между людьми сложились отношения близости, доверия, принятия, нужно время, немаленькое. Говорят: «Чтобы узнать друг друга нужно вместе съесть пуд соли». Как вы думаете, за сколько времени два человека съедают вместе пуд соли? Два года. Совершенно точно могу сказать. Потому что однажды мы нашему приятелю на свадьбу подарили 16 пачек соли. Они ее ели два года, через два года она кончилась. Ждать два года, пока наладятся отношения с клиентом, это очень затратный метод. Поэтому, нужно их создавать быстро. Близкие отношения нужно создать очень быстро, в первые несколько минут контакта. Это конечно искусственно, это можно сделать только с помощью техник. А, следовательно – это манипуляция в чистом виде. Это упрек, который часто адресуется эриксонианцам: «Вы манипуляторы, манипулируете людьми».

Во-первых, можно задать себе вопрос: «Возможно ли вообще человеческое отношение без манипуляции?» Когда мы говорим: «Взвесьте мне двести грамм колбасы, да еще и порежьте» – это откровенная манипуляция. Может она хочет в это время читать любовный роман, а не колбасу взвешивать. Во-вторых, надо задать вопрос о цели: «Зачем это делается?» Если это делается, для того, чтобы что-то отнять, отобрать, цыганский гипноз, наверно это плохо. Если это делается для того, что бы человеку помочь, наверно это допустимо, но надо смотреть правде в глаза, это манипуляция.

Это называется ГАРМОНИЗАЦИЯ ОТНОШЕНИЙ С КЛИЕНТОМ. Или просто ГАРМОНИЗАЦИЯ.

В НЛП это называется подстройка. Гармонизация красивее звучит. Когда люди в хорошем контакте, когда они хорошо понимают друг друга, когда между ними близкие отношения, они гармонизируются. Это хорошо известный факт, описанный в литературе. Когда женщины долго живут вместе, в одной комнате, студенческие общежития, общежития ткачих, у них синхронизируются месячные циклы. На уровне физиологии идет эта гармонизация. Мы с тобой хорошо понимаем друг друга, поэтому мы гармонизируемся. В подстройке делается обратный ход, мы сгармонизированы, следовательно, мы хорошо понимаем друг друга, следовательно, между нами доверительные отношения. Т.е. поворачивая флюгер, меняем направление ветра. И это работает.

В подстройке есть несколько граней, несколько сторон. Все техники подстройки несут одно единственное послание. Очень разными способами мы стараемся донести до человека одну единственное послание, то самое, которому мудрый медведь Балу обучал маленького мальчика Маугли, чтобы его в джунглях никто не обижал: «Мы с тобой одной крови, ты и я». И мы это делаем на разных уровнях и разными способами. Мы разберем эти грани подстройки по отдельности, а вообще это все делается вместе. Это тоже будет все отрабатываться, ставить на автомат.

I.Первый уровень – это уровень тела, ПОДСТРОЙКА НА УРОВНЕ ТЕЛА.

Все мы не однократно видели или замечали, что когда два друга или две подруги беседуют, они увлечены беседой, хорошо друг друга понимают, они сидят одинаково, в одной и то же позе, часто делают одинаковые жесты, часто даже одна и та же мысль одновременно приходит в голову. Один говорит, другой восклицает: «Я только что об этом подумал». Мы с тобой хорошо понимаем друг друга, поэтому мы сидим одинаково и двигаемся одинаково. Обратный ход, мы сидим одинаково, двигаемся одинаково, следовательно, мы хорошо понимаем друг друга. Мы с тобой одной крови, ты и я. У нас телесность одинаковая.

А) В НЛП есть такой термин «отзеркаливание». Мы копируем позу человека. Когда мы учимся, мы сейчас будем это делать, (для тех, кто НЛП проходил, это повторение, конечно), это можно делать один в один действительно отзеркаливая. Был такой чудесный немой фильм «Компания Макса Линдера». Комик дочаплинской эпохи. Там был такой эпизод, слуга разбивает большое зеркало, перед которым хозяин бреется. Он встает за зеркало и изображает отражение. Это отзеркаливание в чистом виде, копирование. Когда мы учимся это можно и нужно делать, этого не нужно делать в реальной жизни. Подстройка работает не только в терапии, она работает везде. Зеркалить не нужно, это опасно. Если тебя поймают на подстройке, результат будет прямо противоположный, будет только хуже. Человек обидится, ему подражают, обезьянничают, передразнивают, и он просто разорвет контакт. Поэтому в реальной ситуации позы копируются примерно, эскизно, общий абрис позы.

Почему копируется поза? Что выражает поза? Поза выражает внутреннее эмоциональное состояние. Если человек пришел ко мне в депрессии, он сидит горестно (М.Р. принимает соответствующую позу) и рассказывает о своих печалях. Я его слушаю, так (М.Р. садится, развалившись на стуле). Я ему транслирую послание: «Сытый голодного не разумеет, тебе плохо, а мне хорошо», контакта нет. Если он сидит так, я могу сесть так. Это поза, которая выражает внимание, и вместе с тем она примерно эскизно копирует его абрис. Она похожа, мы одинаковые.

Б) Человек разговаривает не только языком, но он разговаривает руками. Южные народы больше, северные меньше, но все равно, жестикулируют. Если начнешь копировать жесты, это просто безумие, но жест копируется. Но эскизно, зачаток жеста, он так…, а ты так…, но делаешь. Или хотя бы мысленно повторяй жест.

Подстройка не должна замечаться, очень плохо, когда ловят на технике, сразу недоверие возникает, человек понимает что это манипуляция, не хорошо. Хорошую технику не должно быть видно.

Когда подстройка выполняется грамотно, и когда ее не видно, у человека возникает ощущение понятости и разделенности.

Подстройка используется не только психологами, в разных слоях общества, в разных социальных группах. У меня есть один знакомый, уникальный человек, в Казахстане, в Алма-Ате. Всю жизнь прослужил в армии, полковник, 25 лет беспорочной службы, Союз развалился, армия развалилась, он уволился из этой армии, делать чего-то надо. Он решил, что он хочет быть психологом. Он говорит: «Но, на мне ж полковничий мундир, я ж 25 лет людей строил». Он понимает, что психолог должен вести себя не так, он не знает как, но явно не так, не как полковник. Что он делает? Там Индия недалеко. Он берет свое выходное пособие, летит в Индию, на все деньги закупает товар, снимает контейнер на местном вещевом рынке и встает за прилавок торговать. Он говорит: «А за прилавком полковником не постоишь, там нужно завлечь, там нужно заинтересовать, там нужно угодить, там нужно, чтобы купили у тебя, а не у соседа справа и не у соседа слева, а у них точно такой же товар. Три месяца он отстоял за прилавком, говорит: «Чувствую, нет больше на мне полковничьего мундира». Продал контейнер, причем продал, используя манипулятивные техники психологические, потому, что это было непросто продать за хорошую цену, но продал. А за три месяца, пока он там стоял на рынке, он очень наблюдательный человек, психолог по натуре, по природе, он там наблюдал, очень много изучил. Он мне рассказывал, как работают воры карманники на рынке. Мы подстройку проходили, он мне говорит: «Да, я же видел это все». Они там всех знают, они там все наперечет эти карманники. Вор выбирает жертву с толстым кошельком, встает сзади, в нескольких метрах и начинает его копировать, подстраиваться. Он копирует походку, он копирует жесты, темп, ритм, идет за ним по рынку, останавливается, когда тот останавливается, идет, когда тот идет. Когда он хорошо подстроился, он с ним сближается, в этом же темпе и в этом же темпе лезет в карман. А у него есть сообщник, который в это время отвлекает внимание, кричит: «Ручка, ручка, дайте ручку, у кого есть ручка? Эй, ты, у тебя есть ручка? Ну, дай ручку». А другой вынимает кошелек и в этом же темпе спокойно уходит. Он мне рассказывал, он наблюдал фантастическую сцену, двое парней на глазах у сторожа унесли мешок из кучи мешков, которую он охранял, и он их не видел. Лежат мешки, охраняет сторож. Сторож не стоит, он ходит, взад вперед, взад, вперед. Двое парней, метрах в тридцати, начинают копировать сторожа, они ходят взад, вперед, взад, вперед. Они копируют манеру, они копируют походку, подстраиваются. Когда они хорошо подстроились, они этой же походкой, в этом же темпе начинают приближаться. Приближаются, берут мешок и в этом же темпе уходят, и он их не видит. Так что не только мы пользуемся, многие пользуются.

Мы это не будем делать отдельно, потому что это просто, мы совместим некоторые вещи.

Иногда очень интересный народ бывает в группах. Экстрасенсы – это нормально, была женщина отрекомендовалась как таролог. Карты Таро. Я говорю: «А что Вы делаете?» Она говорит: «Ну, я гадаю на картах Таро, я использую магические заклинания». Я говорю: «Вы знаете, у меня есть большое подозрение, что ваши магические заклинания не что иное, как косвенные внушения». Ответ был достойный.  Она сказала: «А у меня есть подозрение, что ваши косвенные внушения, это не что иное, как магические заклинания». А в одной группе был фокусник. Профессиональный, эстрадный фокусник, он работал с картами. В перерывах он показывал свои фокусы. Начиная с 13 лет, он по 6 часов в день тренируется, каждый день. Он с колодой карт делал такое, что люди бегали по залу, рвали на себе волосы и кричали: «Этого не может быть». И я его спрашивал: «Зачем ты пришел, зачем тебе это?», – он говорил: «Делаем то одно и то же, отвлекаешь внимание, а в это время, в другом месте делаешь самое главное, просто я руками, а вы языком. Я хочу еще и говорить со сцены». И он абсолютно прав. Эриксон писал: «Работа гипнотерапевта похожа на работу фокусника». Фиксируешь внимание, а в это время, в другом месте делаешь самое главное, незаметно, косвенные внушения, обращения к бессознательному. Хорошо, с позой, с телом разобрались.

II. У нас с вами есть совершенно уникальный не произвольный физиологический процесс, который поддается произвольной регуляции, (какой?) – дыхание. Мы дышим автоматически, мы можем произвольно менять ритм, глубину. Такой мостик между сознанием и бессознательным. Может быть, поэтому на дыхании построено столько техник медитативных, буддистских много медитаций построенных на дыхании.

Подстройка по дыханию – очень мощная вещь. Послание транслируется то же самое: «Мы с тобой одной крови, ты и я, мы дышим одинаково, в одном ритме». Как это делается? Это делается очень просто. Смотришь, как человек дышит, это видно, вот здесь ключицы, края одежды, горло. У мужчин брюшной тип дыхания, у женщин грудной, живот, видно ритм дыхания. И подстраиваешься, начинаешь дышать вместе с ним в такт. Ну, все знают, как легко усыпить ребенка, ложишься рядом, начинаешь сопеть в такт, если не уснешь первый, то он скоро уснет.

К дыханию можно подстраиваться кросмодально, т. е. из другой модальности. Можно вот так (М.Р. поднимает и опускает кисть руки), как дирижер, можно вот так (М.Р. поднимает и опускает в такт  ногу, голову), но все-таки мощнее своим собственным дыханием. Вместе дышим.

И все было бы ничего, если бы работа не заключалась в том, что надо говорить. Встает проблема, как говорить, сохраняя подстройку к дыханию? Для этого используется простой технический прием, который называется ГОВОРЕНИЕ НА ВЫДОХЕ КЛИЕНТА.

Говорить можно только на своем выдохе, когда мы говорим, воздух выдыхается. Попробуйте сказать что-нибудь на вдохе, и вы убедитесь, что это невозможно. Поэтому, если он выдыхает, а я в это время говорю, я тоже выдыхаю. Он делает вдох, я набираю порцию воздуха для очередного пассажа, он выдыхает, я говорю. Поэтому сохраняется подстройка к дыханию. Когда вы попробуете это делать, вы увидите, что темп речи замедляется раза в четыре. И она приобретает такой примерно характер: «И через несколько мгновений…, я попрошу тебя…, отправиться на…, поиски приятного воспомина…, ния, т.е. такого момента…» М.Р. делает паузы в 4 секунды. Ты с ужасом понимаешь, что за отведенное время даже транс не успеешь навести, очень медленно. И тогда в этот клиентский выдох ты стараешься  уложить как можно больше слов. Тогда сама собой получается характерная гипнотическая скороговорка, ритмичная, в ритме его дыхания и немножко безинтонационная. И через некоторое время я попрошу тебя…, отправиться на поиски приятного воспоминания, т.е. такого момента…, когда тебе было хорошо, приятно, спокойно. И та-та-та-та-та-та-та-та, и та-та-та-та-та-та-та-та. Она убаюкивает.

Это не всегда легко, держать чужой ритм, потому что иногда он настолько чужой, что физически тяжело. Или он слишком частый, или он слишком редкий. Если он слишком частый, можно пропускать, и на каждый второй выдох или на каждый третий говорить, ритмичность важна. Но у меня для вас есть хорошая новость.

Сейчас, в упражнении, я вас попрошу это делать на протяжении всего сеанса, просто в целях отработки и закрепления навыка. На самом деле нет необходимости держать подстройку к дыханию на протяжении всего сеанса. Потому что это очень утомительно. Это делаешь в начале наведения, потому, что это очень облегчает человеку вхождение в транс, а потом когда он вошел в транс про это забываешь. На самом деле, когда это отработано, и когда хорошо гармонизируешься, это происходит автоматически. Забываешь и подхватываешь подстройку к дыханию, в какие-то ключевые моменты: когда даешь особо важные с твоей точки зрения внушения, важную метафору рассказываешь, когда даешь активизирующие слова (слова, которые пробуждают внутренний поиск). Активизирующие слова действуют особо мощно, когда они размещаются в конце клиентского выдоха, потому что конец выдоха, это тот момент, когда у человека максимально ослаблены защиты. Когда он вдыхает, он большой, его много, его трудно вывести из равновесия. Когда он выдохнул, это момент нестабильности. Вначале я подстраиваюсь к дыханию, это автоматически происходит. Потом я уже перестаю обращать на это внимание, в какие-то ключевые моменты, когда какие-то важные вещи сообщаются, я опять подхватываю постройку к дыханию, потом опять перестаю обращать на нее внимание и опять возобновляю подстройку к дыханию в конце завершения сеанса, когда даются заключительные, открытые постгипнотические внушения на продолжение работы за пределами сеанса. Эта работа может продолжаться за пределами этого сеанса, ночью, когда Вы спите, днем, когда Вы бодрствуете, в других трансах, я опять смотрю как человек дышит, столько, сколько необходимо, чтобы можно было… воспользоваться (на выдохе, активизирующее слово, глагол) результатами (на выдохе, активизирующее существительное) этой работы…. Этим нужно владеть и когда применять на протяжении всего сеанса или в отдельные моменты это уже свобода выбора.

Упр. № 6. «Подстройка по позе, жестам, дыханию».

В тройках, здесь наблюдателю очень много есть зачем наблюдать. По 15 минут на человека. Наблюдатель фиксирует время, чтобы на всех хватало. Все то же самое, сопровождение в приятном воспоминании, эти все вещи пойдут легко и естественно. Вы просите поставить цель, неопределенные слова – само собой, ратификация, диссоциация – само собой, основное внимание на подстройку.

Подстройка – тело: поза и жесты. Здесь можно не стесняться и копировать один в один и главное это отработка говорения на выдохе. Просто чтобы попробовать, чтобы это на кончиках пальцев было. Потому что потом в реальной работе обо всем этом не думаешь вообще. Базовые техники отрабатываются, ставятся на автомат, и о них не думаешь, думаешь о содержании работы.

Какие есть вопросы? Очень хорошо. В 11.30 – перерыв.

Обратная связь.

Давайте послушаем друг друга.

…Это нормально, это путь формирования любого навыка, сначала контролируешь сознательно, потом встает на автомат.

…Сейчас не надо пока стараться отрабатывать цель. Сейчас просто делаете сопровождение в приятном воспоминании. Сейчас у нас основная задача – это отрабатывать технические элементы. Важен сам факт постановки цели, что она есть.

Не нужно думать об отработке цели, потому что тогда объема внимания не хватит, мы сейчас отрабатываем технически, а на это все остальные 7 циклов. А базовые техники должны быть отработаны, чтобы больше уже не возвращаться к этому.

…Клиенты учат именно в таких вещах, в таких эпизодах. Ты учишься и немного модифицируешь свою технику и делаешь ее более гибкой.

Я могу такой случай рассказать, клиент научил здорово. Иногда налетаешь на какой-то случай, он тебя учит чему-то очень важному на всю оставшуюся жизнь. Мы же не зря говорим, это мы не просто приговариваем: «Из всего того, что я говорю, твое бессознательное возьмет то, что нужно и необходимо». У нас с женой общий был клиент, мы работали вдвоем, делали двойное наведение, это очень мощная штука, потом будем с вами делать. Молодой парень, 17-18 лет, какой-то кавказской национальности. Национальность клиента не важна, но в данном случае это было существенно в связи с предъявленной жалобой: он голубой, он боится признаться маме. И очень быстро, в беседе выясняется, что мальчик – девственник, у него вообще нет сексуального опыта, ни какого, не с мужчинами, не с женщинами. С чего он взял, что он голубой? Гипотеза рождается такая. У мальчика страх первого сексуального контакта, он придумал себе, что он голубой, это как бы избавляет от необходимости делать попытки в этом направлении. И мы с ним работали, и были прекрасные трансы, и было много всякой работы по постановке на правильные рельсы. И мы ему рассказывали всю историю психосексуального становления мужчины: мальчик, подросток, юноша, мужчина. Описывали половой акт между мужчиной и женщиной, те замечательные ощущения, которые при этом возникают. И расстались довольные друг другом. Через год звонок: «Здравствуйте, вот я такой-то, может быть, вы меня помните». «Да, мы тебя помним». «У меня есть двоюродный брат, у него проблемы по бизнесу. Я бы хотел, чтобы вы его приняли, что бы вы с ним поработали, чтобы вы ему помогли, так как вы помогли мне. Вы мне так помогли, я вам так благодарен, я вам бесконечно благодарен». И он рассказывает, что он голубой, что он нашел партнера, что у него сформировался круг общения, он признался маме, мама поняла и поддержала, и все хорошо, и он абсолютно счастлив. Ну, это шок был. А потом так поразмыслили: «Из всего того, что я говорю, твое бессознательное отберет то, что нужно, то, что необходимо и использует оптимальным для тебя способом». Как оно там у него трансформировалось в голове, бог весть. Оказалось, что это его реальная психосексуальная ориентация. Если бы это была жесткая, авторитарная работа, в манере традиционного гипноза, мы бы ему просто сделали еще один невроз, вдобавок к тому, который только начинался. Так вот ставить на правильные в кавычках, рельсы. Никто же на самом деле не знает, откуда берется гомосексуализм. Есть определенный процент людей, я читал, что у животных тоже есть, причем процент тот же.

Да, они трансформируют то, что мы говорим, часть их самих отбирает из этого то, что нужно и трансформирует так, как нужно. Поэтому не нужно думать, что то, что ты говоришь, это слово последней инстанции. Ты что-то предлагаешь, это как шведский стол, ты предлагаешь это, это, это, это. А уж что он возьмет, как он это будет употреблять, так как захочет, так как ему вкусно.

…Есть такой жанр, который называется РАЗГОВОРНЫЙ ГИПНОЗ. То, что мы сейчас делаем, это можно назвать формальным гипнозом. Формальный гипноз, не в том смысле, что он плохой, формалистичный, а в том смысле, что у нас четко маркировано начало, наведение транса, и четко маркирован конец, выведение из транса. В разговорном гипнозе это все смазано, это делается просто в процессе беседы. Человек часто просто этого не замечает, он вошел в транс, что он побыл в трансе, вышел из транса. Для этого нужно хорошо владеть техниками, они должны быть хорошо отработаны, тогда это легко происходит.

… Мы этого специально делать не будем, но практикуют подстройку к наблюдателю:

говоришь одному, а подстройка вся идет под другого, и этот другой улетает, тем более что он знает, что работают не с ним.                                                                                                    

…Пустая голова – это идеальное состояние для работы.

…Общий принцип такой, сначала подстройка, потом ведение. Когда ты хорошо подстроился, ты можешь начинать изменять ритм дыхания, темп. Если хорошо подстроился, он за тобой идет, начинает меняться. Вообще мы взаимно друг к другу адаптируемся в сеансе, приспосабливаемся.

… Я как-то проводил сеанс с девушкой, сопровождение в приятном воспоминании, она в лодке плавала. Я ей рассказывал, как это приятно и хорошо, как она слышит журчание воды под килем, крики чаек, крики детей в отдалении, вкус соли на губах, запах водорослей и плеск волны, и приятный контакт тела с нагретым солнцем деревом лодки. Она мне потом говорит: «Все было хорошо, все было замечательно, классно, лодка была железная. Но я быстро сообразила, что дерево лучше, приятнее и поменяла». Это взаимный процесс. С этой девушкой это было первое мое сопровождение в жизни, вообще которое я делал, после которого сразу я понял, что мы занимаемся очень серьезными вещами, что это не игрушки. Я ей все это рассказал, она заказала сопровождение в лодке плавать на юге где-то. Нужно было десять минут продержаться в сопровождении, вот все это рассказал, образы, вкус, запах, звуки. Три минуты прошло, еще семь, что говорить не знаю совсем. Я вспомнил, говорил же Жан, когда он совсем ни чего не знает, он говорит: «Очень хорошо, можете продолжать». С облегчением вздохнул, говорю: «Очень хорошо, можете продолжать». Вдруг девушка начинает часто дышать, у нее на щеках выступают пятна, и у меня на глазах разворачивается процесс, который трудно с чем-либо спутать. Я не знал куда деваться, под стул залезть или что. Потом выяснилось, что воспоминание было реальное, что в лодке она была не одна, с молодым человеком, они там занимались любовью. И когда я сказал: «Можете продолжать», она развернула воспоминание до логического конца. Все оставшееся время, она ходила по пансионату и всем рассказывала, какой я замечательный терапевт. Но я сразу понял, это не игрушки, это очень серьезно.

Кто-нибудь еще хочет поделиться своим опытом? Хорошо, дальше двигаемся.

III. Еще одна грань подстройки – использование образов и речевых оборотов клиента. Послание транслируется то же самое: «Мы с тобой одной крови, ты и я, мы говорим одинаково и думаем одинаково».

А) Использование речевых оборотов.

Это очень старый и известный прием, который широко используется. Его используют пародисты. У всех есть любимые словечки и обороты. «Однозначно» – вся страна знает, о ком идет речь, одно слово.

Это прием, который используют студенты. У всех преподавателей есть свой пунктик, свой конек. Есть излюбленная теория, есть любимые термины, конечно, это нужно использовать при ответе, на экзамене. Абсолютно безразлично, как говорить: «бессознательное» или «подсознание», все равно. Я привык говорить «бессознательное». Если студент будет отвечать на экзамене и будет говорить: «Подсознание…, подсознание…, подсознание…». Это правильно, но неприятно, каждый раз, как ножом по стеклу, царапает что-то, раздражает. Может получить на балл ниже, потому, что испортил настроение преподавателю. А если он будет говорить: «Бессознательное…, бессознательное…, бессознательное…», – умница какая, все правильно понимает, даже если чего-то недопонял, мы сейчас вместе разберемся, это ничего, он понимает главное.

Недавно по телевизору показывали старый фильм с Челинтано, «Укрощение строптивого». Там есть эпизод, использование именно этого приема, использование речевых оборотов клиента. Он сидит со своей девушкой в ресторане, и официант ему говорит: «Я вам рекомендую вино урожая 1982 года». Он говорит: «Нет». «Почему?» «В 82 году была засуха, весь виноград погиб на корню, мы будем пить вино урожая 84 года, с левого берега». «В таком случае, я вам рекомендую вино урожая 84 года с левого берега». «Почему?» «Потому, что в 1982 году была засуха и весь виноград погиб на корню».

Б) Использование образов. Человек всегда говорит образами, проблему свою описывает образами, достаточно просто внимательно слушать.

«Голова болит так, как будто ее зажали в тиски». «Голова гудит как колокол». «Голову разрывает изнутри». «Голова болит так, как будто по ней кувалдой бьют». «Голова болит так, как будто обручем сжимает». Слушаешь и потом используешь. Это значит, что мы в трансе будем разжимать тиски какие-нибудь, или какой-нибудь обруч, откуда-то падает, или кувалду убираем, или будем эту кувалду трансформировать. Используем образ. Что такое использование образов и речевых оборотов клиента? Слушаешь его, для себя мысленно делаешь засечки, запоминаешь какие-то характерные слова, речевые обороты, образы и потом возвращаешь ему. Что значит, возвращаешь? Просто используешь в своей речи, не подчеркивая, не акцентируя. Здесь тоже важно не пересолить, так же как с позой, на этом не должны ловить, просто, естественно.

У человека есть слово паразит «непосредственно». Он все время его говорит: «Непосредственно, непосредственно». И я где-то в разговоре с ним употребил: «Ну, вот так, непосредственно…». Реакция была потом потрясающая. Он говорит: «Ну, вот что-то там такое, непосредственно, как вы говорите». За собой же не замечаешь этого. На уровне сознания человек на это не обращает внимания, но все это вместе, в комплексе, создает ощущение понятости, разделенности, общности.

Если человек говорит, что он ставит цветы в горшок, хотя лично я их ставлю в вазу обычно, в разговоре с ним мы будем ставить цветы в горшок. Это его термин. Может быть, горшок в форме вазы, а может быть ваза в форме горшка.

Привели молодого человека, мама привела за ручку, лет восемнадцать. «У мальчика приступы, мальчика надо лечить». Мальчик сам милый парень, очаровательный, тонкий, деликатный. И он тоже говорит: «Да, у меня приступы, меня надо лечить». В чем заключаются приступы? Папы нет, он живет с мамой и бабушкой, он на них орет, это приступы. Я говорю: «И часто у тебя приступы?» «Нет, не часто». «Ну, сколько, пару раз в неделю?» «Немножко чаще». «Три?» «Чуть-чуть  почаще». «Четыре?» «Чаще все-таки». Семь. Семь раз в неделю он на них отрывается. Учится на втором курсе, какой-то технический вуз. Я ему говорю: «Ты на преподавателей в институте орешь?» Он говорит: «Что Вы, как можно?» «А на друзей, а на ребят по группе?» «А зачем?» «А на прохожих, на улице?» «Нет, конечно». «А на продавцов в магазине?» «Нет». Только дома, только на маму с бабушкой, приступы. В психологии есть несколько вещей, которые я, очень люблю, потому что они позволяют сориентироваться. Руководящие вещи, основные. В частности я очень люблю возрастную периодизацию Эрика Эриксона. Не путать с М. Эриксоном, это однофамильцы. Она мне нравится тем, что там для каждого возраста указаны психологические задачи возраста. Это очень удобно, потому, что человек всегда, имеет какой-то возраст. Когда ты знаешь задачи возраста, ты знаешь, что если то, что ты делаешь, идет в направлении возрастных задач, что бы ты не делал, все хорошо. Если это идет поперек, или не дай бог против, тогда это не хорошо, это делать не надо. Смотрим, младший юношеский возраст, задача возраста, отделение от родительской семьи, профессиональное самоопределение, обретение друзей, обретение интимного партнера противоположного пола. Смотрим, профессиональное самоопределение – учится в вузе, нравится, все хорошо. Друзья есть – все хорошо. Отделение от родительской семьи – не хорошо, он у мамы и бабушки на положении маленького ребенка. Ситуация такая интересная. Они его обожают настолько, что купили ему отдельную однокомнатную квартиру, в этом же доме, в которую он почему-то не переезжает – минус. Девушки нет, и никогда не было, он не знает с какого бока к этому существу подходить – минус. Из четырех основных возрастных задач – две не реализуются. И он чувствует себя дискомфортно. Возрастная когорта идет вперед, он застрял и отрывается на маме с бабушкой. Я его спрашиваю: «У тебя же своя квартира есть, почему не переезжаешь?» «Ну, там компьютера нет, компьютер нужен для работы. Компьютер поставлю, перееду». Я говорю: «А когда ты компьютер поставишь?» «Ну, это еще надо деньги заработать?» Это где-то в туманной дали. И я свою задачу вижу очень просто, начать его отрывать от родительской семьи, для начала сделать так, чтобы он переехал и начал хоть какое-то подобие самостоятельной жизни. Я его спрашиваю: «Опиши мне свои приступы». «Ну, как-то оно так, вот как-то оно внутри все вот так вот». Описал. «Где это в теле?» «Здесь». (М.Р. показывает на грудь). «На что это похоже?» «Ну, оно вот как-то так все». «Ну, все-таки на что это похоже?» «Ну, знаете, иногда перед грозой бывает, облако собирается». Образ дал, я бы сказал «туча», а он «облако». Я говорю: «А, потом ты поорал, тебе стало легче?» «Да». Хорошо. Первый сеанс – обычно это всегда сопровождение в приятном воспоминании. Он рассказал, что он любит гулять на даче в Сочи и вот он гуляет. Образ дали, его нужно использовать.

У меня в детстве была книжка Эммануил Ласпер «Учебник шахматной игры». Я ее читал, в шахматы играть толком так и не научился, но там было одно выражение, которое я запомнил почему-то, оно полезное: «Если у тебя есть преимущество, его нужно реализовать под угрозой утраты этого преимущества». Дали, надо использовать. Он там гуляет, и я ему даю мимоходом заметить, что собралось облако, как бывает перед грозой, но тут налетел ветер и развеял это облако. Ну, так, не на что особо не надеясь, просто. По странной случайности, когда он приходит через неделю, за эту неделю не было ни одного приступа. Что еще там интересно, мы работаем, привела мама, платит мама, контролирует мама. Звонок. Мама. Я спрашиваю: «Ну, как дела, есть изменения?» Она отвечает, сквозь зубы: «Есть, но очень не однозначные». Он перестал орать, и это хорошо, но он начинает отрываться и это плохо. Они-то чего хотели, что бы он перестал орать и оставался милым маленьким мальчиком, каким был всегда. А решение заключается в том, что он повзрослеет и уйдет, а они отпускать не хотят. Еще пара встреч, звонит мама: «Михаил Романович, Вы помните, Вы говорили, что в ваших занятиях могут быть перерывы?» Я говорю: «Помню». – «Пусть этот перерыв будет сейчас». Все, больше я его не видел никогда. В конце концов, он повзрослеет и уйдет, это понятно. Это родители, которые обеспечивают своему ребенку так называемое «трудное взросление», с препятствиями. Это все к чему я рассказываю? К тому, что мы работаем с человеком, но он не в безвоздушном пространстве существует, он существует в системе социальной. Самая ближайшая система – это семья. И мы помогаем ему осуществить изменение, и вовсе не факт, что этой системе это изменение понравится. Оно может пойти против чьих-то интересов, или ущемить чьи-то интересы, и кто-то перестанет получать то, что привык получать. И система может попытаться загнать обратно в проблему, в болезнь. С алкоголиками так бывает кстати говоря. За 20 лет все колесики притерлись и все знают, в какую сторону и с какой скоростью вертеться. И вдруг, он либо закодировался, либо в анонимные пошел, перестал пить. Это новая ситуация, с новым человеком, никто не знает, что делать и иногда обратно загоняют.

IV. И еще одна грань подстройки – это то, что можно назвать подстройка к ценностям. Это очень важно. Мы с тобой одной крови, ты и я, у нас ценности одинаковые, мы верим в одно и то же. Здесь два существенных момента.

С одной стороны, ищешь что-то реально общее. В себе ищешь, в своей биографии. Какие-то точки пересечения с человеком. И так, как бы мимоходом о них говоришь.

Когда рядом со мной садился ста двадцати килограммовый шкаф, мастер спорта по боксу, общего у нас не очень много, конечно я упомяну о том, что мальчишкой я занимался боксом. А тренировал нас Евгений Огуренков, младший брат Виктора Огуренкова, старшего тренера сборной союза, это неважно…. Вскользь, мимоходом. С военным, конечно, я упомяну о том, что было время, когда я носил погоны, и командовал гвардейским взводом, это неважно, но…. С врачом, конечно, я упомину, что я из врачебной семьи и должен был стать врачом в третьем поколении, папа не дал, слишком хорошо знал, как живется врачам. Национальность, с определенных пор мне абсолютно безразлична, как своя, так и чужая. Но с евреем, я, конечно же, подчеркну свою фамилию.

У меня брат подполковник милиции и работает в паспортном отделе. На двери табличка «Подполковник Гинзбург». Толи он болел, толи в отпуске был, его замещал его коллега, татарин. И приходит какой-то человек, еврей и просит, чтобы в паспорт писали национальность. Ему говорят: «Ну, сейчас не вписывают в паспорт национальность, потому что паспорт нового образца там нет национальности». Он говорит: «Ну, конечно, меня 40 лет гнобили за то, что я еврей, а теперь, когда это выгодно и почетно, вы мне не хотите вписывать, впишите». Вы проймите, это паспорт нового образца, не вписывают там национальность. Он наклоняется и говорит: «Послушайте, ну как свой своему». Он не смотрит, кто перед ним сидит, там написано: «Полковник Гинзбург». Т.е. ищешь реальные точки пересечения. С кем-то, кто интересуется мистикой, эзотерикой, востоком, конечно, это Цигун, я расскажу, что я ездил неоднократно в Шаолинь.

Второй момент, ты пытаешься понять, что для человека важно и ценно, и на время контакта ты разделяешь с ним его ценности. И ни в коем случае не противоречить этим ценностям, это разрыв контакта и все. Здесь конечно, чем лучше знаешь человека, тем легче. Есть какие-то вещи из обще культурного фона. Есть пол, есть возраст, половозрастные ценности, на которые можно сориентироваться, хотя бы приблизительно. Пара примеров.

На одном из семинаров подошла женщина в перерыве, попросила помочь. А ситуация такая была, она чеченка, врач из Грозного, приехала на повышение квалификации. Это было в промежутке между первой и второй чеченскими войнами. Большая чеченская семья разветвленная, по счастью никто не погиб, но они потеряли все: деньги, жилье, но все живые. И вот они сбились в кучку, купили там какой-то домишко, жизнь налаживается. Она говорит: «Но, я потеряла покой и сон. Я думаю только об одном, кто-то может заболеть, кто-то может умереть, могут убить бандиты. И уцелеть в войну и погибнуть сейчас, это так не справедливо, я могу думать только об этом. Что делать? Помогите». Что я могу сделать? Ситуация совершенно объективная. Без всякого формального наведения транса, просто отошли там, в уголочек сели. Я говорю: «Да, действительно, каждый может заболеть, каждый может умереть, могут убить бандиты, да». Это тоже элемент подстройки, я «встаю рядом с ней», я показываю, что я понимаю проблему. Если начать уговаривать, успокаивать: «Нет, что Вы, все обойдется, все будет нормально», человек просто поймет, что ты не понимаешь. Да, я понимаю, это серьезно. Что я о ценностях знаю? Просто из общекультурного фона. Она мусульманка, верующая, она об этом говорила. Это Аллах. Из общекультурного фона я знаю, что это кавказский народ, у них есть такая ценность – «род», «родовые связи». У нас нет, у нас дальше бабушки с дедушкой никто не знает. «Да, каждый может заболеть, каждый может умереть, это все так, но Аллах сохранил ваш род, и это намного важнее, чем жизнь каждого отдельного человека». Она говорит: «Да, это так». Для нее это так. «С каждым человеком может случиться все что угодно, но если смерть одного человека рассматривать как плату за то, что Аллах сохранил Ваш род, то может быть это не слишком большая плата». «Ну, если так рассматривать, может быть». Я попытался сделать рефрейминг, изменить точку зрения, как мог. Делаешь, что можешь, а потом ждешь. Опираясь на ее ценности. Потому, что ни то, ни другое – это не мои ценности.

Этому обучают комивояжоров, тех, кто пытается нам что-то такое втюхать. Идешь по улице, подходит красивая молодая девушка, хорошо одетая. Говорит: «Молодой человек, (уже, еще молодой человек) Вы отдыхаете за границей?» Что же я скажу, что не могу позволить себе отдыхать за границей: «Да». Все, попался. Сейчас тебя будут приглашать на презентации, и будут всучивать там что-нибудь.

Цыгане блестяще владеют. Мгновенно к ценностям подстраиваются. У женщины, какая главная ценность? Ребенок. «Не будешь меня слушать, ребенок заболеет». И тут еще вторая сбоку: «Верно, верно, она правду говорит, не будешь слушать, ребенок умрет». Все, пошла слушать. Еще и волосок из головы выдернут: «Смотри, уйдешь, не будешь слушать, разорву, а это жизнь твоих детей».

Я помню, мы ездили отдыхать в Крым, с нами в купе молодая пара ехала. Парень с девушкой, он ее украл у родителей, везет отдыхать, все очень романтично. Станция «Джанкой», осталось ехать 30 минут, в вагон врывается цыганский табор. Я дверь раз, защелку два. Парень говорит: «Я хочу пойти послушать». Я говорю: «Не надо». «А я хочу». «Ну, хочешь, иди». Вышел, вокруг него этот хоровод завертелся юбок и платков, они его потащили к тамбуру. Последнее, что я слышал из этой кучи, это были слова: «Она тебе изменяет» и «Стоять не будет». За две основные мужские ценности сразу, раз. Он пошел слушать, как это так она ему изменяет, и почему это у него стоять не будет. И нету, нету, нету, девушка говорит: «Пойду, выручать». Я говорю: «Не ходи». «На меня не действует». На белых эта лабуда не действует. Пошла, за руку привела, парень в трансе, глаза стеклянные, расфокусированные. Все деньги, которые у него при себе были, они отобрали. К счастью, это были не последние, это заначка была.

Остальным элементам подстройки можно научить, их можно отработать, подстройка к ценностям – постольку, поскольку. Исходя из общих представлений, из возраста, из пола и то, что ты знаешь о человеке. Утилизационный подход. Все используется.

Если чуждая ценность, игнорируйте. Не надо себя ломать, не надо пытаться переубеждать и переделывать другого человека, это абсолютно бессмысленное занятие, он сам переделается. Иногда встречаешь людей, которые приходят заниматься гипнозом, в тайной надежде обрести власть над другим человеком. Я спокойно к этому отношусь, потому что я знаю, что они изменятся постепенно.

Как противостоять манипулятивным техникам? Я знаю только один способ – знать техники. Когда ты их знаешь, ты мгновенно видишь, что с тобой пытаются сделать, а значит это уже осознанно и это легко парировать.

Я как-то пошел на рынок, а рядом с метро лохотрон крутят, лотерея. И какой-то парень говорит: «Ой, это 500 рублей? Я выиграл 500 рублей? Правда, это я, я выиграл 500 рублей? Ой, как здорово». Я пошел, купил там, что мне было надо, минут 40. Возвращаюсь обратно: «Ой, это что 500 рублей? Это я, я выиграл 500 рублей? Ой, какое счастье». Черт меня за язык потянул, просто мимо проходил и так под нос себе говорю: «Главное в который раз». Я пяти шагов не успел сделать, как мне в спину уперли что-то твердое и сказали: «Еще раз здесь появишься, пеняй на себя». Я потом своему брату милиционеру стал жаловаться. Он говорит: «Правильно, ты, что не видишь, люди работают? Чего ты лезешь?».

Все это делается вместе, все это есть подстройка, но я сразу хочу вас предупредить, все это, даже блестяще выполненное может не сработать, если нет главного – внутреннего отношения, уважения и принятия. Если это все делается сверху и с пренебрежением: «Сейчас я тобой проманипулирую, так что ты даже знать не будешь», – дохлый номер.

Есть замечательная история на эту тему.

«Мантра».

История о том, как в Китае один человек очень стремился к просветлению, очень хотел. И он узнал что монахи, для того, чтобы получить просветление читают мантры. А у него дома была книга с мантрами. Он пришел домой, открыл книгу и увидел великую манту: «Ом мани падме ху». Но, поскольку это был Китай, и написано было иероглифами, а последний иероглиф имел два прочтения: «Ху» и «Нью». Он прочитал: «Ом мани падме нью». И 6 лет подряд изо дня в день по многу часов твердил мантру: «Ом мани падме нью, ом мани падме нью». Шесть лет. И однажды мимо его дома проходил монах и увидел, что над домом стоит столб света. И он понял, здесь живет просветленный. Он вошел в дом и спросил: «Что ты делаешь?» «Я читаю мантру. Шесть лет подряд, изо дня в день помногу часов в день я читаю великую мантру, и вся моя душа рвется к просветлению». – «Какой ты молодец, какой ты достойный человек. А какую мантру ты читаешь?» «Я читаю великую священную мантру – ом мани падме нью». Он говорит: «Ты молодец, конечно, и все хорошо, только мантру ты читаешь не правильно. Надо говорить – ом мани падме ху». Человек его поблагодарил, монах ушел. Пол года спустя он проходит опять мимо этого дома, нет столба света. Что такое, такой усердный человек, и я его научил правильной мантре? Заходит: «Что ты делаешь?» «Я читаю мантру, каждый день, помногу часов я читаю мантру». «Какую мантру ты читаешь?» «Я читаю правильную мантру, которой ты меня научил – ом мани падме ху». Монах задумался и говорит: «Слушай, а о чем ты думаешь, когда ты читаешь правильную мантру?» «Я думаю о том, что я впустую потратил шесть лет своей жизни». Имеющий уши да услышит.

Мы как-то организовывали семинар для одной женщины. Энергетическая работа с позвоночником. Не просто мануалка, а еще энергетическая работа, очень здорово работает. Она говорит: «Наберите мне группу, я научу». Мы говорим: «Сколько тебе нужно времени?» «Три вечера по три часа». «Мало. Неужели научишь?» Она говорит: «Да, научу». «А кого тебе набрать: целителей?» «Кто хочет, кто хочет этим заниматься тех и набирайте». Мы говорим: «Может тебе рейкистов набрать? Энергия, рейкисты они знакомы с энергетикой». «Это неважно, кто хочет». «Ну, а все-таки, энергия то откуда возьмется?» Ответ был потрясающий: «Если есть желание помогать, энергия придет». Внутреннее стремление помогать другому человеку, энергия придет.

Меня однажды в одной группе спросили: «Что самое главное в этой работе, терапевтической?» Я не успел подумать, а уже ответил, а это значит, что ответил бессознательно. Когда я потом задумался над тем, что оно (бессознательное) ответило, я понял, что оно ответило очень мудро. Оно ответило так: «Желание помочь, уважение к человеку, который сидит рядом с тобой, и самому войти в транс». А техники вторичны, первичен человеческий контакт и качество человеческого контакта. Есть люди, которые получают блестящие результаты, не владея практически ни какими техниками, ничего о них не зная, интуитивно, неосознанно. За счет того, что они умеют обеспечивать контакт. А когда смотришь, как они это делают, видишь наши техники.

Хорошо, сейчас давайте поработаем.

Упр. №7. «Подстройка к речевым образам и оборотам + ценности».

В тройках, минут 15-20 на человека, до обеда немножко поговорим. Подстройка в полном объеме, сейчас обращаем основное внимание на подстройку к речевым образам и оборотам. Ценности постольку поскольку, насколько это возможно, насколько вы можете сориентироваться. А для этого сначала нужно с ним немного поговорить, может быть о том воспоминании, в котором он хочет, чтобы его сопровождали. Может быть о той проблеме, которая он хочет, чтобы разрешалась. Может быть о той цели, которую человек хочет достичь. Поговорить.

Для себя мысленно отметить какие-то характерные слова или обороты или образы. Можно даже записать и потом в сопровождении просто их использовать. Поза остается, дыхание остается, ценности как получится. Понятно, что делать? В упражнении лучше менять тех людей с кем ты работаешь, что бы был опыт разнообразный.

Обратная связь.

Давайте поделимся тем, что было интересным, вопросы будут.

… Сергей блестяще овладел техникой «Неопределенные слова». Была поставлена цель, были использованы соответствующие техники, был наведен транс, был получен определенный результат, подстройка была выполнена в полном объеме. А как к ценностям то подстраивался? Адекватно.

…Человек не замечает за собой очень многого, он не осознает то, что он делает.

Был случай, научил меня очень многому сразу. У нас был такой курс интересный на факультете психологии, с этого курса вышел известный израильский режиссер, известный американский шахматист, и много другого разного интересного народа. У того который потом стал известным израильским режиссером, он окончил психфак, потом театральный, и дома толклась такая публика половина психологи половина актеры и режиссеры, а половина и те и другие. Я к нему зашел как-то в гости, это была коммуналка. Съехал сосед и они с оставшимся соседом освободившуюся комнату прихватизировали, поделили перегородкой пополам, половину комнаты, он там своими руками сделал ремонт. Надо отдать должное, надо восхититься, он там олифой покрасил, дедову саблю повесил на стенку, очень здорово. Я отвосхищался по полной программе, как положено: «Ну, замечательно, ну классно! Сам делал, да, сам олифил? Ну, это вообще! Сабля как классно вист! На месте, очень все хорошо». Все что положено, все сделал. И потом один наш общий приятель и психолог и режиссер, он говорит: «Миш, хочешь, я тебе сейчас покажу, что ты сделал?» Я говорю: «Показывай, мне стыдиться нечего». Смотри. Он входит: «Ох, класс, сам делал, сам? Ой. И сабля, какая! (Тихим голосом) Окно на помойку выходит. Ой, какой класс». Я готов был сквозь землю провалиться, но я не помнил этого. Идешь мимо окна и констатируешь факт. Это большим жирным крестом перечеркивает все остальное. Начинаешь отслеживать, что делаешь и что говоришь.

Часто человек за собой не замечает и соответственно не замечает, когда ты ему возвращаешь, а подстройка получается.

… Хорошо, еще что-нибудь интересного? Ну, если что-то потом вспомнится, можно поделиться. У меня был в одной группе молодой человек, который каждый раз говорил недовольно: «Ну вот, опять делиться, почему нельзя просто рассказать?» Кто не хочет делиться, можно просто рассказать.

Во времена колонизации Дикого Запада в Америке, на этом самом Диком Западе подвязался бродячий проповедник, которого звали Александр Доуви, который зарабатывал себе на хлеб насущный очень оригинальным способом. Он изобличал насильников, грабителей, убийц и разных прочих преступников. У него была отработанная метода. Делал он это так. Он приезжал в маленький городок, где состоялось ужасное кровавое преступление, собирал информацию, т.е. слухи. Шел в главный, он же единственный городской салун, который располагался на главной, она же единственная, городской площади, где, естественно, находилось все мужское население города. И говорил: «Хотите, я изобличу виновного в этом ужасном преступлении?» – «Хотим, кричали ковбои и золотоискатели». «Это будет стоить столько-то». Оговаривалась цена. После чего, он говорил: «Пусть все присутствующие положат руки на стойку бара. Виновного в этом ужасном преступлении обличит его указательный палец. Он не сможет удержать его плоско на стойке бара. Впрочем (добавлял осторожный Александр Доуви) это может оказаться и безымянный, или большой, или средний, или мизинец». Это называется внушение, покрывающее все возможности класса. После чего он начинал в подробностях живописать это ужасное кровавое преступление, и в какой-то момент у одного из присутствующих начинал предательски подергиваться палец, не смотря на все усилия, он не мог его удержать. Виновный найден. И за всю блестящую карьеру у Александра Доуви не было ни одной ошибки, потому что виновного тут же вытаскивали из бара и линчевали. Апелляцию не кому было подавать. Может быть, среди них попалась пара, тройка субъектов с излишне живым воображением, но об этом не узнает уже никто и никогда.

Это одна из наших базовых техник, мы ее используем. Повсеместно она используется всеми гипнотерапевтами, для общения с человеком, находящимся в трансе. Что использовал Доуви? Идематорные движения пальцев. Сначала он создавал установку: «Виновный не сможет удержать палец плоско», а затем он делал сопровождение в ситуацию преступления, живописал детали. Человек погружался в эти воспоминания, срабатывала установка, палец поднимался.

На одном из семинаров по гипнозу, где тренерами были Эриксон и Лекрон, Лекрон предложил использовать пальцевые идеомоторные движения для общения с человеком, находящимся в трансе. Лекрон установил довольно сложную систему сигналов: да, нет, не знаю, не хочу говорить. Разными пальцами подаются сигналы. Это бессознательное отвечает. Это довольно сложно, начинаешь путаться.

Поэтому на практике ограничиваются обычно двумя сигналами: «Да» и «Нет». «Да» обычно ставится на указательный палец правой руки (у правшей), «Нет» на указательный палец левой руки.

Называется ПАЛЬЦЕВЫЙ ИДЕОМОТОРНЫЙ СИГНАЛИНГ или просто СИГНАЛИНГ.

Откуда это слово, что за термин? Это инговая форма у глагола ту синьяль, сигнализировать, сигнализирование, сигнализация. Почему сигналинг? Французы в своей литературе не стали менять английский термин, хотя могли бы. Русская переводная литература выпускается в основном издательством «Класс», в основном я ее редактирую, поэтому у меня есть возможность влиять на русскую терминологию, которая только складывается. Я оставил термин «Сигналинг», не стал русифицировать, он прижился и пошел. Если он вам по какой-то причине не нравится, можете говорить: «Пальцевый идеомоторный сигнал, идеомоторные движения пальцами, сигнализация, сигнализирование», неважно, важно понимать, о чем идет речь.

У левшей обычно наоборот, левшам удобнее сигналить «Да» левой рукой, «Нет» – правой.

Почему я говорю «ставится»? Потому, что есть определенная процедура постановки, мы ее потом разберем. Можно предоставить больше свободы клиенту. Например, можно сказать: «Пусть поднимется палец, который будет означать сигнал «Да». Но, это может оказаться мизинец левой руки. «А теперь, пусть поднимется палец, который будет означать сигнал «Нет». Это может оказаться большой палец правой. И у разных людей они будут разными, и это придется все запоминать, и ты будешь путаться безнадежно, поэтому народ обычно жизнь себе не усложняет, и ставит «Да» – на указательный палец правой, «Нет» – на указательный палец левой. Это хорошо идет, мы привыкли указательным пальцем показывать, манипулировать.

Идеомоторный сигналинг исключительно удобен. Мы пользовались с вами уже сигналингом, только не называли его так. Когда мы просили кивнуть головой. Но, кто-то уже отмечал, что иногда человеку не очень хочется кивать головой. Можно ставить сигналинг на голову, лучше на руки. Эриксон говорил: «Лучше, когда человек сигналит пальцами». Не объясняя почему, просто у него такая интуиция была. Сейчас известно, почему. Когда человек сигналит головой, у него активизируется левое полушарие, и он склонен выходить из транса. Когда сигналит пальцами, этого не происходит.

Это позволяет все время общаться с человеком, находящимся в трансе, получать обратную связь, отслеживать, что происходит, где он находится, получать информацию.

1. Это позволяет оставаться конгруэнтным. Ты расписываешь ему приятное воспоминание вдоль и поперек, а он может быть, давно уже где-то в другом месте, в другом воспоминании и вообще думает о чем-то своем.

Ты все еще в этом воспоминании? Да (сигналинг). Очень хорошо. И можно продолжать, звуки, ощущения.

Ты все еще в этом воспоминании? Нет (сигналинг). Очень хорошо. Ты можешь менять воспоминания, ты можешь переходить от одного к другому, скользить по образам, ощущениям…

2. Это позволяет делать клиенту предложения, с которыми он может согласиться или не согласиться. Отдыхает человек на пляже в своем воспоминании:

Ты хочешь искупаться? Да (сигналинг). Очень хорошо, можешь подойти к воде и войти в воду и ощутить разницу температур…

Хочешь искупаться? Нет (сигналинг). Очень хорошо. Можешь оставаться, загорать, заниматься своими делами, делать все, что хочешь…

У клиента слезы или негативная мимика.

Все в порядке? Да. Мы можем продолжать? Да.

Мы можем продолжать? Нет. Выйди, пожалуйста, из транса.

3. С помощью сигналинга можно исследовать быстро и легко ведущую репрезентативную систему. Кто умеет это делать по ключам, сигналам глазного доступа (НЛП), замечательно. Можно с помощью пальцевых сигналов это делать, пройтись по всем системам.

Интересно, есть ли зрительные образы. Да.

Приходят ли звуки? Нет.

Есть ли телесные ощущения? Да.

Запахи? Да.

Вкус? Нет.

Понятно, есть зрительные образы, есть телесные ощущения, есть запахи. В следующий раз, когда будешь с ним работать, начнешь с этого, чтобы быстрее и удобнее входил в транс.

Лучше задействовать все репрезентативные системы, даже те, которые как бы не работают. Потому что как показывает опыт, потом в какой-то момент они могут заработать. У человека не было, не было, не было звуков в трансе, потом раз, появились. Или зрительных образов, не у всех людей бывают. На всякий случай открываешь эти возможности. Не может быть, что бы этого не было, все видят, все слышат, все нюхают, все чувствуют вкус, почему-то по какой-то причине в трансе не задействуется. Почему не задействуются, не используются какие-то ресурсы? Есть какие-то возможности, которые не используются. В какой-то момент они начинают использоваться. Ну, можно это так интерпретировать, человек в большей мере позволяет себе пользоваться своими способностями.

4. Поставленный пальцевый идеомоторный сигналинг позволяет получить доступ к информации, которой нет на уровне сознания, вытесненной информации, если пользоваться психоаналитической терминологией. Информация, которая хранится в бессознательном. Это очень удобно и быстро. Два примера.

На одном из конгрессов рассказывал австралийский гипнотерапевт, он обучался психотерапии, находился на этапе супервизорства. Он уже работал самостоятельно, но его преподаватель за ним присматривал через полупрозрачное зеркало. Зеркало Гезелла. И у них была телефонная связь. Он работал с женщиной, у которой были панические атаки, они наступали внезапно, когда она была за рулем, что очень опасно. Он бился, бился, пытался выяснить, почему, ни чего не получалось. Звонок, он  поднимает трубку, его преподаватель говорит: «Зайди ко мне». Он заходит в соседнюю комнату. «Почему ты не используешь гипноз?» «Я не умею». «Как ты не умеешь гипноз? Ну, ладно, останься после работы, я тебя научу». Он остался на пару часов после работы, преподаватель научил его гипнозу, объяснил, как вводить в транс, как пользоваться пальцевыми сигналами. И на следующий день он установил, с помощью пальцевых сигналов, не причину, правда, но пусковой механизм. Выяснилось, что панические атаки у нее возникали, когда ей в левый глаз попадал зайчик от хромированной обшивки зеркала заднего вида. Почему, неизвестно, но, во всяком случае, уже что-то можно сделать, зеркало заменить или что-то другое.

Маленькое неудобство заключается в том, что в нашем распоряжении только два сигнала «Да» и «Нет». Поэтому к истине приходится идти квадратно-ездовым методом, постепенно приближаться. Да, да, нет, нет.

Моя клиентка, девушка, лет 18 с псориазом. Псориаз – часто психосоматика. Все руки в коросте, все лицо в коросте. Она лечилась у кожника, гормональными мазями, ничего не помогло. Родители решили, что нужен психотерапевт. Быстро, хорошо вошла в транс, поставили пальцевые сигналы. 18 лет, первое, что приходит в голову: «Это связано с сексуальными проблемами?» «Нет». «С проблемой отношений с другими людьми?» «Да». «С близкими?» «Да». «С матерью?» «Нет». «С отцом?» «Да». «Ты хочешь, что бы мы занимались твоими отношениями с отцом?» «Нет». Она не хочет, а это причина. В силу образования, в силу профессиональной подготовки, когда тебе предъявляется проблема, ты за этой проблемой видишь другую проблему, более широкую, за ней еще более глобальную, за этим структура личности. И может возникнуть соблазн засучить рукава и начать исправлять человеческий механизм по большому счету, раз и навсегда, чтобы на всю оставшуюся жизнь был счастлив. Это большое искушение, но с моей точки зрения неправильное. Это каждый решает для себя. Я для себя сформулировал такую установку грубую: «Не лезь, куда не просят, работай с тем, что предъявлено». Если человек не хочет, чтобы мы чем-то занимались, значит, мы не будем этим заниматься. А надо, потому что иначе не разрешить. Здесь открывается пятая возможность.

5. С помощью сигналинга можно заключать сепаратный договор с бессознательным, в обход сознания. Договариваться о каких-то вещах. Я ее вывел из транса, мы поговорили. Когда знаешь, куда сориентировать разговор, это легко. Выяснилась ситуация. Ситуация банальная. Единственный ребенок в семье, папа хотел мальчика, родилась она. Она папу обожает, папа – физик, в свое время окончил физтех. Поэтому она физик, она учится в физтехе, который тихо ненавидит всеми фибрами души. Это самый трудный институт на всех просторах СНГ, абсолютно не женский, с самым большим процентом нервных срывов и самоубийств среди студентов. Он в Долгопрудном находится. У меня в одной группе была женщина, психиатр из Долгопрудного. Она меня одарила поговоркой долгопрудненских психиатров. «Наступила весна, физик выпал из окна». Весеннее обострение. Ей там плохо. Сказать она об этом не может, потому что она папу любит и не хочет его огорчать. Она говорит телом, она кричит телом: «Смотрите, что вы со мной сделали». Хорошо. Реиндукция, повторное наведение транса. С бессознательным нужно вежливо очень разговаривать, оно грубости не любит.

Общение с бессознательным. Я благодарю бессознательное, во-первых, за то, что оно согласилось вступить со мной в контакт, оно общается. Во-вторых, за то, что оно о ней заботится, потому что это форма заботы, потому что оно (пошли неопределенные слова) позволяет высказать то, что должно быть высказано. Но, эта форма высказывать то, что должно быть высказано, создает ей неудобства в определенных сферах ее жизни. И поэтому, не будет ли бессознательное столь любезно поискать другие способы высказывать то, что должно быть высказано, числом не менее трех. Да, оно согласно. Хорошо, давай, ищи. Когда найдешь, дашь об этом знать. Посидели, посидели, есть. Хорошо. А не будет ли бессознательное столь любезно из этих способов выбрать один, наиболее адекватный, тот, который полностью соответствует ее потребностям и структуре личности, интересам. Согласно. Замечательно, вперед. Когда сделаешь, дашь об этом знать. Выбрало. Не будет ли бессознательное столь любезно запустить его в производство, прямо здесь и сейчас. Да. Поехали. Есть, запустило. Какой способ? Тайна, покрытая мраком. Никто не знает, ни я не знаю, ни она не знает на уровне сознания. На всякий случай, потому что всегда как в космическом корабле, стараешься перекрывать, двойную, тройную степень надежности. Т.е. на одно и то же делаешь разные вещи. На всякий случай мы еще с ней сделали такую простую технику.

«Волшебный дождик». Очень часто при кожных всяких вещах используют. Я ее попросил создать образ, представить себе, что она стоит под потоком то ли воды, то ли света, который смывает все эти струпья и остается хорошая, здоровая кожа.

Через неделю она пришла с улучшением, через неделю практически с чистой кожей. И на этом мы расстались. Через год, просто были знакомые в физ.техе, я узнал, что она перевелась в педагогический. Адекватное решение, ее решение, которое пришло изнутри.

У человека проблема. Транс, сигналинг поставлен. Интересно, может ли бессознательное избавить товарища от этой проблемы целиком и полностью, здесь и сейчас? Да. Как хорошо, пожалуйста, делай. Есть.

Интересно, может ли бессознательное избавить товарища от этой проблемы целиком и полностью, здесь и сейчас? Нет.

Наверное, есть какое-то время необходимое для того, что бы эта проблема была решена? Да. Интересно, это время больше одного месяца? Да. Больше двух месяцев? Да. Больше трех месяцев? Нет. Два месяца и неделя? Нет. Два месяца и две недели? Нет. Два месяца и три недели? Да. Надо распределить свои сеансы так, чтобы успеть захватить, чтобы это оказалось в рамках терапии. Это удобно.

Причины могут быть разными, могут быть просто физиологическими. Физиологию тоже никто не отменял. Аксиома, в возрастной психологии, проблемы детей – 99,9 % случаев проблемы родителей. Первое что ты спрашиваешь: «К докторам ходили? Вас обследовали? Диагноз ставили? Лечили?» Если лечили, лечили, ничего не помогает, почему не попробовать гипноз. Иногда это видно по ситуации. Пробуешь. Может сработать, может не сработать. Мы уже говорили, основное правило безопасности, оставаться в рамках своей профессии, я все-таки психолог, ко мне все-таки в основном идут с проблемами психологическими. Это так, попутно, постольку, поскольку, по мере сил и возможностей, я сразу честно предупреждаю, что я не врач, не в какое лечение вмешиваться не буду, ни какие диагнозы ставить не могу и не умею, и не какие лекарства не назначаю и не отменяю. Но, поработать могу, если в результате этой работы будет лучше, лечащий врач может быть, как-то изменит схему лечения, если сочтет нужным.

Можно ли избавить от проблемы целиком и полностью, здесь и сейчас? Нет. Может быть, через какое-то время? Нет. Хорошо, может быть, можно частично? Да.

Очень часто, при детско-родительских конфликтах вся терапия заключается в том, что объясняешь людям основные положения возрастной психологии, которых они просто не знали. То, что они просто не знают, т.е. объясняешь им, что то, что происходит – это нормально. Что это не патология, что ребенок не псих, его не надо лечить таблетками, что это нормально. Иногда этого достаточно, но, к сожалению, не всем это можно объяснить и не всегда принимают. Но, когда ты с ним работаешь, и когда у него начинаются изменения, он их вынудит к изменениям.

Я помню, у нас в институте работал один очень талантливый человек. Он разработал новую систему обучения для детского сада. Там дети такие творческие, креативные, самостоятельные. Я ему говорю: «А как же они в школе то учатся, учителя же не готовы, они же просто изуродуют ребенка и все». Он говорит: «Мы не такие простые, мы эту школу обложили». Они свою экспериментальную работу проводят во всех детских садах микрорайона. Он говорит: «И когда дети приходят в первый класс, это все наши дети, 30 человек, и они вынуждают учителя работать по-другому, потому что по-старому с ними уже нельзя, а их 30 человек».

Было бы очень большой и очень грубой ошибкой, ту информацию, не осознанную, которую ты получил от бессознательного потом выложить ему на уровень сознания. Этого делать нельзя. Потому, что она вытеснена не зря. Это работают защитные механизмы, потому что это значит, что человек пока не готов ее принять и интегрировать на уровне сознания. Может стать еще хуже.

Мы структурируем амнезию с помощью наших техник, иногда возникает мощная спонтанная посттрансовая амнезия. Человек выходит из транса и ничего не помнит. Но часто помнит, не смотря на все твои техники создания амнезии. Вот он вышел из транса, он все помнит, в том числе и ту информацию, которая была там получена. Я это рассматриваю так, значит бессознательное не против того, что бы это было осознано, значит все в порядке. Если он не помнит, не надо ему выкладывать. Не надо ему говорить: «А вы знаете, ваша проблема связана с тем, что вас в 11 лет изнасиловали». Когда это наглухо забыто, начисто. Нельзя этого делать. Надо быть очень осторожным и бережно относиться к человеку.

Получил информацию:

Интересно, должна ли эта информация быть выведена на уровень сознания? – Нет. Нет вопросов.

Да. – Хорошо, только это все равно не тебе надо делать.

Очень хорошо, я не знаю, когда и как это может произойти. Я не знаю, когда и как бессознательное будет передавать эту информацию сознанию. Может быть, это произойдет целиком и сразу, как озарение, может быть, это будет происходить постепенно, как заполняется пазл, и только когда последняя деталь встает на место, становится ясной вся картина. Может быть, Вы увидите сон, а потом забудете, а потом опять вспомните. А может быть, Вы будете идти по улице и что-то увидите или услышите или почувствуете запах, и потянется цепочка ассоциаций, всплывет воспоминание, или как-нибудь иначе. И все, и пускай оно там разбирается, нужно ли это делать и как это нужно делать.

Эриксон говорил: «Когда я просматриваю записи своей работы, меня самого поражает, насколько осторожно и бережно я обращаюсь со своими пациентами».

Иногда можешь получить такой сигнал. (М.Р. одновременно приподнимает оба указательных пальца). Задаешь вопрос, получаешь ответ «Да, нет».

1. Это может означать, что вопрос неправильно задан. На него нельзя ответить да или нет. Интересно, что бессознательное думает о жизни на Марсе?

2. Это может означать: «Не знаю» или «Не хочу говорить».

Как ты думаешь, есть ли жизнь на Марсе? Сигналинг «Да, нет». Означает ли это, не хочу говорить? Нет. Означает ли это: «Не знаю»? Да. Не знает, это не всезнайка. А можешь получить ответ: «Не хочу говорить». Лекрон недаром же 4 сигнала ставил: да, нет, не знаю, не хочу говорить.

Иногда ты ставил на указательные пальцы, а тебе отвечают большим или средним или мизинцем. Принимаешь, ратифицируешь.

Впрочем, это может быть и другой палец.

Можешь получить движение всей кистью.

Впрочем, это может быть и вся кисть.

А можно еще и похвалить:

А некоторые люди мыслят более целостно, у них поднимается вся рука.

Одну даму помню, которая ногами сигнализировала, это очень оригинально. Ну, значит так.

Если есть какие-то сомнения, можно попросить подтверждающий сигнал головой.

Пусть голова кивнет утвердительно или отрицательно, в знак сигнала «Да» или «Нет».

Иногда, вы будете делать, вы почувствуете, когда ты в положении клиента, и когда ты сигнализируешь, там есть очень интересный промежуточный этап. Сначала это чисто произвольный сигнал, ты поднимаешь пальцы. А потом там есть очень интересный промежуточный этап, когда ты не можешь четко сказать, это ты поднял палец или он поднялся сам. Вроде бы ты мысленно говоришь: «Да», сигнал отсюда (из головы) пошел, но увеличивается время, латентный период увеличивается. Задержка, и палец приподнимается.

Иногда бывает так, субъективно тебе кажется, что ты машешь этим пальцем на километр, вот такую отмашку делаешь. А на самом деле, что-то такое микроскопическое, а иногда просто сухожилие вот здесь подрагивает. В микроскоп рассматривать надо. Я в таких случаях просто откровенно говорю:

И мне хотелось бы, чтобы амплитуда движения была больше.

И мне хотелось бы, что бы палец поднимался выше. И в следующий раз он нормально уже поднимается.

Иногда, не смотря на то, что ты ставишь сигнал на руки, человек все равно сигналит головой.  Поэтому, его нужно целиком держать в поле зрения. Иногда терапевт уставился на руки, а ему в это время отчаянно машут головой, а он этого не видит, потому что он ждет пальцевый сигнал, которого нет.

Так, чтобы человек совсем не сигналил, не отвечает, я за все время помню таких случаев два.

Один случай, это был мой большой прокол. Вообще парень приходил, садился, закрывал глаза и все,  отрубался начисто как бревно. И вообще ноль реакции на все мои поползновения. Несколько раз я так с ним промучился, потом выяснилось, что он наркоман. Он знал, что он час будет сидеть в кресле, удобном, мягком, он в коридоре принимал дозу и балдел. А я тут был вообще не причем.

Второй, я так и не знаю, почему, мальчик не реагировал. Тогда переключаешься на непроизвольный сигналинг. Человек всегда сигналит. Нужно просто внимательно следить. Терапевты с большим опытом иногда не ставят сигналинг, они ориентируются на непроизвольный сигналинг. Ну, мы все видели, как кто-то головой покачивает утвердительно или отрицательно, не осознавая этого.

Гадалки этим пользуются часто. А на пути твоем, дама пик, (МР. смотрит на воображаемого человека и отрицательно кивает за него) нет, дама червей. Дама червей, карты правду говорят.      Изменение цвета кожных покровов, мимика, движения глазных яблок. Всегда видишь реакцию. Но это спокойно, надежно, удобно. Начинают всегда с этого.

Сигналинг определенным образом ставится. Есть процедура постановки сигналинга. Я вам ее сейчас покажу. Поскольку на пустом месте показывать невозможно, я вам за одно покажу очень симпатичную технику работы нашего друга и коллеги Жана Беккио, которая исходно создавалась как детская техника, но она очень хорошо и со взрослыми тоже работает, обычно людям  нравится, она такая очень приятная.

Демонстрация сигналинга на базе техники «Ваза с ресурсами».

Мы уже об этом говорили, что все равно, как человек сидит, но поскольку нужно видеть руки, обычно просишь сесть вот так (М.Р. кладет руки на колени, ладонями вниз).

Хорошо. Таня, может поставить цель, это демонстрация, учебный сеанс, но мы знаем, что этим можно воспользоваться, можно поставить свою цель. Во время сеанса нет необходимости со мной говорить, ты сможешь со мной общаться с помощью указательных пальцев рук. Ты правша?

И сейчас, Таня, я попрошу закрыть глаза и просто использовать свое воображение. И представить себе, как теплым, летним днем, ты находишься на прогулке, может быть, где-нибудь на природе, в приятном для тебя месте. И, когда ты представишь себе это достаточно хорошо, ты можешь дать мне об этом знать, приподняв указательный палец правой руки. Очень хорошо.

Движение указательного пальца правой руки будет означать у нас сигнал «Да», а движение указательногопальца левой руки – сигнал «Нет». Покажи, пожалуйста, сигнал «Нет». Очень хорошо. Это удобно, такие сигналы? Хорошо. И ты можешь продвигаться, в удобном для себя темпе. Время от времени, возможно, я буду обращаться к группе. Ты узнаешь об этом по изменившемуся направлению моего голоса, тогда можешь просто не слушать. Таня уже работала в трансе, это уже поставленный идеомоторный сигнал, уже можно процедуры постановки не делать, но, поскольку вам нужно ее показать, я все-таки ее покажу целиком и полностью, от начала до конца.

И ты можешь продвигаться в удобном для себя темпе, позволяя приходить образам этого места, звукам, ощущениям, может быть температурным ощущениям, таким как тепло солнечных лучей на твоей коже, или дуновению ветерка. Может быть запахам. И ты продвигаешься в удобном для себя темпе.

И в какой-то момент, перед тобой открывается домик, небольшой, в чем-то может быть даже сказочный. В этом домике, Таня, живет мастер, мастер – гончар. Он делает из глины разную посуду, украшения, вазы, и сегодня он сделает тебе подарок. Он сделает для тебя в подарок вазу. И мастер приглашает тебя в дом и предлагает сесть в мягкое, удобное кресло. И сидя в мягком, удобном кресле в домике мастера, ты можешь подумать о том, какую вазу тебе хотелось бы иметь. И ты полностью свободна в выборе форм, цвета, размера. И когда ты хорошо будешь знать, какую вазу тебе хочется иметь, ты позволишь приподняться указательному пальцу правой руки. Да, очень хорошо. И возможно, в следующий раз, палец поднимется на большую высоту. И ты даешь указания мастеру, и ты даешь хорошие указания, потому что он мастер, но это твой проект.

И мастер отправляется на задний двор, где у него сложены разные сорта глины. Там есть мягкая глина, есть твердая глина, есть средняя, есть белая глина, есть желтая, есть красная, есть даже синяя и зеленая глина. И мастер выбирает именно тот сорт, который полностью соответствует твоему проекту. И мастер приносит глину в дом и кладет ее на гончарный круг, который пока еще не подвижен. И сидя в мягком удобном кресле, ты можешь наблюдать за работой мастера. И когда гончарный круг придет в движение, ты позволишь приподняться указательному пальцу правой руки, если только к твоему удивлению он не захочет приподняться сам по себе. Да, очень хорошо, очень-очень хорошо. Сигналинг тоже ратифицируется. Продолжаю ратифицировать признаки транса, плюс ратификация сигналинга.

И круг вращается, и мастер накладывает руки на пока еще бесформенный ком, и осторожно и уверенно ведет руки снизу вверх. И он помещает правую руку внутрь, что бы вылепить сосуд изнутри. И правая рука давит изнутри, а левая придерживает снаружи. И руки работают гармонично, согласованно. А затем руки меняются местами, теперь левая рука давит изнутри, а правая поддерживает снаружи. И руки работают согласованно, гармонично.

И вот, эта часть работы завершена. И готова форма. Форма, полностью соответствующая твоему проекту. И мастер ставит вазу в печь, для первого обжига.

И пока ваза обжигается, ты, Таня, можешь подумать о том, как должна быть украшена твоя ваза. Может быть, ты хочешь, что бы она была расписана, может быть, на ней должны быть лепные украшения, может быть, она должна остаться чистой, или что-нибудь другое. И когда ты хорошо будешь знать, как должна быть украшена твоя ваза, палец даст об этом знать. Очень хорошо. И ты даешь указания мастеру, и ты даешь хорошие указания, потому что это твой проект. И мастер вынимает вазу из печи и ставит ее на рабочий верстак. И украшает в полном соответствии с твоим проектом. И когда эта часть работы завершена, мастер ставит вазу в печь для второго обжига.

Пока ваза обжигается, ты, Таня, сидя в мягком, удобном кресле, в домике мастера можешь позволить своему сознательному разуму блуждать в приятных образах, грезах, фантазиях, воспоминаниях. Несколько мгновений. Потому что обжиг завершен. И ваза готова. И мастер вынимает ее из печи. И после того, как она остыла, вручает ее тебе. Это твой подарок. Твоя ваза с ресурсами.

И я прошу Таню мысленно поставить эту вазу перед собой и смотреть на нее. И когда ты это сделаешь, палец даст об этом знать. Очень хорошо, очень-очень хорошо.

И ваза начинает наполняться. Она наполняется твоими ресурсами, талантами, возможностями, способностями, теми, о которых ты знаешь и теми, о которых пока еще не знаешь. Теми, которые уже проявились и теми, которым только предстоит проявиться. Теми, которые тебе всегда хотелось иметь и теми, на которые ты, возможно, не смела надеяться, но которые все равно присутствуют. И ваза наполняется, и наполняется и наполняется. И я не знаю, как именно ты можешь это увидеть, или ощутить, или почувствовать, или вообразить, или как-то иначе. И есть все необходимое время, для того, что бы ваза наполнилась доверху. И когда она наполнится, палец даст об этом знать. Есть все необходимое время. Да, очень хорошо.

И теперь, эти ресурсы, эти возможности, эти способности, эти таланты начинают поступать в твое тело и распределяться в нем самым правильным, самым гармоничным, самым замечательным образом, который позволит разрешать проблемы, преодолевать препятствия и достигать важных жизненных целей. И я не знаю, как именно ты можешь это ощутить, или почувствовать, или увидеть, или вообразить, или как-то иначе. И есть все необходимое время, что бы позволить этому процессу завершиться в своем собственном темпе. И когда этот процесс завершится, палец даст об этом знать. Есть все необходимое время. Да, очень хорошо.

И сейчас, Таня, я попрошу сделать еще одну важную вещь. Я попрошу убрать эту вазу, в хорошее, надежное место, реальное или воображаемое, где она не будет доступна ни кому кроме тебя. И когда ты это сделаешь, палец даст об этом знать. Очень хорошо. И я хочу, что бы ты знала, что отныне эта ваза находится в полном твоем распоряжении. И ты можешь ей пользоваться, когда захочешь. Для этого достаточно будет сесть, закрыть глаза, достать вазу из того надежного места, в котором она находится, мысленно поставить перед собой. И представить, увидеть, вообразить, почувствовать или как-то иначе, как она наполняется ресурсами, способностями, возможностями. И когда она наполнится доверху, представить себе, как эти ресурсы, возможности, способности, поступают в твое тело и распределяются в нем самым правильным, самым замечательным, самым гармоничным образом. А затем, вновь убрать ее в хорошее место. И это можно делать тогда, когда предстоит какое-то важное дело, или когда нужно принять ответственное решение, или просто потому, что тебе так захотелось. Потому что ваза твоя, и она находится в полном твоем распоряжении.

Есть еще один способ использовать вазу. Что бы проиллюстрировать его, я расскажу тебе маленькую историю, которую рассказывал Жан Беккио. У него была клиентка – пианистка, которая очень хорошо играла на репетициях, но не очень хорошо играла на выступлениях. У нее деревенели пальцы. Пианисты называют это зажим. Они сделали вазу, а ей предстоял очень ответственный конкурс. Она вышла на сцену, подняла руки над клавиатурой, ощутила привычный зажим и вдруг, рядом с роялем она увидела свою вазу. Как она говорила: «Не знаю, кто ее туда поставил». И она опустила руки на клавиатуру и заиграла так, как не играла никогда и заняла первое место в конкурсе.

Поэтому, когда ко мне пришел, однажды молодой спортсмен – теннисист и пожаловался на то, что хорошо играет на тренировках и не так хорошо, как мог бы, играет на соревнованиях, я вспомнил эту историю. Он отправился к гончару, мастер сделал ему вазу, и я сказал ему: «В следующий раз, когда выйдешь на корт, поставь вазу под сетку и больше не думай об этом. И ты увидишь, что будет». И он так и сделал. И он выиграл этот турнир, он сыграл очень хорошо. И это неважно.

И если ты хорошо поняла, как ты можешь пользоваться вазой, палец даст об этом знать. Хорошо, очень хорошо.

И еще некоторое время можно побыть в этом приятном и комфортном состоянии, чтобы полностью воспользоваться всеми его ресурсами и возможностями. И когда ты будешь полностью к этому готова, можно начинать возвращаться спокойно, в своем собственном темпе. И когда ты будешь полностью готова к тому, чтобы вернуться, не сделает ли тело глубокий вдох, не откроются ли глаза? В то время как ты будешь возвращаться сюда, полностью присутствующей здесь и сейчас. Перед тем как мы поговорим и обсудим это упражнение.

Хорошо. На вопросы ответим? Если есть к Тане вопросы, по поводу того, как это все изнутри проживается, пожалуйста. Потом я отвечу на вопросы, потом разберем процедуру постановки.

… Здесьамнезия не структурируется, потому что наоборот, нужно, что бы она помнила, она использовала.

… Есть какие-то привычные речевые обороты. Мы говорим: «Слушай». Американцы говорят: «Си. Видь». На самом деле, и то и другое означает «обрати внимание». «И ты увидишь, что будет», – это значит, что что-то произойдет. Не обязательно со ссылкой на визуальную репрезентативную систему.

… Вместо вазы может быть все, что угодно. Был у меня такой мальчик одаренный, 12 лет. Мы с ним сделали вазу с ресурсами. Ему очень понравилось. Он говорит: «Классно, очень похоже на то, что я сам делаю». Я говорю: «Ну-ка, ну-ка, поподробнее». Я люблю людей расспрашивать, у всех есть какие-то способы себя регулировать. Иногда тебе просто готовую технику преподносят. И мальчик рассказывает: «Вы знаете, когда спать ложишься есть такое время, когда уже не не спишь, но еще и не спишь, может быть Вы знаете. Я ложусь спать, я дожидаюсь этого времени, и я начинаю себе представлять, что у меня в руке меч. Представляю, представляю, представляю, до тех пор, пока не начинаю чувствовать в руке рукоятку этого меча. (Наложение модальностей мальчик делает). А меч не простой, он волшебный, он начинает из космоса поглощать энергию, а в рукоятке у него рубин. И когда он поглощает энергию, рубин начинает светиться, и чем больше энергии, тем ярче светится рубин. И когда рубин горит ярко-ярко, энергия из меча через руку перетекает в меня, и я засыпаю». Готовая мальчуковая техника от начала до конца. Так талисманы делали.

К Тане есть вопросы? Танечка, спасибо большое. Ко мне есть вопросы?

… Это наведение Жан Беккио придумал. Мы все беззастенчиво рассказываем истории друг друга.

Это не сопровождение, это ведение по заранее простроенному сюжету, т.е. это немножко другая форма работы.

Процедура. Что такое поставленный идеомоторный сигналинг?

Вот это произвольное движение. (М.Р. показывает быстрое, плавное движение указательного пальца вверх) с уровня сознания идет ответ. Вот это – непроизвольное движение. (М.Р. показывает медленное подергивающееся движение указательного пальца вверх). Вот это называется поставленный идеомоторный сигналинг.

Откуда такой характер движения? У нас с вами есть пирамидная нервная система, есть экстрапирамидная. Пирамидная отвечает за плавные движения, экстрапирамидная за скодические, толчковые. В обычном состоянии сознания, преобладает пирамидная, в трансе начинает преобладать экстрапирамидная. Отсюда этот характер движения, толчковый, рывочками.Лишнее подтверждение того, что человек у нас в трансе. Если от начала до конца, вы имеете вот такое (М.Р. показывает быстрое плавное движение указательного пальца вверх), это вы просто знаете, с чем имеете дело, человек у вас фактически не в трансе, или в очень легком трансе и это произвольные сознательные ответы, которые прошли контроль сознания. Работаешь с тем, что предъявлено, просто знаешь, с чем ты имеешь дело.

Как ставится сигналинг? Можно во время транса. Можно до транса договориться.

Во время наших упражнений вам нет необходимости говорить, и вы сможете общаться со мной движениями пальцев. Например, приподнимать указательный палец правой руки в знак сигнала «Да» и указательный палец левой руки, в знак сигнала «Нет». Вам это подходит? Да. Хорошо. Покажите, пожалуйста, сигнал «Да». А теперь покажите сигнал «Нет».

А можно вначале наведение сделать. И дальше мы начинаем работу, обычное наведение. Сейчас мы это разберем, потом будет перерыв, потом после перерыва, вы в парах попробуете. Кто хочет, может сделать вазу с ресурсами, кто хочет, может сделать простое сопровождение. Здесь важно просто почаще запрашивать обратную связь, информацию, просто чтобы потренироваться ставить.

Дальше, как он ставится.

Первый момент постановки – это речевые формулировки.

Предположим сопровождение, он там гуляет где-то, идешь себе, идешь

И когда появятся зрительные образы, ты дашь мне об этом знать, приподняв указательный палец правой руки. Мы запрашиваем произвольный ответ, произвольную реакцию от активно действующего субъекта. Ты дашь мне об этом знать, приподняв палец, т.е. ты поднимаешь. Есть.

Дальше поехали по сюжету или по сопровождению его ведем. Наступило время получить обратную связь,

И когда то-то и то-то, ты мне дашь об этом знать, позволив приподняться указательному пальцу правой руки. Формулировка изменяется. То было: «Ты приподнимешь», а теперь: «Позволишь приподняться». Вводится не большой момент непроизвольности. Это как бы подразумевает, что палец может приподняться сам по себе. Мы начинаем диссоциировать палец, очень мягко.

Идем дальше по сюжету. И опять немножко изменяем формулировку.

И когда то-то и то-то, ты мне дашь об этом знать, позволив приподняться указательному пальцу правой руки, если только, к твоему удивлению, он не захочет приподняться сам по себе. Еще больше усиливаем момент непроизвольности. Есть.

Идем дальше по сюжету, пора получить обратную связь,

И когда это произойдет, палец даст об этом знать. Все, мы уже запрашиваем непроизвольную реакцию. Палец диссоциирован, он сам по себе.

Т.е., эта последовательность, которую описывают Эриксон и Росси, не обязательно этими же словами. Как всегда важно удержать принцип. Принцип такой: начинаем с запроса произвольной реакции, и потом мягко и постепенно соскальзываем к запросу непроизвольной. Постепенно. Потому что если сразу сказать: «Палец даст об этом знать», – что за бред? Как это?

И нужно смотреть, что с человеком происходит. На каких-то моментах, возможно, придется подольше задержаться.Потому что если ты все время имеешь вот это, произвольное движение, бессмысленно говорить: «Палец даст об этом знать». Там еще нет ни какой непроизвольности. Или если ты с самого начала получаешь вот это, непроизвольное движение, уже можно не утруждать себя всей процедурой постановки, он уже встал на место.

У нас, гипнотерапевтов, у всех есть такой общий дефект, мы ставим два сигнала, а используем в основном один «Да». Поэтому, полезно время от времени, дать человеку возможность ответить «Нет». Просто для баланса, для равновесия, чтобы он не ржавел без употребления. Теплую водку в жаркий день любите? Нет.

Второй момент постановки – сигналинг надо ратифицировать (минимальные признаки ратифицируем и сигналинг надо тоже ратифицировать): да, хорошо, очень хорошо, очень–очень хорошо.

Иногда в роли клиента сидишь, тебе-то кажется, что он (палец) у тебя вот так отмахивает (высоко), а на самом деле он там чуть-чуть подрагивает. Сидишь и думаешь: «Что он там спит что ли?» Сигналишь, а он ухом не ведет, а он просто не видит.

Третий момент – терапевт модель. Все моделируем собой, в том числе и сигналинг тоже. Если вы обратили внимание, я моделировал сигналинг. На ее ответы «Да», я своим указательным пальцем имитировал вот это вот непроизвольное движение. Его можно сымитировать. Можно еще одну вещь сделать. Еще до транса, когда вы просто с человеком разговариваете, когда он на какой-нибудь ваш вопрос отвечает утвердительно, вы просто приподнимаете свой указательный палец на правой руке. А когда он на какой-то вопрос отвечает отрицательно, вы приподнимаете указательный палец на левой руке. И он вам потом может сказать: «Вы знаете, очень странно, еще до того, как Вы мне об этом сказали, мне хотелось почему-то отвечать движениями пальцев». Потому что ты же все равно у него весь целиком в поле восприятия, это не осознается, но все равно фиксируется.

Есть такой английский гипнотерапевт Питер Хоукинс, он себе позволяет вещь ну почти хулиганскую. Она срабатывает часто. Когда все время идет произвольное движение, он в очередной раз делает так: «Нет, не этим движением».

«Ваза с ресурсами», замечательная техника, всем очень нравится. Сделал с человеком «Вазу», он прибегает в панике, невротик такой: «Доктор, ваза разбилась». Что делать? Каждая ваза рано или поздно бьется. Идем к гончару, он делает новую вазу. Это невротик, который не позволяет себе успеха, обрекает себя на неудачи.

Я помню одного товарища, которому так надоело таскаться к гончару, что он пошел к кузнецу. Кузнец отковал вещь, на вечные времена, это с гарантией.

… В оригинальную технику примеры не входят.

… Сигналинг можно ставить до введения в транс, можно в самом начале наведения, пока еще сознание хорошо работает, т.е. ты с ним договариваешься, общаться будем вот так.

… Руки мастера, действующие синхронно гармонично, это метафора работы сознания и бессознательного.

В свое время, когда мы с Годеном осваивалипостановку сигналинга, он нам объяснил, что это очень важно, это всегда нужно делать. Он в обязательном порядке ставится на первом же сеансе, потому что это очень удобно. Первый раз, неизвестно, получится, не получится, сомневаешься, а может быть, не получится. Ему задали вопрос: «Надо ставить сигналинг, Жан, а если не встанет?» «Ставить». «А если не встанет?» «Ставить». «А если не встанет?» «Ставить, пока не встанет». И с этим напутствием Годен отпустил нас в большую жизнь. С тех пор мы так и делаем.

Сейчас 15 минут перерыв, если есть вопросы по технике, пожалуйста.

… Сигнал головой, вот это произвольный сигнал «Да» (М.Р. делает плавное и быстрое движение головой сверху вниз), вот это непроизвольное, такое медленное, затухающее.

Упр. № 8. «Сигналинг».

После перерыва, в парах, потому что это требует времени достаточно продолжительного, отрабатываем постановку пальцевого сигналинга. Материал может быть любой, какой хотите, можно «Вазу» попробовать, можно сопровождение, можно какую-нибудь другую историю, если хотите, по любому сюжету провести. Важно просто почаще запрашивать обратную связь и посмотреть, как оно все работает. В обе стороны, минут по 15-20 у вас уйдет. Хорошо, перерыв.

Обратная связь.

… Мастер – это профессионал, который делает что-то хорошо.

… Нам в Китае показывали вазы, на весь Китай два маленьких заводика, высоко в горах, семейный секрет технологии, который строго блюдется, дорогие ужасно, вазы, которые на протяжении 70 лет, каждый год меняют цвет, постепенно, но это неважно.

Пальцевый сигналинг открывает очень интересную возможность – беседовать со своим собственным бессознательным. Это может быть очень поучительно и очень полезно. Нужно просто много времени, я вам расскажу, как, а делать будете дома, кто захочет. Выбираете время, чтобы никто не мешал, садитесь и обращаетесь мысленно к своему бессознательному.

Дорогое бессознательное, когда ты будешь готово вступить со мной в контакт, пусть поднимется палец, который будет означать «Да». И ждете, здесь главное себя не обманывать, потому что нет ни чего легче, чем поднять палец. Надо ждать. В какой-то момент какой-то палец задрожит непроизвольно, сам. А какой будет означать «Нет»? Все, можно задавать вопросы.

Дорогое бессознательное, та проблема, которая у меня сейчас, связана с каким-то эпизодом моей прошлой жизни? Да. Это было до 30 лет? Да. До 20? Да. До 10? Да. До 5? Нет. В 6? Нет. В 7? Нет. В 8? Да. С возрастом определились.

Это был эпизод насилия? Да. Физического? Нет. Сексуального? Нет. Морального? Да. Это было дома? Нет. Во дворе? Нет. В школе? Да. Кто-то из учителей? Да. Мария Ивановна что ли? Да.

Помочь можешь? Да. Много интересного и полезного можно узнать и договариваться с ним можно. Это все ваша собственная идеомоторика.

Можете, если руки не устанут,поставить руки перед собой, ладонями друг к другу и договориться, «Да» – руки сходятся, «Нет» – руки расходятся, то же самое, можете задавать вопросы. Просто так легче руки держать.

Эрнст Росси, у него есть маленькая, вполне понятная человеческая слабость, ужасно не любит, когда что-нибудь не получается, неудач не любит. Поэтому, он разработал знаменитое фейл сейв индакшн Эрнста Росси – «Наведение транса, гарантированное от неудачи Эрнста Росси». Выполняется следующим образом. Человеку говорят:

«Пожалуйста, поставьте руки так и ждите. (Руки перед собой ладонями друг к другу). Если ваше бессознательное согласно, чтобы Вы вошли в транс, ваши руки сойдутся сами по себе, если оно несогласно, чтобы Вы входили в транс, руки разойдутся сами по себе». Независимо от того, сходятся они или расходятся, мы имеем непроизвольное движение, т.е. транс. Бедное бессознательное обвели вокруг пальца. Я Росси спросил на семинаре, вредный вопрос задал: «А у вас были неудачи с наведением гарантированным от неудач?» Он честно сказал: «Были. Пришел парень молодой, двадцать лет, спортсмен, косая сажень в плечах и сел. «Если руки сойдутся…, разойдутся…», сидит, 10 минут, 20 минут. «Доктор, долго еще? Руки устали».

… Бессознательное – это часть самого тебя, позитивная инстанция, место собрания ресурсов, или это дополнительные возможности, использовать ресурс бессознательного, это все равно, что форсаж включить в двигателе, в автомобиле, в самолете, в какой-то определенный момент. Потому что мы как представители западной цивилизации, известно, что человек не использует весь свой потенциал, мы обучены действовать определенным образом. Хотите, называйте это сознание, хотите, называйте это левое полушарие, хотите, называйте это рацио, одну сторону человеческой натуры мы развили больше чем другую. Есть возможность использовать и это тоже. На востоке они развивали противоположную сторону, за то у них технология пострадала. Истина как всегда посередине, надо совмещать и то, и другое.

Хорошо нам еще один прямоугольничек надо заполнить маленький. Мы в обязательном порядке обучаем наших клиентов САМОГИПНОЗУ. Это очень просто. У самогипноза определение очень сложное. Самогипноз – это феномен, равноценный гипнозу, достигаемый без помощи другого человека.

Различают первичный и вторичный самогипноз. Первичный самогипноз, это когда человек сам практикует погружение внутрь себя, медитации, релаксации и т.д. Вторичный самогипноз – это самогипноз после сеанса гетерогипноза, т.е. один человек с другим, в котором была предложена такая возможность. Т.е., в нашем сеансе мы даем нашему клиенту так называемую инструкцию на самогипноз.

Только не думайте, что то, что написано на доске, это последовательность какая-то. Это просто структурные элементы, техники. Из последовательности здесь введение в начале и окончание в конце.

Инструкция на самогипноз очень простая. Где-то ближе к концу сеанса, перед тем, как начать выводить, терапевт сообщает.

Вам будет очень легко и просто самостоятельно войти в это приятное и комфортное состояние. Для этого будет достаточно сесть, закрыть глаза, вспомнить, как Вы сидели рядом со мной, вспомнить те слова, с которыми я к Вам обращался, вспомнить те образы и ощущения, которые к Вам приходили, и Вы легко и быстро опять войдете в это состояние (окажетесь в этом состоянии).

Научно это называется – наведение рекапитуляцией, т.е. повтором. Это правда. Свою первую инструкцию на самогипноз я, так же как и весь гипноз, я получил в свое время от Годена. Он проводил со мной сеанс, демонстрацию и в конце, перед тем как завершить он мне выдал сакраментальную фразу. Я так про себя подумал: «Сейчас». А потом был обед, а потом было свободное время, я пошел в свою комнату, сел в кресло, закрыл глаза, вспомнил, как я сидел рядом с ним, вспомнил, что он там говорил, вспомнил, что я при этом чувствовал, какие образы возникали. И с изумлением обнаружил, что я опять нахожусь в этом же самом состоянии. Работает.

Американский гипнотерапевт Эджет однажды рассказал очень любопытный случай. К нему обратилась женщина, с ней надо было работать с помощью гипноза, а ее невозможно ввести в транс. Потому что когда-то с ней работал не добросовестный гипнотизер, который сделал то, что в популярной литературе называется «поставить блок». А на самом деле он дал ей пост гипнотическое внушение: «Никто, ни когда не сможет тебя загипнотизировать, кроме меня». Зачем он это сделал неизвестно, но внушение сработало, никто не может. Эджет не стал пытаться ее вводить в транс. Он попросил ее просто сесть, закрыть глаза, и вспомнить, где проходил тот сеанс, вспомнить гипнотизера, вспомнить его голос, вспомнить, что он ей говорил, когда он ее погружал в гипноз, вспомнить, что она при этом чувствовала. А потом он ей сказал: «И, сейчас, когда ты в гипнозе, ты можешь отменить его внушение». Что она и сделала благополучно. После чего он нормально работал.

Один случай, просто фантастический был. У меня есть знакомый хороший, он занимается традиционным гипнозом, кодированием занимается, а, кроме того, он эстрадник. Эстрадный гипноз,представления, шоу, 30 лет стажа, колоссальный опыт. Он рассказывал такую историю. В одном провинциальном городе он провел свое выступление, все было очень хорошо, ему много хлопали, он приехал в гостиницу, готовится лечь спать, двенадцатый час. Стук в дверь. Открывает, стоит процессия, впереди стоит мужик, держит руки так (М.Р. сжимает пальцы рук «в замок»). Он руки не может разжать. Мужик – шофер автобуса, утром в рейс выезжать. Позади прыгают жена, дети, теща взволнованные. Что произошло. Мужик был на его выступлении, ему очень понравилось, он пришел домой, жена накрыла стол, налила рюмашку, он пришел в хорошее расположение духа и решил поделиться впечатлениями. Говорит: «Ну, чё, Маш, был я на этом гипнотизере, еще Петька со мной был и Колька с нашей базы, ну ты их знаешь обоих. Вот так я сижу, вот так Петька, вот так Колька. И знаешь, чего он придумал, гипнотизер-то? Он говорит: «Сделайте руки так». Я сделал. А он говорит: «Счас буду считать от одного до десяти, и пока буду считать, руки у вас будут сжиматься все сильней и сильней, когда я скажу 10, вы не сможете их разжать». Во дает, да? И начинает считать: «Один», говорит, «Два, три», ты знаешь, руки то сжимаются, честно, «Четыре», а они все сильней, «Пять, шесть, … десять». И ты знаешь, не смог я разжать руки то». (М.Р. пытается разжать свои руки). Жена говорит: «Кончай придуриваться». Он говорит: «Я не могу». Жена за правую руку, теща за левую, тянут потянут, вытянуть не могут. Все, заколдовал колдун проклятый. Поехали в гостиницу к колдуну расколдовываться. Что он сделал. Он идеально выполнил инструкцию на самогипноз. Он описал ситуацию, он описал слова гипнотизера, он описал свои ощущения, и он сам себя загипнотизировал успешно. Если бы у него хватило ума рассказать, что потом-то гипнотизер посчитал от десяти до одного и руки разжались, то он бы себя разгипнотизировал. Ума не хватило, поэтому они приехали в гостиницу и ему в гостинице посчитали от десяти до одного.

У меня однажды была клиентка женщина, она жаловалась, она говорила: «Я такая внушаемая, мне можно внушить все что угодно, и люди этим пользуются и все это ужасно. Я с первого курса знаю, что я такая внушаемая». Я говорю: «А как Вы это знаете с первого курса?» «А я когда училась на первом курсе, у нас выступал гипнотизер. Он сказал: «Сделайте руки так. (М.Р. сжимает пальцы рук «в замок») Я досчитаю от одного до пяти, и вы не сможете разжать руки». И он досчитал, все смогли, весь курс, а я не смогла. Вот какая я внушаемая». Я говорю: «Очень хорошо, сделайте руки так. Сейчас я досчитаю от одного до пяти, и Вы не сможете разжать руки. Один, два, три, четыре, пять. Убедитесь, что Вы не можете. (М.Р. пытается разжать руки). Очень хорошо. А сейчас про себя скажите: «Я могу разжать руки»». (М.Р. разжимает руки). «Так это можно было сделать еще на первом курсе!», – это все можно отменять, отбрасывать. Прямые внушения очень легко отбрасывать и отменять, потому что их видно.

Есть такой человек, один из таких столпов э.г. ныне живущих, Даниэль Араос, американец. Он ввел такое оригинальное понятие «негативный самогипноз». Он говорит: «Каждый человек на самом деле сам себя гипнотизирует и создает себе свой маленький гипнозик, в котором живет». Т.е. это его представление о самом себе, о своих возможностях, о своих ограничениях, о своих достоинствах, о своих недостатках. Когда этот образ себя негативный, человек считает себя неудачником, неумёхой, и т.д., это то, что Араос называет негативный самогипноз. И когда такой человек приходит к терапевту, он стремится активно загипнотизировать терапевта, т.е. навязать ему свое представление о себе. «С этой точки зрения, – говорит Араос, – то, что мы делаем, можно рассматривать не как гипнотизацию, а как дегипнотизациюМы выводим человека из его негативного самогипноза, когда мы наводим транс, правда временно, он потом все равно вернется. Но может быть он будет не столь негативным, может быть, там появится что-то позитивное, может быть, раздвинутся немного границы». Такой интересный взгляд на вещи, который все переворачивает с ног на голову или, наоборот, с головы на ноги.

Так, программу мы успешно выполнили, про литературу.

Следующий цикл у нас будет в …

  • ·Первый цикл у нас называется «Базовые техники эриксоновского гипноза (введение в э.г.)».
  • ·Второй цикл у нас называется «Косвенные внушения в э.г.», мы рассматриваем виды и типы внушений, как они строятся и используются.
  • ·Третий цикл «Использование метафоры в э.г.». Метафора – это вид косвенного внушения, но связи с ее особой важностью, мы отдельный цикл посвящаем.
  • ·Четвертый цикл у нас называется «Гипнотическое изменение когнитивных и перцептивных процессов», мы там рассматриваем техники создания замешательства, и субъективное искажение времени, расширение, сужение времени.
  • ·Пятый цикл у нас «Амнезия и работа с болью», мы рассматриваем техники структурирования амнезии и техники работы с болью, техники работы с сексуальными проблемами;
  • ·Шестой цикл у нас называется «Гипноанализ», мы рассматриваем гипнотические техники, с помощью которых можно выходить на причины проблем и симптомов.
  • ·Седьмой «Возрастная регрессия», движение во времени назад, к прошлым событиям и прогрессия, т.е. движение во времени вперед.
  • ·Восьмой, завершающий, называется «Терапевтические стратегии», более общий взгляд на все это дело.

Они выстроены в логической последовательности, но их можно пропускать и потом добирать это ничего страшного, если вдруг, на какой-то не попадаешь, потом можно добрать. Единственное, что желательно, первый и второй сначала, потому что без базовых техник ни куда, косвенные внушения, мы потом все время ими пользуемся, их тоже знать надо.

ЛИТЕРАТУРА.

В основном это литература издательства «Класс». Ее уже достаточно много, сразу всю не купишь, для начала вот что я бы вам порекомендовал.

+ Беккио Жан, Жюслен Шарль. Новый гипноз: практическое руководство. Это маленькая книжечка в бумажной обложке, фактически это краткий конспект того, что мы делаем на первых двух циклах. Очень краткий, прямо, скажем, учиться по ней не возможно, но когда ты уже умеешь, взять полистать и вспомнить это полезно.

Эриксон М., Росси Э., Росси Ш. Гипнотические реальности. Наведение клинического гипноза и формы косвенного внушения. Это замечательная книжка, Эриксон и Росси совместно написали три книги, которые по сей день остаются непревзойденными учебниками по э.г., там оригинальная запись сеансов Милтона Эриксона с подробными обширными комментариями, полезно.

+ Стивен Гиллиген. Терапевтические трансы: руководство по эриксоновской гипнотерапии. Гиллиген – ученик М. Эриксона. Это книга довольно толстая, в твердой зеленой обложке, очень хорошая. Там и теорию можно для себя прояснить и много полезных практических технических разных советов.

Эриксон Бетти Элис. Новые уроки гипноза. Дочь М. Эриксона. Это книга, которая сделана по материалам одного из ее московских семинаров. Поэтому там живая речь, поэтому это работа с нашей российской публикой. Там демонстрации есть и там есть рассказы о семье, об отце. Для начала достаточно. Все остальное можете так, потихонечку прикупать, по мере сил и возможностей.

Кинг М., Цитренбаум Ч., Коэн С. Гипнотерапия вредных привычек. Если кто-нибудь работает с зависимостями, или собирается работать с зависимостями, то это конечно необходимая книга. Это работа с зависимостями в техниках э.г., на примере табакокурения.

Кроль Леонид.Между живой водой и мертвой. Опыты интегративной гипнотерапии. Кроль владелец и директор института, от имени которого я тут перед вами выступаю, он развивает свое направление в э.г., которое называет интегративная гипнотерапия. Отличительная особенность его стиля заключается в том, что там очень много такого обмена, взаимодействия, диалога между терапевтом и клиентом.

Кроль Леонид. Образы и метафоры в интегральной гипнотерапии.

Семинар с Милтоном Эриксоном (уроки гипноза). Под. ред Дж. Зейга. Это запись одного из семинаров М. Эриксона. Это если этим заниматься всерьез, просто иметь дома и так, периодически почитывать. Чем дальше ты продвигаешься в этом деле, тем больше ты оттуда можешь для себя почерпнуть.

Эриксон М., Росси Э. Человек из февраля. Это книжка не простая, это книжка, посвященная одному сеансу Эриксона. Огромное количество техник, достаточно сложных и запутанных. Потихонечку почитывать, потихонечку разбираться.

Годен Ж. Новый гипноз: глоссарий, принципы и метод. Введение в эриксоновскую гипнотерапию. Это книга – словарь, даны определения терминов. Там есть записи нескольких сеансов, на которых выросло все современное поколение французских гипнотерапевтов. Годен, такой папа французских гипнотерапевтов, он первый ввел э.г. во Франции.

Цитренбаум Ч., Кинг М. Экзистенциальная гипнотерапия. Странноватая попытка поженить э.г. и экзистенциализм, как философское течение. В философском плане, конечно, никакой критики не выдерживает, но там можно кое-какие техники взять.

Хейли Джордж.Терапия испытанием. Это не гипноз, но это Эриксон. Это такой очень своеобразный подход, человеку даются трудные задания, настолько трудные, что он предпочитает отказаться от своей проблемы или от своего симптома, лишь бы не выполнять эти задания. Это интересно.

Хейвенс Рональд. Мудрость Милтона Эриксона. Это сборник тематических цитат из М. Эриксона. Просто цитаты, которые разделены по тематическим рубрикам, это может быть, не столько про гипноз, сколько про подход больше. Позволяет сориентироваться в подходе Эриксона.

Эволюция психотерапии. Четырехтомник. Там в четвертом томе есть несколько статей по э.г.

Книга Бендлера и Гриндера. Мне кажется, не очень продуктивным подходить к гипнозу через НЛП. Это зауживать и ограничивать себя, лучше сделать наоборот.

Беккио Ж., Росси Э. Гипноз ХХI века.

+Зейг К. Дж. Испытание Эриксоном. Личность мастера и его работа.

+Миллс Дж., Кроули Р. Терапевтические метафоры для детей и внутреннего ребенка.

Алтай Брайан М., Ламбру Питер Т. Самогипноз. Руководство по изменению себя.

+Гордеев М.Н. Классический и эриксоновский гипноз. Издательство Института психотерапии.

Гордеев М.Н., Евтушенко В.Г. Техники гипноза. Издательство Института психотерапии.

Эриксон М. Милтон Эриксон. Стратегия психотерапии. Издательство Института психотерапии.

Эриксон М. Мой голос останется с вами. Институт общегуманитарных исследований.

Хеллер С., Стил Терри Ли. Монстры и волшебные палочки. Такой вещи как гипноз не существует?

Хейли Дж.Необычайная психотерапия. Психотерапевтические техники Милтона Эриксона.

Бендлер Р., Гриндер Д. Паттерны гипнотических техник Милтона Эриксона. Флинта.

Групповой транс 3 дня «Каталепсия руки».

Хорошо. Время наше подходит к завершению. Сейчас япрошу все отложить, все убрать, что у вас в руках. Да, и поставить две ноги на пол, а руки положить на коленочки, а сидеть можете, как хотите, вы это знаете. Хорошо.

И на несколько мгновений, я вас попрошу закрыть глаза и просто вспомнить о том, что происходило в течение этих трех дней, немножко поразмыслить. Вспомнить, как вы пришли, с каким настроением, с какими ожиданиями по отношению к гипнозу. Интересно насколько эти ожидания оправдались, насколько они не оправдались? Что было нового? Может быть, в чем-то ваши представления изменились. Большой объем материала был пройден за эти три дня. Большой теоретический материал, очень много техник. И может быть, что-то из этого запомнилось больше чем другое. И я не знаю, что сейчас может всплывать у каждого в голове, у каждого свое, что-то разное. И это все происходит на уровне сознания. И вы позволяете этому происходить. В то время как на другом уровне, ваше бессознательное, осуществляет другую работу.

Я сейчас подойду к каждому из вас и возьму за руку, вы не обращайте внимания. У многих рука зависнет в воздухе, это нормально. И в то время как на уровне сознания происходит то, что происходит, ваше бессознательное ассимилирует и усваивает все содержание этого семинара, все содержание этого тренинга: практику, теорию. И объединяет это с другими вашими знаниями и умениями, из области гипноза и из других областей. Со всеми вашими знаниями, полученными как в результате формального обучения, так ирезультате неформального обучения. Потому что очень часто мы учимся именно тогда, когда мы не думаем, что мы учимся. Объединяет и делает это вашим надежным инструментом, которым вы сможете пользоваться тогда и там, где и когда это вам необходимо. Просто позвольте рукам становиться легкими и парить, висеть в воздухе, плыть. Как когда-то в детстве плыли пушистые одуванчики, на которые вы дули, или как легкие перышки, или как белые тучки в синем небе. (Как пушинка, которая парит на воздушных потоках, как парашютики одуванчиков, как белые облака в синем небе).

Это просто внутреннее разрешение на то, что может происходить. И если рука спокойно опускается и хочет отдыхать, очень хорошо.

И, конечно же, мы знаем, что эта внутренняя работа будет продолжаться за пределами этого транса, ночью, когда вы спите, днем, когда вы бодрствуете и заняты своими делами, учитывая род наших занятий, возможно в других трансах, в которые вы будете входить либо, занимаясь самогипнозом, либо с кем-то отрабатывая в упражнениях техники. Столько, сколько это необходимо, чтобы можно было полностью воспользоваться результатами этой внутренней работы.

И, конечно же, какая-то часть этой внутренней работы должна быть завершена здесь и сейчас, в этом трансе. И когда эта часть работы будет завершена, у тех, у кого рука висит в воздухе, она сможет потихонечку, спокойно, в своем собственном темпе опускаться. И по мере того, как она будет опускаться, можно возвращаться. И когда она опустится полностью, можно будет сделать глубокий вдох, открыть глаза и выйти из транса.

А те, у кого руки спокойно отдыхают на коленях, выйдут из транса тогда, когда они будут к этому готовы. Каждый в своем собственном темпе. И я надеюсь, что вы вернетесь сюда полностью присутствующими, здесь и сейчас, чувствуя себя хорошо, отдохнувшими, гармонизированными и готовыми завершить сегодняшний вечер и продолжать траекторию своей жизни. Каждый в своем собственном темпе. (Пауза).

Это классический гипнотический феномен, который называется каталепсия руки. Наш следующий цикл мы начнем с того, что освоим технику каталепсии руки.

В разном темпе рука опускается, у каждого по-своему. И те, кто уже полностью вышел из транса могут потихонечку собираться, не мешая тем, кому нужно еще какое-то время для того, чтобы это завершить.

Если кто-то не до конца вышел из транса, вы можете окончательно выйти из транса, выходя из этого зала, а если кому-то и этого окажется недостаточно, то в вашем распоряжении еще дверь на улицу, и, уж выйдя в нее, вы, конечно же, выйдете из транса полностью. Все, хорошо, закончили.

2 цикл (2 ступень)«Косвенные внушения». 04.11 – 6.11. 2005 г.

1 день 04.11.2005 г.

Доброе утро. Телефончики отключаем. (М.Р. отключает свой телефон).

Так, хорошо, ну, расскажите, кого в транс вводили? Зачем? Что из этого получилось? Кто-то наверняка сам практиковался, в самогипнозе. Поделитесь, это важно и интересно.

… Я помню, был у мануалиста. Такой вариант советского М. Эриксона, парализованный, в кресле каталке, притом, естественно, человека ворочать не мог. Поэтому у него был свой метод, очень оригинальный, поглаживал, похлопывал, человек, естественно входил в транс, а потом он обращался к позвонкам и говорил: «На место, на место, на место». Самое интересное, что получалось.

… Вот мы косвенные внушения разберем на этом цикле, еще лучше пойдет.

… Обратите внимание, в лифте, когда едете, в каком состоянии там люди находятся. Они автоматически в трансе. Почему? Потому что там тесно, и мы оказываемся в интимной зоне друг друга, в норме в нее нельзя влезать, мы вынужденно влезаем. В лицо человеку смотреть в такой ситуации нельзя, потому что это агрессивно будет восприниматься. Поэтому все смотрят как бы в никуда. Расфокусированный взгляд и автоматически в транс влетают, в очень глубокий кстати говоря.

КАТАЛЕПСИЯ  РУКИ.

Вы помните, чем мы прошлый раз закончили? Начнем с того, на чем остановились прошлый раз. Мы делали так называемую каталепсию руки.

Каталепсия – это один из классических гипнотических феноменов. Мы освоим технику каталепсии и рассмотрим ее терапевтическое использование.

Эриксон определял каталепсию очень просто. Он говорил: «Каталепсия – это форма хорошо сбалансированного мышечного тонуса». В качестве примера каталепсии он любил приводить эскимоса, по-нашему чукчу. Который с гарпуном сидит у лунки, ждет, когда вынырнет морж, чтобы его этим гарпуном поразить и обеспечить свою семью. Если он шевельнется, то тень на льду пошевелится, и морж или тюлень не всплывет. Поэтому он с гарпуном, занесенным в руке, сидит абсолютно не подвижно и так абсолютно не подвижно он может просидеть 24 часа. Это полная каталепсия всего тела.

Часовые, которые раньше стояли у Мавзолея, сейчас стоят у вечного огня, стоят в каталепсии. Если будете мимо проходить, посмотрите, они стоят абсолютно не подвижно, мышцы лица слегка сглажены, взгляд расфокусирован. Их специально обучают. С ноги на ногу не переминаются, в проходящих девушек глазами не стреляют.

Цигунисты когда стоят в стойке большого дерева, когда правильно стоят, стоят час, полтора, два. Это можно выстоять только когда ты находишься в трансе, только когда тело в каталепсии, оно автоматически поддерживает сбалансированный мышечный тонус. Может быть, йоги в своих ассанах.

Повседневный  транс, о котором мы говорили прошлый раз это очень часто каталепсия. Человек пишет, или теперь уже редко кто рукой пишет, на компьютере набирают, не знает, что дальше писать, задумался. Рука может зависнуть либо с ручкой, либо над клавиатурой в полной неподвижности.

Когда мы смотрим увлекательный спектакль, или спортивное состязание, и все внимание полностью там, замираем неподвижные абсолютно. Это каталепсия всего тела.

Многие видели, а кто не видел, по крайней мере, читал, эстрадные гипнотизеры обожают показывать так называемый каталептический мост. Когда человека кладут между двух стульев, пятки на одном, голова и шея на другом, тело прямое как доска. Некоторые даже садятся на него, некоторые даже прыгают, это очень вредно для позвоночника. Это все случаи каталепсии всего тела. Нам это не нужно, потому что мы занимаемся терапией.

В терапевтических целях достаточно получить каталепсию руки. Либо частичную – каталепсию предплечья зафиксированного локтя, либо полную, вся рука висит в воздухе.

Эриксон говорил о том, что каталепсия ведет к установке внутреннего поиска и к ожиданию дальнейших руководящих стимулов со стороны терапевта. Цитата: «Когда рука подвешена, разум пациента так же подвешен и открыт. Этот разрыв в сознании может быть заполнен любым адекватным внушением со стороны терапевта». Эриксон в качестве примера описывает зубного врача. Пациент сидит у него в кресле, врач у него спрашивает: «Могу я взять Вашу руку?», он берет его руку, но вместо того, что бы положить ее на подлокотник, начинает ее плавно водить взад, вперед, вверх, вниз. И пациент как бы мысленно задает себе вопрос: «Чего он хочет от моей руки?», – и в этот момент он готов принять любое осмысленное предложение. Врач ему говорит: «Просто продолжайте расслабляться все больше и больше». И он расслабляется.

Эриксон брал своих пациентов за руку, поднимал медленно руку и говорил: «Войдите в глубокий транс». По поводу чего комментировал следующим образом: «Я привлекаю внимание и оставляю пациентов в сомнении относительно того, что им следует думать и делать в этой конкретной ситуации, это делает их подверженными любому внушению, адекватному данной ситуации». Он не понимает, что происходит, он не знает, зачем это делается, в этот момент он готов принять какое-то адекватное объяснение, адекватное внушение. «Просто закройте глаза. Входите в глубокий транс». А ученики Эриксона спрашивали: «Милтон, а если он не знает что такое «транс»? На что он отвечал: «Неважно, его бессознательное знает». Транс – это естественный физиологический процесс.

Во времена Эриксона физиологический механизм каталепсии не был известен. Сейчас он известен. Почему рука может так висеть очень долго, не уставая? Практически усталости нет. Потому что обычная поперечно-полосатая мышца начинает работать как сердечная мышца. Сердечная мышца работает всю жизнь, не останавливается. И ничего и не устает. Почему? Потому что в то время как одна часть волокон напряжена, другая часть волокон расслаблена, потом наоборот. Всегда есть волокна, которые отдыхают. Крупная скелетная мускулатура в каталепсии начинает работать так же, часть волокон напряжена, часть расслаблена, потом наоборот, долго может сохраняться.

Вы, конечно, знаете тему нашего цикла, она звучит так «Косвенные внушения в э.г.». Почему мы рассматриваем каталепсию в разделе «Косвенные внушения»? Потому что это внушение невербальное, без слов. Мы берем руку человека, поднимаем ее, мы как бы на моторном уровне, на кинестетическом уровне предлагаем ему зафиксировать руку. Мы этого не говорим, но это предложение. Когда рука фиксируется, это значит что предложение или внушение принято. Он принял, он сотрудничает. И, скорее всего, дальше будет продолжать сотрудничать. И, скорее всего, уже с большей легкостью и с большей готовностью будет принимать последующие внушения, уже вербальные. То, что мы предложим ему на уровне речи.

А поскольку, мышечный тонус балансируется на уровне мозжечка, то это все не осознается. На уровне сознания это все не проигрывается, что это предложение, что это внушение: «Ах, он мне предлагает, чтобы я руку зафиксировал…». Этого нет абсолютно. Это происходит само собой, автоматически. Здесь от ума очень мало, в постановке каталепсии логики ноль. Это должно быть в кончиках пальцев, это ощущение. А ощущение очень интересное. Такое ощущение, что у него в локте стопор какой-то или  защелка, рука раз и встала. И это очень хорошо чувствуется. Здесь нужно просто много практики.

Мы говорили о том, что транс это не прямая линия, человек подвсплывает, глубже погружается, может быть, выходит, опять входит. Считается что каталепсия, как гипнотический феномен стабилизирует транс у клиента. Так это или не так, достаточно сложно сказать. Но совершенно достоверно можно сказать, что каталепсия у клиента очень хорошо стабилизирует состояние терапевта. Потому что так непонятно, толи он у тебя в трансе, толи не в трансе, толи притворяется, есть гипноз, нет гипноза. А здесь все четко, есть гипнотический феномен, рука висит, это гипноз, все хорошо. Терапевт чувствует себя спокойно, комфортно. А когда доктор сыт, пациенту легче.

Вы на себе уже это прошлый раз поняли, человек даже не всегда осознает, что он в трансе. Потому что у людей какие-то очень диковинные представления о гипнозе, диковатые. И конечно то, что происходит, полностью им не соответствует, очень часто первая реакция это разочарование: «Какой это гипноз? Это вовсе не гипноз. Все слышал, все понимал, все ощущал». Человека еще нужно научить различать у себя эти два состояния, когда он в трансе, а когда не в трансе. Поэтому очень полезно, особенно, вначале чем-нибудь удивить. Показать, что что-то все-таки не обычное происходит. Удобно удивить каталепсией. Все-таки в обычной повседневной жизни это, как правило, не происходит. Рука висит в воздухе. Можно предложить человеку, оставаясь в трансе открыть глаза, посмотреть на свою руку, висящую в воздухе, удивиться тем необычайным способностям, которые есть в его теле, в его душе и вновь закрыть глаза. И может быть, погрузиться в транс еще глубже.

Иногда, особенно когда это первый раз, человек пугается, это не обычно, это не привычно, т.е. он как бы немного лишается контроля, престает контролировать свою руку, что-то происходит само по себе. Я помню, с одним приятелем встречался, бывшим однокурсником, он преподаватель психологии, это обычная академическая психология, там мы сидели за столом, в кафе. Он знает, чем я занимаюсь. Он мне долго рассказывал о том, что гипноз, это ерунда, я с ним соглашался, я кивал головой, и по ходу дела взял его за руку, вывесил ее в каталепсию. Когда он почувствовал, что рука зависла, он так испугался.

Естественно в любой момент человек может взять контроль, контроль всегда сохраняется. Иногда бывает рука в каталепсии, особенно когда первый раз, ты видишь, начинают пальчики шевелиться, он испугался, он берет контроль, сейчас он возьмет контроль и опустит руку. Я обычно просто успокаиваю, я говорю:

Конечно, Вы контролируете свою руку. И в любой момент, если захотите, Вы можете ее опустить, но гораздо интереснее, а главное, намного полезнее, просто позволить происходить тому, что происходит само по себе. Обычно человек успокаивается и позволяет этому происходить.

Для всех гипнотических феноменов нужно как бы такое внутреннее разрешение, на то чтобы это происходило, отпускание себя, отпускание контроля.

Все 100 % населения способны на каталепсию. Обычно идет легко и сразу. Иногда не идет легко и сразу. Редко, но встречается. Это, какие случаи? Если есть проблемы с гиперконтролем. Не может себе человек позволить отпустить контроль.

Я одного такого уникума знал. За все восемь циклов не смог (один раз за много-много лет) получить у себя ни каталепсию руки не левитацию (когда рука сама начинает подниматься). Он входил в глубочайшие трансы, причем он не верил, что он в трансе. Он говорил: «Докажите мне, что я в трансе». Мы говорим: «А как тебе доказать?» – «Получите на мне каталепсию руки». Как только…, нет. Это один случай.

Второй случай, когда человек много и регулярно практикуется в релаксации. Поэтому он, как только начинает входить в транс, он раз и расслабился и понятно, что там уже ничего не будет.

И в моем опыте у меня были проблемы в постановке каталепсии с борцами и тяжелоатлетами. Что-то видимо там тоже с мышечным тонусом, что не могу объяснить.

Берешь руку, начинаешь ее поднимать, она тяжелая, ее даже оторвать тяжело. Или поднимаешь ее, она расслабленная, понятно, что она держаться не будет. Любой феномен может получиться или не получиться, любое внушение может быть принято или не принято, ничего страшного в этом нет.

Да, очень хорошо, рука расслаблена. Спокойно опускаешь ее на место. Я проверял, рука расслаблена, она расслаблена, это очень хорошо.

Если человек знает, что это такое, и он понимает, что мы ставим каталепсию, и он понимает, что она не получилась. Шаг назад и релятивизация, т.е. наше абсолютное предложение делаем относительным.

Это неважно,

это придет когда придет,

это придет, когда ты будешь к этому готов,

это придет, когда твое бессознательное будет к этому готово.

Не надо человека мучить, не надо ломать его об технику, не надо думать, что если каталепсия не получилась, не получился сеанс. Одного феномена нет, другой будет.

Иногда помогает такой прием. Это один из видов косвенного внушения, мы потом позже разберем какой. Берешь правую руку, тяжелая как рельса, даже оторвать трудно. Говоришь: «Да, правая рука тяжелая». И не слова не говоря, быстро поднимаешь левую. Очень часто она фиксируется, ну нет, так нет.

Легче получить частичную каталепсию предплечья, когда ее получили уже можно ее попробовать вывести в полную, в принципе это ненужно, необходимости в этом нет, ни какой, разве что интересно. Иногда она фиксируется, иногда не фиксируется.

Есть оптимальное положение руки, предплечья, в котором она фиксируется лучше всего, это где-то примерно градусов 45. Если не довести, она просто под своей тяжестью опускается, если перевести, то пережимаются сухожилия, сосуды, дискомфортно и тоже не будет держаться. Но, поскольку телосложение у всех разное, и рычаг разный, то положение оптимальное тоже разное. Поэтому его нужно иногда немножко поискать, поводить взад вперед, туда сюда, чувствуется, когда она фиксируется.

Какую руку выводить в каталепсию, правую или левую? Ту, которая ближе, ту которую удобнее брать. У нас у всех есть какие-то установки, многие из них были созданы в детстве, которые определяют наше поведение во многом. Я относительно недавно у себя одну установку выявил. Очень интересно, начинаешь понимать, что тобой управляет. И я вспомнил, как она была сформирована. Потому что очень хорошо и надолго запоминается то, что запечатлевается с эмоцией. Мне было лет 12 или 13, и мы с папой отдыхали в доме отдыха и играли в домино двое надвое. И был мой ход. И я мог поставить на ближний конец, игра бы продолжалась, а мог поставить на дальний, сделать рыбу, надо было считать очки. Я долго думал, потянулся маленьким ростом, через весь стол, поставил на дальний конец, сделал рыбу, и мы проиграли, потому что все шестерки были у нас на руках. На что папа с очень сильным раздражением сказал: «Зачем было с таким усилием тянуться так далеко, когда можно было так легко поставить близко». И я вдруг понял, что я с тех пор так и поступаю всегда.

Даша, можно тебя на минуточку?

Очень удобно, если есть подлокотник, потому что тогда можно локоть у человека зафиксировать на подлокотнике. У вас подлокотника нет.

Можно сделать так, своей второй рукой зафиксировать локоть. Это коряво выглядит со стороны, конечно, зато надежно.

Можно сделать более элегантно, отфиксировать локоть своим локтем. Получается жесткая конструкция треугольная. Потом руку убираешь, а локоть остается, зафиксирован, а потом можно и  локоть убрать.

Эриксон описывает три способа постановки руки в каталепсию.

Удобное исходное положение, руки лежат на коленях, или на ручках кресла, если есть ручки у кресла. Ну, предположим, они лежат на коленках.

Желательно получить разрешение прикасаться к человеку до транса, т.е. когда он в здравом уме и твердой памяти.

Можно ли к Вам (к Вашей руке) будет прикасаться во время сеанса?

Можно ли во время сеанса Вас брать за руку?

И лучше, особенно когда это первый раз, потом можно не сопровождать, но лучше предупредить:

Я беру тебя за руку, не обращай внимания.

Я беру тебя за руку, просто чтобы проверить кое-что.

Иногда, когда такие, чрезмерно сотрудничающие клиенты, которые заранее пытаются угадать, что ты от них хочешь, и сделать это, я говорю:

Я возьму тебя за руку, не надо помогать, не надо мешать, ничего не надо делать, просто позволяй происходить тому, что происходит.

Потому что физическое прикосновение, физический контакт очень способствует трансу, но одновременно с этим там есть такие достаточно интимные моменты, поэтому лучше сначала получить разрешение.

1. Первый способ. Руку вот так берем. Четыре пальца сверху накладываются на кисть, они практически ни чего не делают, просто легко прикасаются, большой палец подхватывает снизу. Выводим руку, но мы ее не тащим, как подъемным краном, как бы вот снизу большой палец, он такой немножко подпихивающие приглашающие движения делает. Здесь уже есть небольшой элемент левитации даже. Вы почувствуете, что немного вы руку ведете, а немного она у человека и сама движется вверх. Есть. Вот это просто чувствуется, рука зафиксировалась.

Теперь нужно убрать свою руку. Она думает, что я, ее держу, на самом деле нет, на самом деле рука сама держится. Но есть у человека эта иллюзия. Выполняется следующий прием: четыре верхних пальца выполняют такую мелкую моторную игру, т.е. такие разно направленные касания с разной силой нажатия, но они все очень легкие, но разные. Поэтому непроизвольное внимание перемещается сюда (М.Р. показывает наверх кисти руки). Большой палец в это время уводится. Все уже ничто ее не держит. А потом контакт разрывается, но такой смазанный разрыв контакта, не так раз. (М.Р. резко отводит свою руку от руки Даши). Человек не чувствует, толи да, толи нет, толи есть, то ли нет, толи я прикасаюсь, толи уже нет, не понятно.

2. Второй способ. Немножко посложнее. Также четыре пальца накладываются сверху и достаточно плотно прижимаются, т.е. создается достаточно плотный контакт. А затем я начинаю свою руку уводить, а большим пальцем тоже чуть-чуть приглашаю вверх. И чтобы сохранить этот контакт, она как бы гонится за моей рукой. (М.Р. сначала говорит, а потом делает). А дальше то же самое. Вот эти четыре пальца выполняют эту мелкую моторную игру, большой палец уводится, и такой смазанный разрыв контакта.

3. Третий способ. Кисть накладывается на кисть, то же самое, рука выводится и тогда ладонь выполняет вот эту роль контакта. Большой палец уводим, она думает, что, я ее держу, на самом деле уже нет, и разрывается контакт.

Когда у вас наберется немножко опыт, когда вы почувствуете насколько это легко, это очень легко, на уровне моторики все, вы будете делать каталепсию вот так. (М.Р. берет своей рукой руку Даши за запястье и выводит в каталепсию).

Сейчас ты учишься не зная, чему ты учишься и, не зная как ты учишься, а вернее сказать, часть тебя самой, твой глубинный внутренний разум, твое бессознательное, обучается функционировать особым образом. Который будет помогать, помогать разрешать проблемы, преодолевать препятствия и достигать важных жизненных целей.

Оставаясь в трансе, открой глаза и посмотри на свои руки, висящие в воздухе, левая рука, правая рука.

Удивись тому, что в тебе, в твоем теле, в твоей психике есть удивительные способности, о которых ты может быть, раньше не знала и вновь закрой глаза.

И хорошо воспользуйся этим состоянием, этим феноменом, не зная, как ты это делаешь, но часть тебя самой, твой глубинный внутренний разум знает. И когда ты хорошо этим воспользуешься и научишься тому, чему тебе сейчас нужно научиться, руки опустятся, совершено сами по себе, искренним непроизвольным движением. Очень хорошо. В своем собственном темпе. Тебе ничего не нужно делать, равно как и мне. Мы просто ждем, потому, что нам интересно, как что-то может происходить само по себе. Очень хорошо.

Достаточно часто рука опускается, особенно если каталепсия только предплечья, вот таким движением, мелкими рывочками, по так называемому «зубчатому колесу». Как будто там такие зубчатые колесики стоят, и вот с одного зубчика на другой она соскакивает. Откуда этот характер движения? Оттуда же откуда вот этот сигналинг. В трансе экстрапирамидная нервная система начинает преобладать над пирамидной. Пирамидная дает плавные движения, а экстрапирамидная скодические. И человек сам чувствует.

Хорошо, если есть вопросы к Даше, по поводу того, как это воспринимается все, или ко мне по поводу техники, потому что сейчас будем все делать, пожалуйста. Или хочется что-нибудь сказать.

… Я тренер, который ставит в бассейне базовую технику, потом люди разъезжаются и у них техника модифицируется. Когда доктора рассказывают, что они делают с помощью этих простых техник, я, честно говоря, поражаюсь. Я этому не учил. Один невролог рассказывал. Приходит женщина с кривошеей, вся вот такая. Он ей выводит руку в каталепсию. Рука начинает опускаться и он говорит: «По мере того как рука опускается, твой мышечный тонус балансируется». Пришла вот такая ушла такая.

Можно такой прием использовать, если не очень фиксируется, как бы накачиваешь каталепсию, как ручкой насоса, делаешь такие плавные движения несколько раз. Полное ощущение того, что в локте какая-то смазка, которая с каждым движением загустевает. Вот. И мне уже приходится усилия прикладывать, чтобы руку двигать.

По технике вопросы есть?

… Если у кого-то на групповом трансе в прошлый раз каталепсия не получилась, может быть из-за того, что это было очень быстро, народа много и всем нужно, я не могу с каждым задерживаться и искать оптимальное положение, а здесь, иногда нужно поискать, это внушение, это предложение, я предлагаю руке зафиксироваться.

… Мы обычно долго человека не держим в каталепсии, сейчас вы поделаете, потом сделаем перерыв, и я покажу, как использовать. Обычно она ставится и тут же используется с опусканием руки. Потому что это бессмысленно, ну сидит в каталепсии, ну и что?

Даш, пожалуйста, сейчас все внимание на кисть левой руки, полностью, все внимание на кисть левой руки, внимательно прислушивайся к ощущениям в пальцах, пальцев пять. Да. Ощущение в каждом пальце разное. Интересно, можешь ли ты уловить разницу в ощущениях между указательным и мизинцем? Между средним и большим? И один из пальцев, или два, или несколько в какой-то момент могут захотеть пошевелиться. Очень внимательно отслеживай тот момент, когда один из пальцев левой руки захочет пошевелиться. М.Р. выводит правую руку Даши в каталепсию.

Он не может контролировать все. Где-то фиксируешь внимание, а можно попросить левую руку и левую ногу, объем внимания ограничен. Выводишь из зоны внимания. Если ты видишь, что там он правую контролирует, она напряжена, фиксируешь на ней внимание еще больше, и левую руку выводишь в каталепсию.

… Здесь очень важна собственная уверенность, потому что когда ты уверен, эта уверенность тоже транслируется. Все могут, не сегодня так завтра, но обязательно будет. Поэтому достаточно сложно научить чему-то, чего ты сам не делаешь.

С каталепсии можно начинать, каталепсией можно наводить транс, а можно сначала немножко навести транс, тогда вообще ни каких проблем, потому, что в принципе каталепсию можно выставлять в любой момент сеанса. Единственное, что если человек уже расслабился, тогда она просто падает, тогда уже можно не приставать.

Упр. № 1. «Каталепсия».

В парах, сейчас просто получить феномен друг на друге, разные способы. Сейчас вы можете либо просто предложить ему опустить руку, либо просто опустить его руку: «Я опускаю твою руку», либо сделать так, как мы с Дашей сделали: «Ты можешь полностью воспользоваться этим приятным и комфортным состоянием, когда ты хорошо и полностью им воспользуешься, не зная, как ты это делаешь, рука опустится».

Обратная связь.

Хорошо, ну давайте обменяемся впечатлениями, что получилось, что для себя, интересного обнаружили?

… Именно когда ты в трансе, моторный ответ получается мгновенным и адекватным.

… Если человек не в трансе, и он сам ее держит, он ее долго держать не сможет. Видно по тому, как она опускается, в каталепсии она опускается либо медленно рывками, либо плавно, но медленно.

У всех получилось? А кто делал? Расслаблена рука была?

Мы сейчас будем делать упражнение, где мы будем делать каталепсию несколько раз по ходу транса. Потому что когда человек в трансе уже находится, (сейчас вы просто делали фактически не в трансе, т.е. вы просто получали гипнотический феномен на человеке, который у вас не находится в гипнозе) намного легче получить, вообще ни каких проблем.

… Эриксон говорил: «Иногда пациент, особенно интеллигентный пациент не выдает требуемый феномен, потому, что он просто не понимает, что от него требуется». Он же непроизвольно должен это сделать. Он должен позволить произойти чему-то непроизвольно самому по себе, а он не понимает, чему он должен позволить произойти.

В нашей гипнотической работе мы опираемся на опыт, который уже у субъекта есть. В каталепсии рука диссоциирована частично или полностью. Т.е. человек, особенно если глаза закрыты, не очень хорошо себе представляет, где она находится в пространстве, а иногда вообще даже не чувствует ее, как будто ее вообще нет. Эриксон обеспечивал базовое понимание следующим образом. Я вам сейчас просто цитату зачту:

«Вы можете забыть обо всем, Вы забыли, что Вам пришлось научиться поднимать Вашу руку, когда Вы были ребенком. Вам нужно было научиться двигать Вашей рукой. Было время, когда Вы даже не знали, что это Ваша рука. Было время, когда Вы не знали, как поднять ее. Было время, когда у Вас вызывал удивление вид того, как эта интересная штука двигается. Это было время, когда Вы пытались достать своей правой рукой свою собственную правую руку. Вы даже не знали, что она соединена с Вами». У нас у всех было время, когда нам приходилось создавать моторную координацию. Ее не было исходно, т.е. это было дифференцировано, диссоциировано, мы как бы сборку осуществили. Но опыт такой есть. Т.е он отсылает к этому раннему опыту, чтобы понять, что от тебя требуется, надо сделать так, как было тогда, как будто ты не знаешь, что она с тобой соединена.

Можно еще помочь внушениями. Ну, не фиксируется, все наши хитрости не сработали.

Ты можешь забыть про свою правую руку, так, словно она с тобой не соединена,

так, словно она существует сама по себе,

так, словно ты даже не очень хорошо себе представляешь, где она находится в пространстве.

Можно предложить использовать образ.

Позволь руке стать легкой, как пушинка, которая парит на воздушных потоках,

как парашютики одуванчиков,

как белые облака в синем небе.

Ну, если никак: «Очень хорошо» и спокойно ее опускаешь. Иногда кстати, вот рука вроде бы не зафиксировалась, и ты спокойно ее опускаешь вниз, и вдруг, где-то вот сантиметров 5-10 от ноги она, почему-то вдруг берет и фиксируется. Ну, а нет, так нет. В данный момент, данный феномен не спродуцировался, неважно, будет какой-нибудь другой.

Есть ряд житейских ситуаций, типичных, стандартных, в которых используется каталепсия руки, а в этот момент человек находится в трансе, в этот момент он подвержен внушению.

Одна ситуация. М.Р. подходит к одному из участников группы, берет его за руку, и смотрит на ладонь: «Да, линя жизни длинная, жить будешь долго, да венерин бугор развит, хорошо, так, а детей сколько будет, сейчас посмотрим, так, так, так…» Ручку позолоти. Это транс, рука в каталепсии, то, что произносится это внушения. Естественно в этот момент человек подвержен внушениям. Они не знают и не называют это каталепсия руки, но по механизму, это гипноз чистой воды.

Другая ситуация, молодой человек держит девушку за руку, смотрит ей в глаза, и проникновенно ей говорит: «Дорогая, ты самая прекрасная на свете, твои глаза сияют как звезды…» Рука в каталепсии, она в трансе, это внушения, и она им верит. Потом он ведет ее в ЗАГС, еще раз рука в каталепсии, надевается кольцо. Они клянутся любить друг друга до самой смерти. А потом гипноз кончается, выход из транса, и гипнотическая ориентация сменяется ориентацией на реальность. Поэтому полезно время от времени возвращать назад гипнотическую ориентацию.

Каталепсия руки это просто гипнотический феномен, как таковой он просто есть и все. Есть такой феномен, но его можно использовать. Как можно его использовать? Его можно использовать очень по-разному.

«Дыхание».

Есть такая байка, история. Человек заблудился в горах, замерзает совсем. И вдруг на него натолкнулся снежный человек и пожалел, и привел к себе в пещеру. Развел костер, а тот сидит и дует на руки. А снежный человек спрашивает: «Что ты делаешь?» Человек говорит: «Руки замерзли, я их отогреваю».  Снежный человек вскипятил вино, налил в медную чашу, дал ему. Тот держит вино, а оно очень горячее и дует на него». Снежный человек говорит: «Что ты делаешь?» Человек говорит: «Вино очень горячее, я его остужаю». «Убирайся из моей пещеры, лжец. Как ты можешь одним и тем же дыханием, и согревать и остужать?»

Использование каталепсии руки.

А мы можем одной и той же каталепсией делать разные вещи, скажем даже прямо противоположные.

Виолетта, можно?

Мы проведем небольшой сеанс, это демонстрация техники, но Виолетта может получить от нее пользу, а для этого как мы знаем, нужно поставить цель, которая может быть сформулирована открыто, а может остаться скрытой.

И когда мы осваиваем каталепсию, работа становится легкой и простой. Сначала, когда люди начинают изучать гипноз, масса вопросов: «А как с этим работать? А как с этим работать? Как с такой симптоматологией? Как с такой? А с этим как?» Потом постепенно эти вопросы уходят, потому что ты понимаешь, что ты можешь работать с чем угодно. Тебе в принципе не очень важно, с чем работать, ты можешь даже не знать, с чем ты работаешь. Потому что это работа по процессу. Ты организуешь процесс определенный.

Если Виолетта хочет сказать пару слов о своей цели, может сказать, можно не говорить, как хочешь. Но важно, что бы была цель. Цель, поставленная перед трансом, ориентирует все бессознательные механизмы, которые запускаются на достижение этой цели.

Хорошо. У меня есть такая привычка, не знаю, хорошая или нет, переходить на «ты», можно, да? Спасибо.

Можешь так ручки положить, на подлокотники можно, на коленки как удобно.

Сейчас, Виолетта, обрати, пожалуйста, внимание на те ощущения, которые сейчас есть в кистях рук. Ты чувствуешь подлокотники кресла, твердость этого дерева, его фактуру, его температуру. И всегда есть маленькая разница в ощущениях между правой и левой рукой.

Обрати сейчас, пожалуйста, внимание на эту разницу, в чем бы она не заключалась. Потому что через несколько мгновений я возьму тебя осторожно своей рукой за кисть правой руки, и разница в ощущениях резко возрастет. (М.Р. берет Виолетту за руку и поднимает ее) На своей правой руке ты чувствуешь мою руку, а на левой нет. Глаза закрылись, очень хорошо. И я начинаю медленно поднимать твою правую руку, и разница в ощущениях нарастает. И она становится все больше и больше. И в тот момент, когда кончики пальцев окончательно утратят контакт с ручкой кресла (с тканью одежды), я прошу тебя сделать глубокий вдох, закрыть глаза и еще глубже погрузиться в транс. Очень хорошо. Время от времени я буду обращаться к группе, ты узнаешь об этом по изменившемуся направлению моего голоса и тогда ты можешь просто не слушать. Не надо говорить: «Когда пальцы оторвутся от ноги, полностью отделятся», когда руки лежат на коленях, учитывая возможный буквализм.

И рука зависает в воздухе, и ты на какое-то время можешь забыть про свою правую руку, так, словно она с тобой не соединена. Так, словно она существует сама по себе. Так, словно ты даже не очень хорошо знаешь, где она находится в пространстве.

И когда часть тебя самой, твой глубинный внутренний разум, твое бессознательное будет готово еще немножко больше углубить этот транс, оно позволит руке начать опускаться, хорошо, медленно, совершенно самой по себе, искренним не произвольным движением. И по мере того, как рука опускается, транс углубляется. И когда рука опустится полностью, это будет хороший транс, оптимального для тебя уровня, того, на котором может быть выполнена та внутренняя работа, которая должна быть выполнена здесь и сейчас. Да, очень хорошо, очень-очень хорошо. Она опускается в своем собственном темпе. Хорошо.

И ты знаешь, что ты можешь со мной общаться движениями пальцев. Покажи, пожалуйста, сигнал «Да». Очень хорошо. Любой из пальцев. Сигнал «Нет». Очень хорошо.

И как мы это уже делали неоднократно, я прошу тебя найти приятное воспоминание. Воспоминание о каком-то моменте твоей жизни, когда ты чувствовала себя хорошо. А хорошо для разных людей означает разное. Для кого-то это означает спокойно и комфортно, для кого-то радостно, для кого-то уверенно или другое. Когда ты найдешь такое воспоминание, в котором тебе хорошо, так как это хорошо для тебя, палец «Да» может дать об этом знать. Очень хорошо, очень-очень хорошо.

И можно позволить прийти образам, образам того, что тебя окружает в этом момент твоей жизни, (спонтанный сигналинг, я собирался его запросить, но не успел) и когда эти образы придут, палец «Да» может дать об этом знать.

И по мере того, как проходит время, могут прийти звуки, музыка воспоминания, и когда эти звуки придут, палец «Да» может дать об этом знать. Да, очень-очень хорошо. И тело в этот момент занимает определенное положение в пространстве и к телу могут приходить соответствующие ощущения. Интересно, есть ли ощущения? Очень хорошо.

И мы знаем, что некоторые люди могут в своем воспоминании чувствовать запах или запахи. Интересно есть ли запахи? Хорошо. А может быть даже вкус? Очень хорошо.

И когда есть образы, звуки, ощущения, запах, даже вкус, это значит, что ситуация становится реальной и на какое-то время можно позволить этой реальности стать единственно реальной. И позволить прийти эмоции, чувству, состоянию души, которое ты испытываешь в этот приятный момент своей жизни. И когда оно придет, палец может дать об этом знать. Очень-очень хорошо.

И сейчас тебе даже нет необходимости слушать то, что я говорю, потому что есть часть тебя самой, которая слышит. И которая из всего того, что я говорю, может отобрать и использовать то, что необходимо и отбросить и забыть все остальное. Так что мой голос может для тебя изменяться, он может превращаться в другие звуки, становиться частью твоих грез. Или он может обтекать тебя, как обтекает вода. Некоторым удобнее сделать так, что бы мой голос заземлялся и уходил в землю. Для кого-то приятнее, что бы он становился все тише, тише, тише (М.Р. говорит тише) и уходил за пределы слышимости.  Ты делаешь то, что хочешь и слышишь, то, что хочешь слышать.

И ты можешь оставаться в этом приятном воспоминании или перейти к другому. Или скользить от одного приятного воспоминания к другому, от одного образа к другому. Идя как по красной нити по этому состоянию души, которое ты, конечно же, испытывала много раз в разных ситуациях твоей жизни.

И может быть все это немножко похоже на то, что могло быть когда-то в детстве, когда ты засыпаешь, а за стеной слышатся голоса взрослых. Ты не разбираешь, о чем горит этот голос, просто самый звук этого голоса позволяет чувствовать себя защищенной, позволяет чувствовать себя в безопасности и засыпать все глубже и глубже.

И сейчас совершенно неважно, чем занят твой сознательный разум, он может заниматься чем угодно. В то время как часть тебя, твой глубинный внутренний разум, твое бессознательное ищет и находит ресурсы, которые необходимы тебе для достижения поставленной цели и определяет оптимальные пути и способы их использования. Такие, которые больше всего соответствуют твоим интересам и потребностям и целостной структуре твоей личности. И приводит эти ресурсы в действие в соответствии с найденными путями и способами.

М.Р. поднимает правую руку Виолетты. И, конечно же, эта работа будет продолжаться за пределами этого транса: ночью, когда ты спишь, днем, когда ты бодрствуешь и занята своими делами, в других трансах, в которые ты, возможно, будешь входить самостоятельно или с чьей-либо помощью. А какая-то часть этой глубинной внутренней работы должна быть завершена здесь и сейчас, в этом трансе. И когда та часть работы, которая должна быть завершена здесь и сейчас, будет завершена, бессознательное позволит руке начать опускаться медленно, искренним непроизвольным движением. И есть все необходимое время, для того, чтобы позволить завершиться этой части работы. Очень хорошо. И по мере того как рука медленно опускается, ты можешь возвращаться в удобном для себя темпе, и лишь когда она опустится полностью сделать глубокий вдох, открыть глаза, немножко потянуться, и вернуться в обычное состояние, и мы сможем поговорить. Очень хорошо. В своем собственном темпе.

Виолетта, это полное имя, а оно сокращается как-нибудь? А как? На вопросы ответим?

Ну, если есть вопросы к Виолетте, ко мне, пожалуйста.

… Запущена работа, это не означает, что в трансе разрешились все проблемы и достигнуты все цели.

…Я естественно никогда не оставляю своего клиента, но однажды, в институте нашем психологическом, у меня сеанс, человек в трансе, но кому-то я срочно позарез понадобился, причем кому-то из начальства, отказать было невозможно. А женщина в трансе сидела. Я ей говорю: «Я сейчас выйду, Вы можете оставаться в трансе, через 5-7 минут я вернусь и мы продолжим». И потом, после сеанса она мне говорит: «Я знаю, что Вас тут не было, но Вы тут были».

М.Р. поднимает руку Виолетты.

Обычно, когда рука поднимается, веки опускаются.

И практически у всех у нас уже есть, более ли менее наработанное так называемое хорошее место. Иногда это место реальное, которое действительно существует где-то, иногда оно воображаемое. И сейчас мысленно ты можешь отправиться в свое хорошее место. Неважно, реальное или воображаемое. Да, хорошо. И позволить прийти образам, звукам, телесным ощущениям, запахам, может быть даже вкусу. Позволить прийти этому особому состоянию, которое испытываешь в этом особенном месте. Очень хорошо.

И ты можешь хорошо и полностью воспользоваться всеми возможностями и ресурсами этого особенного места. И когда ты хорошо и полностью ими воспользуешься, так как это необходимо тебе, рука может спокойно опуститься, искренним непроизвольным движением. Есть все необходимое время, чтобы позволить себе воспользоваться всем, чем необходимо воспользоваться в этом особенном месте. Очень хорошо. Рука делает то, что хочет делать, что ей нравится. Я немножко поправляю руку.

Когда рука опустится полностью, можно сделать глубокий вдох, открыть глаза, чуть-чуть потянуться и вернуться в обычное состояние, чувствуя себя хорошо.

Значит Виолетта это – Вела, а Анастасия – это Настя. Учитель в еврейской школе говорит: «Русский язык очень странный, «шти» – это суп, «на шти» – это девочка, а «не на шти» – это плохая погода». Это неважно.

На вопросы ответим? Технически мы разберем сейчас, все что мы делали. Еще вопросы к Виолетте, ко мне?

Когда (без видимой причины) непроизвольный сигнал «Да» идет, все в порядке, нужно просто ратифицировать и все. Если пойдет «Нет», тогда лучше выяснить что там происходит.

М.Р. поднимает правую руку (а говорит: «…левая рука…», замешательство) Виолетты.

Левая рука поднимается, веки на правом глазу опускаются. Когда-то я это сделал интуитивно, с некоторых пор, я это делаю систематически. Я  задаю вопрос бессознательному:

Интересно, есть ли еще что-то, что должно быть сделано в этом трансе? Бессознательное часто отвечает «Нет». Очень хорошо. В таком случае, хорошо воспользовавшись всем тем, чем необходимо воспользоваться, ты можешь позволить руке спокойно опуститься. И ты знаешь, что по мере того, как рука опускается, веки поднимаются, и ты можешь возвращаться в обычное состояние. То, которое мы привыкли называть обычным, а которое на самом деле более правильно называть рабочий уровень транса, внешне ориентированный.

А кто придумал сокращать Виолетта как Вела, папа с мамой?

Есть вопросы? Нет вопросов. Спасибо большое.

Сейчас мы рассмотрим структуру, и потом в учебном упражнении, вы ее воспроизведете, просто чтобы потренироваться в различном использовании каталепсии. Специально я вам показал, как ее по-разному можно использовать.

  1. Сначала мы поставили цель.

Если цель известна, то можно более конкретно ориентировать свою работу. Если цель скрытая, то в работе очень много неопределенных слов, работа чисто по процессу.

  1. Наведение транса каталепсией.

Все равно как человек сидит, может хоть в узел завязаться, но учитывая, что будем делать каталепсию, удобнее, когда у него руки лежат на коленях или на подлокотниках. Я обычно прошу сесть так.

Мы начали с фиксации внимания. Это не обязательно так делать, обычно так делают, это один из вариантов. Мы сначала получаем феномен гипнотический, за счет этого получаем гипноз. Она еще не в трансе, я зафиксировал ее внимание на ощущениях в кистях рук, обратил внимание на разницу в ощущениях между правой и левой рукой. Предупредил, что сейчас я буду брать ее за руку. Сейчас я прикоснусь к твоей правой руке своей рукой, и разница в ощущениях резко возрастет.

Все мои высказывания проверяемые, и они все истинные. Мы потом разберем, это тоже вид косвенного внушения. Она проверяет то, что я говорю. Я все время говорю правду. Да, она чувствует подлокотники, твердость дерева, его фактуру. Да, есть разница в ощущениях между правой и левой рукой, она всегда есть. Сейчас я прикоснусь к твоей руке, и разница в ощущениях резко возрастет. Ну, естественно. В этот момент она закрыла глаза, я ратифицировал. Если бы она глаза не закрыла, я бы сделал следующее:

И сейчас я начинаю медленно поднимать твою правую руку, и разница в ощущениях становится все больше и больше. Это тоже, правда. И в тот момент, когда кончики пальцев утратят контакт с ручкой кресла (с тканью одежды), я попрошу тебя сделать глубокий вдох, закрыть глаза (если они открыты) и войти в транс. Рука фиксируется. Это наведение транса каталепсией.

3. Дальше мы сделали углубление транса с помощью каталепсии.

Это можно делать сразу, как мы сейчас сделали, а в принципе это можно делать в любой момент сеанса, если ты считаешь нужным углубить транс.

И когда часть тебя самой, твой внутренний разум, твое бессознательное (любой синоним) будет согласно или будет готово к тому, чтобы еще (немножко) больше углубить этот транс, оно позволит руке начать опускаться, совершенно самостоятельно, искренним непроизвольным движением. Ни разу еще не видел случая, что бы бессознательное отказало в этой просьбе. Раньше, как это написано у Эриксона и Росси я говорил: «Рука будет опускаться честным бессознательным движением», до тех пор, пока однажды не налетел на буквализм. Женщина вышла из транса, она ужасно оскорбилась, сказала: «А Вы, что думали, я вас обманываю, да?», – с тех пор я заменил «честный» на «искренний». Больше такой проблемы не возникало.

Как только мы видим, что рука пошла, мы к этому присоединяем внушение:

И по мере того как рука опускается, транс углубляется.

Раньше, опять-таки, как написано у Эриксона и Росси я говорил: «И когда рука опустится, это будет хороший глубокий транс». Во-первых, не факт, что он будет глубокий, во-вторых, не факт, что клиенту сейчас нужен глубокий транс, в-третьих, это может насторожить и даже испугать. «Зачем он хочет, что бы у меня был глубокий транс?» Поэтому я сейчас намного осторожнее формулирую:

Когда рука опустится, это будет хороший транс, оптимального для тебя уровня, именно того, на котором может быть выполнена та внутренняя работа, которую необходимо выполнить здесь и сейчас. Глубину транса отдаешь на откуп клиента. Если я вижу, что человек все-таки беспокоится из-за этого, все-таки были произнесены слова: «Транс углубляется», – я успокаиваю еще больше:

Не я определяю глубину твоего транса, и не ты на уровне своего сознания определяешь глубину своего транса, глубинная, внутренняя, мудрая  часть тебя самого подбирает тот уровень транса, который тебе сейчас необходим. Центр управления передаешь туда.

И естественно ратифицируем: да, хорошо, очень хорошо.

4. Вспомним сигналинг, заодно еще раз потренируемся, ставим сигналинг. Ты можешь мне отвечать движениями пальцев. Можно назначить пальцы, можно предоставить выбор.

5. Делаем сопровождение в приятном воспоминании.

Ж. Беккио говорил о том, что он работает уже достаточно долго в межбольничной службе по работе с умирающими. Врачи, психологи, это целая команда. Когда в какой-то из больниц при смерти человек, ожидаемая смерть, плавная, не внезапная, группа выдвигается туда, где работает комплексно с самим больным, с его родственниками, с врачами, с санитарками, со всей ситуацией, которая окружает больного. Очень часто это раковые больные, очень часто это люди с болями. И он говорил, что он обнаружил, что им очень трудно найти приятное воспоминание. Когда человека, у которого боль просят найти приятное воспоминание, очень часто он не может этого сделать. Поэтому они заменили приятное воспоминание на воспоминание об обучении. Это легко, это каждый может вспомнить. Воспоминание, о каком-то обучении, т.е. как ты чему-то научился. И они обнаружили, что это обладает таким более динамизирующим эффектом. Потому что обучение – это всегда развитие, это всегда изменение. Поэтому сейчас, когда учат своих студентов, они практически заменили сопровождение в приятном воспоминании на сопровождение в воспоминании об обучении. Сопровождение в приятном воспоминании – это классика, но можно варьировать.

Те, кто проходил НЛП умеют определять ведущую модальность по ключам глазного доступа и т.д., но это можно сделать быстро с помощью сигналинга. Просто пробежался по всем модальностям: визуальная, аудиальная, кинестетическая, ольфакторная, густативная. Образы есть? Есть. Звуки есть? Нет. Телесные ощущения есть? Есть. Запахи есть? Есть. Вкус есть? Нет.

Выходим на эмоцию позитивную, которую человек испытывает в этом воспоминании.

6. Диссоциация сознания и бессознательного.

Сознание отпускаем, гулять отправляем, оно может оставаться в этом воспоминании, может переходить к другому, может вообще скользить и вообще может заниматься, чем хочет.  Неважно, чем занимается сознание, в то время как (изменяем тон голоса или направление) бессознательное или часть тебя самого или твой глубинный внутренний разум (если вам цель предъявлена, сформулирована в открытую, можно работать более конкретно, вы правда, пока не знаете как, ну неважно, ладно) ищет и находит все те ресурсы, которые необходимы для достижения поставленной цели  и определяет оптимальные пути их использования и запускает, приводит в действие.

7. Поиск и активизация ресурса. И опять выводим руку в каталепсию. Нам нужно получить подтверждение. Мы попросили бессознательное, чтобы оно определенную работу выполнило. Оно ее делает на самом деле или нет? Или просто вот мы так приговариваем, а на самом деле там внутри ничего не происходит. Нам нужен сигнал, н   лепсияу в я. дит в действие. пользования й цели,оминании, может ачами.нам нужно подтверждение, его можно получить с помощью сигналинга:

И когда бессознательное сделает то-то и то-то пусть палец приподнимется.

А можно получить с помощью каталепсии. Рука в каталепсии. И вы увидите, что когда человек в трансе, это очень легко.

И когда бессознательное сделает то-то и то-то, оно позволит руке начать опускаться медленно, совершенно самостоятельно, искренним непроизвольным движением. Опять-таки долгое время я говорил так, как это написано у Эриксона и Росси. Вот попросили бессознательное найти ресурсы, активизировать: «… и когда эта работа будет выполнена, рука начнет опускаться». До одного случая. Иногда налетаешь на случай, который тебя сразу учит каким-то важным вещам быстро и на всю оставшуюся жизнь. Это нормально и хорошо. Идет занятие, разбираем каталепсию, все хорошо. И девушка, которая рядом со мной сидит, говорит: «А вот у меня язва желудка, интересно, наши техники могут помочь?» Я говорю: «Ну, конечно». Быстро ей поднимаю руку в каталепсию и говорю: «Пусть твое бессознательное этим займется и когда оно выполнит эту работу, рука опустится». К счастью она сидела справа от меня, и рука была левая. Ну, она сидит, сидит, сидит, сидит, сидит. Перерыв. Идет на перерыв, кофе пьет, бутерброд ест, рука висит в воздухе. 15 минут перерыв, она думает, что так и надо. Я начинаю нервничать, а она нет. Возвращается, дальше начинаем заниматься, она конспектирует, что-то пишет, рука висит. Внушение как сформулировано: «… и когда эта работа будет завершена, рука опустится». Но это же язва желудка. Это же даже бессознательное не может за 5 – 10 минут. Может пара недель, может, пара месяцев. И все время вот так ходить? Я переформулировал внушение, рука опустилась благополучно. С тех пор я все время так говорю, это позволяет экономить время сеанса, помимо всего прочего. Значит, ресурсы найдены, запущены:

Эта работа будет продолжаться за пределами этого сеанса (транса), ночью, когда ты спишь, днем, когда ты бодрствуешь и занята своими делами, учитывая наш род занятий, в других трансах, в которые ты, возможно, будешь входить самостоятельно (самогипноз), или с чьей-либо помощью (гетерогипноз), столько, сколько необходимо. А сейчас должна быть завершена какая-то часть этой работы. И когда эта часть работы будет завершена, рука начнет опускаться, медленно, сама по себе, искренним непроизвольным движением. Это сигнал, бессознательное подтверждает: «Да, работа запущена».

8. Выведение из транса с помощью каталепсии.

Это можно соединить, как мы это сделали. Это можно разъединить. У нее подтверждение, рука пошла вниз, и к этому движению я присоединил внушение на выход из транса.

И, по мере того как рука опускается, ты можешь возвращаться в удобном для себя темпе, и когда рука опустится полностью, тело сделает глубокий вдох, глаза откроются, и ты вернешься в обычное состояние.

А можно разъединить, если ты собираешься еще какую-то работу сделать. Получили сигнал, дали руке опуститься, еще поработали, метафоры рассказали, внушения дали. Настало время выводить из транса, еще раз выводим руку в каталепсию.

Когда ты будешь готова к тому чтобы вернуться, рука начнет опускаться…

Мы прошлый раз, помните, говорили о том, что если человека слишком быстро вывести из транса, выдернуть как репку, он может испытывать дискомфорт, иногда довольно сильный. Этот способ выведения обеспечивает выход в его собственном темпе. Это от него исходит, не я навязываю. Это удобно и комфортно. Кто-то выходит быстро, кто-то выходит медленно, кто-то очень медленно. Одного уникума помню, 20 минут выходил, регулярно, это был его темп. Вот сидит и в час по чайной ложке рука опускается. Первый раз он меня, конечно, врасплох застал, и расписание все поломал. А, потом, зная эту особенность, я просто резервировал эти 20 минут. Рука опускается, я еще там рассказываю чего-то ему. Поэтому, если вы вывели человека из транса какой-то другой техникой, и он говорит, что ему плохо, (тошнит, кружится голова, голова болит, или вообще как-то плохо), возвращаем обратно в транс, выводим руку в каталепсию и даем все необходимое время.

Закрой глаза, вернись в это состояние, когда ты будешь готов, чтобы вернутся, рука будет опускаться, есть все необходимое время. Иногда я даже подчеркиваю, чтобы человек не комкал работу: … действительно есть все необходимое время. Это очень важно, давать время.

Есть все необходимое время для того, чтобы позволить завершиться этой части работы. И человек выходит из транса значительно медленней и нормально себя чувствует.

… Потом на одном из циклов мы будем разбирать такой феномен интересный, который называется «субъективное искажение времени в трансе». Будем расширять его внутреннее время. Во внешнем времени проходит минута, а во внутреннем часы, дни.

9. Вышел из транса, поговорили. Небольшая беседа, может быть немножко расспросить о том, как он себя чувствовал в трансе, что там происходило.

10. После того, как мы человеку хотя бы один раз сделали каталепсию, у нас открывается совершенно замечательная возможность ре-индукции трансаповторного наведения с помощью каталепсии. Уже ничего говорить не надо, просто берешь руку и поднимаешь. Все, транс. На этом сеансе делали каталепсию, человек пришел на следующий сеанс, поговорили, обсудили какие цели, что будем делать, берем за руку и поднимаем. Проблема наведения транса снимается полностью, время минимальное.

Часто человек сам закрывает глаза, если глаза не закрываются, можно их оставить открытыми, можно просто предложить закрыть глаза. Поднимаешь руку, видишь, что глаза открыты и говоришь: «Просто закрой глаза». Или (это не шутка, это косвенное внушение):

в то время как рука поднимается, веки обычно опускаются.

Снимали передачу на телевидении про гипноз и мне ведущая говорит: «Говорить нужно очень короткими периодами, долго говорить нельзя, мой вопрос, ваш ответ, минута максимум». Поскольку это снимается, она же мне не может сказать. Она говорит: «Если вы будете говорить слишком долго, я буду вот такой знак подавать, я глаза буду расширять». Пошла запись, я увлекся, я рассказываю про гипноз. Я смотрю, она сидит вот так, глаза большие, я думаю: «Во, как ей интересно. Человек увлекается». И дальше рассказываю. Потом думаю: «А, это сигнал, пора тормозиться».

11. Человек может прийти в любом состоянии на сеанс. Часто в достаточно не хорошем. Отпустить все-таки желательно в хорошем состоянии. Для этого есть старый надежный проверенный способ. По-английски – сейв плейс – безопасное место. Русский аналог – хорошее место. Отправляем в хорошее место. У каждого есть такие места, где человек чувствует себя хорошо и комфортно, тем более в трансах оно обычно до автоматизма нарабатывается. Если его нет в реальности, мы предлагаем его придумать, создать в воображении. Ре-индукция, отправили в хорошее место. Здесь (в сеансе) мог быть поиск травмы, здесь могла быть какое-то болезненное событие, здесь он мог плакать, здесь он мог испытывать боль и с этим отпускать – не очень хорошо. Отпустить желательно в хорошем состоянии, во всяком случае, не хуже того, в котором пришел.

А поскольку мы здесь уже (в сопровождении в приятном воспоминании) выяснили модальности, мы знаем, что у него есть в первую очередь, этим здесь можно воспользоваться. Я знаю, образы есть, звуков нет, телесные ощущения есть, запахи есть, вкуса нет.

Можно позволить прийти образам, телесным ощущениям, запахам. И на всякий случай открываешь все. Возможно, звукам или вкусу. Потому что как показывает опыт, даже те модальности, которые как бы не функционировали, потихонечку в трансе начинают функционировать.

Даем возможность воспользоваться всеми возможностями и ресурсами хорошего места.

И ты можешь побыть в этом месте и воспользоваться всем тем, чем необходимо воспользоваться, всеми возможностями, всеми ресурсами этого места (всем тем, чем необходимо воспользоваться). И когда ты хорошо воспользуешься (рука у него в каталепсии, мы только что ре-индукцию сделали) рука начнет опускаться.

12. И выводим из транса с помощью каталепсии. Кстати, Виолетта, сколько трансов было? Два, или три, или один, который делился на две части, которых на самом деле три? А помните третью часть, которая была после первой, но перед второй? Хорошо. Сколько на самом деле было трансов?

Это не значит, что вот так обязательно строить каждый сеанс. Нет. Это просто учебное упражнение, чтобы потренироваться в различном использовании каталепсии. У нас здесь получается, шесть раз мы используем каталепсию. А если вы разведете подтверждение и выведение, то вообще тогда семь раз будет. Ре-индукция – это очень интересно, вывели, немножко поговорили и в транс. Смотрите по времени, можно даже пару раз сделать ре-индукцию.

Я использовал замешательство, поднимая ее правую руку, я сказал, что поднимаю левую руку, и  веки на правом глазу закрываются. Замешательство мы потом будем разбирать, это забавная техника для терапевта.

Упр. № 2. «Использование каталепсии».

Давайте время рассчитаем. Полвторого сделаем перерыв на обед до половины третьего. Работаете 50 минут, в парах, по 25 минут на человека. Полтретьего здесь собираемся и тогда обменяемся впечатлениями.

Обратная связь.

Так, хорошо. Телефоны выключаем. Ну, давайте поделимся тем, что у нас получилось.

… Каталепсия может перейти в спонтанную левитацию, могут начаться непроизвольные движения рук, особенно в левитации, особенно если две руки левитируют, это иногда так красиво, на тай-чи похоже, на восточный танец. Ратифицируем: «Да, очень хорошо», как минимум, можно использовать.

… Эриксон говорил: «Человек войдет в транс, если ему предоставите, хотя бы сотую долю шанса на это». Самое главное не мешать. Если не очень сильно мешаешь, тогда человек спокойно входит в транс.

Сейчас зарубежные гипнотерапевты говорят не о состоянии транса, а о процессе транса, который просто есть всегда, 24 часа в сутки. Просто он иногда выходит на передний план, а иногда уходит на задний. Когда мы ориентированы на внешний мир, процесс транса отходит на задний план, когда ориентируемся вовнутрь, процесс транса выходит на передний план, но всегда присутствует. Не проблема навести транс. Транс, это процесс который всегда присутствует, это часть нашей психической жизни. Это последнее веяние, но мы по привычке говорим: «Трансовое состояние, обычное состояние, вошел в транс, вышел из транса». Все равно это все метафоры.

… Если одна рука не держится, можно вторую попробовать, если обе не держатся, забыть про каталепсию и работать без нее. Это не обязательно, нет ничего обязательного. Не получилось одно, другое получится.

… У меня был приятель, тренер по самбо, который говорил: «Человек ничем не отличается от мешка с картошкой, во всяком случае, быстрее падать, чем мешок с картошкой он не может». Конечно, когда чувствуешь, что к тебе относятся как к человеку, а не как к манекену для отработки упражнения, конечно, по-другому все проходит. Но, техники тоже надо отрабатывать.

На самом деле, технику в чистом виде от начала до конца, делаешь только когда учишься. А практически это всегда сочетание, это одно переливается в другое, кусочек от одной техники вплетается в другую, это нормально. Эриксон говорил так: «Вы должны владеть всеми техниками, что бы вы могли в любой момент использовать любую часть любой из них».

… Я вам не рассказывал, как одна моя клиентка ходила к авторитарному начальнику? Она сама нашла этот способ. У нее был авторитарный начальник, которого она жутко боялась. Когда он вызывал ее к себе, у нее ноги становились ватные, подгибались, язык прилипал к небу, слова не могла произнести. И в одном из трансов она внутри себя обнаружила совершенно дивное создание, которое она назвала «Женщина на цветке», как бы ее идеальное внутреннее «Я». И она придумала такую штуку. Начальник ее вызывает, она к кабинету подходит, берется за ручку двери и, обращаясь к той, которая на цветке говорит: «Ты пойдешь». А дальше она просто со стороны наблюдала за тем, что происходит. Все происходило замечательно.

… Как только ты на поведение клиента наклеил ярлык «сопротивление», ты создал себе проблему. Не ему, а себе, потому что теперь надо что-то делать с сопротивлением. То, что человек не может найти приятное воспоминание, вовсе не значит, что он сопротивляется. То, что у него нет образов, вовсе не значит, что человек сопротивляется. Есть индивидуальные особенности, к которым подстраиваешься. «Впрочем, это неважно…».

… Есть только один случай, когда невозможно сделать каталепсию, когда у клиента нет обеих рук.

…Очень легко делать каталепсию у детей. Просишь его закрыть глазки, или даже глазки не обязательно закрывать, отправляешь его в хорошее место, в зоопарк, кто побогаче, в Диснейленд, если он там был. Закрыть глаза и посмотреть свой любимый мультфильм или поиграть в любимую компьютерную игру. А в это время твоя рука спит и видит сон про то, как… и поехала терапевтическая метафора.

Эриксон очень много ездил по стране, много времени проводил в аэропортах, на вокзалах, естественно нужно было ждать. Иногда он развлекался так. М.Р. подходит к девушке, у которой на руке есть кольцо, берет ее за руку, приподнимает руку, смотрит на кольцо и говорит: «Какое у вас любопытное кольцо, позвольте взглянуть», и смотрел, сколько времени она просидит в каталепсии.

Групповой транс 2 цикл, 1 день. «Самогипноз с помощью каталепсии».

Сейчас, пожалуйста, подумайте о какой-нибудь реальной жизненной цели, которая у вас есть. Ваша личная, конкретная жизненная цель. Отложите все, что у вас в руках.

И правой рукой возьмите себя за запястье левой и выведите ее в каталепсию. А левши могут сделать наоборот. И когда почувствуете, что она зафиксировалась, просто правую руку уберите. И мысленно попросите свое бессознательное найти все ресурсы, которые нужны для достижения этой цели, и определить оптимальные пути и способы их использования и запустить их в действие. И мысленно сами себе скажите: «Когда это будет сделано, когда они будут активизированы или приведены в действие, пусть рука опустится сама по себе». И просто ждем. (Пауза).

И теперь в вашем распоряжении есть свое личное бюро заказов, можете обращаться к бессознательному с просьбами, с пожеланиями. И на самом деле для этого даже вот это (брать своей  правой рукой левую руку) не нужно делать. Теперь, когда ощущение отловили, вы просто можете вывесить руку любую, хоть правую, хоть левую, хоть обе сразу в каталепсию.

В транс можно так себя вводить, в самогипноз. По мере того, как рука будет опускаться, я буду входить в транс, когда рука опустится, это будет хороший, глубокий транс.

Либо вы вводите себя в транс и в трансе выполняете упражнение, т.е. заранее известную последовательность, либо просто ставите цель и входите в транс, дальше не ваше дело. Я вхожу в транс для того, чтобы быть красивой, богатой, умной и счастливой. Задача может быть, конечно, объемной и очень много времени может понадобиться, вы можете применительно к себе эту формулировку использовать.

Эта работа будет продолжаться за пределами этого транса, в разных состояниях, 24 час в сутки, а сейчас должна быть проделана какая-то ее часть. Когда эта часть, которая должна быть проделана сейчас будет завершена, пусть рука опустится.

Засыпать так можно, у кого проблемы со сном, лег, руку поставил, лежа тоже можно, вот так она стоит.

По мере того, как рука будет опускаться, сама по себе, я буду постепенно засыпать, погружаться в сон. И когда она опустится полностью, я засну глубоким здоровым сном, утром проснусь, веселый, бодрый, полный сил.

Интересно, что когда так себя в транс вводишь, состояние же разное, погода разная, настроение разное. Она иногда быстро опускается, иногда медленно, иногда она чего-то идет, идет, идет, потом  подвисает, долго висит, потом опять начинает опускаться, т.е. это очень по-разному.

Вас кто-нибудь расстроил, вывел из себя, или приступ ревности вдруг ужасный.

За то время, пока рука опустится сама по себе, я вернусь в состояние равновесия, баланса, хорошего настроения. И ждешь, больше ни чего не надо делать. Очень легко, очень просто и очень эффективно.

… «В медитации 90 % страдания и 10 % кайфа». Потому что если бы это был только кайф, то все бы медитировали и никто бы больше не делал ничего. Медитация, это сначала страдание, больно, все ломит, ужасно и хочется все время менять позу. Если все время менять позу, результата не будет никогда. Занимается одна поза, и она сохраняется долго. И сначала больно, а потом ты проходишь через боль, и наступает каталепсия всего тела. И тогда это кайф бесподобный и уже неважно, сколько сидеть, часы, сутки. Нет необходимости человека в трансе держать все время с поднятой рукой. Зачем? Если мы не собираемся в ближайшее время использовать это, то просто даем ей разрешение опуститься: «Рука может спокойно вернуться на место». Потом можно опять в любой момент можно опять вывести.

Основная тема нашего цикла это

ВНУШЕНИЯ В ЭРИКСОНОВСКОМ ГИПНОЗЕ.

Что такое внушение? Внушение – это обращение одного человека к другому. Обращения одного человека к другому бывают разные: просьба, требование, приказ, инструкция. Чем внушение отличается от всех остальных? Просьба, требование, приказ, инструкция – подразумевают сознательное согласие их выполнить. Сознательно выполняю просьбу, сознательно подчиняюсь приказу, сознательно выполняю инструкцию.

Андре Вайценхоффер, известный теоретик и практик гипноза, дает следующее определение внушения: «Внушение – это обращение, вызывающее непроизвольные и часто неосознаваемые реакции». Потому что непроизвольное может быть осознанным, рука опускается сама по себе, это не я ее опускаю, это непроизвольное движение, но я его прекрасно осознаю, чувствую. А может быть неосознанным человеком, качает головой, он не осознает, что он это делает. Т.е., если в ответ на наше обращение к другому человеку следует непроизвольная реакция, может быть осознанная, может быть не осознанная, тогда мы можем говорить о внушении. Как бы само по себе что-то происходит.

Внушения бывают прямые и косвенные. Можно даже шире говорить, можно говорить о прямом и косвенном подходе. Это можно проиллюстрировать такой историей.

«Экзамен по искусству влияния».

В древнее время, в Китае, обучали на горах. Учитель жил на горе. У гор была специализация, это было очень удобно. На одной горе обучают ораторскому искусству, на другой воинскому искусству, на третьей искусству управления государством. Поэтому когда человек хотел повысить квалификацию, было известно, на какую гору надо карабкаться. Вот, на одной горе жил учитель, который учил своих учеников воздействовать на других людей, искусству влияния. Он обучил группу учеников и сказал: «А сейчас вы все будете сдавать экзамен. Кто сдаст, может спускаться в долину, а кто не сдаст, останется, будет дальше заниматься». А экзамен был такой, у него высоко в горах был узкий проход, очень узкий, один человек вставал и полностью его перекрывал. Он сказал: «Я встаю в этом проходе, каждый из вас должен сделать так, чтобы я отошел в сторону и уступил проход, каждый должен пройти мимо меня. Я учил вас воздействовать на других людей, воздействуйте на меня. Кто пройдет, сдал, кто не пройдет, извините. Ты, первый ученик, что ты будешь делать?» Он сказал: «Учитель, я наберу сучьев и разложу у твоих ног сильный, сильный костер. И тебе будет так жарко, что ты не сможешь здесь стоять, ты отойдешь в сторону, и я пройду». «Ну, да, можно так, хорошо, сдал, молодец. Ты, следующий ученик, что будешь делать?» Он говорит: «Учитель, ты меня, конечно, извини, но это невозможно. Проход узкий, ты его закрываешь целиком, ну невозможно, я не могу пройти. Конечно, если бы я находился с другой стороны прохода, я бы прошел, но отсюда нет, никак». «Да, ну-ка покажи, как ты это сделаешь?» «Учитель, я прошел». Первый применил прямой подход, второй применил косвенный подход. Сам захотел, исходило как бы от него.

Естественно, косвенные внушения выдумал не Эриксон. Задолго до Эриксона было известно, что есть такие косвенные внушения и что это такое. Но, он разработал многие из них, а Росси помог классифицировать, присвоить им названия.

Классик гипноза Бернгейм уже говорил о косвенных внушениях. Бернгейм говорил: «Косвенные внушения заключаются в том, чтобы забросить идею в голову пациента в обход сознательного контроля».

Эриксон определял вообще гипноз, как средство доставки идей. Гипноз – это просто средство донести до человека какую-то идею, на которую он будет реагировать. Он может эту идею осознавать, это будет прямое внушение, и эта идея может быть заброшена в обход сознательного  контроля, т.е. он может даже не понимать, какую идею ему в голову забросили. И тогда включаются идеодинамические механизмы, что-то начинает происходить как бы само по себе. В терапевтическом плане это для чего делается? Чтобы увлечь его в том направлении, которое он считал для себя невозможным или запретным. «Не могу», от сюда ни как. Забрасывается в голову идея, что-то происходит как бы само по себе, когда человек спохватывается с удивлением, вдруг выясняется, что он уже сделал шаг или два по территории, которая была недоступна, дальше оно уже само разворачивается.

Когда мы разберем косвенные внушения, вы начнете их видеть и замечать в окружающей жизни. Это очень интересно, иногда забавно, чаще грустно, но всегда интересно. Потому что люди постоянно бомбардируют друг друга внушениями. Эриксон их не изобрел. То, что придумано из головы, как правило, работает очень плохо, а работает хорошо то, что взято из жизни. Можно сказать, Эриксон взял из жизни то, что работает, очистил и в дистиллированном виде нам показал. В повседневной бытовой жизни масса косвенных внушений. Пример того, как было сделано косвенное внушение, которое работало изумительно. Причем, даже сделано было, по-моему, не направленно.

Я входил в состав гос. комиссии. Принимали гос. экзамен по психологии у студентов у дипломников. Народу было много, комиссия разделилась на две части. В одной комнате одна половина принимает, в другой – другая. Перерыв, чай, кофе. И когда мы сходимся на перерыв, выясняется, что в той половине комиссии поставлено несколько троек. На гос. экзамене, я считаю, что это недопустимо просто. Я вообще развивал коллегам свой взгляд на то, как нужно экзамены принимать и на то, как нужно вопросы задавать. Грамотно поставленный вопрос должен автоматически содержать в себе ответ. Скажите, где и когда состоялся Мюнхенский сговор одна тысяча восемьсот тридцать восьмого года? Короче говоря, мы им говорим: «Ребята, вы, что озверели, что ли совсем? Это же госы, вы, что тройки то ставить?» Они на нас стали наезжать: «А вы значит у нас такие гуманисты? Мы значит такие плохие? Давайте вы тоже тройки ставьте». А одному пора уезжать, у него лекция в университете, он выпил свой стакан чая, съел свой бутерброд, пошел к дверям и на пороге, так ни к кому не обращаясь, в воздух говорит: «Вообще-то, чем больше преподаватель себя уважает, тем меньше плохих оценок он ставит». И ушел. Когда мы приходим на следующий перерыв, спустя пару часов, выясняется что за эти два часа, там не было поставлено ни одной тройки. Это не было осознанно, абсолютно, но они себя уважают, поэтому они не ставят плохих оценок.

… Косвенным внушениям надо учиться у детей. Это мастера, я не понимаю, куда это мастерство потом уходит. Это манипуляторы экстра-класса, потому что им нужно от этого всемогущего существа, от которого они полностью зависят, получить то, что им нужно получить. И они получают.

Мамы с детьми такое делают. Своими ушами слышал, как мама накладывает своему ребенку так называемую «двойную связку»: «У тебя мозгов вообще нет, или у тебя мозги куриные?», – обиженный ребенок бубнит: «У меня есть мозги». И мама ставит точку: «Я же говорю, куриные». Пройдет два, три года, она будет удивляться, почему он в школе плохо учится. Потому что мозги куриные. Кто сделал? Мама.

Все внушения делятся на три типа, на три группы: прямые, косвенные и открытые. Мы их все с вами рассмотрим и подробно проанализируем.

Зачем мы это делать? Это чисто левополушарная аналитическая работа. А мы говорим, самое лучшее, что может сделать терапевт, это сесть рядом с клиентом, войти в транс, освободить свое бессознательное и не о чем не беспокоиться, и все будет проходить хорошо и замечательно. Это правда. Но, правда так же и то, что надо иметь, что высвобождать. Туда вложить надо что-то, то, что ты потом будешь высвобождать. В основе бессознательной компетенции все-таки лежит сознательная компетенция. Сначала набираешь опыт, набираешь, набираешь, набираешь, а потом обретаешь профессиональную интуицию. Это не осознанный опыт.

Скажем, один из наших детей закончил физ.тех. Ну, понятно, как относятся к тому чем свои занимаются. Но одного экзамена он так боялся, что был готов на все, даже на транс. И мы провели сеанс, и он получил свою пятерку и уверовал. С тех пор, каждую сессию, перед каждым экзаменом приводил двух своих друзей, и мы проводили групповые сеансы, и они очень хорошо сдавали и все хорошо. Ядерная физика, теоретическая механика, предметы, названия которых я не могу выговорить и запомнить. Я точно знаю, что меня можно в трансе неделю продержать, и я не сдам ядерную физику. Там нет этого содержания, просто, нечего высвобождать. Они учились, они занимались, они слушали лекции, они ходили на семинары, они писали контрольные. Там это есть. Но есть тревога, есть страх, есть что-то, что блокирует, что не дает это реализовать. Транс помогает это убрать.

Поэтому все-таки, сначала мы загружаем сведения о том, что такое косвенные внушения, понимаем, что это такое, анализируем, как они действуют, а потом отпускаем. Потому что ни кто в здравом уме и твердой памяти, работая с клиентом, сам себе не говорит: «А сделаю ка я ему сейчас косвенное внушение составное по типу контингентное». Конечно, нет, ты просто работаешь. Я иногда записываю, скажем, работает человек, я за ним коротко записываю сеанс. Потом я ему рассказываю, что он сделал. Он говорит: «Как я вот это все делал? И вот это делал? И вот это делал?»

И мы занимаемся этой аналитической работой, чтобы не оказаться в положении генерала на приеме у окулиста. Генерал на приеме у окулиста. Окулист говорит: «Это что за буква?… А это, побольше?… А это?… А это, две самые большие на верху? Вы что даже эти не видите?» Генерал говорит: «Ну, что вы доктор, я самые маленькие вижу, я просто не знаю, как они называются».

А нам нужно знать, как это называется. У каждого внушения есть название, классификация.

I. Прямые  внушения:

Первая группа – это прямые внушения. Это небольшая группа, там всего три подвида.

Первая подгруппа, это так называемое

  1. Явное прямое внушение.

Из названия видно, что их хорошо видно, сразу понятно, что внушается. Открытым текстом говорится, что должно происходить.

Я досчитаю от одного до пяти, и Вы войдете в глубокий транс.

Когда читаешь старые классические книги по гипнозу, создается такое впечатление, что легче занятия вообще нет на белом свете. Наводится транс, мы теперь все знаем, что это очень легко, и потом дается внушение:

Я сосчитаю от одного  до пяти, и, начиная с этого момента, Вы будете без страха входить в тесное закрытое помещение.

Я досчитаю до пяти, и, начиная с этого момента, Вы больше не будете бояться больших открытых пространств.

Я сосчитаю от одного до пяти, и, начиная с этого момента, Вы больше не будете пить, курить и заниматься излишествами не хорошими.

Так работали в начале прошлого уже двадцатого столетия. Есть люди и сейчас и не мало, которые продолжают так работать, но их правда все меньше и меньше. Все-таки, э.г. оказал такое мощное воздействие, что даже те, кто не считают себя эриксонианцами, (Вайценхоффер) практикуют так называемый полутрадиционный гипноз, такой смешанный, где много косвенных внушений. Мало кому удалось избежать влияния Эриксона. Все настолько привыкли к тому, что косвенные внушения лучше прямых, что прямыми пренебрегают, их отметают.

Прямые внушения очень эффективны, когда срабатывают. Проблема в том, что они достаточно часто не срабатывают, явные прямые.

С явным прямым внушением связан ряд проблем.

  1. Если явное прямое внушение не реализуется, у клиента остается ощущение неуспеха, у терапевта правда тоже, но он как-нибудь переживет. А вот то, что у клиента остается ощущение неуспеха, это плохо. Часто к гипнозу прибегают как к последнему средству: «Ну, если это не поможет, ни чего не поможет». Он уже это попробовал, это попробовал и вот пришел на гипноз и ему дали внушение, и оно не сработало. И гипноз тоже не помог.
  2. Явное прямое внушение может требовать такого изменения, к которому человек пока еще не готов. Очень хочется помочь, очень хочется, чтобы он изменился, очень хочется, что бы вот сейчас у него все прошло, и он чувствовал себя замечательно. Он пока не готов к такому изменению. Ты хочешь, чтобы он вот настолько изменился, он пока готов измениться вот настолько. Он изменится вот настолько. В кувшинчик можно налить столько, сколько там пустого места.

Начиная с этой минуты, Вы больше не будете бояться воды. А он по-прежнему боится, не готов пока еще.

  1. Явное прямое внушение предполагает, что гипнотерапевт знает, что хорошо для другого человека. Это сильное утверждение. В медицине доктор знает, какие таблетки прописать. В психологии, в психотерапии, я бы сказал, что это сомнительное утверждение. Сказать, что у тебя, в твоей жизни будет вот так, вот так и вот так, потому что это для тебя хорошо, я бы не стал на себя такую ответственность брать.

Случай, который научил сразу, резко многим полезным вещам. Это был клиент, мы с женой вдвоем с ним работали, общий был клиент. Делали так называемое двойное наведение. Мы потом с вами будем делать, очень мощная штука, когда с одним клиентом работают два терапевта, одновременно. Это к техникам замешательства относится. Молодой парень какой-то кавказской национальности. Естественно, для меня национальность клиента роли никакой не играет, но это было важно в связи с предъявленной проблемой. Проблема была такая, он заявил, что он голубой, и что он стесняется сказать об этом маме. А для них это вообще позор ужасный, позор на всю семью. Парню 17 лет и очень быстро в беседе выяснилось, что он вообще девственник. У него вообще нет никакого сексуального опыта, ни с мужчинами, ни с женщинами. Откуда он знает, что он голубой? С чего он это взял? Мозг психолога порождает гипотезы, как печень порождает желчь, автоматически выделяет. Изощренный мозг психолога выделяет гипотезу, у мальчика страх первого сексуального контакта, он придумал себе, что он голубой, это позволяет не проявлять активность с женщинами. А, понятно, будем мальчика ставить на правильные сексуальные рельсы. В трансе мы ему описывали все психосексуальное становление мужчины: мальчик, подросток, юноша, мужчина. Описывали механизм полового акта, все те замечательные ощущения, которые при этом возникают. В общем, развлеклись на всю катушку. Проделали массу полезной работы и расстались довольные друг другом. Через год звонок: «Здравствуйте, это такой-то, такой-то, вы меня помните?» «Помним». «У меня есть двоюродный брат, у него проблемы (другие совершенно, там с бизнесом что-то связано), мне бы хотелось, чтобы вы его приняли, что бы вы ему помогли. Так, как вы помогли мне. Вы мне так помогли, я вам так благодарен. У меня все хорошо, я голубой, я признался маме, мама приняла и поддержала, я нашел себе партнера, у меня есть друзья, у меня есть круг общения, я абсолютно счастлив, спасибо вам большое». «Пожалуйста, фирма веников не вяжет». Но это был шок конечно. Это оказалось действительно его психосексуальная ориентация. Он как-то это почувствовал. Ни кто же до сих пор не знает, откуда это берется. Есть определенный процент, причем у животных тоже есть, может быть, генетическое нарушение какое-то. Если бы мы с ним работали в жесткой авторитарной манере традиционного гипноза с явными прямыми внушениями, я думаю, что мы бы ему создали невроз, может быть более сильный, чем тот который только зарождался. Но, поскольку это мягкая манера, поскольку это косвенные внушения, поскольку предоставляется большое поле свободы клиенту. Мы же недаром говорим: «Из всего того, что я говорю, твое бессознательное может отобрать то, что необходимо, использовать это оптимальным для тебя образом, и отбросить и забыть все остальное». Как оно там у него в голове трансформировалось, то, что мы делали, Бог весть. Но как-то он сумел это переработать, обратить себе на пользу, толчок какой-то был дан, он начал проявлять активность в нужном для него направлении.

Я помню, как один клиент ко мне ходил, и у него была еще какая-то учительница, дама экстрасенс. Мы с ним сеанс провели, он ко мне приходит на другой сеанс и говорит: «Михаил Романович, Вы мне, что за куб-то всадили? Я пришел к учительнице, к экстрасенсу, она посмотрела третьим глазом, и говорит: «Слушай, а у тебя куб внутри, ты к кому ходишь?» Я говорю: «Видите ли, когда возводят здание, или когда ремонтируют здание, вокруг него возводят леса, потому что это удобно, удобно материалы подавать, рабочим ходить, а потом, когда все работы закончены, леса разбирают». Он говорит: «А так это временно?» Метафора, рефрейминг, какой куб? Не знаю, я не видел.

  1. Явное прямое внушение очень легко парировать. Любое внушение может быть принято или не принято, но когда тебе дают явное прямое его видно, оно откровенное. Его очень легко отбросить. Внутренне говорим: «Нет». И не работает. Или как Хосе Сильва советует, тоже очень хороший прием: «Стерто, стерто», про себя говорим и не работает.
  2. Явное прямое внушение по форме авторитарно. Это по форме фактически приказ: «Будет так». Оно очень часто вызывает сопротивление. Сила действия равна силе противодействия. Чем больше давишь, тем больше тебе сопротивляются, чем меньше давишь, тем меньше сопротивляются.

Дело в том, что нужно учитывать культурно-исторический контекст. Когда гипноз зарождался и процветал, во Франции, в начале 20 столетия, его практиковали врачи, люди культурные, образованные, которые стоят на голову выше толпы, которая вообще не понимала языка, на котором они говорят. Каждое слово на вес золота. Это работало, это было нормально. Если бы они тогда начали работать, так как мы сейчас работаем, я думаю, ни кто просто не понял бы что происходит: «Я не знаю, может быть, может завтра, а может быть послезавтра».

Мне знакомый рассказывал, он с алкоголиками работает, кодированием занимается. Он попробовал ввести элементы э.г. Говорит: «Работаю с алкоголиком: «Я не знаю, когда ты перестанешь пить, может быть, это произойдет во вторник, может быть в четверг, может быть в среду, я не исключаю субботы, хотя подходящим днем является так же и понедельник, но в воскресенье это тоже возможно». Один из видов косвенного внушения. Этот алкоголик ему говорит: «Доктор, не томи, скажи когда».

Эриксон говорил, что он работает авторитарно и даже очень авторитарно с крайне неуверенными в себе людьми, т.е. с людьми, которые как бы запрашивают такое к себе отношение.

А, поскольку потом развивалась демократия, равенство, свобода личности и т.д., то все больше и больше это стало отвергаться и отбрасываться. В демократических обществах, явное прямое внушение работает очень плохо. Мне один американец говорил: «Сказать американцу: «Делай так…», означает только одно, вот так делать он не будет». Потому что тогда кончается свобода личности. У нас, учитывая 70 лет советской власти, все еще очень много людей, с которыми прекрасно будет проходить авторитарный гипноз и явные прямые внушения. Поэтому люди работают и получают результат. В Китае, где в традициях, в культуре, почитание старшего, старшего по возрасту, старшего по статусу, и, кроме того, там вообще социализм, я думаю, там тоже будет очень хорошо это все идти. Учитывать культурно-исторический фон, учитывать с кем работаешь.

Известный эриксоновский терапевт, ученик Эриксона, Джефри Зейг говорит: «Я начинаю работать прямо, если я вижу, что это не срабатывает, я перехожу к более косвенным методам». С одной стороны, это может сэкономить массу времени и сил. Ты начал работать прямо, это сработало, все, ни каких проблем. С другой стороны, если ты начал работать прямо, это не сработало, ты создал себе проблему. Контакт разорван, сопротивление, значит теперь нужно восстанавливать контакт, нужно обходить сопротивление.

Я предпочитаю прямо наоборот поступать. Я начинаю работать косвенно и даже очень косвенно. И только когда я лучше знаю человека, когда я знаю его трансы, когда я знаю тип его реакции на меня и на мои внушения, тогда иногда я могу себе позволить работать более прямо. Если я почти уверен, что это будет принято. Маленькая доля сомнения всегда остается, но все-таки очень большая вероятность того, что это будет принято. А с кем-то это нельзя себе позволять ни при какой погоде. Например.

Была клиентка у меня, мы с ней работали над снижением веса. Поработали, поработали, лето, летние каникулы, мы расстались до осени. Осенью она пришла, все хорошо, результат достигнут, стройненькая, хорошая фигурка, замечательно. Предъявляется другая проблема. Теперь ее не устраивает качество ее сексуальных ощущений. Лишний вес – это часто такая сексуальная защита, чтобы не быть сексуально привлекательной. Теперь она сексуально привлекательна, теперь ее не устраивает качество ее сексуальных ощущений, она хочет их повысить, сделать более яркими, более острыми. Я часто ввожу в свои сеансы цигунские энергетические техники. И на этом сеансе, я ее попросил представить себе, что у нее в животе находится горячий красный шар. Имея в виду, что на следующем сеансе, мы его опустим в половые органы и там определенным образом поманипулируем. У нее идеодинамика потрясающая. Ей достаточно что-нибудь себе представить, чтобы это заработало почти сразу. Чем она успешно пользуется, чтобы создавать себе проблемы. Т.е. механизм отлажен, его нужно просто повернуть на 180 градусов в позитивную сторону. Проходит два дня, звонок: «Мне нужно срочно с вами увидеться». «Хорошо, приходи». Прибегает, круги под глазами. «Михаил Романович, я не спала две ночи». «Что случилось?» «Да Вы мне прошлый раз сказали, что бы я представила себе шар в животе». «Ну, сказал». «И я его представила». «Хорошо». «И я его почувствовала». «Ну, и что?» «И, теперь мне кажется, что у меня в животе опухоль. Я две ночи не спала, сделайте что-нибудь». «Так, прошлый раз я просил Вас представить, что у вас в животе горячий красный шар». «Да». «И Вы его представили». «Да». «И Вы его почувствовали». «Да». «И теперь Вам кажется, что у вас в животе опухоль». «Да». «И Вы из-за этого две ночи не спали». «Да». М.Р. понижает тон голоса: «Дай сюда. Нет его». «Спасибо». Но это с ней. А с другим позволишь себе такое, он скажет: «У Вас что, крыша поехала?» Я знаю, что с ней это, скорее всего, пройдет. А, кроме того, это очень прямое воздействие на самом деле косвенно подготовлено. Был использован один из видов косвенного внушения. Я ее несколько раз заставил сказать «Да».

Следующий вид прямых внушений

2. Прямое закамуфлированное внушение.

Т.е. замаскированное, по-русски говоря. Жан Годен в своей книжке «Новый гипноз», которую он гордо называл «Циркулярная книга», потому что ее можно читать без конца, построена по словарному типу, каждая статья отсылает к десятку других статей, следующим образом определял прямое закамуфлированное внушение: «В той мере, в какой клиенту не говорят прямо, что он не будет больше страдать, можно говорить о прямом закамуфлированном внушении». (Нет необходимости записывать, вы можете взять книжку и прочитать. Сейчас было сделано косвенное внушение, какое? Это внушение записывать.) Что это значит? Сейчас боль уйдет. Сейчас боль прекратится. Больше болеть не будет. Это явное прямое, мы ему прямо говорим, что он больше не будет страдать.

Обретите приятное воспоминание. Обретите те ощущения, те хорошие, комфортные ощущения, которые Вы испытываете в этом приятном месте. Через некоторое время эти приятные, комфортные ощущения, заменят собой менее приятные и менее комфортные ощущения. Это по-прежнему прямое внушение, мы прямо говорим, что будет происходить. Но мы ему не говорим, что он перестанет страдать. Мы говорим, что эти приятные ощущения заменят собой, не неприятные и дискомфортные, а менее приятные менее комфортные ощущения.

Беккио и Жюслен в своей маленькой книжечке «Новый гипноз» предлагают другое определение прямого закамуфлированного внушения. Нечто предлагается открыто, но вместе с тем это закамуфлировано, поскольку часть его, желаемая реакция (то, что мы хотели бы, чтобы произошло) скрыта и будет исходить от самого клиента. Что именно должно произойти, открыто не указывается. Т.е. это его приятные и комфортные ощущения, это от него исходит. Или можно сказать так, если в явном прямом внушении речь идет о подчинении внушению, здесь нужно подчиниться. Когда люди говорят: «Меня гипноз не берет, я гипнозу не поддаюсь», имеется в виду явное прямое внушение. Ему дают явное прямое внушение, т.е. приказ, а он отказывается ему подчиниться и с гордостью говорит о том, что гипноз на него не действует. А в прямом закамуфлированном внушении речь идет об обучении особого типа. Нужно научиться позволять этому происходить.

Прямое закамуфлированное принимается легче и вызывает меньше сопротивления.

Позволь себе расслабиться.

И когда Ваша рука опустится, Ваше бессознательное позволит телу сделать глубокий вдох, и глаза откроются и можно будет вернуться в обычное состояние. Много диссоциации.

Когда произойдет то-то и то-то можно будет сделать глубокий вдох и открыть глаза.

И еще один подвид прямых внушений входит сюда. Хочу рекомендовать вашему вниманию.

3. Постгипнотическое внушение.

Это не значит, что оно делается после гипноза, как некоторые думают. Оно делается в гипнозе, но  выполняется, реализуется потом, после сеанса гипноза, через какое-то время.

В ближайшее дни, Ваше бессознательное может найти решение этой проблемы.

В одну из ближайших ночей Вы можете увидеть сон, который поможет Вам в решении Вашей проблемы.

Инструкция на самогипноз – это типичное постгипнотическое внушение.

Вам будет очень легко и просто самостоятельно войти в это приятное и комфортное состояние.

Для этого вам достаточно будет вспомнить, как Вы сидели рядом со мной, вспомнить те слова, с которыми я к Вам обращалась, вспомнить те образы и ощущения, которые приходили и Вы легко и быстро войдете в это состояние.

Когда дети Эриксона спрашивали отца: «Пап, а почему твои пациенты выполняют твои дурацкие предписания?» Первая книжка про М. Эриксона называлась «Необычайная психотерапия». Никто так не делал. Он им ответил: «Потому что я выгляжу уверенно, говорю уверенно, действую уверенно, им в голову не приходит, что их можно не выполнить». Но, он им еще не сказал, почему-то, что эти предписания в трансе давались, это были постгипнотические внушения, что естественно повышает вероятность того, что они будут приняты и выполнены.

То, как я привык завершать свои сеансы, это тоже типичное постгипнотическое внушение.

Эта работа будет продолжаться за пределами этого транса (сеанса): ночью, когда Вы спите, днем, когда Вы бодрствуете и заняты своими делами, в других трансах, если Вы будете в них входить, 24 часа в сутки, часы, дни, столько, сколько необходимо. Дается сейчас, выполняется потом.

Якорь создается сочетанием двух раздражителей слово и состояние. Можно назвать якорь внушением или наоборот.

Настолько эриксонианцы привыкли к тому, что прямое внушение это плохо, что пренебрегают всеми прямыми и постгипнотическим в том числе. И совершенно напрасно. Постгипнотическое внушение – это великолепный инструмент, который прекрасно работает и дает очень хороший результат. Но, оно по своей природе относится к прямым. А как иначе скажешь, что будет происходить вот это, вот это и вот это? Нелегко. Им нужно пользоваться.

Можно делать постгипнотическое внушение на ре-индукцию (повторное вхождение в транс). Очень хорошо работает. Мы знаем, что можно делать ре-индукцию каталепсией. Ничего не говоря просто руку поднимаем, человек входит в транс. Это можно еще усилить постгипнотическим внушением на ре-индукцию. Я поднимаю ему руку и говорю:

Каждый раз, когда я вот так подниму твою руку, ты будешь быстро входить в глубокий транс.

Но, это занятие приучает очень внимательно относиться к речи, чужой, особенно к своей. Чтобы понимать, какие послания на самом деле ты транслируешь. И стараться формулировать внушения так, чтобы повысить вероятность их принятия. В такой формулировке внушение может быть не принято, оно может быть отброшено. Почему? Оно может быть воспринято как потенциально опасное, оно угрозу в себе несет. И эти нюансы начинаешь для себя слышать и различать. А если мы в гостях где-нибудь встретимся, и я решу поразвлечь народ и вот так подниму его руку? Что, входить в транс? А если в городе он будет стоять на остановке троллейбусной, а я подойду и подниму руку? Входить в глубокий транс? Слишком широкий контекст. Его можно ограничить и тогда больше вероятность, что внушение будет принято.

Каждый раз, когда я вот так подниму твою руку, ты будешь быстро входить в глубокий транс.

Это будет работать (это будет справедливо) только для нашей терапевтической  работы.

Для удобства нашей дальнейшей совместной работы, мы можем договориться, что каждый раз, когда я вот так подниму твою руку, ты будешь быстро входить в глубокий транс.

Каждый раз, когда я вот так подниму твою руку, ты будешь быстро входить в глубокий транс, и это будет работать только в этом кабинете. Но учтите, что в соседнем кабинете уже не будет работать. Если ваш кабинет занят, и вы пошли в соседний, это уже не работает.

Можно заручиться согласим. Это очень повышает вероятность принятия, т.е. фактически он его уже принимает.

Для удобства нашей совместной работы, каждый раз, когда я вот так подниму твою руку, ты будешь быстро входить в глубокий транс.

Тебе это подходит? Кивни головой, да или нет. Ты это сделаешь? Если он принял, все, в следующий раз это будет работать, мгновенный транс.

Это не обязательно каталепсия. Человек иногда спонтанно выходит из транса. Когда человек говорит в трансе, он часто выходит на более поверхностный уровень. Т.е. достаточно часто возникает необходимость углубить транс по ходу сеанса. Каждый раз его за руку дергать, это не рычаг все-таки. Я люблю такой поставить якорь.

Для удобства нашей дальнейшей совместной работы, мы можем договориться, что каждый раз, когда я вот так прикоснусь к твоему запястью, транс будет углубляться.

Это можно потом использовать для наведения, он сел, начали с ним разговаривать, прикоснулся. И по ходу сеанса, когда видишь, что выходит на более поверхностный уровень или из каких-то соображений нужно углубить транс, делаешь. Можно несколько раз подряд. Просто видно как с каждым прикосновением уходит глубже, глубже.

Эстрадные гипнотизеры любят использовать экзотические постгипнотические внушения на ре-индукцию. Когда я в следующий раз вот так щелкну пальцами, вы мгновенно уснете. Но сигнал должен быть точно такой же. Потому что если будет другой, то он не сработает. Они оперируют терминами «уснете», «разбужу», а мы «войдете в транс», «выйдете из транса».

Скоро я выведу Вас из транса, и мы поговорим, (М.Р. одновременно со словами роняет ручку) а потом я уроню ручку, и Вы мгновенно войдете в транс.

Скоро я выведу тебя из транса, и мы поговорим, а потом я неожиданно для тебя обращусь к тебе по имени, Даша, и твои глаза закроются, и ты мгновенно войдешь в глубокий транс.

Скоро я выведу тебя из транса, и мы поговорим, а потом в какой-то момент, может быть даже незаметно для тебя, я возьмусь своей правой рукой за мочку своего правого уха, ты закроешь глаза и войдешь в глубокий транс.

Эриксон очень много внимания уделял постгипнотическим внушениям, он анализировал их раработу. Он показал что для того, чтобы реализовать постгипнотическое внушение человек входит в спонтанный самонаведенный транс. Т.е. они выполняются все равно в гипнозе, но в самонаведенном. Он сам входит в транс, чтобы выполнить постгипнотическое внушение.

Сколько сохраняется постгипнотическое внушение? По-разному. Самый большой срок, описанный в литературе это толи 14, толи 17 лет. Через 14 лет сработало постгипнотическое внушение. Но это не обязательно. Во всяком случае, от сеанса к сеансу на протяжении недели, месяца. Когда мы даем постгипнотические внушения терапевтические, позитивные, которые идут в направлении развития клиента, много шансов, что они будут приняты.

Лучше, если произнося внушение, одновременно проделывается соответствующее действие. Но можно ограничиться просто описанием.

Скоро я выведу тебя из транса, и мы с тобой поговорим, и на стуле будет лежать мой диктофон, а потом я стряхну его на пол, когда он упадет, ты сразу войдешь в глубокий транс.

Самое оригинальное постгипнотическое внушение на ре-индукцию, которое я слышал, было такое:

«Каждый раз, когда я хрюкну (М.Р. хрюкает), ты будешь входить в транс все глубже и глубже». И по ходу сеанса человек периодически хрюкает, клиент хохочет и входит в транс все глубже и глубже.

Хорошо, перерыв.

Упр. № 3. «Прямое постгипнотическое внушение на ре-индукцию».

Сейчас после перерыва попрактикуетесь в парах. Поскольку это учебный процесс, поскольку мы и так знаем, что каталепсия дает ре-индукцию, сейчас можно дать волю своему воображению и попробовать разные экзотические сигналы, аудиальные кинестетические, визуальные, неважно какие. Вы вводите человека в транс, проводите ему небольшой сеанс, по ходу сеанса даете ему постгипнотическое внушение на ре-индукцию. Через некоторое время я выведу тебя из транса, мы поговорим, а потом произойдет то-то и то-то или я сделаю то-то и то-то, и ты мгновенно войдешь в глубокий транс.

Что при этом может происходить? Это по-разному. Иногда в отдельных случаях это очень зрелищно, человек спотыкается на полуслове, закрывает глаза и действительно входит в глубокий транс. Но это не всегда так. Достаточно часто идет как бы такой легкий сбой. Если человек говорил, то он спотыкается немножко в разговоре, он теряет нить мысли, если он не говорил, ну просто видно, глаза затуманиваются, сбой идет психических процессов.

Это можно подхватить и развить дальше, т.е. перейти к более традиционному наведению. И можно просто закрыть глаза и ни о чем не думать… Если ничего этого не делать, если это не утилизировать, тогда это просто проходит и человек возвращается к своему обычному нормальному функционированию.

Субъективно это тоже ощущается часто как некоторый сбой такой. Что такое, о чем мы говорили только что? Что-то там немножко заклинило. Если это не поддерживается и не развивается, то это проходит. Понятно, что делаем? Минут 15-20 в каждую сторону.

Обратная связь.

Заканчиваем.

Хорошо, сделали. Поделитесь впечатлениями не только друг с другом, а со всеми. Народу много поэтому мы не можем по кругу всем дать высказаться, так что давайте сами. Какие сигналы использовали, и как это сработало, и что получилось? Что было, когда вы их задействовали? Что субъективно чувствовали как клиенты? Давайте послушаем друг друга.

… Есть такое мнение, что иногда клиент уходит в глубокий транс, для того, чтобы избежать терапевтической работы.

… Я вспомнил забавный случай, когда сработало явное прямое внушение. Есть такой американский гипнотерапевт Джонет Джед. Он рассказывал, он курил, решил бросить курить и обратился к своему терапевту. И тот его ввел в гипноз, и дал ему явное прямое внушение: «Ты забудешь, что такое сигарета». И оно сработало. А его жена тоже курила. Он приходит, потом к терапевту и говорит: «Доктор, я Вам такое про свою жену расскажу, не поверите. Она берет вот такого размера палочку из тонкой бумаги набитой мелко порезанной травой, засовывает в рот. Но это еще что, дальше, что она делает. Она ее зажигает с одного конца. Она вспыхивает, и гаснет, но не совсем, он тлеет этот кончик. И она другой конец себе в рот вставляет, этот дым через эту трубочку в себя втягивает, а потом выпускает, это вообще, с ума сойти». Я его спрашиваю: «Сколько ты не знал, что такое сигарета?» Он говорит: «Восемь месяцев». Он видел людей, которые занимаются чем-то абсолютно невообразимым и непонятным. Он говорит: «Потом я вспомнил, что такое сигарета, но восьми месяцев хватило, чтобы отвыкнуть от курения».

 

II. Косвенные внушения.

Давайте приступим к косвенным внушениям. Эриксонианцев часто обвиняют в том, что они манипуляторы. Говорят: «Вы манипулируете людьми». Так и есть. Каждое косвенное внушение – это манипуляция. Забросить идею в голову в обход сознательного контроля, чтобы человек не понимал, какая идея ему забрасывается в голову. Конечно это манипуляция.

Как всегда, вопрос в том, с какой целью это делается. Когда это делают с позитивной терапевтической целью, это, наверное, допустимо.

Кроме того, мы верим в позитивную силу и направленность бессознательного.

И мы верим в то, что любое внушение, хоть прямое, хоть косвенное может быть принято и не принято. Явное прямое на уровне сознания отбрасывается, косвенное сложнее процесс, на другом уровне все происходит, но все равно. То, что ты вот это произнес, вовсе не означает автоматически, что это будет выполняться. Это будет происходить и выполняться, если это будет принято не на уровне сознания, на другом уровне.

1. Последовательность принятия.

По-английски – «ес сет». Прием, который заключается в том, что мы даем несколько высказываний, с которыми человек не может не согласиться. Несколько высказываний, на которые человек как бы внутренне обязательно ответит «Да».

В этом названии английском ес сет, два смысла. И один из них в русском названии сохранился, а другой начисто пропал. Это можно перевести как «Совокупность «Да». «Сет» – совокупность. Этот смысл сохранился, последовательность принятия.

Но, кроме того «сет» – это еще и установка, установка на «Да». В русском названии этот смысл полностью испарился, а он важен. Потому что если человек, отвечает несколько раз, он не говорит, а как бы отвечает: «Да, да, да, да», – у него создается внутренняя установка на согласие. Установка отвечать «Да». Как мы знаем, еще с экспериментов Узнадзе с установкой, установка обладает инерцией, ее не возможно сразу изменить на противоположную. Это как тормозной путь у автомобиля, ты нажал на тормоз, но тебя еще некоторое время протащит в этом направлении. И установка тебя еще некоторое время психологически протащит в этом направлении. Сразу невозможно заменить.

Несколько дается предложений, а если их еще и союзом соединить, обычно союз «и» используется, то еще лучше работает.

Вы сидите рядом со мной, Да.

и Вы ощущаете атмосферу этой комнаты, Да.

и Вы слышите мой голос, Да.

и Вы проделываете определенную работу в трансе. Да.

Вы знаете этот прием, отсроченная реклама. Сначала тебя интригуют долго, «Что такое золотое?», оказывается это пиво. «Умом Россию не понять», – месяц весело, теперь вторая часть появилась: «Зато можно попробовать», оказывается это реклама минеральной воды.

Видел рекламу: «Путин – наш президент, Плисецкая – наша легенда, Данила – наш брат». Как раз фильм «Брат» вышел. Понятно, что тебе собираются что-то втюхать, что пока не известно, это последовательность принятия. Через месяц появляется еще одна строчка снизу: «Путин – наш президент, Плисецкая – наша легенда, Данила – наш брат, «Комсомольская правда» – наша газета». Это не значит, что ты побежишь покупать «Комсомольскую правду», сразу, конечно нет. Это значит, что когда-нибудь, когда вы прочно обо всем этом забудете, и будете куда-нибудь лететь в самолете, и по проходу будет ехать стюардесса с тележкой с разными газетами, где будет 5-6 газет на выбор, вы возьмете «Комсомольскую правду». Потому, что там больше информации, или потому что она более объективно освещает события, или потому что-то ностальгическое в ком-то всколыхнулось, или просто, вот хочу эту. Потому что когда-то это было предъявлено. Так косвенные внушения работают.

Вы помните наведение наше, с которого мы начинали осваивать гипноз:

Вы можете слышать звуки, которые нас окружают. Да.

И Вы можете ощутить положение своего тела на этом стуле, контакт с сиденьем стула. Да.

И Вы можете ощутить, как ступни ног давят на пол. Да.

И Вы можете ощутить, как кисти рук лежат на ногах. Да.

И он еще каждый раз убеждается в том, какой я правдивый человек, все время правду говорю.

И Вы можете ощутить, как прилегает к телу одежда. Да.

И в некоторых местах это ощущение более отчетливо, чем в других. Да.

И Вы можете ощутить свое дыхание, как воздух входит (на его вдохе), и выходит (на его выдохе). Да.

И я вам объяснял, что мы сначала фиксируем внимание на чем-то внешнем, а потом постепенно, поэтапно переводим его вовнутрь. Это правда. Но, правда также и то, что это косвенное внушение по типу последовательность принятия. Очень часто два в одном флаконе, три в одном флаконе.

И через несколько мгновений, я попрошу Вас, отправиться на поиски приятного воспоминания. Да.

Там очень много не опровергаемых утверждений, абсолютно истинных.

Внушения нужно знать все. Но, положа руку на сердце, мало кто использует все. Борец знает все приемы своей борьбы, на практике использует 4-6. Есть один, коронный, который отработан с блеском, на который если попался, то все, можно уносить. Здесь, то же самое. Обычно формируется какой-то небольшой набор из косвенных внушений, которые у человека почему-то лучше получаются, или как-то хорошо идут, или нравятся ему почему-то. А есть любимые косвенные внушения. Последовательность принятия почему-то редко попадает в любимых. Не очень много внимания ей обычно народ уделяет, напрасно.

Я помню одного человека, у которого это элитное было внушение. Очень ему понравилось, он им пользовался активно, говорил, что осечки не было ни разу. Ни какого отношения, ни к психологии, ни к психотерапии не имел. Это был зам. начальника автобазы из города Питера. Зачем он сюда приехал, зачем он изучал гипноз? Это осталось загадкой для всех. Но он делился, потом, как он это использовал. Надо чтобы слесарь остался и поработал сверхурочно. Он к нему подходит и говорит: «Петрович, мы с тобой на этой базе оттрубили 30 лет, мы друг друга знаем как облупленных, ты классный мастер, у тебя золотые руки, тебя все уважают, когда надо было выручить, ты всегда выручал, сегодня надо выручить». Все, на ночь остается. Но еще учтите, что это все на позитиве строится. Если бы он ему сказал: «Петрович, ты старый алкаш, какую работу не поручишь, ты всегда запорешь, хоть сегодня то…». Это тоже правда, но вряд ли бы сработало. Он его приподнимает еще все время, помимо того, что это последовательность принятия.

Вот этот случай с шаром в животе. Воздействие прямое до наглости. Но была же использована последовательность принятия. Вот она мне все это выложила, и я ей обратно возвращаю. «Так, прошлый раз я просил Вас представить, что у Вас в животе горячий красный шар». «Да». «И Вы его представили». «Да». «И Вы его почувствовали». «Да». «И Вам показалось, что у вас в животе опухоль». «Да». «И Вы из-за этого две ночи не спали». «Да». Но это с ней. 5 «да» подряд, она вслух соглашается с тем, что я говорю и делаю. «Дай сюда, нет его». Очень трудно развернуться сразу в другую сторону. «Да».

У О, Генри был такой герой Джек Питерс, благородный жулик, который говорил: «Никогда ничего нельзя отнимать у человека даром, надо всегда что-нибудь дать взамен». Был глубоко прав. Даже если это симптом.

Они простые все, косвенные внушения, но они просто требуют отработки навыка. Как отрабатывать? Наши техники, техники коммуникативные. Это техники общения. Гипноз иногда определяют как эффективное общение. Это все работает как в трансе, так и без транса. В обычном повседневном общении это все работает. Можно тренироваться и отрабатывать на клиентах в трансе, а можно тренироваться в обычном повседневном общении и смотреть, что получается. Как тренироваться? Берешь какое-то одно косвенное внушение и его используешь, где только можно, где-то неделю примерно. Потом отпускаешь его, это встает на автомат, это получается само собой. Потом другое точно так же, потом третье. Потом, через какое-то время, берешь книжечку Беккио и Жюслена, открываешь список косвенных внушений, смотришь, это делаю, это делаю, о, про это вообще забыл, что оно есть на белом свете. Берешь его и сознательно его делаешь какое-то время, потом отпускаешь. А потом просто об этом не думаешь, оно идет само собой.

В НЛП это называется «Формула 4+1», это чисто тренировочное упражнение, кто сказал, что должно быть 4 истинных утверждения и одно внушение.

2. Импликация.

В НЛП – пресуппозиция, а если сказать по-русски – подразумевание.

За состоявшееся выдается действие, которое может произойти.

Я однажды выписал из Эриксрна и Росси цитату и повесил ее себе над письменным столом, чтобы она у меня болталась перед носом. Она несколько месяцев болталась, а потом куда-то исчезла, на основании чего я решил, что я ее усвоил. «Каждая фраза что-то подразумевает, и этими подразумеваниями передается важное сообщение».

Суть импликации заключается в том, что то, что хотят внушить упоминается как нечто само собой разумеющееся, нечто не подлежащее ни какому обсуждению. И оно проскакивает незамеченным, потому что внимание обращается на другое. Послание прошло. Идея занесена.

Когда Вы поймете, как действует импликация, вам будет намного легче работать. В этой фразе содержится импликация, т.е. внушение. Что внушается? Что вы поймете. Явно, видно: «Вам будет легче работать», а внушается косвенно, что вы поймете, как действует импликация. Не говорится: «Если Вы поймете», «Когда вы поймете», т.е. это никакому обсуждению не подлежит.

Я роскошную импликацию видел. Когда в каком-нибудь присутственном месте есть растения какие-то, цветы, от них все время отсчипывают, кто черешочек, кто череночек, кто листик, дома посадить, развести. Был в одной московской больнице, длинные коридоры, подоконники сплошь заставлены всякой зеленой растительностью абсолютно нетронутой, девственный лес. А на торцах подоконника, через равные промежутки отпечатанная на принтере надпись: «Цветы, принесенные из больницы, приносят несчастье». Это импликация. Цветы никто не трогает.

Хороший источник косвенных внушений, это Карлсон, который живет на крыше. Обращаясь к фру Фрейкинбок, он говорит: «Отвечай быстро, честно, не задумываясь, ты уже перестала пить коньяк по утрам?» Да или нет. Чтобы она не ответила, она попадается на импликацию, что она пила коньяк по утрам.

В одном из номеров Петросяна есть изумительная импликация. На приеме у врача, врач пациенту говорит: «У вашей матери, кроме вас, выкидыши были?» Любой ответ: «Да» или «Нет» и он признает, что он выкидыш.

Кто-то из наших писателей юмористов рассказывал, что он записки получает во время выступления: «Скажите, пожалуйста, вы садитесь за рабочий стол днем, вечером или трезвый?»

Во время нашей встречи на следующей неделе Вы увидите, что… Что внушается? Что будет встреча на следующей неделе.

Когда одна из дочерей Эриксона вернулась от ортодонта, ей поставили брекеты, дуги. Он ее увидел и воскликнул:

«Боже мой, какая кошмарная штука у тебя во рту, тебе понадобится не меньше месяца, чтобы к этому привыкнуть». Две вещи сделал: первая – подстройка. Обычная реакция взрослого: «Ну что ты, деточка, это совсем не заметно, это не видно ничего». Сейчас, она же чувствует, это же рот распирает, это торчит на километр. «Боже мой, какая кошмарная штука у тебя во рту», все, рядом встали. Он показал, что он понимает проблему. «Тебе понадобится не меньше месяца, чтобы к этому привыкнуть». Ты привыкнешь и указан срок, месяц.

Эриксон:

Не входите в гипноз, пока не устроитесь удобно на этом кресле. Когда устроитесь, входите в гипноз, это подразумевается, не произносится, не озвучивается.

О,Хендлан приводит пример импликации. Лектору на лекции задают вопрос: «Скажите, пожалуйста, почему инопланетяне прилетают на землю в таком большом количестве?» Если он примется объяснять, почему в таком большом, или не в таком большом, он попался на импликацию. Его не спрашивают: «Прилетают или нет?». «Почему они прилетают в таком большом количестве?» Это неоспоримый факт.

Эриксон работал с женщиной, которая думала, что она не красива. Разубеждать бесполезно. Есть такой феномен, описанный Фестингером, который называется «Когнитивный диссонанс». У человека есть определенные установки, та информация, которая соответствует этим установкам, принимается, та, которая не соответствует, отбрасывается, даже если она истинная. Если человек считает себя неудачником, если он считает, что у него ничего не получается, то ту информацию, которая говорит о том, что у него что-то получилось, он отбрасывает. «Это случайно, это кто-то другой сделал». Вместо того чтобы разубеждать, он ей рассказывает историю про одно африканское племя, женщины которого украшают себя тем, что в нижнюю губу втыкают заостренную проволочку, на которую навешивают грузики. И под тяжестью грузиков нижняя губа растягивается, ниже и ниже. Чем ниже отвисает губа, тем красивее женщина. У первой красавицы племени нижняя губа свисает ниже подбородка. Естественно, внимание полностью зафиксировано такой историей. И совершенно не замеченной проходит фраза:

«И мужчины этого племени были бы очень удивлены, если бы они узнали, что американские мужчины считают такие губы как у Вас красивыми». Прошло послание: «У Вас красивые губы». Но это подразумевается, оно косвенно прошло. Потому что сказать ей впрямую: «У Вас красивые губы», она это отбросит.

Я работал в одной школе школьным психологом, сидели в учительской, болтали, одна учительница говорит: «Я с детства считала себя некрасивой». Я моментально вспомнил эту историю и говорю: «И когда Вы поняли, что Вы ошибались?» Это импликация. Если она вспомнит, когда поняла что ошибалась, она принимает это послание.

Отрывок из наведения Эриксона:

Как Вы думаете, когда Ваши глаза закроются? Обращается к пациенту. Тот говорит: «Не знаю». До или после того, как рука притронется к лицу? Две импликации: «Глаза закроются, рука притронется к лицу».

Эриксону принадлежит мировой рекорд – самый короткий сеанс психотерапии в мире. (Кстати говоря, вы знаете самый короткий рассказ в истории мировой литературы?  Молодой человек сидел на бочке с порохом и курил. Покойному было 25 лет). Одна фраза. К нему привели, мы бы так сказали, подростка с отклоняющимся поведением. Он посмотрел на него и сказал:

«Я не знаю, как изменится твое поведение». Все. Что это значит? Поведение изменится, но я не знаю как. Это описано у Хейли в «Необычайной психотерапии». Когда читаешь эти вещи, они восхищают. Естественно, хочется повторить. Я повторил, неудачно. Я в этой школе отвечал за старшие классы. Там был один десятиклассник, такой обаятельный парень, васильковые глаза, пшеничные волосы. Совершенно неуправляемый неподконтрольный ни другим, ни себе. Я думаю: «Ну ладно подожди, устроим тебе Милтона Эриксона». Отловил в коридоре, проникновенно посмотрел в глаза и сказал: «Я не знаю, как изменится твое поведение». Он  улыбнулся своей обаятельной улыбкой и сказал: «А с чего Вы вообще взяли, что оно будет меняться?», и ушел. А я остался анализировать, почему у Эриксона получилось, а у меня нет. Ну, понятно, что он гений. Но я понял на самом деле почему. Сеанс был коротким, подготовка была длинная. Потому что мальчика везли из другого штата на машине, несколько часов к знаменитому на всю Америку доктору Эриксону. Когда его привезли, выяснилось, что доктор Эриксон на конференции, и им пришлось полтора часа подождать в коридоре. Когда их позвали, их ввели в зал, где амфитеатром располагались скамьи, на которых сидело много людей в белых халатах. А в центре амфитеатра сидел калека в инвалидном кресле. И когда мальчика на подгибающихся ножках подвели к калеке, калека пронзительно посмотрел на него и сказал: «Я не знаю, как изменится твое поведение». Напряжение психическое нарастало, нарастало, нарастало, и на пике было дано внушение, которое сработало.

Поэтому важная часть нашего искусства – это создание ожидания, или говорят структурирование ожидания. Чтобы человек ждал, хотел и надеялся. Чтобы не мы ему навязывали свою технику, чтобы он ждал, когда же, наконец.

У меня есть приятель, это его конек, он блестяще умеет создавать ожидание. Пользуется этим. У меня посттрансовая амнезия, поэтому я могу повторяться, я не помню, что рассказывал, что нет, если повторяюсь, просто останавливайте и все. Правда, у вас тоже амнезия. Он работал на фирме коммерческим директором, там у них был главный бухгалтер, у него была вредная привычка, он грыз ногти. Слухи ходят. Он говорит: «Слушай, ты чем-то там таким занимаешься, необычным, типа колдун». Он говорит: «Да, занимаюсь». «Может быть, можешь мне помочь?» Он говорит: «Могу». «Ну, помоги». «Не сейчас, потом». «Слушай, ну вот ты же говорил, ты можешь помочь, помоги» «Не сейчас, не сейчас, потом». Он его мурыжил два месяца. И потом в какой-то момент неожиданно для него сказал: «Сейчас. Сядь на стул. Закрой глаза. Войди в транс». Глубокий транс, внушение сработало.

Своей жене он ухитрился вылечить трофическую язву на ноге. Очень красиво. Она ее лечила, лечила, ничего не помогает. Он приходит вечером домой, говорит: «Слушай, сегодня ехал в метро, такой интересный разговор слышал, вот я стою, держусь за поручень, а подо мной прямо вот две женщины разговаривают. И одна другой жалуется: «Ты знаешь, вот у меня на ноге трофическая язва, и что только я не делала, ничего не помогает». А другая говорит: «Ой, я тебе скажу народный рецепт, вот я применила, у меня за месяц все прошло». И рассказала ей рецепт. Жена ему говорит: «Какой?» Он говорит: «Ты знаешь, забыл». Она его чуть не убила. Через месяц прошло.

С тещей и тестем что он вытворял. С Украины приехала теща. Что-то у нее там какие-то болячки. Она приехала под Рождество. Ночь под Рождество. Он говорит: «Вот есть такой старинный способ, который вот это вылечивает начисто. Это называется прочистка звездами. Но, это, к сожалению, редко можно использовать, потому что это можно использовать только один раз в году, это ночь под Рождество». Она говорит: «Ой, а ведь как раз сегодня ночь под Рождество». Он говорит: «Да, правда?» «Ну конечно, ну, давай сделаем». «Ну, ладно, хорошо. Но там есть часть подготовительная и часть основная. Основную часть нужно ровно в 12 часов, ровно в полночь провести, иначе работать не будет». Ну, хорошо. Он нарисовал звезды на полу, две звезды. Посадил ее на стул, поставил ногами в эти звезды, свечи зажег. Он мне рассказывал: «Периодически выбегал в соседнюю комнату и смеялся в подушку». Заранее припас лоскут красной материи, положил в верхний ящик шифоньера или комода. Без пяти двенадцать, он ей говорит: «А, ничего не получится!» Она говорит: «Почему?» «Я самое главное забыл, сидеть то нужно на куске красной материи». Они оба заметались по комнате, обнаружили в верхнем ящике шифоньера этот кусок красной материи, без одной минуты двенадцать он был положен на стул, она на него плюхнулась. Он говорит: «Ну, слава богу, успели, закрой глаза». Все, мгновенно глубокий транс, внушения. Теща естественно мужу рассказала. А потом приехал через месяц тесть в гости. Старый коммунист, который не верит ни в бога, ни в черта, вообще ни во что. И он понимает, что этот будет приставать со своими штучками то. А он ему скажет: «На кося, выкуси». А у тестя ноги болели. А он не пристает. А тесть приехал на месяц, а этот не пристает, и неделя прошла, и две недели прошло,  а он все не пристает, три недели прошло, не звука, и собственно говоря, уже завтра уезжать. Он все ждал, что к нему будут подкатываться с этими штучками колдовскими, а он даст достойный отпор. А к нему не подкатываются, и уже завтра уезжать, а все еще не подкатываются. И он, в конце концов, не выдержал, говорит: «Слушай, а ведь вот ты что-то умеешь, вот мне жена говорила». Он говорит: «Да, умею». – «Ну, сделай со мной». Как же он это обозвал? Ужасно как-то обозвал. Он говорит: «Идеомоторнодинамическо какое-то там знаешь?» Тесть говорит: «Нет». «Тогда смотри». И он ему сделал так называемое наведение монетой. (М.Р. достает монету и показывает). Берется монета, кладется на вытянутую руку. И человека просят поворачивать руку, но очень-очень медленно. И как мы знаем, когда произвольное движение выполняется очень медленно, оно очень быстро переходит в непроизвольное. Вот уже пошли толчковые движения, рывочками. Обычно дается внушение: «Когда монета упадет, ты закроешь глаза и войдешь в глубокий транс». «До завтра». Он ему положил рубль в руку, вот она у него, он поворачивает, поворачивает, и когда монета упала, он сказал: «Закрой глаза». Тесть остался сидеть в каталепсии, и он ему дал внушение на снижение боли в ногах, на снижение опухлости и т.д. А потом тесть вышел из транса, и говорит: «Слушай, можно я этот рубль с собой заберу?» – «Конечно». Структурируется ожидание, причем по-разному с разными людьми и на пике этой готовности дается внушение. Если наоборот навязывать: «Вот, я знаю один способ, давай сделаем, он тебе поможет». – «Нет, я не хочу». «Нет, давай сделаем». – «Да, отвяжись ты». «Нет, давай  сделаем». Вряд ли какой-то толк будет.

Завтра давайте продолжим про импликацию, а сейчас давайте завершим маленьким групповым трансом.

Групповой транс 1 дня «Позитивное внушение».

Можно отложить все, что у вас в руках, и сесть удобно и закрыть глаза. И можно вспомнить то, о чем мы говорили совсем недавно, о постгипнотических внушениях.

И вы можете подумать о том, что ребенок перед взрослым очень часто находится в состоянии транса. И что слова взрослого, оценки взрослого для ребенка очень важны. И слова взрослого, обращенные к ребенку, очень часто оказываются постгипнотическими внушениями, которые могут сработать годы и годы спустя.

И каждый из нас получил в детстве множество таких внушений. От родителей, родственников, воспитателей, учителей. И среди них были хорошие, удачные, позитивные внушения. Внушения о том, что у нас все получится, что мы вырастем, станем взрослыми, самостоятельными, будем делать все, что захотим, перед нами открывается огромный мир возможностей.

Но были и другие, негативные, ограничивающие внушения, которые мешают жизни, которые мешают достигать своих целей. Это были голоса других людей, которые сохранились как запись на магнитной пленке. И которая прокручивается вновь и вновь, и некоторые из них мы уже озвучиваем сами для себя своим голосом. И иногда нам даже кажется что это наше истинное представление о самих себе. Но это не так. Это просто записи на магнитной пленке, которые прокручиваются вновь и вновь.

И интересно, какие из этих негативных ограничивающих внушений сейчас всплывают в вашей памяти? Кто их делал? От каких из них вы бы хотели избавиться? Выберите из них одно, от которого вам бы хотелось избавиться в первую очередь. И избавьтесь от него. И для этого вы можете использовать образ. Можно представить себе как оно уходит, стирается.

Вы можете использовать любой подходящий для вас образ. Можно стереть запись на магнитной пленке. Или распылить или расплавить, или как-нибудь иначе избавиться от него, убрать. Пауза.

И когда вы это сделали, освободилось место, и вы можете подумать о том, чем бы вы хотели его заполнить. Каким позитивным внушением. Иногда это называют утверждение, аффермация. От первого лица: «Я…», и что-то очень позитивное. И вы можете сформулировать для себя это позитивное внушение или эту аффермацию. Пауза. Мысленно произнесите его. Пауза. Зафиксируйте его опять-таки с помощью образа. Его можно отлить в металле, высечь в камне.

И если хотите, вы можете выставить одну из рук в каталепсию, и мысленно сказать себе: «По мере того, как рука опускается, это позитивное утверждение или это позитивное высказывание фиксируется все больше и больше и становится частью меня самого, неотъемлемой частью, моей сутью». И дальше вы просто ни чего не делаете, отпускаете. Оно будет работать. И когда у тех, у кого рука находится в воздухе, она опустится, а у некоторых руки просто спокойно отдыхают на коленях. Когда ваше бессознательное хорошо усвоит это позитивное внушение, оно позволит телу сделать глубокий вдох, открыть глаза, чуть-чуть потянуться, и вернуться в обычное состояние, чувствуя себя хорошо и готовыми завершить свой сегодняшний вечер.

И аналогичную работу вы можете проделать самостоятельно в самогипнозе, с другими негативными внушениями, если они есть, если от них хочется избавиться.

Завтра в 10.

2 день 05.11.2005 г.

Доброе утро. Телефончики отключаем.

Пожалуйста, бейджики одевайте, у меня память хорошая, но все-таки не настолько, чтобы сразу всех запомнить.

Продолжим про импликацию.

Импликация может использоваться для того, чтобы вызывать различные гипнотические реакции, гипнотические феномены.

Интересно, какая рука начнет у Вас подниматься первой, левая или правая? Левитация. Рука начнет подниматься. Одновременно это еще и так называемая «двойная связка».

Возрастная регрессия.

Я не знаю, вернетесь ли Вы во времени в 6 класс, или в 5, или в 4, или еще раньше. Вы вернетесь назад во времени. Дается факт, не подлежащий ни какому обсуждению.

Я не знаю точно, какое сновидение выберет сегодня ночью Ваше бессознательное, чтобы помочь Вам разрешить Вашу проблему. Сегодня ночью ты увидишь сон, который поможет разрешить твою проблему.

Импликация может осуществляться в форме вопроса. Хотя вопрос является отдельной формой косвенных внушений, но об этом чуть позже.

1.Вопрос.

Насколько глубоко Вы бы хотели погрузиться в транс? Любой ответ.

Вы бы хотели погрузиться в транс сейчас или через пять минут?

Предпочитаете легкий транс, средний или глубокий? Абсолютно неважно, что он ответит, чтобы он не ответил, он принимает тот факт, что он войдет в транс.

У Эриксона в кабинете стояло два кресла, простое кресло и кресло-качалка. Он говорил:

Вы хотите погрузиться в транс, сидя на этом кресле, или на том? Одновременно и двойная связка.

Не всегда легко распознать импликацию. Мы знаем, что это такое, мы разобрали механизм, мы знаем, как это работает. Послушайте фразу.

Ваши собственные воспоминания, образы и чувства важны для Вас в этом состоянии.

Что подразумевается? Что есть особое состояние. Еще что? Импликация – тонкий инструмент. Воспоминания, образы и чувства – это все внутри. Т.е. то, что внутри важно, а все, что не внутри, неважно. Но, это подразумевается, это не озвучивается, не произносится. Но этот смысл там тоже есть.

Эриксон и Росси в качестве разновидности импликации описывают так называемое

2. Подразумеваемое указание.

Мы им уже пользовались с вами, только не знали, что оно так называется.

Подразумеваемое указание состоит из трех стандартных частей.

1. Введение, связанное со временем. (Когда?)

2. Подразумеваемое указание на нечто, что происходит внутри клиента.

3. Поведенческая реакция, сигнализирующая о том, что подразумеваемое указание выполнено.

В общей форме это звучит так.

Когда осуществится то-то и то-то, произойдет то-то и то-то.

Например.

Первая часть: Когда просто слово;

Вторая часть: Ваше бессознательное достигнет источника проблемы;

Третья часть: Ваш палец приподнимется.

Мы вчера это делали с каталепсией. Мы говорили о том, что нам нужен внешне наблюдаемый сигнал, мы просим, чтобы там какая-то работа осуществилась, но мы не знаем, она осуществилась или нет, поэтому нам нужно подтверждение, внешне наблюдаемый сигнал. Мы вчера использовали подразумеваемое указание:

Когда та часть работы, которая должна быть выполнена здесь и сейчас завершится, рука опустится. Наблюдаемая поведенческая реакция.

Билли О,Хендлан, проанализировав практическую работу М. Эиксона выделил и

описал еще три вида импликации.

3.1. Предвосхищаемая противоположность.

Полярная пара, один полюс указывается, а второй не указывается, он как бы подразумевается, Его предоставляют заполнить самому клиенту, бессознательно. Примеры.

В городе, где жил и работал М. Эриксон, у зубного врача был пациент, которому по каким-то причинам нельзя было делать анестезию, то ли аллергия у него была. А врач изучал гипноз и поэтому он решил навести гипнотическую анестезию челюсти. Но, у него не получилось. Тогда он решил, что он, наверное, недостаточно хорошо владеет техникой гипноза, и пригласил профессионального гипнотизера. И тот тоже пытался навести пациенту гипнотическую анестезию челюсти, и у него тоже не получилось. Пригласили М. Эриксона, который не стал внушать гипнотическую анестезию челюсти, а стал внушать гипнотическую гиперстезию руки, повышенную чувствительность в руке. В результате чего, у пациента сама собой развилась анестезия челюсти. Баланс, это полярная пара: анестезия, гиперстезия, пониженная чувствительность, повышенная чувствительность. Иногда возникает вопрос, а почему он развил именно в челюсти анестезию, а не в ягодице? Потому что известно целевое место. Он в кабинете у стоматолога, он знает, что ему должны лечить, ему уже несколько раз пытались внушить здесь анестезию. Понятно, что это должно развиться здесь. Если где-то в одном месте что-то прибавилось, то  в другом месте оно должно убавиться.

Эриксон дружил с известным писателем Олвисом Хаксли. Хаксли очень интересовался измененными состояниями сознания, много писал об этом, много экспериментировал. Подружился с Эриксоном, они совместно провели много разных экспериментов, все это было запротоколировано и все это пропало. Все это погибло при пожаре в доме Хаксли. Все эти протоколы сгорели, остался только один изустный рассказ. О том, как Хаксли пришел к Эриксону в кабинет и попросил его загипнотизировать. Эриксон с ним провел сеанс гипноза. И выйдя из транса, Хаксли сказал: «Милтон, ты меня, конечно, извини, но у тебя ничего не получилось. Все слышал, все понимал, все помню». На что Эриксон ему спокойно сказал: «Конечно, ты все помнишь, здесь, в кабинете, потому что сеанс проводился здесь, в кабинете». Они попрощались, Хаксли вышел в приемную, и вдруг закричал: «Не помню». Вернулся обратно в кабинет: «Помню». Вышел в приемную: «Не помню». И ближайшие 20 минут он провел, бегая между приемной и кабинетом восторженно крича: «Помню, не помню, помню, не помню». Подразумевается: «Не в кабинете, не помнишь». Но это не озвучивается, это сам человек развивает, вторую пару, т.е. полярное дополнение. Если здесь помню, значит, не здесь не помню.

Я вам уже говорил, что при неудачной попытке каталепсии может помочь такой прием. Начинаешь поднимать руку, чувствуешь, что она тяжелая, говоришь:

Да, правая рука – тяжелая. И ни слова не говоря, быстро поднимаешь левую. Это предвосхищаемая противоположность. Правая рука тяжелая, что подразумевает, что левая легкая. Это не произносится, мы это предоставляем развить самому клиенту. Очень часто он это делает, не осознавая.

3.2. Предвосхищаемая предпосылка.

Человек вовлекается в какое-то действие, которое предполагает какое-то другое действие, но это не осознается.

Эриксон у своих госпитализированных пациентов часто просил, чтобы они после выписки подарили ему луковицы их замечательных тюльпанов.

Или чтобы они после выписки дали ему рецепт их чудесного бабушкина варенья.

И они, конечно, с удовольствием соглашались, не понимая, что они согласились с тем, что они выпишутся.

У нас занималась одна доктор, зав. терапевтическим отделением, одной из московских больниц. Она уверяла, что она с помощью э.г. существенно сократила койко-день в своем отделении, количество дней, которые больной проводит в больнице. Чем быстрее выписываются, тем лучше показатель у отделения.

Когда Вы завтра выздровите…

Ребенок заболел, насморк, грипп, на что папа ему сказал: «Когда ты выздровишь, мы сможем в воскресенье пойти в цирк». Все, в воскресенье ребенок как огурчик.

3.3. Предвосхищаемый результат.

Человеку дается предписание что-то делать, что неизбежно приведет к определенному результату,  для него не очевидному, скрытому. Ему дается предписание, он будет его выполнять, это неизбежно приведет к результату, которого он пока не знает, не видит и не понимает.

Два примера.

Эриксон работал с женщиной, у которой был небольшой шрам на губе, с одной стороны лица. Она считала, что он ее уродует, и поэтому при разговоре все время прикрывала его рукой. Он изумительно простраивал ситуации. Он устроил все так, что один из его ассистентов проводил ее до дома, при этом у нее обе руки были заняты. Вариант советской женщины. И на прощание он ее поцеловал, причем поцеловал именно в ту сторону рта, где был шрам. Потом эта ситуация несколько раз повторилась с разными мужчинами. Они ее систематически целовали в ту сторону рта, где находился шрам, что естественно привело к изменению убеждения. Раз они выбирают именно это, значит это наоборот, ее украшает. И потом, когда он рассказывал эту историю своим ученикам, у него спрашивали: «Милтон, а почему же они ее целовали именно в эту часть рта?» На что он им сказал: «Дело в том, что у нее была одна черта, которую она не знала, она была любопытна. А когда ей становилось любопытно, она наклоняла голову, а наклоняла она ее всегда в одну и ту же сторону, так, что шрам оказывался сверху. И когда она прощалась с мужчиной, ей становилось любопытно, поцелует он ее или нет. При этом наклоняла голову, шрам оказывался сверху, и он физически не мог ее поцеловать в другую часть рта». Это надо было заметить, надо было простроить ситуации, утилизировать – использовать.

Другой пример, просто гениальный.

У девушки не складывается личная жизнь. Никто замуж не берет, все плохо. Есть на работе один молодой человек, который ее привлекает, но он ей совершенно не интересуется и просто в упор не видит. И все настолько плохо, что надо покончить с собой, но наверно, это очень больно, и не будет ли доктор Эриксон так любезен, рассказать какой-нибудь безболезненный способ. Он ей отказывать не стал. Он сказал, что он ей поможет, но при одном условии, на протяжении трех месяцев она будет беспрекословно выполнять все его предписания, делать все, что он скажет. Она согласилась. Первое предписание было такое. У нее была щелка между передними зубами. Утром, когда она моется под душем, набирать полный рот воды и учиться метко плевать в цель через щелку между передними зубами, струйку воды пускать. На это ушло две недели. Через две недели она метко плевалась в цель. Второе предписание было такое, снять все деньги с текущего счета. Она сняла все деньги, там было 330 долларов. Тогда это были еще деньги. У Эриксона были знакомые в самых разных слоях общества, он дал ей записку в магазин модной одежды, ее одели. Он дал ей записку в обувной магазин, ее обули. Дал записку к парикмахеру, ее причесали. Дал записку к визажисту, ее накрасили. Следующее предписание было такое. Завтра на работе, во время перерыва подойти к фонтанчику с питьевой водой, подождать пока приблизится интересант, набрать полный рот воды, метко в него плюнуть, и быстро убегать по коридору, там был длинный коридор. Она метко в молодого человека плюнула и быстро побежала на каблуках. Молодой человек ринулся за ней, мужчины бегают быстрее, чем женщины. Он ее догнал и поймал. Что делает мужчина, когда он поймал женщину, которая убегала? Он ее поцеловал. На следующий день молодой человек принес водяной пистолет на работу, и окатил ее с ног до головы. Ну и дальше все развивалось как пописанному. Вскоре М. Эриксон получил приглашение на свадьбу, а через год на крестины. Срочно хочется научиться плеваться.

Чтобы научиться простраивать такие поведенческие последовательности, он очень хорошо понимал движущие пружины человеческого поведения. Реальные мотивы, не те которые в книжках по психологии описаны, а реальные. То, что на самом деле движет людьми. Знаменитая наблюдательность М. Эриксрна, которая далась такой ценой, которую никто не захочет повторять. Он лежал парализованный, и единственным развлечением было наблюдать за поведением окружающих.

Следующий вид косвенного внушения

3. Вопрос.

Очень эффективное, мощное внушение, практически никогда не распознается как внушение. Потому что люди привыкли, что все друг другу задают сотни различных вопросов. Не так ли?

Эрнст Росси. Мы говорили о том, что у него есть такая понятная человеческая слабость, страшно не любит, когда что-то не получается. Поэтому он изобрел знаменитое наведение, гарантированное от неудачи. Очень много оперирует вопросами. Где-то, наверное 80 % его наведения – это вопросы. Потому что он считает вопрос формой гарантированной от неудачи.

Потому что если я просто в утвердительной форме сказал бы, что будет происходить то-то и то-то. Сейчас одна из ваших рук начнет становиться легче, и будет подниматься. И ничего не происходит. И терапевт оказывается в совершенно дурацкой ситуации, он сказал, что это будет, а этого нет и что дальше делать не понятно. А если то же самое делается в форме вопроса:

Не захочет ли одна из Ваших рук начать становиться легче и подниматься сама по себе? Захотела, все прекрасно, не захотела, ну и не захотела, я просто спросил.

Не закроются ли Ваши глаза сейчас или некоторое время спустя?

Практически с помощью вопроса можно делать все.

Как мы говорили можно осуществлять импликацию с помощью вопроса.

Интересно, сколько времени Вам понадобится, чтобы войти в транс? Иногда человек не отвечает, иногда даже отвечает. Наверно минут 10. – Хорошо.

Когда Ваше дыхание станет более спокойным?

Чтобы Вы хотели испытать в трансе сейчас, по мере того, как он углубляется?

Ратификацию можно осуществлять с помощью вопроса.

Интересно, обратили Вы внимание на то, что Ваше дыхание стало более спокойным, глубоким и ровным?

Так называемые открытые внушения, до которых мы пока еще не дошли, можно давать с помощью вопросов.

Что произойдет, как Ваше бессознательное будет решать эту проблему?

Целиком наведение транса можно осуществить с помощью вопросов. Пример мы рассмотрим чуть позже.

А сейчас мы рассмотрим классификацию вопросов, которую предлагает Стивен Гиллиген. Это в книжке есть, зеленая книга «Терапевтические трансы», поэтому мы коротенечко по ним пройдемся.

Типы вопросов по Гиллигену.

1. Сосредотачивающие вопросы.

Они используются в начале сеанса для перехода от обычной беседы к наведению транса. Сначала Гиллиген рекомендует задавать общепринятые социальные вопросы. Вопросы вежливости.

Как жизнь? Легко ли нашли? Как погода? Удобно ли Вам сидеть?

А затем задаются вопросы относительно нейтральных внешних стимулов, которые используются просто для фиксации внимания.

Как Вам нравится эта картина? Что Вы думаете об этих книжных полках?

Устанавливается контакт и фиксируется внимание. После того, как внимание зафиксировано, можно переходить к вопросам, которые Гиллиген называет

2. Открывающие доступ к памяти.

Можно еще сказать вопросы, погружающие внутрь себя или вопросы, запускающие внутренний поиск. Которые делятся на подвиды, подгруппы. Я их писать не буду.

А) Вопросы, касающиеся связанных с трансом переживаний.

Как Вы себя чувствуете, когда действительно расслабляетесь? Вы можете вспомнить такой момент?

Вы можете припомнить такой момент, когда чувствовали себя в полной безопасности?

Вы можете вспомнить, что чувствуешь, когда принимаешь теплый душ или ванну, после долгого трудного дня?

Зачем эти вопросы задаются? Чтобы ответить на этот вопрос, хотя бы мысленно, человек вынужден воспроизвести этот опыт для себя, иначе никак. Что значит, вспомнить, что чувствуешь, когда принимаешь теплый душ или ванну после долгого трудного дня? Это значит, вновь это почувствуешь, иначе не можешь вспомнить. А значит, начинает погружаться в транс. Потому, что это трансовое состояние.

Б) Вопросы, относящиеся к повседневным проявлениям трансовых феноменов.

Мы знаем, какие феномены мы собираемся вызывать, и соответственно ориентируем человека вопросами на это.

Например, если терапевт собирается вызывать возрастную регрессию, он может задавать вопросы, ориентирующие на детство:

Сколько комнат было в квартире, в которой Вы росли, когда были ребенком?

У Вас в детстве было какое-нибудь прозвище?

Ты можешь вспомнить, как звучал голос твоей матери, когда она тебя хвалила за что-нибудь?

…Повседневные трансовые феномены, потому что когда Вы что-то вспоминаете, из своей прошлой жизни, вы автоматически создаете у себя так называемую возрастную регрессию. Это называется повседневная возрастная регрессия. Ты вспоминаешь детство, ты находишься в трансе и ты испытываешь феномен, который называется возрастная регрессия. Все абсолютно трансовые феномены имеют свои повседневные аналоги. Иначе мы не могли бы их вызывать в сеансе. Мы все время это делаем. Мы все время вспоминаем прошлое – регрессия, мы планируем будущее – прогрессия, мы задумываемся и застываем в каталепсии, рука что-то чертит, а мы не знаем, что она чертит – автоматический рисунок.

Вы помните, как бывало, когда Вы разговаривали по телефону, или сидели на лекции, а рука в это время держала ручку и что-то водила, а потом Вы с удивлением смотрели на рисунок? Он говорит: «Да, да, помню». Через пару, тройку минут будем делать автоматический рисунок или автоматическое письмо и это пойдет ле