Демонстрации Конфликт убеждений

 

Почти всю жизнь Ди страдала от астмы и аллергии. Особенно тяжелой была реакция на кошек. Роберт заставил Ди противопоставить свое настоящее состояние (астма и аллергическая реакция на кошек с желаемым состоянием — чувствовать и вести себя, как здоровый человек, при контакте с кошками. Когда Роберт спросил ее, что не дает ей добиться выздоровления, у нее было чувство, которое она описала как «беспомощность и бесполезность», а также с этим ассоциировалась и злость. Он поставил якорь на это чувство и попросил ее дать этому чувству вести ее назад во времени, чтобы найти корни. Она выявила ряд событий, когда ее родители спорили и ругались и игнорировали ее, когда она была ребенком. Всегда удивительно, как вы можете поставить якорь на знакомое взрослому чувство и использовать его, чтобы он вел клиента назад к до-вербальному опыту. Обычно это самый легкий и самый быстрый способ вернуться в более ранний возраст и найти корни проблемных импринтов.

События, о которых вспомнила Ди, были связаны с тем, что она лежала в своей детской кроватке, плача и требуя внимания, но не получая нужного внимания, потому что родители спорили друг с другом. В этот момент работы с Ди Роберт использовал процесс Ре-импринтинга, описанный в главе 4, привязав его к конкретному случаю Ди.

Часто когда вы помогали человеку добавить соответствующие ресурсы, нужные для решения проблем прошлого, которые привели к ограничивающему убеждению, ресурсы у него все же не организуются таким образом, чтобы достичь желаемой цели. Как уже упоминалось, эти ресурсы организуются в отдельные «части» или аспекты идентичности человека и не доступны в интегрированном виде.

Эта демонстрация начинается с того момента, когда Роберт проверяет у Ди результаты Ре-импринтинга и обнаруживает основной конфликт.

Роберт: Вернитесь теперь вот сюда вниз (Ведет ее глаза к положению, в котором они находились, когда у нее было беспомощное чувство во время Ре-импринтинга).

Ди: Я чувствую себя странно, и я боюсь.

Роберт: Чего?

Ди: Я чувствую опасность, как будто рядом что-то страшное.

Роберт: Что же это там такое? Что вам нужно еще?

Ди: Первое, что приходит мне в голову, что мне нужна гарантия, что мне не будет больно, но я думаю, что этого не случится. У меня какое-то ощущение уничтожения.

Роберт: Это «что-то» может уничтожить вас?

Ди: Да. Это может уничтожить меня.

Роберт: Вы знаете, что это?

Ди: Это похоже на черную дыру.

(Группе): Вот появилось изображение «похожее на черную дыру», Отметьте, что Ди смотрит вниз, несколько вправо. Ее зрачки расширены, и она описывает цвет. Положение ее глаз отражает чувство и то, что она описывает цвет. Это синестезия. Синестезия — когда вы ощущаете более чем одну систему репрезентации в одно и то же время. При неприятном опыте это часто делает для человека более трудным найти внутренний смысл — как будто опыт не разобран в голове. Вместо того, чтобы получить полный образ звука, он может казаться отрывочным, и его трудно изнутри расшифровать. Как будто изображение — там, звуки — там, но они проплывают над уровнем сознания. Обычно человек осознает только неприятное чувство. Я должен заметить, что часто синестезия не является дисфункциональной, а часто ассоциируется с ресурсами. Например, Моцарт использовал синестезию в своем творчестве. Однако, когда вы имеете дело с ограничивающими убеждениями, это как будто ваши мысли сплелись вместе в одну запутанную репрезентацию, и вы не видите и не слышите ясно, что происходит внутри.

(Ди): Вы боитесь, что вас как-то засосет в ту «черную дыру», и вы никогда не сможете выбраться оттуда.

Ди: Да.

Роберт: И вам нужна какая-то гарантия, что вы можете и войти, и выйти, что бы из себя ни представляла черная дыра?

Ди: Да.

Роберт: Эта часть говорит, что нет гарантий (Жестикулирует в сторону этой части), и я не смогу вам помочь, пока мы хотя бы не сможем гарантировать, что вас не уничтожат. Как вы можете это узнать и гарантировать, что вы можете входить туда без уничтожения. Какие вам нужны ресурсы? Другими словами…

Ди: Я чувствую это извне… как будто что-то реальное извне может меня уничтожить.

Роберт: Извне где?

Ди: Вот там на расстоянии (Жестикулирует).

Роберт: На расстоянии — это внутри вашей памяти?

Ди: Нет, это на расстоянии вон там (Жестикулирует).

(Группе): Это интересно. Это извне там (Жестикулирует от Ди) или это внутри здесь? (Показывает на ее тело).

(Ди): Это часть вас? Мы не хотели бы, чтобы вас уничтожили, и мы не хотели бы говорить, что что-то нереально, если это реально. У вас теперь есть ощущения некоторого любопытства…

Ди: Да. Мне действительно любопытно.

Роберт: Как вы можете изучать что-то вне, на расстоянии, чтобы это не угрожало вашей жизни? Между прочим, для этого у вас есть глаза. Если я вижу, что что-то там происходит (Жестикулирует от Ди), видя это и зная, что это там, я смогу лучше защитить свою жизнь, чем если я никогда не пойду туда.

Ди: Проблема в том, что там темно (Смеется).

Роберт: Мне кажется, вам нужен ресурс, чтобы вам не нужно было туда идти, а чтобы вы могли сначала на это посмотреть. Что, если у вас будет свет? Если вы бы взяли некоторые из ресурсов, которые у вас имеются в отношении визуализации этой ситуации, это бы помогло?

Ди: Да.

Роберт: Сделайте это. Опустите глаза сюда (Жестикулирует туда, где Ди показала расположение черной дыры) так, чтобы вы могли ощутить чувство, что это такое — и что это там, на расстоянии. Это не так близко, чтобы быть опасным. И оставаясь на том же расстоянии, посмотрите наверх и увидьте это снаружи на расстоянии. Не давайте этому подходить ближе и угрожать вам.

Ди: Да. Это ощущается как водоворот.

Роберт: Что вы видите? Не ощущайте его, а смотрите на него.

Ди: Трудно его осветить. Я чувствую свет вокруг него, но не на нем, и ощущение — что это водоворот, который может засосать меня и уничтожить.

Роберт: Это другой вид «дымовой завесы». Значит, вы не можете осветить его. Что же это? Может быть, это другая часть вас.

Ди: Да. Я это сейчас вижу. Это часть очень импульсивная и сумасшедшая.

(Группе): Мы подошли к вопросу идентичности. Она говорит: «Эта часть может быть мной. Я могу впасть в это и быть импульсивной и сумасшедшей». Это очень реально. Я знаю людей, которые поддавались подобным импульсам. Те из вас, кто работает с другими, наверное, видели, как люди ведут себя в подобном водовороте. Я ранее упоминал, что некоторые люди попытаются запереть часть себя как бы в собственном сумасшедшем доме или держать ее в клетке, чтобы ее избегать. Поступая так, вы никогда не сможете разрешить конфликт, и он всегда будет там, ожидая засосать вас в водоворот.

(Ди): Что ваша часть там пытается с вами сделать? Она хочет засосать и уничтожить вас?

Ди: Словно любопытство заставляет меня хотеть войти туда. Словно любопытство тоже опасно.

Роберт: Любопытство погубило кошку (У Ди сильная аллергия на кошек), но не волнуйтесь — у них девять жизней. (Смех). В смысле здесь происходит две вещи. Эта часть сама по себе импульсивна, но необязательно любопытна…

Ди: Нет. Она очень опасна. Она как чистый импульс. Она совсем не думает.

Роберт: Это то, что она намеревается? Спросите эту часть, намеревается она уничтожить вас, засосать вас и быть совершенно импульсивной.

Ди: Нет. Ей хочется веселья, острых ощущений и приключений.

Роберт: Итак, ей хочется веселья, острых ощущений и приключений. Ей не хочется угрожающего жизни, засасывающего в водоворот разрушения.

Ди: Верно.

Роберт: Сейчас вы выпустили кошку из мешка, и вы обнаружили, что ее зубы и когти не такие острые, как вы думали. У вас когда-нибудь была кошка, когда вы были маленькой?

Ди: Нет.

Роберт: У вас когда-нибудь были какие-нибудь животные?

Ди: Нет.

Роберт: С тех пор, как вы себя помните?

Ди: Да.

Роберт: Итак, этой части хочется веселья и острых ощущений, и у вас есть эта другая часть с любопытством. Именно это сочетание любопытства с весельем и острыми ощущениями поймали бы вас. Другими словами, водоворот включает в себя две составляющие, отвечающие друг другу. Водоворот — это не одна или другая часть. Какие ресурсы понадобились бы вам, чтобы вы могли ощутить веселье и острые ощущения, и все, что предлагает та часть, но чтобы вас не поймали и не уничтожили? Другими словами, чтобы вы не потеряли свою идентичность и чтобы вас не засосало в хаос?

Ди: Моей первой мыслью было проанализировать это, но когда я это анализирую, все любопытство пропадает.

Роберт: Значит: когда вы это анализируете все любопытство пропадает, а когда вам становится любопытно, у вас нет никакого анализа.

Ди: Верно.

(Группе): То, что мы снова слышим — диссоциативные процессы. Как нам совместить анализ и любопытство? Вот два ресурса, которые никак не могут работать вместе. Это стратегия? Как вы можете быть любопытны и аналитичны одновременно?

(Ди): Давайте займемся любопытной частью. Где ваша любопытная часть?

Ди: Мне сейчас любопытно.

Роберт: О! Значит, вам любопытно. Где ваша аналитическая часть?

Ди: Она как бы наблюдает.

Роберт: Ладно. Эти две части не очень сильно совпадают друг с другом. Давайте поместим в каждую руку по одной.

Ди: Эта будет анализ. (Жестикулирует правой рукой). На ней надет деловой костюм.

Роберт: Возможно, подходяще. На ней надет деловой костюм. Давайте перейдем к этой части. (Жестикулирует в сторону левой руки). Как выглядит ваша любопытная часть?

Ди: Это художник.

Роберт: Значит, это художник.

Ди: Угу.

Роберт: Как выглядит другая ваша часть вон там? (Жестикулирует) Часть «веселья, острых ощущений»?

Ди: Много хлопот (Смеется).

Роберт: Как она выглядит там?

Ди:  Я  не хочу  вам  говорить.  Мне  нужна  для  этого  цензура смеясь.

Роберт: Ладно. Мы можем сказать по изменению вашей физиологии и цвета лица. Снова у нас диссоциативный опыт. Что аналитическая часть думает о другой части, когда она смотрит на эту творческую часть?

Ди: Она о ней не очень много думает. Она легкомысленна.

Роберт: Она думает, что она легкомысленна. А эта (жестикулирует в сторону левой руки)  намерена быть легкомысленной?

Ди: Ага.

Роберт: Она хочет быть легкомысленной? Это цель ее жизни?

Ди: Да. Она хочет быть любопытной и рисовать, творить и не делать деньги.

Роберт: И не делать деньги, или ее не волнуют деньги?

Ди: Ее не волнуют деньги, и в результате она не хочет делать деньги.

Роберт: Она далека от денег? Так вы выразились вначале.

Ди: Нет, она не уходит от этого, она просто увлечена «вещами», которые не связаны с деньгами. Она совсем не чувствует ответственности. Она не платит по счетам и не чистит раковину в ванной и…

Роберт: Но, тем не менее, она тоже необходима.

Ди:  (Сомнение).

Роберт: Теперь пусть эта (жестикулирует в сторону левой руки посмотрит на эту (жестикулирует в сторону правой руки).

Ди: Она думает, что та другая — скучная.

Роберт: Великолепно! Итак, у вас есть выбор между скучной и легкомысленной (Смех). Это напоминает мне строку из книги Вуди Аллена. Он пишет: «С одной стороны, мы руководствуемся полным уничтожением и гибелью, а с другой стороны, мы сталкиваемся с расточительством и отсутствием смысла. Я надеюсь, что Бог даст нам разум сделать правильный выбор».  (Смех).

(Группе): Вы начинаете видеть, как получаются двойные связи. Когда она занимается раковиной в ванной, она чувствует ответственность, но она скучна. Если она делает другое, она творит, и это имеет какой-то смысл, но она легкомысленна. Мы возвращаемся к возбудимости и торможению. У нас также есть эта другая часть (Жестикулирует от себя) снаружи вон там, к которой мы еще вернемся.

Нам нужно подойти к точке, где мы можем выяснить, как заставить каждую часть работать вместе.

 (Ди): Эта часть (Жестикулирует в сторону правой руки) должна найти ресурсы в этой части (Жестикулирует в сторону левой руки)

Ди: Она ценит творчество.

Роберт: Вы знаете, творчество тоже может быть практичным потому что если вы придерживаетесь ролевого поведения, вы можете сделать что-то непрактичное, наперекор привычке.

Ди: Ага.

Роберт: Таким же образом, если вы будете творить (Левая рука) той части   (Правая  рука)   нужно  выполнить.  Это  единственное, той заставляет вещи случаться в реальном мире.  ,

Ди:  Она   (Левая  рука)   действительно  реально  оценивает эту часть (Правая рука). Она только думает, что она скучная.

Роберт: Но она видит ее ценность.

Ди: Да, она видит ее ценность.

Роберт: А что если бы вы могли не разделять больше эти две части, а сделать часть вас и творческой и практичной?

Ди: Это невозможно.

Роберт: Что делает это невозможным?

Ди: Потому что это компромисс.

(Группе); Мы слышим: мы не будем это делать, потому что тогда нам придется пойти на компромиссы друг перед другом.

(Ди): Я не хочу, чтобы вы шли на компромисс перед любой из них, фактически, прямо сейчас ни одна из них не может делать хорошо свое дело, потому что другая все время останавливает. Как сделать так, чтобы часть вас имела полностью ресурсы обеих, то есть творчество этой (Левая рука), но практичность этой (Правая рука), и чтобы вам не пришлось ни от чего отказываться? Вы только добавляете ресурсы. Как вы можете создавать что-либо, если у вас вот столько этого (Правая рука), сколько и этого (Левая рука)? Сейчас происходит то, что они останавливают друг друга.

Вы знаете кого-нибудь, кто и творит, и практичен и не идет на компромиссы, ни скучный, ни легкомысленный?

 Ди: Я, возможно, знаю кого-то. Можно я придумаю кого-нибудь, кто, как я думаю, мог бы быть таким?

Роберт: Да. Что они делают. Как они балансируют и совмещают эти две вещи так, что не нужно ни перед одной идти на компромисс и что у них есть полный доступ к ресурсам обеих?

Ди: Гм… Я не знаю так много об их жизни. Можно я это придумаю?

Роберт: Конечно. Вы можете сделать это так, что эта творческая часть (Левая рука) сможет создать нечто, а эта часть (Правая рука) может проверить это и выяснить, практично ли это. Таким образом творческая часть предлагает возможности, а другая часть проверяет это для вас.

Ди: О! (Длинная пауза). Эта творческая часть (Левая рука) предлагает такие абсолютно неистовые идеи, о которых эта часть (Правая рука) знает, что они абсолютно непрактичны.

Роберт: Ну и хорошо. Так вместо отказа от идей дайте этой (Правая рука) улучшить их. Чем менее они практичны в начале, тем больше они предоставят новых возможностей. А когда вы сделаете их Реальными, вы можете обнаружить, что вы пришли к таким решениям, о которых другие люди не дойдут, потому что они не начинали с такой  неистовой точки зрения. Вы можете это сделать?

Ди: Угу. Это уже идет. Этой (Правая рука) нравятся идеи, но она не  хочет осуществлять  их  прямо  сейчас  из-за  недостатка  денег

Роберт: Продолжайте и пусть она перестроит эти идеи так, чтобы либо вы смогли осуществить их без денег, либо они привели вас деньгам.

Ди: О! Хорошо.

(Группе): До того, как мы начали переговоры между этими частями, идеи сразу отрицались. Теперь мы создали рамку обратно связи между ними. Это все имеет логический смысл, но пока это установить, человек не делает этого.

Ди: Эта (Правая рука) должна знать, где деньги, потому что она не знает.

Роберт; Вот эта (Левая рука) здесь может помочь.

Ди: Угу. (Ее руки вместе начинают производить резкие идеомоторные движения).

(Группе): Вы видите, что она не двигает руками сознательно.

Ди: Это очень прочные отношения.  (Смех).

Роберт: Я понимаю.

Ди: Есть доверие, но не полное.

Роберт: Что им нужно, чтобы доверять друг другу?

Ди: Опыт. Им нужно пройти через испытание ресурсов друг друга.

Роберт: Еще кое-чего не хватает. Теперь у нас здесь есть все эти идеи, но где же веселье и острые ощущения? Если уж у вас был, твердая база и вы начали эту интеграцию, тогда не надо бояться. Но думайте об этом как о метафоре из химии. Если бы я соединил две вещи вместе, я бы мог получить химическую реакцию. Но если я добавлю это, то и еще что-нибудь, тогда вдруг у меня получится совершенно другой раствор. В этом может быть даже больше, чем в метафоре из химии, потому что у вас фактически происходят химически изменения в мозгу, когда вы интегрируете вместе неврологически модели, ассоциирующиеся с этими частями.

Ди: (Ее руки все еще медленно двигаются вместе). Это непонятно (Смеется).

Роберт: Чем непонятнее это, тем более вы на верном пути.

Ди: Хорошо. Я не так уж в этом уверена!  (Смеясь).

Роберт: Это говорит практичная часть (Правая рука). Вам правда нужно быть практичной в отношении этого.

Ди: Часть меня хочет сказать: «Так, так». Эта часть (Правая рука) действительно недовольна тем, что та часть вон там вне (Жестикулирует от себя) и хочет погрозить ей пальцем.

Роберт: Ох. Значит эта практичная (Правая рука) обвиняет ту веселую вон там.

Ди: Она хочет сделать ей замечание и направить ее.

Роберт: Понимает ли эта практичная часть (Правая рука), что та другая не намеревается делать что-то плохое и получать за это замечания, а хочет быть уверенной, что у вас будет веселье и острые ощущения?

Ди: Да, верно. Она это понимает…

Роберт: Но она не принимает то, как она это делает.

Ди: Или что она хочет сделать это.

Роберт: Она не верит, что это то, что она хочет.

Ди: И так, и так она сделает это неправильно.

(Группе): Здесь начинаются элементы репрессии и конфликты.

(Ди): Верит ли та веселая часть (Жестикулирует от себя), что она сможет получить и веселье, и острые ощущения, если вы соедините их в одно?

Ди: Угу. Но эта практичная не верит этому. (Правая рука). Эта часть очень ригидна и хочет, чтобы это сделали своеобразным, способом, который уже не работает.

Роберт: Она это знает?

Ди: Да.

Роберт: Итак, даже если практичная часть захочет веселья, она все же в плену у той ригидности? Тогда она ведет себя так, как не хочет вести себя. Какой ресурс нужен этой части, чтобы вести себя по другому? ;

Ди: Ей нужен опыт, которого у нее нет.

Роберт: Как вы действуете в ситуации, когда у вас еще не было опыта? Это очень важный вопрос, связанный с идентичностью. Вам придется быть другим человеком. Как вы сможете узнать, какие получатся результаты, пока вы не попробуете. Двойная связь заключается в том, что вы думаете: «Я поверю этому после того, как я попробую, но я не буду пробовать, пока я не поверю этому». Я не хочу вам говорить: «Забудьте об этом доверии, идите и делайте». Возможно, это то, что сказала бы эта творческая часть (Левая рука), а та практичная часть (Правая рука) сказала бы: «Нет. Ничего не пробуй».

Ди: Верно. Точно так.

Роберт: Как вы можете это сделать? Эта творческая часть (Левая рука)  знает.

Ди: Эта творческая часть (Левая рука) точно знает.

Дй: Эта ищущая приключений часть (Вон там) покажет фильмы.

Роберт: А что если эта часть показывала бы фильмы, как это делать и как получить тот опыт и позволила той части (Правая рука) оценить это с практической точки зрения.

Творческая часть (Левая рука) начнет, а практичная часть (Правая рука) ее остановит, и эта ищущая приключений часть (Вон там) покажет фильм, что бы случилось, если бы это продолжалось.

 А эта практичная часть (Правая рука) будет редактировать фильм, чтобы убедиться, что он не выходит за рамки практичности.

 Ди: Да. Тогда эта творческая часть (Левая рука) может дать той части.(Вон там) больше информации.

Роберт: Это стратегия.

Ди: Да, и тогда эта часть (Вон там) может снова показать фильм и эта практичная часть (Правая рука) одобрит его или не одобрит.

Роберт: Если она не одобрит, она не должна отклонять… его можно исправить. Нужно сказать: «Это вызывает возражение. Не могли бы вы заменить часть этого?»

Ди: Правильно. Гм. Это интересно. Эта практичная часть (Правая рука) получает информацию и может давать информацию, а та часть (Вон там) — как редактор, который может расположить это все вместе.

Роберт: Вы можете это сделать?

Ди: Да.

Роберт: Вы можете расположить их вместе?

Ди: Они уже вместе. Так… та часть (Вон там) все еще там, но я думаю, все в порядке.

Роберт: Нам нужно поместить ту часть тоже сюда внутрь.

(Группе): Мы должны убедиться, что у нее равный доступ к ним всем. Мы хотим, чтобы они интегрировались.

(Ди): Как вы можете поместить их внутрь так, чтобы эта часть вас, которая была раньше той огромной черной дырой, стала вашей частью? Итак, эта часть вас, интегрированной, имеющей доступ к всем своим частям?

Ди: Эта часть (Правая рука) думает, что может, нам следует оставить ту часть вон там.

Роберт: Думается, что да. Но это не сработает. Что вам нужно сделать сейчас, чтобы у вас был опыт лучшего качества? Чтобы был более практичной, чем непрактичной?

Ди: Хорошо. Она теперь вот здесь (В левой руке).

Роберт: Итак, эта часть (левая рука) олицетворяет и творчеств и веселье. В сущности она делает маленький шаг. Мы сначала поместим эту часть (Вон там) сюда  (В левой руке).

Ди:   (Правая .рука движется  по направлению  к Левой  руке)

Роберт: Эта практичная часть (Правая рука) немного больше беспокоится, чем эта веселая, ищущая приключений часть (Лева рука). Нужно ли что-то еще этой части (Левая рука)? Эта часть так же опасается за свою идентичность.

Ди: Я знаю, что этой части (Левая рука) нужно, и я вложу в нее это.

Роберт: Хорошо. На том этапе я хочу убедиться, что мы преодолели все возражения, и они обе чувствуют себя уютно по пути к формированию новой вашей части. Той, что олицетворяет и творчество, и веселье, и практичность/анализ.

Ди: (Руки продолжают вместе делать идеомоторные движения) Ощущение такое, что у них нет больше возражений и они готовы друг к другу

Итоги

(Группе): Пока Ди продолжает интегрировать эти аспекты в себе, позвольте мне суммировать работу, которую мы здесь проделали. Мы начали с выяснения личной истории Ди через Ре-импринтинг. Иногда, когда вы это делаете, вы все же находитесь в конфликте с частями. Итак, вы начинаете с идентификации частей конфликта, наблюдая асимметрию в физиологии и позах.

 Затем вы заставляете человека полностью представить каждую часть, наблюдая, слушая и чувствуя их в обеих руках. Затем заставьте каждую часть разглядывать и рассматривать другую часть. Часто у них серьезные возражения друг к другу, они не будут доверять друг другу

 Далее, найдите положительные намерения или цель каждой. Много раз каждая из них будет думать, что у другой части намерения отрицательные. В этом процессе очень важно выяснить уровень намерений каждой части. Обычно ни одна часть не возражает против намерений другой. Часто вы можете продолжать работать с обеими частями, пока они не найдут общие намерения, которые они разделяют — например, что у человека должна быть полноценная достойная жизнь.

 Наконец, заставьте каждую часть взглянуть на другую и осознать, какие ресурсы существуют. На этом этапе вы можете заставить человека рассматривать каждую «часть» как набор ресурсов. Если все эти ресурсы доступны человеку, они, конечно, будут более эффективны. Добиться конгруэнтности в отношении того, чего вы хотите — одно из самого важного, что вы можете сделать.

Нам также нужно, чтобы человек понял, что если части объединят свои ресурсы, они будут сильнее как единое интегрированное целое, что поможет достичь их высших стремлений и общей цели.

Намерение позволяет им начать делить ресурсы так, что мы добиваемся, что обе работают как можно лучше в направлении своей общей совместной цели. Итак, на этом этапе мы видим, что части сближаются, чтобы стать единой частью, чтобы составить целое человека. Это чувство — быть «целым человеком» непросто объяснить, потому что это — «просто вы».

Вопросы

Мужчина: Вы упоминали, что нам следует проводить тестирование, когда интеграция закончена. Как вы тестируете?

Роберт: По мере того, как руки Ди двигались вместе, я задавал ей серию вопросов о том, может ли она делать деньги и практические вещи весело и творчески. Ответы Ди были конгруэнтно положительны,  и она жестикулирует руками, делая гармоничные движение.

 Чтобы выяснить, является ли интеграция полной и законченной я начинаю занимать человека соответствующей деятельностью. Если это было курение, я заставляю их вернуться и думать о курении и отмечать, что происходит.

 Затем я наблюдаю интегрированную физиологию. Если они вербализируют, что изображение новой части интегрировано, но я замечаю, что их тело не интегрировано, я иду от физиологии и знаю, что она еще не закончена.

 Конечно, поведенческий тест всегда самый лучший. Если вы можете поместить человека в ситуацию, которая обычно создавала проблемы, и вы получаете новый и конгруэнтный ответ, вы знаете, что-то сдвинулось и произошла интеграция.

Женщина: Ди, казалось, временами была в замешательстве во время этого процесса. Что можно сказать об этом?

Роберт: Есть разница между «хорошим» замешательством и «плохим» замешательством. Иногда, когда люди попадают в замешательство, это потому, что они просто интегрируются. Иногда это потому, что они дезинтегрированы. В обоих случаях их мысли и чувства будут разными, необычными, и они не будут понимать, что происходит.

Иногда замешательство — это хорошо. Когда вы только что интегрировали конфликтные части, мир буквально кажется не таким. Все кажется совсем другим. И наоборот, порой кажется, что вы как будто разрываетесь между внутренними частями и не знаете этим или тем путем идти.  Такой вид замешательства будет вас тормозить.

Женщина: Почему вы расположили части в руках?

Роберт: Я заставляю кого-либо располагать их «часть» в руке и разговаривать с ней, потому что я хочу и взять нечто, являющееся просто чувством и добавить к нему визуальные и аудиальные репрезентации. Я хочу, чтобы они получили больший доступ к мозгу, чем когда это просто чувство. Я делаю это также в качестве естественного перерастания асимметричной жестикуляции.

 А также, когда вы заставляете человека видеть, слышать и чувствовать часть у себя в руке, вы заставляете их рассматривать эту часть и ее намерения с «мета-позиции». Вместо того, что они как будто пойманы внутри, они снаружи, рассматривают ее по-другому и получают новую перспективу.

Мужчина: Откуда, вы знаете, когда искать импринт, вместо того, чтобы разрешать конфликт?

Роберт: Если поведение очень сильно ориентировано в сторону асимметрии и передвигается справа налево, я занимаюсь вопросами конгруэнтности. Если кто-то более симметричен, но у него много проявлений физиологии, связанной с поведением, это дает мне знать, что, вероятно, это импринт.

Женщина: Вы говорили об асимметрии. Есть ли другие проявления в физиологии, которые можно наблюдать или использовать

Роберт: Иногда, когда человек, находится в конфликтном состоянии ему трудно двигать глаза из одной позиции доступа в другую, вы часто можете увидеть разную физиологию, ассоциирующуюся каждым движением глаз. Когда, он описывает одно убеждение, он может смотреть вверх-влево. Когда он описывает конфликтное убеждение, он может двигать глазами вниз-вправо. Если его физиология различна для каждого аспекта его идентичности, вы можете поспорить, что и умственные процессы будут у него тоже очень разные.

Когда я работаю с людьми, я часто задаю вопрос: «Что мешает вам достичь желаемого результата?» И затем я ищу немедленный бессознательный физиологический ответ, который идет прежде, чем они успевают осознанно подумать об этом. (Это называется правилом полу-секунды). Меня не так интересует вербальный ответ, как невербальные каналы, которые бывают в первые полсекунды и дают мне точно знать, что человека тормозит.

Иногда вы можете увидеть прерывность движений глаз, когда человек двигает глаза из одного положения в другое. Когда она двигает глазами от Вп (слева вверху) к К (справа к низу), и вы видите колебание или отклонение от направления, что говорит вам о том, что что-то не интегрировано должным образом.

 Когда вы обнаруживаете прерывность движений глаз, первым шагом будет начать интегрирование двух физиологии вместе. Ваша цель — помочь ей легче передвигаться от одного сектора зрения к другому. Вы можете это сделать, заставив ее полностью достичь одного состояния, и, удерживая это состояние, заставьте ее двигать глаза к конфликтному сектору. Ваша цель — помочь ей буквально создать доступ между двумя секторами. Это прокладывает новую тропинку к доступу к ресурсам и расширяет ее выбор убеждений и поведения.

Итак, один из путей, по которому вы можете двигаться к интеграции, начать плавное движение между двумя полярностями, и глазные сигналы доступа дадут вам средство для этого.

 Вы можете также двигаться к интеграции, используя тон голоса. Пусть она начнет с одного тона голоса, а затем медленно меняйте тон или темп, пока он не перейдет в другой. Мысль заключается в том, чтобы установить связь между двумя конфликтными частями.

 Самое лучшее время для установлений этой плавной связи (или взуально, или аудиально), это когда она собирается сказать: «Я не Знаю, что делать». Это означает тупик, и соединение двух частей вместе часто меняет все невероятным образом.

Нет комментариев