Демонстрации Андреаса Demo - Шесть слепых слонов Шесть слепых слонов 2.11 Достижение прощения (с комментариями С. Андреаса)

Сеанс с клиентом

На протяжении этих двух томов, мы рассмотрели множество аспектов того, как диапазоны и категории могут быть использо­ваны с пользой для понимания того, как мы создаем свой мир пе­реживаний и используем свой опыт. Мы также рассмотрели, как можно использовать эти знания для быстрого изменения пережи­ваний, если они нас не удовлетворяют. Эта глава представляет полную и неотредактированную сессию с клиентом, которая шла в течение 50-ти минут, и вы можете заметить, как многое из пред­ставленного в этой книге было использовано.

Эта сессия с Мелиссой, молодой студенткой колледжа, была записана в студии в 1999г. Я встретился с ней всего за несколько минут до видеозаписи, и у меня не было никакой предварительной информации о ней или о том, что она хочет. Запись ниже дослов­ная, за исключением изменения нескольких слов с целью легкости чтения и исключения некоторых повторений.

Хотя я был очень удовлетворен исходом сессии, вы заметите, что я постоянно не замечал четкие сообщения Мелиссы в начале сессии и допустил несколько значимых ошибок. Я указал на них, чтобы вы могли заметить то, что я сделал плохо и извлечь уроки и из моих ошибок, и из моих успехов, потому что учиться надо на всем. Замечание и исправление ошибок — это ключевой момент для обучения как быть более эффективным, и в этом может помочь внимательное изучение сессии. Несмотря на мои ошибки, я смог помочь Мелиссе научиться прощать, ее удовлетворил достигнутый результат — она перестала взрываться в приступах ярости.

В тексте ниже круглые скобки () указывают на короткие ре­акции Мелиссы или меня, которые были в контексте нашей долгой коммуникации, чтобы сократить описание. Троеточие (…) указы­вает на паузу. Квадратные скобки [] используются для указания на мои объяснения и комментарии и для описания невербальной ре­акции и жестов. Очень трудно описать нюансы различных типов улыбки, как тихо или громко кто-то смеется, как кто-то откиды­вает голову назад или теребит волосы, поэтому все описания же­стов очень приблизительны. Кто-то другой мог описать их совсем по-другому. Всю сессию можно посмотреть на видео, равно как комментарии или элементы сессии (7). Для более полной инфор­мации о том, как можно научиться прощать можно посмотреть (8),

Я встретился еще с двумя другими клиентами во время этой записи, но я не смог им особенно ничем помочь и оказался для них бесполезным. У Мелиссы же напротив был достигнут четкий результат. Она заранее знала, что она хотела и была готова к ра­боте. Она активно отвечала, сотрудничала и очень четко, и ясно высказывала свои возражения во время сессии. Работать с ней было сплошным удовольствием.

Стив: Итак, Мелисса. Мы тут комфортно разместились, под­ключили технику, и ты только что мне рассказала, что проходила множество сеансов терапии, и я сказал, что это очень плохо [Они улыбнулась,] потому что то, что я делаю немного отличается от всего этого. [Я хотел, чтобы было четко понятно, что мои ожи­дания могут отличаться от ее. В то же самое время, я описал то, что я делаю, как «немного отличное», что указало на то, что не будет ничего радикально отличающегося от того, к чему она привыкла.]  А теперь я хочу попросить тебя подумать над следующим во­просом: «Какие изменения в себе ты хотела бы провести сегодня?» [Этот вопрос был очень внимательно выбран, после не­которых размышлений. Вопрос требовал от нее идентифициро­вать желаемые изменения — множественные, которые она хотела бы произвести, и это предполагает, что именно она сама хочет их произвести, а не я.]

И пока ты думаешь об этом, я немного расскажу о том, как я работаю с людьми. Во-первых, я не считаю, что терапия это что-то, что ты делаешь для других. Я думаю о терапии больше как об обучении. Поэтому я рассматриваю терапию как обучение людей, как более продуктивно использовать свой мозг. [Мелисса кивает] Иногда мозг сводит некоторых людей с ума, а других делает креа­тивными и счастливыми. [Она улыбается.] [Поместив нашу сес­сию в категорию «обучение», я тем самым, исключил другие способы категоризации «терапии», которые могла бы использо­вать Мелисса, как, например, «излечение от болезни» или «по­мощь слабому».]

Есть еще одно большое различие между многими направле­ниями в терапии и тем, что я делаю — для меня не важно, почему ситуация сложилась именно так. [Многие виды терапии иссле­дуют прошлое Вирджиния Сатир называла это «археологией» или «посещением музея».] Я больше интересуюсь тем, как люди приобрели свои проблемы или тем, что с ними происходит. И если я буду знать достаточно о том, как все это работает, то мы сможем внести небольшие изменения, с твоего разрешения, конечно.

И это приводит нас еще к одному важному моменту — воз­можно, самой важной части моей преамбулы. Если что-нибудь случится во время нашей сессии — а у нас есть где-то 45 минут, — что тебе не понравится или будет неприятно, то ты сразу мне об этом скажешь и мы остановимся. [Она кивает.] Я с удовольствием подержу тебя в обучении, но я ни при каких обстоятельствах не хочу заставлять тебя делать то, что ты не хочешь или тебе непри­ятно. [Она кивает,] (Отлично) Наоборот, я заинтересован лишь в тех изменениях, которые понравятся всем твоим частям. [Она ки­вает.] Это действительно важно, иначе изменения не сохранятся. [Она кивает.] Так какие же изменения в себе ты хочешь сегодня провести? [Пока я проводил небольшое вступление, я обратил вни­мание, что она очень заинтересована и часто кивает и улыба­ется, демонстрируя понимание того, что я говорю и согласие с этим. Я также обратил внимание, что ее голова чаще наклонена вправо, что говорит о том, что она в основном ориентируется на свои ощущения. Основываясь на этом, я предположил, что она обычно полностью ассоциирует себя со своим переживанием, поэтому ее фраза о том, что она хочет изменить свое чувство злости вполне объяснима.]

Мелисса: Я очень зла (зло). У меня очень много злости, ко­торую я часто изливаю на людей. Причем по совершенно глупым поводам. [Она жестикулирует обеими руками. Подобная же­стикуляция показывает ее конгруэнтность в злости, подтверж­дая свою обычную ассоциацию. Во время сессии подобные жесты повторялись всегда, когда она была конгруэнтно вовлечена в то о чем говорила]

Я никогда не могу себя остановить, прежде чем взорвусь. [Она жестикулирует левой рукой словно «рубит дрова», показы­вая что «остановка» для нее неконгруэнтна и проявляется только одной частью ее тела. Подобный жест всегда возникал во время сессии, когда она говорила о попытках перестать злиться и о попытках других ее успокоить. «Я никогда не могу остано­виться» представляет собой четкое сообщение, что сниже­ние ее внутреннего темперамента, возможно, будет для нее полезно и может помочь получить некий контроль над своей зло­стью. Это пример того, как ясно могут показывать клиенты, какие изменения они хотели бы провести. Однако у меня более амбициозная цель, чем просто помочь ей контролировать свою злость. Я хочу, чтобы у нее была совершенно другая реакция.] Я имею в виду, что это просто приступ злости [жестикулируя обеими руками.] [Я мог бы спросить ее как долго она взрывается такими приступами злости. Затем, когда она сказала, что «около месяца», было бы несложно спросить: «Что произошло месяц назад?» и ее ответ сделал бы следующим 15 минут совер­шенно ненужными. Некоторые читатели могут пропустить эти несколько страниц.]

Стив: Отлично. Как ты злишься? [настоящее время]

Мелисса: [покачивая головой] Да просто по разным поводам. [Мелисса расфокусирует свой взгляд и затем смотрит вверх и влево, чтобы обратиться к визуальной памяти.] Например, я ра­зозлилась, когда вчера мне не дали зарегистрироваться. Я орала на эту женщину за стойкой, а она мне отвечала: «Мэм, я не могу вам помочь» [Я спросил ее «как ты злишься?», имея в виду про­цесс в настоящем времени. Она ответила, приведя пример, когда она разозлилась в прошлом.]

Стив: Хорошо. Так до того как ты начала орать, что произо­шло в твоей голове? [Я переключился на прошедшее время, чтобы подстроиться к ней, спрашивая о процессе, который приводит ее в ярость.]

Мелисса: Я думала о том, насколько я была зла, и насколько это не честно, и как только они посмели со мной так поступить. [Она опять снова говорит о том моменте, когда она уже злилась, а не о том, что привело ее к злости, поэтому мне надо было идти дальше назад.]

Стив: Ладно, и как это началось? Что произошло? Ты при­шла с какими-то документами или чем-то еще?

Мелисса: Я пришла с документами, и они мне сказали: «Вы не можете здесь зарегистрироваться, потому что вы должны вы­полнить предварительные условия». Я ответила: «Но, я уже вы­полнила эти условия и прошла тестирование. Я уже на класс старше. И даже, если бы я не занималась в этом классе, я все равно должна иметь право на эти занятия». Они ответили: «Вам надо проконсультироваться с адвокатом». Я ответила: «Я не собираюсь тратить свое время».

Стив: Хорошо [игриво]. Но ты была не против потратить свое время на то, чтобы злиться? [Это применяет ее критерии «не тратить время» к ее злости, поддерживая желаемый ею ре­зультат перестать злиться]

Мелисса: Правильно [широко улыбаясь]. Это привычка). [Она думает об этом как о чем-то автоматическом, над чему нее нет никакого контроля, т. е. неосознанная реакция]

Стив: Ладно. На самом деле привычное поведение велико­лепно, потому что если что-то катится в определенной последо­вательности [указывая рукой на серию шагов] то, изменив это и вся привычка полностью изменится. [Мелисса кивает. Она смо­трит на «привычку» как на проблему, на препятствие к измене­ниям. Я же хочу, чтобы она увидела преимущества привычки изменив что-то, мы вызовем сильные изменения, которые также будут привычными.] А теперь ты говорила, что «это не честно».

Мелисса: Это было потому, что я была в ярости, мне каза­лось, что они специально так со мной поступают. [Она снова же­стикулирует двумя руками, указывая на конгруэнтность и полное вовлечение.]

Стив: Так была преднамеренно выбранная жертва? [преуве­личение]

Мелисса: [смеясь] Точно. Я, конечно, знаю, что это не так. Но, когда я злюсь…

Стив: [смеясь] Но как ты сама об этом думаешь? Я имею в виду, — вернись назад к тому моменту, когда ты говорила «они делают это намеренно», что происходило внутри тебя? Как ты все это представляла? Какой внутренний образ у тебя был? Каким го­лосом ты с собой говорила?

Мелисса: Я не знаю. Что-то просто происходило внутри меня, и я говорила себе: «я не могу поверить, что это происходит»

Стив: «Я не могу поверить, что это происходит». Что было до этого?

Мелисса: Я не знаю. Я не знаю.

Стив: Хорошо. Это тот самый ключ, который мы должны найти. Закрой глаза. Вернись назад к тому моменту, когда ты пе­редала им документы и тебе ответили отказом из-за отсутствия предварительных условий. У тебя их не было. Когда это все нача­лось? Действительно очень важно, чтобы мы начали с самого на­чала, потому что тогда ты могла бы начать мыслить в совсем другом направлении.

Мелисса: [энергично кивая] Как только у него слова сорва­лись с языка. (И он на это сказал.. .) «У вас нет этого класса. Дайте мне проконсультироваться с шефом [Она открыла глаза.] чтобы узнать, сможет ли он принять это. И потом, после того, как он ушел я подумала (Да): «Я могу пойти в этот класс. Не говорите мне, что это невозможно». И меня словно превратили в снежный ком, катящийся с горы…

Стив: Ага. Мы и хотим поймать момент начала этого снеж­ного кома. Так, когда это началось?

Мелисса: Сразу после того, как он сказал: «Вы не может этого сделать».

Стив: Понятно. Так что первое приходит тебе в голову? («Да, я могу) «Да, я могу». (Да) Записываюсь в класс.

Мелисса: Да. А, затем было, сами понимаете, что «я не могу в это поверить». Это…

Стив: С тобой никогда раньше ничего подобного не случа­лось?

Мелисса: Что? То, что меня не записывали в класс…

Стив: Нет. То, что ты не могла поверить…

Мелисса: Нет [улыбаясь и смеясь]. Со мной это постоянно происходит.

Стив: Именно. Так ты можешь в это поверить, правда? (Точно) Но, ты сказала, что не можешь в это поверить. [Я бросаю вызов ее утверждению «я не могу в это поверить», указывая на то, что поскольку у нее было много подобных ситуаций и пере­живаний, то ей следовало бы ожидать подобного. Однако я не слишком хорошо представил ей эту мысль, и она начала раздра­жаться.]

Мелисса: Я просто расстроилась [улыбаясь]. Я напряглась. Сейчас я начинаю злиться, потому что не могу объяснить это. [Во время последнего предложения она постоянно жестикулировала обеими сжатыми руками, выражая напряжение и раздражение. Я ее расстроил, и она просто демонстрировала мне, как она на­чинает злиться. Я сделал паузу, подумав, как еще я могу вытя­нуть из нее нужную мне информацию и затем просто решил еще раз спросить.]

Стив: Ладно. Ты можешь мне немного более подробно рас­сказать, что происходило? Если мы на самом деле сможем отсле­дить начало «снежного кома», то это будет крайне полезно. Я имею в виду, что могу кое-что сделать, даже имея всего лишь ту информацию, которая у меня есть. Потому что есть несколько пре­суппозиций по поводу злости, одну из которых ты назвала — они делают это специально. Ты же говорила себе что-то подобное?

Мелисса: Нет. Я просто…

Стив: Или это было немного позже?

Мелисса: Это было позже. Уже после того, как я ушла. Я ду­мала что-то типа — «Я не могу поверить, что так со мной они по­ступают. Как они могут так себя вести?»

Стив: Хорошо. Т.е. у тебя однозначно было ощущение, что с тобой так «поступают». Это не просто бюрократия и определен­ные правила колледжа, с чем ты должна была справиться и найти выход? Ты не смотрела на это с такой точки зрения? (Нет) Так как тебе это виделось?

Мелисса: [глубоко вздохнув] Я много и тяжело работала, чтобы закончить школу [левая рука снова рубит воздух]. У меня по всем предметам твердые «пятерки» и я прошла предварительное тестирование. И тестирование именно в тот класс, в который я хо­тела записаться. И я прошла это тестирование еще в школе. Я хо­тела записаться в класс по физике. Я занималась физикой в школе, и вполне могу посещать занятия [жестикулируя обеими руками]. (Верно) Я прошла все экзамены, (верно) И теперь, когда я хотела заниматься физикой на уровне колледжа, я должна была всего лишь показать им аттестат, чтобы они увидели на каких курсах я занималась раньше. (Верно) Я хорошая студентка. (Верно) Я соб­людаю правила. (Верно) А они мне говорят: «Вам нужно прокон­сультироваться с адвокатом». [Она жестикулирует руками, направляя ладони от себя, словно указывая на остановку, как будто она была тем человеком, который сказал «нет»] И я просто как…

Стив: Понятно. Ты же знаешь, какие они на самом деле бю­рократы.

Мелисса: Да, но я не могу это выносить и не терплю. [Она сфокусирована на своем желании, чтобы система была другой, а это то, что она никак не может контролировать. Я хочу напра­вить ее внимание на то, что она сама может сделать по-дру­гому, поскольку это может быть желаемым результатом, находящимся под ее контролем.]

Стив: Ясно, но, видишь ли, у тебя есть выбор. Учитывая, что бюрократия везде одинакова, ты не раз можешь в будущем столк­нуться с подобной ситуацией. И раньше подобное, наверняка, слу­чалось. Ты ведь говорила, что такие вещи с тобой не раз происходили? [Она кивает.] (Да) Это словно присущая миру глу­пость дает тебе пощечину. [Жестикулирую, словно даю ей поще­чину. Она улыбается и смеется.] (Да) Поэтому вопрос состоит в том, как ты будешь на это реагировать? [Я направляю ее внимание на ее реакцию, а не на бюрократию, спрашивая ее о позитивном желаемом результате, который направит ее в будущее.]

Мелисса: Я не хочу срываться и кричать на людей. (Да) Мне это не нравится.

Стив: Отлично. Тогда у меня к тебе вопрос. Предположим, я сел в автобус и говорю водителю: «Я не хочу ехать в Милуоки, не хочу ехать в Новый Орлеан и не хочу в Сан-Франциско». Как же водитель поймет, куда я хочу ехать? [Эта короткая метафора ил­люстрирует, что негативный (отрицательно сформулирован­ный) желательный результат не принесет пользы, поэтому она должна придумать позитивную формулировку того, что она хочет]

Мелисса: Пока вы ему не скажете?

Стив: Именно так. Так куда бы ты хотела поехать? Что ты хочешь делать по-другому, вместо того, чтобы взрываться?

Мелисса: Сказать людям, в чем проблема. Сказать им…

Стив: Хорошо. А ты бы хотела чувствовать себя спокойной по этому поводу? [она улыбается] (Да) Тогда пойми, что в мире много глупости. И разных правил в мире тоже очень много.

Мелисса: Я ненавижу глупых людей.

Стив: На самом деле, я тоже от них не в восторге, [она улы­бается и смеется] но они существуют. [Она смеется] И вопрос то в том, что ты предпочтешь — взорваться и создать кучу проблем или найти способ обойти систему? [Предоставляя ей выбор «или-или», я фокусирую ее внимание на том, что она сама может де­лать по-другому Внимание к последствиям любого из вариантов, который она выберет, создает мотивацию на другую реакцию.]

Мелисса: Найти способ обойти систему.

Стив: Отлично. Тогда что ты будешь чувствовать по этому поводу? Что ты можешь сказать себе или как ты можешь об этом думать при столкновении с бюрократией? Если ты услышишь, что «нет, вы не можете» или что-то подобное, то сможешь просто про­должить: «Да. Расскажите мне еще» или нечто в этом роде? Как ты посмотришь на такую свою реакцию — «скажите, что мне нужно сделать» — и ощущение спокойствия в тебе, чтобы найти путь обойти систему?

Мелисса: Но это будет трудно [жестикулирует обеими ру­ками].

Стив: Ты думаешь, что это будет труднее, чем взрываться и злиться?

Мелисса: Нет. Мне будет трудно остановить себя [рубящий жест левой рукой] от взрыва и злости…

Стив: И что же сделает это трудным?

Мелисса: Потому что это привычка.

Стив: На самом деле, мы сейчас можем создать для тебя новую привычку. (ОК) И она будет возникать тогда, когда тебе нужно и так же легко, как и прошлая привычка. Тебе это подхо­дит? [она улыбается] (Да) Ты бы хотел это сделать? (Да) Хорошо. Как ты хочешь реагировать в подобных ситуациях? Подумай не­много об этом. [Она опускает глаза и расфокусирует взор, раз­мышляя.] Вернись к этому [Когда я сказал «этот» случай, это было неопределенно. Мне надо было сказать «событию», «инци­денту», «воспоминанию» и т.п., чтобы быть более четким.] Всегда полезно иметь что-то, с чем мы можем справиться. [Опять «что-то» слишком неопределенно.] И потом мы всегда можем обобщить другие подобные примеры. [Опять слишком неопреде­ленно.]

Мелисса. Я бы хотела, чтобы я смогла сказать, например: «Отлично, я пойду и поговорю с адвокатом. Спасибо большое». Вместо того чтобы говорить [улыбаясь]: «Я не могу поверить, что вы…»

Стив: Приходить в ярость.

Мелисса: [смеясь] Я имею в виду, что это не было виной че­ловека, который мне это сказал [жестикулируя обеими руками].

Стив: Ведь, они ведь всего лишь часть системы, не правда ли? (Верно) Т.е. на самом деле [мягко ругая] ты вела себя, словно кто-то специально делал тебе нечто неприятное, не правда ли? [Она смеется.] И получилось, что есть несчастный служащий, на которого нападаешь ты. [Я использую ее восприятие того, что другие нападают на нее, чтобы показать ей, как ее злость на дру­гих направлена на этих других, как она нападает на других. Она это четко понимает, что создает дополнительную мотивацию изменить свое поведение.]

Мелисса: [Она от стеснительности закрывает лицо руками и смеется] Я знаю.

Стив: А он всего лишь часть системы. [Она смеется.] (Я знаю) [журя] Я не могу поверить, что такой человек, который спо­собен на это.

Мелисса: [печально] Я такая [смеется].

Стив: [смеется] Ладно. Я теперь закрой свой разум…[Как вам такая ошибка? Однако я ее уловил и исправил] Ой, прошу прощения. Закрой глаза [Она улыбается.] (ОК) и вернись назад — представь. Еще раз прокрути перед глазами этот фильм, только в это раз представь ситуацию по-другому, когда ты передаешь доку­менты и слышишь в ответ: «Вы не можете зарегистрироваться в этом классе…» Не надо мне ничего об этом говорить, просто опиши мне, что происходит, когда ты спокойно отвечаешь: «Спа­сибо. С кем я могу посоветоваться по этому вопросу?» или что-то подобное. [Она кивает.] (ОК) И как это работает? [Это «предвари­тельный тест», чтобы узнать, как это работает в ее воображении.]

Мелисса: Я говорю «спасибо» и затем я просто ухожу. Я смогла — смогла это увидеть. [Она смеется, покачивая головой.] Но я не думаю, что я смогу когда-нибудь так поступить на самом деле. [Ее способность отличать воображаемые действия от фактических действий стала очень важной и значимой в конце сессии, когда она конгруэнтно сказала: «Да. Я могу это сде­лать».]

Стив: Хорошо. А теперь попробуем сделать еще одну вещь. Но, будет ли это приемлемым для тебя? Если ты сможешь это сде­лать, то будешь довольна и счастлива? (Да) Давай перепроверим. Закрой глаза и задай себе вопрос: «Есть ли какая-нибудь часть меня, которая против того, чтобы я так себя вела в подобных си­туациях?» И будь просто внимательна к любому ощущению, внут­реннему голосу или образу, который может появиться, если какая-то твоя часть возражает против подобного поведения…

Мелисса: Да. (ОК) Есть такая часть.

Стив. И в чем же состоит возражение?

Мелисса: [покачивая головой — «нет»] «Это их вина» [рубя­щий жест левой рукой]. И поскольку именно на них лежит эта вина.

Стив: Так ты хочешь кого-то обвинить?

Мелисса: Да. Я хочу наорать на кого-то. Хочу кричать, [рубя­щий жест левой рукой]. [Если бы я спросил: «На кого ты хочешь наорать?» Она возможно бы сказала: «На моего бывшего» и это привело бы нас как раз к самому эпицентру ее злости. ]

Стив: Зачем тебе кого-то обвинять? Какая тебе от этого польза?

Мелисса: Это дает людям понять, в чем они не правы. [Опять я мог бы спросить «Кому конкретно понять».]

Стив: Они ведь всего лишь следуют правилам. Что же они сделали неправильно?

Мелисса:  Я не хочу просто говорить об этой конкретной си­туации. Я говорю обо всем [рубящий жест левой рукой] и о дру­гих примерах [обе руки подняты]. [Когда она говорит «все» и «другие примеры», она опять очень четко дает мне понять, что все это связано с кем-то другим, но я полностью упустил это из виду и продолжил фокусироваться на содержании ситуации с ре­гистрацией в классе.]

Стив: Т.е. теперь ты хочешь, чтобы они поняли, что можно вести себя по-другому, демонстрируя по отношению к тебе больше уважения? (Верно) Я правильно понимаю? Можно так сформулировать? Хорошо. Думаешь ли ты, что они будут больше к тебе прислушиваться, если ты будешь взрываться или если ты будешь спокойна? [Она качает головой и улыбается. ]

Мелисса: [улыбаясь] Если я буду спокойна.

Стив: Я тоже так думаю. Т.е., если ты действительно хочешь изменить бюрократию или изменить какую-либо другую ситуа­цию, в которой, например, кто-то другой выказывает тебе неува­жение, не будет ли проще, если ты будешь сохранять спокойствие? Если ты будешь больше сконцентрирована на своем деле и спо­койно скажешь: «Мне не нравится то, что вы сделали. Для меня это неприемлемо. Я хочу, чтобы вы это изменили».

Мелисса: Но, они не слушают. Они не будут слушать. [Это дополнительные подсказки, что она ссылается на кого-то кон­кретного, но я опять прозевал их и не спросил: «Кто конкретно не слушает?»]

Стив: Иногда они не будут слушать. Как ты думаешь, они будут лучше слушать, когда ты злишься или когда ты спокойна?

Мелисса: А что если я начну говорить спокойно, но затем начну злиться, если они не будут меня слушать?

Стив: Ты всегда можешь разозлиться. У тебя это хорошо по­лучается. [Она смеется.] Ты прекрасно знаешь, как это делать. [Мелисса смеется и склоняет голову влево. Я смеюсь вместе с ней, категоризировав ее злость, как навык, которым она прекрасно владеет.] Но и здесь есть варианты. Ты всегда можешь разо­злиться позже. Иногда злость заставляет людей замечать тебя. [Она кивает.]

Однако будет ситуации, когда люди могут просто сказать: изменяю интонацию голоса, чтобы было понятно, что я теперь представляюсь другим человеком и также диссоциирую себя от содержания цитаты.] «Да они просто злые, поэтому и взры­ваются». [Она кивает.] Они также могут сказать: «Это просто, по­тому что она такая эмоциональная. Вы же знаете, какие женщины…». [Я специально играю роль сексиста потому что я уверен, что ей это не понравится и она постарается отстра­ниться от подобной оценки. Она отреагировала, посмотрев вверх и влево с напряженной улыбкой, показывая ее нелюбовь к сек­сизму] (Да) Или что-то похожее. Возможно, ты такое уже слы­шала. [Мы вместе смеемся.] (Да. Верно) А теперь еще раз проверь. Спроси эту часть — принимая во внимание, что эта часть хочет злиться, — не согласится ли она злиться позже. «Есть ли у тебя какие-то возражения против использования этого подхода или совершенно нового паттерна поведения в подобных ситуа­циях?» [Она качает головой] («нет»)

Потому что у меня есть идея, что для меня это верно. Что будь я в одной из этих официальных позиций, и кто-то начал бы на меня орать, то это только укрепил о бы мою позицию. Я бы сказал: [Снова меняя интонацию, чтобы усилить то, что я собираюсь сказать и диссоциируя себя от содержания цитаты.] «На самом деле, это непреложное правило и я ничего не могу с этим поде­лать. Извините». [Мелисса смеется.] Потому что я хочу как можно скорее от тебя избавиться. Но, если бы ты была спокойна и сказала бы: «Ситуация заключается в том, что я прошла это в школе и т.д. и указала бы твои основания для подобных слов, то я был бы на­много более предрасположен к тому, чтобы нарушить правила или найти обходной путь. И так на моем месте поступили бы очень многие. [Она думает некоторое время и затем медленно кивает.] (ОК) Как ты думаешь, это разумно? [Она кивает и улыбается.] Я думаю, что это правильно. Но спроси себя. Снова закрой глаза и представь, как ты проходишь через одну из подобных ситуаций и

Мелисса: Эту ситуацию или любую ситуацию? Стив: Возьми эту ситуацию, а потом другую… [Она держит глаза закрытыми, пока проверяет, затем резко открывает глаза и смеется. Ее кривая улыбка показала ее реакцию на то, что она поняла, что спокойствие будет более по­лезно, чем злость, но я неправильно ее понял и принял эту реак­цию, как возражение.]

Итак. Есть одно? Какое? Видишь ли, мы можем провести из­менения только, если все твои части согласны. Если есть хоть одна из частей, которая говорит: «Мне это не нравится» или «Это по­мешает тому, что я хотела, чтобы произошло», то изменения будут кратковременными. Поэтому нам обязательно надо найти все воз­ражения и проработать с ними для их удовлетворения. Так в чем оно? (Другая ситуация?) Другое возражение. Нет, тебе не нужно описывать мне ситуацию. На самом деле, есть еще кое-что, о чем мне стоило сказать раньше— в большинстве случаев мы можем работать без содержания. Поэтому мне не нужны детали, имена, даты, место и т.п. Т.е. ты попробовала рассмотреть другую ситуа­цию и обнаружила возражение? [Я все еще думал, что она нашла возражение, но Мелисса меня поправила.]

Мелисса: Нет, не было возражений. Я четко видела, как я могла бы [Она сначала жестикулирует двумя руками, а затем только правой.] извлечь из ситуации намного больше полезного, если …

Стив: Понятно я не правильно истолковал твою реакцию.

Мелисса: Если бы я успокоилась.

Стив: У тебя было такое выражение лица, и я подумал: «Еще одно возражение». Отлично. Попробуй еще одну ситуа­цию… [Мелисса закрыла глаза, визуализируя другой пример, затем открыла их, улыбнулась и кивнула.] В этом случае также спокой­ствие было бы лучше?

Мелисса: Во всех ситуациях. [Она выразительно жестикули­ровала обеими руками во время всей своей фразы.] Я могу… Все эти примеры и ситуации из прошлого, когда я злилась и взрывалась, я думаю, я могла бы вести себя иначе. Я хотела, чтобы они меня по­няли. «Неужели ты не понимаешь, через что мне пришлось пройти?» «Неужели ты не понимаешь, что у меня проблемы?» «Пойми… [Ее постоянное ударение на «понимаешь» можно было бы воспринять как неявную команду мне—«пойми меня», потому что я точно еще ее не полностью понимал. ] И единственный путь…

Стив: И ты думала, что если ты будешь на них кричать, то за­ставишь их тебя понять?

Мелисса: Да. Именно так я и ощущала себя. Так я чувствую злость. Понятно теперь?

Стив: Я думаю, что такой подход будет более полезным. имел в виду, что более полезно сначала сказать людям, что она хочет, чтобы они ее поняли, вместо того чтобы начинать со зло­сти.]

Мелисса: [кивая и улыбаясь] Да, я и сама начинаю это пони­мать.

Стив: Отлично. Давай теперь кое-что сделаем, чтобы зало­жить эту программу в тебя и чтобы сделать это легко. (ОК) Поду­май о том, что послужило началом твоей злости. Рассмотри еще раз эти три примера. Что послужило триггером? Твои слова: «Вы не можете так поступить»? Или кто-то сказал: «Вы не можете это сделать»?

Мелисса: Контекст послужил толчком.

Стив: Что общего было во всех этих трех ситуациях? [Я по­просил ее идентифицировать категорию переживаний, которая всегда присутствовала.]

Мелисса: Кто-то не дает мне что-то сделать. [Она назвала ка­тегорию.]

Стив: Кто-то не дает тебе что-то сделать. Кто-то блокирует тебя каким-то образом. Хорошо. Понятно. И как ты представля­ешь себе этот блок? Это какой-то образ? Слова?

Мелисса: Первое, что приходит в голову — «слишком плохо, разберись с этим». [Когда она произнесла последние слова, она пе­редернула плечами и дернула головой.] («трудно») [Она кивнула.] «живи с этим»

Стив: «Невезение». [Она кивнула] Вместе с таким пожима­нием плечами и смирением. Это значимая часть? (Да) Когда ты показала это сейчас, то слегка кивнула головой. [Она подтвер­дила.] Похоже на невезение? Придется мне перестроиться. Я хотел сделать одну вещь, а теперь придется сделать другое… [Она улыб­нулась.] А затем мы проделаем еще кое-что. [Я намеревался ис­пользовать технику, которая эффективно работает с изменением привычных реакций, но я был неудовлетворен тем, что пока не нашел четкие сенсорные проявления, которые я смогу связать с поведением. Поэтому я взял паузу, чтобы обдумать, что делать дальше.]

Давай подумаем о ситуации в будущем, в которой может такое произойти. Ты можешь представить подобное в будущем? Возможно ситуацию с участием кого-то, кто так вел себя по отно­шению к тебе в прошлом? Пробегись по возможным ситуациям в будущем. Закрой глаза и представь кого-то, кто блокирует тебя и говорит: «Не повезло». Это проверка. (Я злая) Ты злая. И что же часть, которая злится, хочет для тебя?

Мелисса: [мягко] Она хочет причинить боль человеку, который причинил боль мне. [И опять я упустил момент. Я мог бы просто спросить «Кто причинил тебе боль?» До этого момента сессия была легкой и веселой. Сейчас же она стала более серьезной.]

Стив: [мягко] Так под этим боль? [Она кивнула.] Ты сказала «блокирует меня». Что ты под этим подразумеваешь? [Она сжала губы.] Это впервые произошло давно? [Наконец, я начал пони­мать, хотя я снова ошибся, предполагая «произошло давно».]

Мелисса: [Она усилено улыбнулась и откинула голову назад.] Около месяца. Около месяца назад. [Возник интересный вопрос — начались ли ее взрывы злости месяц назад или это было более старой проблемой. Хоть я и не спросил, я подумал, что оба вари­анта могут быть совмещены. Т.е. у нее была проблема приступов злости давно, но месяц назад проблема существенно усилилась. Позже она говорила о том, как она кричала на своего отца и мне показалось маловероятным, что она так поступала только в те­чение последнего месяца.]

Стив: Месяц назад. Есть ли какой-то конкретный человек, который таким образом причинил тебе боль?

Мелисса: [кивая с грустной улыбкой] Мой «бывший».

Стив: Твой «бывший». Понятно. Давай тогда сделаем нечто другое. Как ты посмотришь на то, чтобы научиться прощать и про­стить этого человека? [Вместо того, чтобы просить ее назвать желаемый результат, я сам его ей предложил, считая, что он будет для нее полезными]

Мелисса: [защищаясь] Но я ничего такого не сделала [Она качает головой.]

Стив: Я это знаю и верю тебе. [Несмотря на то, что я знаю, что она как-то принимала участие в разрыве с «бывшим», но я пока не собирался оспаривать ее утверждение, что она ничего не сделала. Позже она сама сказала, что поспособствовала проблеме между ней и ее «бывшим», говоря, что она сделала «ужас­ные вещи».] Прощение в данном случае предназначено не для этого человека, а для тебя. [изменение диапазона] Это нужно, чтобы у тебя не было чувства потери и злости [Она кивает.] или желания отомстить. [Это проясняет, что я имею в виду под про­щением в то же время, перечисляя преимущества прощения для нее.] (Верно)

Мелисса: [кивая] Я бы хотела, чтобы это закончилось.

Стив: Ты бы хотела оставить это в прошлом?

Мелисса: Мне каждый день это не дает покоя [Она взды­хает.]

Стив: Отлично. В этом и есть проблема и поэтому прощение будет очень полезно в ситуациях подобного типа. Но, мне нужно еще немного информации. Когда ты думаешь об этом человеке, где расположен его образ? Далеко ли он тебя? Расскажи мне наи­более подробно об этом образе. Меня не интересует содержание, меня интересует форма — где он расположен, какой он? Большой или маленький?

Мелисса: Он где-то здесь. [Смеясь, она указывает на точку футах в десяти от нее справа. Как раз там, где я сидел.]

Стив: Понятно. Приблизительно на таком расстоянии. А на­сколько он высок? Какой у него размер? [жестикулирую руками] Маленький? Или ростом с человека?

Мелисса: [кивая] Ростом с человека.

Стив: Т.е. он словно стоит тут? И есть какие-то голоса? Мне не нужно знать, что они говорят. Меня интересует то, как они го­ворят. Тихо или громко? Зло или дружелюбно?

Мелисса: [кивая] Они кричат и вопят.

Стив: Кричат и вопят. Как обычно. [Она смеется. Теперь у меня было четкое описание ее текущей ситуации. Неудиви­тельно, что она быстро начинает злится, учитывая ее «быв­шего», который стоит на расстоянии десяти футов и кричит на нее. Теперь я должен вытащить из нее информацию о ее пе­реживаниях по поводу какого-то человека, которого она уже про­стила, что будет другим образом, который точно будет расположен в другом месте.]

Хорошо. Я теперь подумай о ком-то, кто в прошлом причинил тебе боль, но которого ты простила. [Она кивает.] Как ты представляешь этого человека? (твоя мама) Где находится образ мамы, которую ты простила. Этот образ расположен там же или в другом месте? Какие у него размеры и характеристики? [Она кивает.] (образ ближе) Образ ближе? Хорошо. Где он расположен?

Мелисса: [неуверенно покачивая головой] Я не знаю точно. Похоже прямо рядом со мной [указывая правой рукой справа от себя].

Стив: [показывая рукой справа от нее] Прямо здесь? (Да) Ближе к тебе. И я слышу, что твой голос меняется. [Она кивает и улыбается.] Есть доброта и мягкость в голосе? [Я говорю об из­менении интонации ее голоса, что показывает мне, что она дей­ствительно простила свою маму.] (Да) Поэтому я верю тебе, что ты ее простила. Некоторые люди делают это не полностью. Но по твоему голосу, я могу понять, что действительно простила ее. В твоем голосе слышится тепло и мягкость. [Очень важно вызвать конгруэнтное переживание прощения во всем теле, поэтому я очень внимательно слижу за ее невербальными сообщениями, ко­торые указывают на расслабление и участие. Она кивает.] От­лично.

А теперь нам предстоит сделать кое-что сложное. [Она улы­бается.] До этого все было легко и мы готовились к более трудной части. Одним из способов простить человека будет перемещение его образа оттуда сюда [показывая справа от нее], приблизить его к себе также, как ты представляешь свою маму. [Это указывает на конкретные шаги, которые я хочу, чтобы она проделала для прощения. Конкретность дает ей понять, что именно надо сде­лать и что может произойти. Поэтому для нее легче определить возражения против этого в случае наличия таковых.] Но мне ка­жется, что ты пока не хочешь этого сделать. Большинство людей так же себя ведут. [У многих людей есть немало возражений для прощения, поэтому я предупреждаю ее, что несколько возраже­ний могут возникнуть и у нее. Это также делает ее ответ естественными нормальным.] И в чем же состоит твое возраже­ние? Я предлагаю поиграть в игру возражений.

Мелисса: [качая головой] Я его ненавижу.

Стив: За то, что он сделала? [Она киваете]

Мелисса: Я ненавижу его за его ложь. (ОК) Я ненавижу его за то, как он со мной обращался. (ОК) Это основные причины.

Стив: Я понял. Но понимание ситуации может занять не­много времени, так что будь готова. [в ретроспективе, это слиш­ком неопределенно] Но в начале я хочу отметить, что ты наверняка испытывала к этому человеку и какие-то теплые чувства. [Я хочу, чтобы она признала, что у нее были теплые чувства к своему «бывшему», чтобы сбалансировать ее ненависть к нему. Она ки­вает.] Но, он попрал некоторые из твоих ценностей [Она кивает.], причем совершенно неприемлемым для тебя способом? [Она ки­вает.] (Да) А как долго ты была с ним знакома?

Мелисса: Восемь месяцев.

Стив: Восемь месяцев. Т.е. ты неплохо знала.

Мелисса: Я тоже так думала.

Стив: Понятно. Теперь ты знаешь его лучше, [сухо] (Да) Но не так как ты хотела. (Нет) Но теперь ты лучше его знаешь. В об­винениях всегда есть пресуппозиция, что человек мог бы посту­пить по-другому. [Она кивает.] (Да) Теперь он действительно мог бы поступить иначе с помощью терапии или ему настучат по го­лове. [Она улыбается] (Возможно) Но в то время он был тем, кем был и сделал то, что сделал, а тебе надо было поддерживать свои ценности. Но, его действия нарушили их. Вено? И ты должна была сказать: [рубящий жест рукой] «С меня довольно». Ты по­нимаешь, что он не мог тогда поступить иначе? (Нет)

Хорошо. Давай попробуем иначе. Ты можешь вспомнить си­туацию в прошлом, когда ты сама причинила кому-то боль? [Ме­лисса кивает.] [Я попросил ее переключить роли и встать в позицию человека, который причиняет другому человеку боль. А не в позицию того, кому причиняют боль. Это помогло ей легче при­нять то, что я предлагал] Возможно, это произошло совсем не­произвольно и непреднамеренно и я уверен, что, вспоминая подобное, ты испытываешь сожаление. [Мелисса кивает.] Это так? А теперь подумай, в тот момент, когда ты причинила чело­веку боль, могла бы ты поступить по-другому? (Да)

Я так не думаю. Как это не безумно, но это часть само­прощения. Я уверен, что каждый поступает лучшим из до­ступных для него способов [Говоря «как это не безумно», я просто предлагаю ей рассмотреть то, что я говорю, не ока­зывая на нее давление.] исходя из воспитания, эмоций, убеж­дений и окружения человека. Человек делает наилучший выбор в данный момент времени. [Поместив ее в позицию че­ловека, который причинил кому-то боль, я хочу чтобы она по­няла и пережила внутри себя пресуппозицию о том, что люди всегда поступают наилучшим для них способом, исходя из кон­текста.] И я думаю, что ты сделала лучший выбор из доступ­ных тебе в тот момент, исходя из того, что ты знала, даже если это и привело к чьим-то страданиям. [Она смотрит вниз и вправо и задумчиво кивает.] (Да)

Это правда? И ведь это вполне разумно? И именно в тот мо­мент времени, хотя через несколько секунд ты могла сказать себе: «Я же могла поступить иначе» Но в тот момент ты сделала луч­ший выбор, который могла.

Я совершенно не знаю чего боялся этот человек, [жест в сторону расположения образа «бывшего»] какие у него были опа­сения или в чем он был неуверен. Я не знаю, что заставило его солгать тебе, но я не сомневаюсь, что если бы он был сейчас с нами в комнате, мы могли бы выяснить, что привело его к такому выбор и что помогло ему считать этот выбор лучшим…

Мелисса: [кивая и улыбаясь] Я уже знаю, в чем дело.

Стив: Правда? Т.е. ты понимаешь? Ты принимаешь эту его точку зрения?

Мелисса: [кивая] Отчасти. Да. [покачивая головой] Но я все равно его ненавижу.

Стив: Он все таки сделал что-то, что причинило тебе боль. Вопрос в том, готова литы это забыть. Вопрос в том, что мы можем сделать, чтобы это стало возможным.

Мелисса: [кивая] Если честно, одна часть меня не хочет это забывать, потому что боится, что если я снова с ним встречусь…

Стив: Что ты снова можешь им увлечься? [Это моя ошибка. Частое возражение против прощения может быть причиной того, что, простив кого-то и встретив его снова, могут возоб­новиться отношения, которые снова могут привести к болез­ненному разрыву. Я был не прав, и она меня исправила.]

Мелисса: Нет. Просто, встретившего я могла бы ему сказать: «Знаешь что? Я тебя не простила и я тебя ненавижу. Я не могу по­верить, что ты так поступил». Что-то типа мести ему. Но во мне также есть часть, которая хочет все это забыть. [Многие тера­певты постарались бы обойти вопрос «мести», но это возражение быть полностью нейтрализовано до того, как она сможет по-настоящему простить «бывшего».]

Стив: И зачем тебе нужна эта месть? Какая в ней для тебя польза?

Мелисса: [улыбаясь и смеясь] Я буду чувствовать себя лучше.

Стив: Чувствовать себя лучше. Я бы хотел, чтобы ты чув­ствовала себя лучше. [Она улыбается и смеется.] И мне не ка­жется, что месть это лучший способ для этого. Скажи мне вот что. Закрой глаза и погрузись в мир дикой мести. Чтобы ты сделал, если бы обладала абсолютной властью и могла бы поступить с ним так, как тебе захочется. [Она улыбается.] Какие бы это вы­звало у тебя чувства?

Мелисса: Ощущение победы.

Стив: А ты ощущала бы себя сильнее? [При победе и пора­жении всегда присутствует сравнение я хочу, чтобы она по­думала о том, как она себя будет ощущать без сравнения себя с кем-то другим.]

Мелисса: Да нет. Я бы считала, что мы на равных.

Стив: На равных. Т.е. сейчас вы не равны? [Она кивает]

Мелисса: Я хочу, чтобы он почувствовал ту же боль, что и я.

Стив: Ага. И это вас уравняет? (Да) Есть ли какой-нибудь другой способа, чтобы ты чувствовала себя на равных или выше его? Особенно понимая, что прощение — это не то, что может сде­лать любой человек. Это требует немало силы воли, и многих дру­гих человеческих качеств, [категоризируя прощение, как сложную вещь, которая требует использование важных человеческих ка­честв, я надеялся сделать прощение более притягательным для нее. Но это не показалось для нее убедительным. Она покачала го­ловой.] Не подходит? (Что?) Не нравится? [улыбаясь] (Не нравится)

Не подходит. Ты на самом деле можешь сердиться и злиться на весь мир [Я не собираюсь заставлять ее прощать это ее решение.], что не будет справедливо по отношению ко всему миру. Он был нечестен по отношению к тебе, [она улыбается] Я думаю, что честность очень важна для тебя Верно? [Она кивает.] Для меня тоже. [Ранее на сессии она упоминала, что так к ней отне­сся клерк при регистрации, было нечестным. Поскольку чест­ность — это очень важная для нее ценность, то, если она будет продолжать злиться на окружающих, то это будет нечестно по отношению к ним. А поскольку она сказала, что ее «бывший» был нечестен с ней, то это поможет найти некоторое сходство с ним и может привести к сравнению себя с ним.] Я хочу рассказать тебе одну историю про Милтона Эриксона. Ты слышала о нем? Он был одним из величайших гипнотерапевтов и психологов.

Мелисса: В психологии я не сильна [смеясь].

Стив: Он работал врачом в психиатрической лечебнице и ре­гулярно проводил осмотр, как пациентов, так и сотрудников, и добровольных помощников. Он осматривал 75-ти летнего алкого­лика, который доставлял проблемы всем окружающим и мог бы продолжать это делать еще лет 20. У пациента было прекрасное здоровье. Затем он осмотрел 16-ти летнего добровольца, девушку, и обнаружил у нее признаки неизлечимой болезни. Он вышел из кабинета и сказал себе: «Вбей себе в голову, Эриксон. Жизнь не­справедлива». Он должен был это сделать, прежде чем вернуться в кабинет и сказать молодой девушке, что ей осталось жить не больше 6-ти месяцев. [Многие люди считают, что жизнь должна быть справедливой. Поэтому, если случается неприятность, то это не только неприятность — то это еще и несправедливо, и нечестно, что является суждением на более высоком логическом уровне и результатом этого являются две вещи. Это добавляет неприятных переживаний и это отвлекает внимание отреше­ния проблемы. Эта история неопровержимо доказывала, что жизнь несправедлива. Эта история могла оказать на Мелиссу более сильное влияние, потому что она всего на пару лет старше этой несчастной девушки из рассказа, и она могла сильно себя с ней идентифицировать. Я намеренно исказил некоторые детали в этой истории Эриксона (31, стр. 17 19)]

Но, это никоим образом не останавливает нас от того. Чтобы мы вели себя честно и были справедливыми. Поэтому мы должны сделать все от нас зависящее, чтобы наши отношения были чест­ными, хотя сама жизнь несправедлива. Оглянись. Кто-то перед­вигается в инвалидных креслах. Кто-то нет. Но, разве это как-то влияет на твое восприятие человека? [Она кивает.] Возможно, для него тоже жизнь была несправедливой [жест в сторону образа расположения «бывшего»]

Мелисса: [Она смотрит вниз и вправо и после паузы говорит с влажными глазами.] Я это знаю.

Стив: Закрой глаза. [мягко] Продолжай некоторое время ощущать это. Задержи в себе это чувство… [В ней разлилось чув­ство мягкости. Хотя, я не совсем уверен, что оно собой пред­ставляло, я предположил, что это участие и жалость к «бывшему», или какое-то другое чувство, которое поддержит цель достижения прощения. Поэтому я хотел, чтобы она полно­стью пережила эти ощущения.]

Есть еще кое-что очень важное для того, чтобы ты могла его простить. Ты должна быть защищенной. Потому что если ты его простишь [Она открывает глаза,], у тебя может появиться наме­рение восстановить с ним отношения на том же основании, что и прошлые ваши отношения. А это откроет тебя для такого же от­ношения к тебе, как было раньше. Это имеет для тебя смысл? [Она кивает.] Поэтому ты должна чувствовать себя полностью уве­ренной в том, что если ты простишь его, то у тебя должна быть по этому поводу определенная уверенность типа «мне жаль, что так произошло и что он так себя вел, но это не то, что мне нужно в жизни». Это необходимо для твоей защищенности. Нередко по­добное случается с женщинами, которые избивал муж. Они про­щают мужчин и возвращаются к тому, что было раньше и их снова избивают. Ты же для себя не хочешь подобного? [Она кивает] А теперь снова закрой глаза и представь, что ты в будущем с ним встречаешься, и у вас снова возникают отношения. Чувствуешь ли ты себя в безопасности? Есть ли какая-нибудь опасность?

Мелисса: Есть опасность, что вернется к тому, что было.

Стив: Так что мы можем сейчас сделать, чтобы это пере­стало быть опасностью? Например, ты можешь понять, что ты просто собираешься немного поговорить и будешь делать только то, что ты захочешь. Но, если у тебя в голове есть четкая мысль: «Он человек, у которого есть много качеств, которые мне нра­вятся. Мы хорошо проводили вместе время. Но, его ложь для меня неприемлема. Мне это не нравится и я не хочу, чтобы это было ча­стью моей жизни. И до тех пор, пока я не буду абсолютно уверена в том, что в будущем подобного не повторится, то я могу для себя решить, что я могу спокойно сказать ему «привет», но не хочу за­водить с ним отношения.» [Обратите внимание, что я говорю «цитатами», ставя себя на ее место, как будто я говорю от ее лица. Это облегчает восприятие для нее и оценку того, подходит ли это, подходят ли ей эти слова. Так часто делала Вирд­жиния Сатир.]

Ты можешь провести внутри себя подобную подготовку? Такую, чтобы ты могла спокойно двигаться в будущее и думать об общении с этим человеком без ненависти и злости? Будешь ли ты в безопасности в подобных ситуациях в будущем? [Я намеренно говорю очень обобщенно, чтобы дать ей возможность найти четкое понимание того, что может произойти с ней в жизни в будущем, и чтобы она чувствовала себя защищенной от воз­можных неприятностей в будущем.]

Мелисса: [мягко] Да.

Стив: Хорошо. Закрой глаза. Отправься в будущее и пред­ставь, что ты сделал это. И ты встретилась с ним в кампусе или еще где-нибудь и просто «проверь» то, что мы тут делали. Испы­тай… Какие эмоции у тебя вызывает совместное пребывание с ним? Легко ли тебе поддерживать дистанцию между вами, кото­рую ты хочешь иметь? Чувствуешь ли ты себя защищенной?

Мелисса: [нерешительно] Да. Я могу. Я могу это сделать.

Стив: Но.. .Я слышу «но» в твоем голосе.

Мелисса: Но, это все равно, что я «одела маску», вы пони­маете, маску счастливого человека…

Стив: Я понял. Это не лучший вариант. [Поскольку она не­конгруэнтна, то нам нужно провести дополнительные измене­ния для конгруэнтности?] Попробуй поступить по-другому. Смотри в чем дело. Здесь ты проявила некоторое сожаление в его адрес. (Мелисса кивает) Что, если ты так и будешь с ним гово­рить? Что если ты скажешь, какую боль он тебе причинил, но ска­жешь это не злым и обвиняющим голосом, а простым, описательным? Ты просто даешь ему это знать, потому что это для тебя важно. [Она кивает.] Просто дать ему это понять. Но таким способом, что ты говоришь о себе — а не обвиняешь его, — говоря ему: «Ты врал мне (чтобы это не было) и это было словно удар ножом мне в сердце». Или как-то по-другому ты можешь это описать. Чтобы он понял, какое влияние он оказал на окружаю­щих… возвращаюсь к ее желанию заставить его понять, ко­торое она раньше очень сильно выразила. Это часто называют «незавершенными делами». Если она полностью может это вы­разить во время воображаемого общения там, где и находится настоящий конфликт это удалит еще одно препятствие на пути к прощению. Когда она разрешит этот свой внутренний конфликт, тогда она сможет быть конгруэнтной со своим «быв­шим».]

Я думаю, что ты кого-то еще хотела бы от этого защитить. [Она улыбается.] (Да) В будущем, если у него будут отношения с другой девушкой. Ты бы хотела, чтобы она прошла через то, через что тебе пришлось? [Она качает головой. Попросив ее предста­вить кого-то другого в будущем на ее месте я хотел, чтобы она временно диссоциировалась от ситуации. Это также может вы­звать сочувствие к кому-то, кто окажется на ее месте. Это за­мотивирует ее на то, чтобы поговорить с ним и повлиять на него.] Ты бы хотела оказать на него влияние? Даже если ты ни­когда его больше не увидишь? Как ты отнесешься к тому, чтобы просто сказать: «Со мной подобные вещи не срабатывают. Это причиняет сильную боль» или что-то подобное. И заставить его понять, что то, как он с тобой поступил, для тебя не приемлемо…

Мелисса: [некоторое время, смотря вниз и вправо] Я думаю, я смогу это сделать.

Стив: Хорошо. Снова закрой глаза. Представь, что ты так ему говоришь, и отметь какой может быть его реакция. Обрати внимание, куда идет разговор. Ты должна понимать, что твой фокус на том, чтобы дать ему понять, что ты пережила. Потому что если ты начнешь его обвинять, он может начать спорить или просто развернуться и уйти. Но, если ты просто скажешь ему все это, то есть шанс, что он прислушается к твоим словам. Хотя я не могу это гарантировать…[На ее лице проходят несколько разных вы­ражений и они кажутся неприятными.] Как ты думаешь, что по­лучится, если ты так себя поведешь?…

Мелисса: Он обвинит меня. Он скажет, что он поступил так из-за того, что я сделала.

Стив: Понятно. А в этом есть хоть крупица правды? [Она ки­вает.] Хорошо. А ты можешь ему сказать: «В этом есть доля правды». Скажи ему это — независимо от твоих мыслей по по­воду того, насколько твоя роль была значительна в этом разрыве. Посмотри, как пойдет в таком случае это воображаемое обще­ние… этом случае ее лицо намного более расслабленно и сох­раняет такое выражение. Выражение сохраняется, когда она открывает глаза, все еще оставаясь задумчивой, затем она мед­ленно кивает и смотрит на меня.] Как тебе такое развитие разго­вора?

Мелисса: Я объяснила ему, что я понимаю, что совершила ужасную вещь. [Ранее она говорила, что «не сделала ничего пло­хого». Если бы я усомнился в этих ее словах раньше, это вряд ли мне помогло бы и я мог потерять с ней раппорт.] (ОК) Но, это не оправдывает то, как он поступил со мной, в конце концов. (Да. Это понятно.) Я заслуживала большего и лучшего, чем то, что он мне дал.

Стив: Конечно. А теперь с учетом всего того, что мы сегодня сделали, готова ли ты представить его [жест с указанием на ме­сторасположение образа «бывшего»] таким же образом, каким ты представляешь свою маму [жест с указанием вправо от нее] так чтобы ощутить в себе прощение по отношению к нему? Вполне возможно, что мы что-то пропустили, но на данный мо­мент ситуация такова…

Мелисса: [кивая] Я думаю, что я могу его простить. (ОК) И потом он может быть таким как моя мама — я имею в виду его образ.

Стив: У нас у всех есть свои ограничения, и мы совершаем ошибки, стараясь сделать как можно лучше. Ты же делаешь все возможное? [Она кивает.] Он тоже. Но иногда что-то не склады­вается. [Она улыбается.] Ты понимаешь различие? В мире полно людей, которые пытаются изо всех и иногда то, что получается, просто ужасно. А многие люди полны ненужных ограничений. Некоторые ограничивают себя из-за своего прошлого опыта, своих прошлых переживаний. Попробуй все это проделать, зная, что мы всегда сможем все вернуть назад. Представь образ своего «бывшего» и перемести его на то место, где расположен образ твоей мамы. Придай ему те же характеристики — свет, размер и т.п. — как у образа твоей мамы… [Она глубоко вздыхает.] Воз­можно, в начале это покажется немного странным. [Я преду­преждаю ее, что подобные манипуляции могут вначале показаться странными; потому что они новые и непривычные.] Если у тебя появятся какие-то возражения, то верни образы на место и скажи мне, что мешает. Мы тогда разберемся с твоими возражениями

Мелисса: Я боюсь.

Стив: Боишься? Чего? Уязвимости? [Она кивает.] Расскажи подробнее

Мелисса: Я боюсь. Боюсь, что он скажет…

Стив: Что-то особенное, что снова вернет тебя к злости? (Да) Что может защитить тебя? Что может уберечь тебя от этой уязви­мости?

Мелисса: Воспоминания о том, что я чувствовала раньше. [Просматривая запись сессии, я не был уверен относится ли ее утверждение к «чему-то особому», что она могла сказать, чтобы возобновить отношения или к воспоминаниям о неприят­ностях, которые могут ее защитить. В тот момент, я думал, что это предыдущий вариант и, несмотря на мое непонимание, наша коммуникация прошла успешно.]

Стив: Воспоминания о прошлом, когда были позитивные эмоции. На самом деле, если ты точно будешь себе представлять, какие вещи для тебя никак не подойдут, то ты можешь попробо­вать восстановить отношения. Но тебе надо быть очень аккурат­ной. Ты должна защитить себя от возможного повторения…

Мелисса: [задумчиво и качая головой после паузы] Я этого не хочу

Стив: Ты это не хочешь. (Нет) Понятно. Тогда вопрос. Что ты можешь сделать с этими образами, что ты можешь сделать вну­три себя, чтобы быть в абсолютной безопасности? Чтобы спо­койно общаться с человеком, с которым было связано много хорошего и много приятных воспоминаний? Но, понимая, что тебе этого не достаточно и что ты заслуживаешь лучшего. [Я специ­ально использовал слова «заслуживаешь лучшего», потому что именно эти слова произнесла Мелисса несколько минут назад.]

Мелисса: Что я могу сделать?

Стив: Я имею ввиду сделать внутри себя. Ты уже провела много внутренних изменений и они тебе нравятся. Что ты можешь сказать себе и как ты можешь о нем подумать? Как ты можешь быть предельно точной? Это в большей степени вопрос конгру­энтности и вопрос конгруэнтности внутри себя по вопросу, что, несмотря на то что вы провели вместе много приятных моментов, есть нечто в его поведении, что ты не хочешь включать в ваши от­ношения. Ты заслуживаешь лучшего. Ты должна быть предельно конкретна и прозрачна с ним, чтобы не быть уязвимой и не вер­нуться к тому, что было…

Мелисса: [задумчиво и качая головой после паузы] Я бы… Я точно знаю, что он никогда не изменится.

Стив: На самом деле ты не можешь быть в этом уверена. У тебя же нет лицензии на ясновидение. [Она смеется.] (Нет, но…) У меня нет. У тебя нет, и в данный момент ты считаешь, что он не изменится.

Мелисса: Есть определенные черты…

Стив: Ты вполне можешь быть права.

Мелисса: Я восемь месяцев пыталась.

Стив: Так, зная это, ты можешь быть абсолютно уверена, что если в будущем у тебя будут отношения, ты можешь четко пони­мать и наслаждаться приятными моментами, но знать, когда ска­зать: «Нет. Больше нет». [Она мягко улыбается и кивает.] (Да) Ты можешь это сделать? (Да) Тогда давай проведем проверку. Закрой глаза и представь, что ты с ним… [Ее лицо расслабляется и потом она кивает.] Работает? (Да) А теперь еще раз попробуй. Давай еще раз переместим его [указывая на расположение «бывшего», пере­мещающееся к ней ближе справа]. Тебе нужна эта защита, прежде чем ты будешь готова к прощению. Но прощение очень хорошо по­могает. Оно может увести прочь всю злость, боль, обиду. Если ты сможешь представить его в таком виде, в каком ты представляешь маму [указывая на расположение «бывшего», перемещающееся к ней ближе справа] и быть в безопасности, защищая себя и защи­щая свои ценности…[Она некоторое время смотрит вниз и вправо, затем ее улыбка смягчается и появляется выражения «удовольствия», потому что она переживает новое для себя со­стояние] Мне кажется все в порядке. (Да) [Она снова улыбается, выдыхая.] Ты выглядишь расслабленной и довольной.

Мелисса: Я просто поняла, что у моей мамы тоже были не­достатки и есть вещи, которые она никогда в себе не изменит.

Стив: На самом деле изменения возможны.

Мелисса: Но, я принимаю ее такой, какая она есть. И я могу себя представить, ведущей так по отношению к нему. [«Я могу себя представить» буквально говорит о том, что она предста­вила себя диссоциировано. Зная, насколько она ассоциированный человек, я не был в этом уверен и решил проверить это позже.]

Стив: У меня есть недостатки и у тебя есть недостатки. Мы все люди. И наше время на сессию почти заканчивается. Хочешь ли ты что-то прокомментировать или добавить? Есть ли у тебя вопросы?

Мелисса: Да. Я хочу попробовать. Я хочу попробовать это по настоящему. [Она улыбается.]

Стив: Теперь самое время по-настоящему провести испыта­ния. Этакий тест-драйв. Попробуй. [Она улыбается и смеется.] Ты можешь себе представить, как ты все это делаешь, находясь в каком-то безопасном месте. Например, когда вокруг есть люди и ты в любой момент сможешь взять кого-то за руку и попросить: «Уведите меня отсюда». [Она улыбается и смеется.] Или смо­жешь представить, что ты в защитном костюме или у тебя есть не­сколько слоев защиты. А теперь, если ты вернешься к первоначальному событию в школе… Как ты поведешь себя в по­добной ситуации, потому что именно с нее мы и начали разговор? [Она закрывает глаза и представляет себе ситуацию.]

Мелисса: [кивая] Спокойно. (Нет проблем?) Просто спрошу: «Понятно. Есть ли какой-нибудь способ это обойти?» «Нет. Дру­гих вариантов нет». «Хорошо. Спасибо. Хорошего вам дня». [Она выдыхает и смеется. Она непроизвольно проявила совершенно другую реакцию на эту ситуацию, по сравнению с тем, что было в начале нашей сессии.]

Стив: Похоже все в порядке, глядя на тебя — на твою реак­цию, мимику, позу тела, интонацию голоса. Тебе комфортно вну­три? А теперь попробуй еще кое-что сделать. Представь две-три ситуации в прошлом, когда ты начинала злиться. Вернись и по­грузись в эти моменты. Просто прокрути их без определенных целей и посмотри как развиваются события.

Мелисса: Я вижу себя во время ссоры с отцом. [Она жести­кулирует обеими руками. Она снова сказала: «Я вижу себя», что говорит о диссоциации. Надо будет позже это уточнить.] Он кричит и кричит на меня. Раньше я бы начала кричать в ответ.

Стив: Раньше. И это дало бы ему прекрасный повод еще больше начать на тебя кричать?

Мелисса: [живо улыбаясь и жестикулируя обеими руками] Именно так. Но теперь я вижу себя говорящей без напряжения: «Хорошо. Я тебя понимаю». Я спокойна. Хотя это достаточно странное чувство [смеется]

Стив: Это непривычно, не правда ли? (Да) [Когда кто-то впервые проявляет непроизвольную реакцию в контексте, в ко­тором он раньше реагировал совершенно иначе, то это кажется непривычным. Иногда люди называют это ощущение «стран­ным», как сказала Мелисса. Иногда они могут думать, что с ними что-то не так, вместо того чтобы понять, что это твердое до­казательство проделанных изменений.] Отлично. Теперь я хочу еще кое-что проверить. Ты сказала, что «видишь себя» спокойной. Ты видишь себя со стороны, как на экране ТВ [указывая на вооб­ражаемый ТВ] или ты по настоящему там присутствуешь [указы­вая на себя] и смотришь на отца своими глазами?

Мелисса: Я была вместе со своим отцом [Она использовала те же жесты, которыми я указывал на ассоциацию с ситуацией.]

Стив: Мне так показалось по твоему поведению, но я все. таки хотел проверить. Иногда когда люди видят ситуацию со сто­роны [указание на воображаемый ТВ] это не всегда срабатывает в реальной жизни. [Это подразумевает, что поскольку она ассо­циирована, то это действительно сработает в реальной жизни.]

Мелисса: Нет, я на самом деле там находилась. Я, например, представляю, как я тут спокойна и расслабленна.

Стив: Великолепно. [Я протянул руку Мелиссе и пожал ее руку.]

Мелисса: [смеясь] Спасибо.

Стив: Это тебе спасибо. Было приятно общаться. У тебя есть еще какие-нибудь вопросы? У нас осталось около минуты.

Мелисса: Нет. Это все. [сосредоточенно] А что мне делать, если это не сработает?

Стив: Позвони мне. [Она смеется.] (ОК) Я дам тебе номер своего телефона. Я не шучу. Иногда бывает, что не хватает не­большого кусочка, чтобы вся мозаика легла на место. Мне кажется у нас все получилось. Я не знаю, обратила ли ты внимание, но я постоянно спрашивал тебя о твоих возражениях и проблемах [Ме­лисса кивает.] и мы многие из них разрешили. Потому что ты чув­ствовала внутри напряжение [Она смеется.]. Мы продолжали с этим работать и улучшали ситуацию шаг за шагом. Поэтому я счи­таю, что в будущем у тебя все получится. Но, есть вероятность, что какая-то из твоих частей «спряталась» и думает — «я думаю, что это работает». И когда возникнет реальная ситуация, она может сказать «ой».

Мелисса: Т.е. у меня должно быть это ощущение комфорта? Я должна проиграть эти ситуации предварительно в своей голове?

Стив: Тебе не будет необходимо что-то делать. [Иногда люди спрашивают, нужно ли им сознательно повторять или проделы­вать что-то, чтобы изменения стали постоянными. Но если про­веденная работа конгруэнтна, то это должно проходить так же непроизвольно в реальной жизни, как это происходило в тест-драйве во время сессии.]

Мелисса: Мне просто надо будет пойти и сделать это.

Стив: Так и сделай.

Мелисса: Отлично, [конгруэнтно кивая] Я могу это сделать.

Стив: Я думаю, что ты сможешь. [Она улыбается.] Спасибо большое.

Мелисса: Вам спасибо. [Она не звонила мне, поэтому я по­лагаю, что то, что мы проделали эффективно работало в ре­альной жизни.]

 

глава 11 “Шесть слепых слонов” C. Андреас 

 

Нет комментариев