Banner Начиная заниматься нейро-лингвистическим программированием

 

…И всё что мне приходило в голову укладывалось в два его загнутых пальца; люди смотрят фильмы или для развлечения, или для обучения, или для того и другого вместе. 

«И фильм похож на нашу жизнь в целом, Дон, правльно?»      «Да»

Р.Бах «Иллюзии»

Вместо введения

Данная статья является попыткой как-то резюмировать мой небольшой опыт занятий нейро-лингвистическим программированием (который, как мне хочется надеяться, является одновременно и скромным вкладом в развитие этой своеобразной области). Не всё и не всегда получалось как надо, порой занимало больше времени чем полагается; отдельные удачные моменты чередовались с периодами отсутствия каких-то заметных продвижений.

Впрочем, она и не совсем в традиции нейро-лингвистического программирования, какой бы эта традиция ни была за сорок лет с момента создания этой области.

В любом случае, я сфокусируюсь на светлой стороне опыта, на тех случаях, когда удавалось нечто по-настоящему ухватить, потому что именно эта часть, как мне самому кажется, представляет основной интерес. Моя статья может быть полезна тем людям, которые хотят получить представление о том, на что в действительности может быть похоже НЛП (как оно «делается») вне профессионального контекста психологического консультирования, из которого оно изначально вышло.

В ней будет немного о тех вещах, про которые говорится в каждой книге по НЛП, а немного о тех, про которые не говорится (но которые сознательно или нет делаются теми людьми, которые в действительности нейро-лингвистическим программированием владеют).

Я предполагаю, что читатель предварительно ознакомлен с некоторыми терминами из области НЛП, какими-то основными идеями; если же нет, то он может или обратиться за разъяснениями к базовым книгам-источникам, или попробовать воспринимать текст угадывая значение незнакомых слов из их звучания и контекста, что иногда бывает весьма забавным и занимательным провождением времени при чтении.

Естественно, мой путь применения НЛП не единственный, даже не претендующий быть самым правильным.

Я не был связан и не связан поныне ни с какой коммерческой организацией, эксплуатирующей бренд НЛП для поддержки своего бизнеса, равно как и сам не зарабатываю на этом наименовании. Люди вокруг оценивают меня исключительно как и должно: как своего родственника, друга, сотрудника, приятеля, случайного знакомого. Мне нечем оправдать свои ошибки, но и нет обязанности делить свои успехи.

 

Моделирование человеческой активности

Многие мои собственные находки и открытия других людей, на которые я опирался в своей практике, опыт которой буду описывать, сделаны в той традиции моделирования человеческой активности, разработкой которой мы занимаемся. О «моделировании» говорили Бандлер и Гриндер, основатели нейро-лингвистического программирования, но, к сожалению, не оставили подробных описаний и инструкций к этому центральному по отношению к НЛП процессу.

Поэтому мы вынуждены заниматься его реставрацией и доработкой, порой выходя за пределы, изначального установленные создателями НЛП.

Что же, переходя к основному содержанию: с чего начинаются занятия нейро-лингвистическим программированием?

В этой статье будет немного про конкретные техники и методики, такие как отзеркаливание и раппорт, оперантное формирование и якорение; немного про организацию занятий в группе единомышленников или в повседневной жизни. О том каких результатов можно ожидать по ходу занятий и потом, когда тренируемые навыки войдут в жизнь, а каких результатов стоит избегать.

Обобщения и теоретические «выкладки» будут чередоваться с наглядными (или, по меньшей мере, которые мне показались таковыми) примерами из жизни.

Я постарался не делать статью слишком длинной, рассказывая меньше и лаконичней, чем мне бы в действительности хотелось, но всё равно она вышла достаточно объёмной. В итоге у меня впечатление, что весь текст получился скорее иллюстрацией какой-то общей мысли, а не простой линейной последовательностью того, что описывается в разделах и абзацах.

Если бы я мог сознательно ухватить и лаконично выразить эту мысль одной короткой фразой, эта статья, вероятно, не была бы создана.

В любом случае, первым делом надо найти себе компанию единомышленников. Заниматься одному скучно и менее эффективно, чем в малой группе. Два человека — уже хорошо. Три человека — замечательно, это делает возможным формальные повторения упражнений в трёх ролях (их значение будет отмечено позже).

 

Раппорт и организация занятий

«Если подходящей компании нет, то компанией будешь ты сам» — этот лозунг, который провозгласил однажды один мой друг, как нельзя лучше подходит к организации занятий НЛП. Отсутствие единомышленников (временное или постоянное) не должно останавливать от занятий.

Рассмотрим тренировки раппорта. Почему я поставил раппорт на первое место, среди всех описываемых вещей? Мне кажется, что тренировки раппорта дадут наиболее быструю отдачу в контекстах реальной жизни. Для начала занятий это важно — быстро получить первые (иногда скромные, а иногда весьма необычные) результаты. Но вы можете начать в любой последовательности с того, что вам больше нравится.

Тренировки раппорта начинаются с отзеркаливания. Приведем методические указания к тренировкам, которые не встретишь в распространенной литературе.

Каждое занятие длится не менее сорока минут. Это важный навык сам по себе — поддерживать фокусировку на коммуникации (в данном случае чисто невербальной) в течение не менее чем сорока минут — который не раз пригодится в дальнейшем.

Намерение продолжать тренировки не отменимо. Испортилось настроение, изменились обстоятельства, распалась группа, всё от банальной скуки (любых внутренних возражений) до стихийного бедствия (почти любых внешних возражений) должно быть мягко преодолено. Не стоит рваться из последних сил. Но после любого вынужденного прерывания должно последовать возвращение к тренировкам, вплоть до получения конечного результата. Вообще-то, в какой-то мере освоение любого сложного навыка как раз и состоит из систематического преодоления внутренних и внешних возражений, так что чем больше таких на вашем пути встречается, тем более эффективный, универсальный и «всепогодный» навык сформируется.

Используйте два основных контекста тренировок.
1) Занятия в малой группе, если у вас она есть. Выполняются формальные упражнения по текстам книг (первоисточников).
2) Занятия «в жизни» — в общественном транспорте, на улице, магазине и т.п. Выполняются более свободные тренировки, при этом обязательно соблюдать достаточную «маскировку». Вы не должны выглядеть странно по ходу занятий.

 

Роль оператора и контроллёра во время тренировок

Мы тренировались в метро — каждый день по полтора часа. Сорок минут в одну сторону, пять минут перерыв и обсуждения, сорок в другую. Компания была из двух человек, роли чередовались. Мы выбирали, кто из нас первый оператор, а кто контроллёр. Заходили в вагон метро, в не слишком нагруженный час, но и не слишком свободный. Занимали свободное место. Оператор поднимал глаза перед собой, фиксировал ближайшего перед ним человека, контроллёр кивал, занятие начиналось. Кем бы случайно оказавшийся на том месте человек не был — дряхлый старик или молодая девушка, стоящий или сидящий, спящий или бодрствующий, разговаривающий с другом или слушающий музыку. Оператор начинал внимательно следить за всеми движениями субъекта. И с минимально возможным запазданием, но с гораздо меньшей амплитудой (фактически, едва заметной) повторял его. Задача оператора полностью сфокусироваться на одном человеке. И, кстати, внимание не должно быть ни в коей мере навязчивым и даже не должно быть заметным — используйте переферию зрения, фокусируйтесь центральным зрением на точке слева или справа от субъекта, или даже на полу.

Каждый человек по-своему двигается и по-своему реагирует (чисто подсознательно, если вы соблюдаете должную гладкость и скрытность) на ваши действия. В итоге вы должны заметить это различие.

Задачи контроллёра две. С одной стороны, он должен фокусироваться на взаимодействии оператора и субъекта. Отмечать не только каждое движение субъекта, но и каждое движение оператора, их сходства и различия, фиксировать происходящий невербальный диалог с (как с некоторого времени будет заметно) своими фразами, репликами, вопросами и ответами. Вторая задача контроллёра не менее важная — поддерживать непрерывность рабочего контекста.

Контроллёр должен следить за временем. Оператору некогда следить за часами, до такой степени он должен быть поглощён наблюдением и реагированием, да и в некоторой степени пропадание его чувства времени даже желательно. Контроллёр должен сказать «стоп», когда пройдёт ровно сорок минут. С другой стороны, контроллёр должен следить за общей безопасностью группы, как бы это странно в данном контексте не звучало.

 

Цель тренировок: наблюдать разные ответы разных людей

Однажды во время тренировки в метро — как раз когда мне выпала роль контроллёра — прямо перед оператором оказался примерно двухметрового роста с короткой стрижкой верзила в кожаной куртке, активно жестикулирующий в разговоре со своим, похожим на него самого, другом. Оператор глянул на меня, я неуверенно кивнул — правила есть правила — и он начал наблюдать и реагировать на выбранного своеобразного субъекта. Не прошло и двух минут, как оба двухметровых парня начали частенько поглядывать на оператора. Оператор вопросительно взглянул на меня — я сохранял безукоризненное молчание. Ещё через пару минут один из них обратился к оператору и слегка накатистым, впрочем всё ещё не подразумевающим агрессии движением, дотронулся до его плеча, сделав какой-то отвлечённый словесный комментарий (оператор смотрел заметно в сторону от субъекта, так что прямого комментария к наблюдениям субъект сделать не мог). Оператор машинально что-то ответил и безупречно продолжил делать то, что и делал от этого. Наблюдая резкое переключение внимания и активности субъекта и его товарища на оператора — последнего движения было достаточно — я наконец-то похлопал товарища по плечу и предложил выйти на перрон, к которому как раз подъезжал поезд.

Разные люди встречаются в общественных местах. Если контроллёр замечает (пользуясь обычным здравым смыслом) нежелательное внимание к группе, если оператор слишком привлекает к себе внимание, контроллёр обязан сделать соответствующее замечание или прервать процесс. Оператор исполняет все указания контроллёра быстро и без размышлений. Отсутствует задача вызывать черезмерно сильные реакции, и если вы их неожиданно получаете и не знаете в точности что это такое (а в тренировках раппорта вы и не можете узнать их смысл) — прерывайте.

После первых сорока минут следует краткое обсуждение. Сначала оператор говорит о своих наблюдениях. Затем контроллёр. Стоит помнить, что ваша цель в любых занятиях по НЛП — получить свидетельства подсознательной активности и (в данном случае минимально) на них отреагировать. Вот и обсудите, какие сигналы подсознания были замечены (если они были замечены). Как человек отреагировал на их отзеркаливание. Сначала что-то просто будет казаться — что-то новое, ранее не замечаемое. Через достаточное число тренировок вы будете при должной фокусировке прямо видеть определённые проявления подсознания людей (которые другие люди, обычно, пропускают). Ещё через какое-то время вы и забудете, как было, когда вы ничего такого не замечали.

 

Раппорт в жизни

Теперь о жизненном применении. После проведения достаточного количества тренировок можно немного потренировать раппорт на своих постоянных или новых знакомых по ходу обычного общения. «Это была самая приятная беседа за последнее время» — когда вы начнёте слышать примерно такое — вы будете знать, что вы на правильном пути. Можно взглянуть и с чисто технической точки зрения. Когда вы ничего такого наперёд не загадывали, но видите, что отзеркаливание делается само по себе — можно смело делать перерыв в тренировках, навык начал жить своей жизнью и дальше будет совершенствоваться без вашего сознательного участия.

В жизни раппорт работает своеобразно. С одной стороны, раппорт вызывает в ваших собеседниках чувство дежавю — они буквально видят в вас (и в нормальном случае субъективное сходство лишь отдалённое или не осознаваемое!) кого-то другого, с кем у них уже установлены прочные (и, стоит надеяться, в целом позитивные) отношения. Когда я в студенческие годы принёс в библиотеку книг на два месяца позже срока и в два раза меньше, чем мне их выдали, — первое что мне сказала библиотекарь — что у неё примерно такого же возраста сын учится на смежном факультете. А воторое, уже после того как заглянула в мою карточку — «очень плохо», при этом с большой грустью вычеркнув долг (не потребовав никакой платы за просрочку и утерю). У преподавателя, у которого был очень медленный низкий голос и плавные движения, я получал в среднем на два балла выше своего уровня подготовки, засчёт того что мой ответ был столь же медленно и плавно текущей речью, как и у него — а быстрые скороговорки моих одногруппников он зачастую просто не успевал понять. Раппорт позволяет вам с любым человеком установить хорошие отношения с первой секунды общения. Для этого он и нужен в жизни — для отношений.

Но не с каждым человеком вы хотите хороших отношений. Люди, с которыми вы давно общаетесь, зачастую будут реагировать на ваш вновь обретённый навык — как бы по-мягче сказать — не вполне адекватно. Они будут осознавать (рефлексировать) иррационально улучшившиеся отношения, а затем, что большинство людей делает, так это пытается тут же использовать положительную динамику отношений себе на пользу. Проще говоря, когда вы в раппорте, будьте особенно внимательны к попыткам манипулировать вами с нежелательными (для вас) целями. Или простой технический служебный разговор с коллегой рискует часто превратиться в разговор по душам, в ходе которого выяснится что и работу он видал где-то далеко, и с жизнью некие проблемы (а у кого их нет), а тут рядом такой хороший человек которому всё это можно рассказать. Вместо того чтобы быстро сделать намеченное дело.

Проще всего на раппорт откликаются дети, которые сразу же включают вас в свою систему отношений после первых же секунд невербального следования. Как-то я ехал в электричке уставший после напряженного дня, и в тамбуре на выход стояла молодая женщина с маленьким, ещё не умеющим говорить и наверное только научившемся ходить, ребёнком на руках. Через секунд 15-20 я, будучи углублённый в свои мысли, непроизвольно заметил, что ребёнок как-то на меня отреагировал и сделал лёгкое, едва заметное движение своей маленькой рукой навстречу. Я автоматически протянул ему свою руку, и он с любопытством уцепился за палец, глядя на меня своими широкими глазами. Женщина слегка смущенно улыбнулась, с любопытством изучая реакцию своего ребёнка.

 

Доминирование вместо агрессии

Другая разновидность раппорта — раппорт доминирования. Тут уже никакого отзеркаливания. Есть время присоединяться и следовать, находить компромиссы и учитывать интересы второй стороны, а то и полностью отказываться от собственных; а есть время твёрдо стоять на своём, держаться своих убеждений и целей и ни шагу не уступать. Вот доминирование как раз для второго случая.

Я вырос в маленьком городке, где частенько на улицах приходилось сталкиваться — скажем так — со склонными к делинквентности ровесниками и старшими товарищами. Часто это заканчивалось либо дракой, либо долгим противостоянием. Ох, как мне не хватало тех простых вещей, что я знаю сейчас.

Типичный продавец-хамло превращается в слегка заискивающего, искренне пытающегося подсказать тебе не залежавший товар, буквально идущего против самого себя, компаньона. Компания подозрительных ребят в ночное время суток, идущая навстречу на не очень широкой дороге, вдруг как бы слегка отстраняется и идёт себе мимо. Гавкающий пёс замолкает и уходит в укрытие.

В чём секрет? Основной момент — взгляд поверх головы. Мы типично смотрим на других людей на уровне лица. Надо однажды преодолеть привычку и посмотреть прямо чуть выше макушки, с первого же взгляда. Поведение субъекта меняется радикально. При этом доминирование — это не агрессия. Тот, кто к тебе агрессивен, предполагает тебя равным, конкурентом. Тот кто доминирует — он просто выше — ему просто автоматически подчиняешься. К взгляду поверх макушки надо добавить прямую осанку, спокойные движения, и буквально удерживание своей территории, своего клочка поверхности. Вы не толкаете никого буквально, но вокруг вас как будто бы распространяется какая-то аура (засчёт определённой округлости и направленности текущих движений), которая вынуждает человека отступить на шаг назад, для его же собственного комфорта. А потом люди сами придумают себе причину, почему вас надо слушаться.

Кстати, эта техника смоделирована с воспитателя собак — Цезаря Милано — о котором идет серия передач на познавательных каналх. У всех млекопитающих был общий эволюционный предок, от которого мы сохранили некоторые паттерны движений и реагирования.

 

Дрессировка всего вокруг

Следующая вещь, о которой хотелось бы рассказать, это оперантное формирование. Основоположником был Скиннер; Прайор развила и описала его подход как систему прагматических правил, написав увлекательные книги с наглядными примерами.

Предложим специфический вариант реализации оператного формирования, о котором мало кто догадывается, и который нигде не описан. Реализуется очень просто, если ваш субъект очень разговорчивый. Вы загадываете желаемое поведение, а затем начинаете лёгкими (едва заметными на пол сантиметра) кивками головы и каким-нибудь междометием («угу») отмечать все слова, которые ассоциативно связаны с желаемым поведением.

Однажды я работал с человеком, который жаловался на скуку и на ограниченные возможности передвижений в связи с полученной травмой ноги. И выражал желание навестить дальних родственников, которое уже долгое время не видел. Ну, то есть, это я называл работой, потому что требовалось задействовать концентрацию внимания, чтобы не пропускать слова которые он говорит и быстро на них реагировать. А для человека это была просто беседа, в которой он делился своими личными мыслями и историями, а меня воспринимал как обычного, ну может быть чуть-чуть особенно внимательного, слушателя. Я попеременно кивал и угукал на глаголы движения. «Ехать», «идти», «двигаться», «встать», … Их гораздо больше, чем может показаться на первый взгляд. И не важно, был ли это поход в огород или поездка на другой конец земли — для меня всё это были лишь слова с нужным смыслом (семантикой), и не более. Через некоторое время начали отмечаться интересные изменения. Помните, что целью любой тренировки НЛП является заметить проявления подсознания и отреагировать на них? Подсознание начинает отвечать (частично процесс начинает и рефлексироваться — субъект примерно чувствует, чем вы занимаетесь). Разговор сам собой переходит на темы поездок. Это если взглянуть крупным планом. На уровне текущей экспрессии, на котором я и был целиком сосредоточен, я замечаю сразу несколько вещей — во-первых, частота появления «двигательных» слов заметно возростает. Во-вторых, появляется одна доминирующая положительная тема — поездка к любимым дальним родственникам, которую человеку хотелось бы осуществить, но он не может в связи со своими ограничениями. Я начал добавлять свои кивки и угуканья к дополнительным группам семантик — родственники, положительные эмоции, встречи (ещё десятки разных слов в каждой группе — требуется каждое «ловить» и отмечать своим сигналом!). В-третьих, подсознание человека подхватило процесс и начало его параллельно сопровождать — что является типичным эффектом — а именно, субъект начал непроизвольно сам себе кивать и «угукать» на нужных словах. Есть контакт! В этот момент можно немного расслабиться — подсознание человека восприняло вашу «программу», и если вы случайно пропустите какое-то слово, человек сам для себя его отметит (вам останется только «подтвердить» своим кивком-сигналом). Более того, подсознание субъекта будет вам таким способом предлагать новые, субъективно важные и значемые, семантические группы слов, которые вы пропустили, но можете начать использовать для усиления основного процесса.

Далее, через несколько месяцев, выяснилось: выздоровление проходит хорошо, он много двигается, гуляет, но так никуда и не поехал; его родственники сами приехали с другого конца страны к нему в гости. Странным образом отреагировал сам мир…

Формальные тренировки оперантного формирования можно организовать по схеме, предложенной Карен Прайор. При этом все основные методические указания, данные в предыдущей части, остаются в силе: желательно разделять роли, требуется за один заход заниматься не менее сорока минут, заниматься в группе и выходить «в поле».

 

«Язык змеи»: замечаем основные интересы «эго» человека

Есть один очень важный сигнал, который у всех на виду, но мало кто обращает на него внимание. Это простое облизывание губ. В своё время подробно исследовал этот сигнал один из российских первонелперов А.В. Ткачёв (известный в сети под ником metanymous), о чём можно найти в интернете его написанную простым языком, практичную и интересную статью (образное название «язык змеи» для этого сигнала, кстати, также предложено им).

Однажды я случайно познакомился с девушкой, у которой проблемы были… со всем. Драматический поворот личных отношений, тяжелое финансовое положение, напряжённые отношения с друзьями и родителями, полная демотивация в работе и учёбе, упадок настроения, частые болезни, и так далее и так далее. Она прозводила какое-то впечатление безнадёжно потерянного в жизни человека, одновременно находящегося в тяжелых объективных обстоятельствах и внутренне истощенного. Было принято решение воспользоваться маркированием «языка змеи». На протяжении небольшого числа встреч, длившихся несколько часов каждая, я систематически отмечал произвольно выбранным междометием каждое движение облизывания губ. Одновременно стараясь запомнить и систематизировать слова, которые следовали близко по времени (одновременно) с «языком змеи». Получилось около пяти тем. В течение последних двадцати минут встречи я старался своими репликами направить разговор так, чтобы все пять тем были пройдены «по кругу». Своеобразное раскладывание по полочкам. От встречи к встрече чётко отслеживалась динамика изменения семантик маркируемых слов: пять тем вырисовались более чётко и стабилизировались, каждое отмечаемое слово без труда могло быть соотнесено с одной из тем (исчез «шум»); реплики стали более конкретными (не «вообще» плохо, а что-то конкретное); реплики стали в целом о решениях, а не о проблемах (не «что-то не так», а «хотелось бы…»).

Через несколько месяцев девушка вновь появилась в поле зрения. Она хорошо отдохнула летом по случайно подвернувшейся возможности, начала встречаться с новым молодым человеком, сменила работу, сделала изменения в отношениях с друзьями, стала более самостоятельна по отношению к родителям. И производила совсем другое впечатление в общении.

На сознательном уровне человек реагирует на возникающую по ходу маркирования его облизываний губ динамику как на просто приятный разговор. «Наконец-то хорошо с кем-то поговорил на мои темы» — примерно так они скажут потом. Обобщённый смысл «языка змеи» — это сигнал «эго», как оно понималось в психоанализе. Невербальное проявление «себя/я» человека. Признак того, что нечто что отмечается субъективно важно для него, значимая составная часть его личности.

Тренировки можно осуществлять двумя способами. Можно, как сразу приходит в голову, предлагать играющему роль субъекта говорить на общие темы (или читать текст вслух, если он не очень «разговорчивый»). Или, можно размечать тексты и самому зачитывать их вслух, озвучивая также и сделанную разметку.

 

«Якори» для семинара и «якори» для жизни

Якорение интересно описано в классической книге «Из лягушек в принцы». С описанным там демонстрацией и упражнением всего две проблемы: во-первых, оно невозможно без оперантного формирования — теперь, когда вы хоть немножко в курсе на что оно похоже вы без труда увидите его в тексте; во-вторых, там описан стопроцентный гипноз. Если вы ещё не научились гипнозу или хотите попробовать не гипнотическое якорение, то пойдём дальше.

Нас учат в книгах интегрировать полярности — что же, примем это предписание без изменений. Возьмём самую простую, тривиальную альтернативу — радость и грусть. Но «радость» и «грусть» это номинализации, я назвал эти слова, но мы ещё не имеем никакого представления о том с чем имеем дело. Опишем, опять же наиболее простым образом, конкретные сигналы, которые связаны с радостью и грустью. Для радости — уголки губ вверх-улыбка-смех, для грусти — уголки губ вниз-хмурость-плач. Теперь мы можем точно сказать, когда видим (или слышим) первое или второе.

Во время общения с пессимистично настроенным по поводу предстоящей смены работы человека я каждый раз, как замечал признаки «грусти» (уголки губ вниз, хмурость, специфическое изменение тона голоса) касался рукой своего подбородка. Каждый раз, когда он проявлял признаки «радости» (уголки губ вверх, улыбка, специфически-радостный тон голоса, смех) я касался рукой носа. Мои реакции следовали с минимальным отставанием по времени. Через некоторое время подсознание человека включилось в работу — он сам начал отражать мои сигнальные движения во время собственных проявлений радости и грусти. Более того, он, получая мою обратную связь, начал подсознательно стремиться к «радости», и через некоторое время когда сам только начинал проявлять «грусть», тут же быстро переходил в радость и непроизвольно закреплял это собственным якорем касания носа. В конце примерно часа такого общения я произнёс несколько резюмирующих фраз, в конце которых подавал сначала сигнал грусти, а потом сразу же радости, а окончательно завершил сильно оптимистичными репликами.

Через месяц выяснилось, что мой знакомый успешно сменил работу, доволен новым местом и преодолел связанные с переходом трудности и опасения.

Тренировать такое якорение можно аналогично маркированию — либо по текстам, либо сразу на «живой» речи. Полезно потренироваться и в гипнотическом якорении, если у вас есть группа единомышленников, на первых порах достаточно зачитывать вслух вводные слова и объяснения из текста книги, а затем делать упражнение по предлагаемой схеме.

 

Если трёх человек не набралось

Но вернёмся к организации занятий в группах. Чем меньше человек в группе, тем больше ответственность каждого из участников за финальный результат. В тройках и больше ответственность делится примерно по ровну. В любом упражнении есть участник, который занимает отстранённую контроллирующую позицию, что делает возможным прямое и объективное обсуждение наблюдаемых результатов. При уменьшении количества участников до двоих, при этом если вы тренируетесь друг на друге, а не на окружающих людях (то есть участники играют роли оператора и субъекта, а не оператора и контроллёра), открытое обсуждение результатов уже затруднено, потому что теряется доля объективности. Фактически, каждый участник становится сам за себя, и общий итог того, будет ли вынесен полезный опыт с тренировки, и если будет, то какой, отличается для каждого из участников и зависит от его собственной самодисциплины. В роли субъекта вы фактически даете возможность свободного общения с собственным подсознанием (естественно, это предполагает определённый уровень доверия благоразумию и начальной компетенции друг друга) оператору, но при этом не отвечаете за итог этого взаимодействия, и вы не подыгрываете. В роли оператора вы отвечаете за итог такого взаимодействия и в первую очередь перед самим собой. Вы стремитесь обнаружить действительные сигналы подсознания субъекта, и вы знаете, что для большинства упражнений долгие бесплотные попытки найти в действительности чёткие наблюдаемые результаты активности подсознания могут быть много полезней, чем быстрое, но формальное исполнение упражнения на «как если бы» сигналах, которые в действительности не наблюдаются, или имитируются субъектом. Если субъект начинает подыгрывать вам, не подыгрывайте ему в ответ — на кону ваш собственный опыт — это гораздо важнее, чем сиюминутные сомнительные выгоды от того, чтобы делать вид, что нечто получается хорошо, когда получается не очень.

Мы иногда тренировались в паре оператор-субъект без контроллера. Например, мы тренировали друг на друге разговорный рефрейминг. Упражнение проходило в форме игры, названной в сообществе Metapractice «Канарейка». Тот кто первый начинает говорит нечто хорошее или плохое о своей воображаемой канарейке, например «Моя канарейка замечательно поет». Второй участник соответственно начинает с ритуальной фразы «это хорошо, что…» или «это ужасно, что…», противоположно исходному оттенку, затем повторяя предыдущую реплику (в примере второй участник говорит «Это ужасно, что твоя канарейка замечательно поет…»), и дальше делает некую реплику, подкрепляющую изменение смысла (например, «…будешь слушать её целыми днями и забудешь про все насущные дела»). Если реплика попадает «в цель», то у человека наблюдается изменение ритма дыхания, быстрое напряжение-расслабление тела, изменение цвета лица. Если всё это отчётливо видно, значит, попало.

В действительности в упражнении есть ещё некоторые тонкости, связанные с управлением воображением, из которого и должны появляться изменённые значения, и ограничения на содержание рефреймингов (вопросы жизни и здоровья канарейки и её хозяина на начальных уровнях не затрагиваются), но об этом можно прочитать подробнее в соответствующих темах сообщества.

Суть в том, что упражнение у нас сразу не заладилось, мы начали без контроллёра постоянно спорить и упрекать друг друга в не качественных, бессмысленных, или переходящих рамки ограничений репликах. В конечном итоге после примерно пяти-десяти таких остановок на довольно продолжительные споры мы взяли перерыв, испытывая уже друг на счёт друга изрядное раздражение. Во время этого перерыва мы уже целенаправленно перешли с обсуждения отдельных реплик на обсуждение поведения друг друга в целом, нарушая все правила популярной психологии на счёт подобного разбора конфликтов: никто из нас, разумеется, не начал с того, что как-то признал свою собственную неправоту (да и в финале дискуссии этого не было); всё обсуждение было на явно повышенных тонах; каждый ссылался на свои личные доводы, опирающиеся на некие ценности, которые в принципе не разделялись собеседником.

Однако мы непроизвольно всё-таки следовали некоторым ограничениям: мы оба знали контекст нашего спора, а именно отдельно взятое упражнение; и так получалось, что мы говорили примерно равными по длине репликами, по очереди, не перебивая друг друга. После чего немного помолчали: казалось бы, ни к чему так и не пришли. Но прозвучало предложение: «вроде, что-то поменялось, давай ещё раз», и мы начали повторно. И на второй раз пошло всё гладко, как по учебнику, с чёткими формулировками, и отлично наблюдаемыми непроизвольными сигнлами, и без намёка на взаимные протесты. Каждый из нас начал делать реплики в ценностях другого человека, добиваясь истиных непроизвольных сигналов, а в первый раз мы пытались сделать реплики каждый в своих собственных ценностях, и принудить товарища на них адекватно реагировать.

 

Контексты для для тренировок друг на друге

В постоянных группах следует осторожно относиться к «групповым эффектам», когда паттерны бытового общения и привычных отношений начинают доминировать над паттернами общения, которые требуется использовать и нарабатывать в упражнении. Важно понимать, что упражнение не возникает само по себе, это не какой-то оторванный от жизни магический ритуал. Все упражнения проходят в определённом месте, определённое время, с определёнными людьми. В определённом смысле, магия в упражнении появляется засчёт того, что вы дисциплинированно мягко преодолеваете (или, если возможно, используете себе во благо) «магию» места, «магию» времени, и «магию» устоявшихся отношений.

Если вы решили собраться в довольно шумном кафе, и при этом тренировать какие-то техники, требующие тишины и покоя, вы с априори равным успехом либо научитесь хорошей концентрации своего и чужого внимания, отсекающей лишние раздражители (в случае контроллёра — умеющим за ними следить не в ущерб уделению внимания основному процессу техники), либо получите разочарование от потерянного по видимости впустую времени. Если какому-то участнику для его жизненных задач требуется вполне определённая техника, а вся группа решила заниматься другой, то этот конфликт, в общем случае, решается не какими-то методами НЛП, а теми методами, которые приняты в группе на основе общих здравых организационных и касающихся отношений друг с другом соображений.

Техники НЛП вообще весьма чувствительны к контексту их применения. Применение техник на семинаре совсем не то же, что в терапии, а в терапии не то же, что в жизни.

Шестишаговый рефрейминг и вопросы здоровья

Шестишаговый рефрейминг — это техника, которая названа вершиной «первого кода НЛП» (то есть совместной работы Бандлера и Гриндера до их профессионального разделения). О самой технике можно подробнее прочитать в одноименной книге «Рефрейминг» (а также почти во всех других книгах первого кода). Все правила, описанные раньше, остаются здесь в стиле. Остановимся подробнее на другом моменте — применении терапевтических техник к самому себе.

В любой самотерапии главное — это делать техники с правильным намерением. Несомненно, это крайне важно и в работе с другим человеком, но там оно подразумевается как бы само собой.

Кроме совсем уж мрачных случаев, когда люди зачем-то занимаются какой-то техникой для того, чтобы доказать себе или кому-то, что она не работает; наблюдателю со стороны хорошо в такие моменты видно, что в действительности «не работает» оператор, техника просто не исполняется с надлежащим уровнем качества. Ну, а если человек вполне честно (в первую очередь, самому себе) признается, что заходит на территорию неизвестного, что собирается получить новый опыт, если он достаточно хорошо загодя подготовлен (прочитал и понял эталонное описание и примеры, продумал собственные действия в конкретных предстоящих обстоятельствах), то шанс что с первого раза получится хорошо высок.

Быть достаточно дисциплинированным для того, чтобы использовать технику на себе, в свою очередь, обычно гораздо сложнее, чем для того чтобы применять на других людях. Но и польза от самотерапии высока. Вернёмся к вопросу намерения. Любая терапевтическая техника не должна заменять всех остальных средств достижения цели. Тот же шестишаговый рефрейминг, люди иногда применяют его, и ждут когда проблема чудесным образом решится сама собой. Никто не спорит, в некоторых случаях действительно срабатывает «магия», и невероятное стечение обстоятельств приносит цель прямо в руки. Но до тех пор, пока это не произошло, не надо себя теребить постоянными сомнениями. Любая примененная к себе техника — это по сути договор с собственным подсознанием (в рефрейминге это видно наиболее явно — мы прямо устанавливаем контакт с подсознанием с помощью непроизвольных сигналов и буквально с ним общаемся по установленному алгоритму, гарантирующим благоприятное завершение общения). А у договора всегда две стороны, и у каждой свои обязанности. Огромный фокус всегда делается на том, что же должно сделать подсознание, оно должно придумать варианты, оно должно отобрать лучшие, оно должно их исполнить. Но и у сознания есть свои обязанности. Если сознание не исполняет свои обязанности, у подсознания может не оказаться возможности или мотива исполнить свои.

Сознание это и есть ты сам. И ты должен перед техникой точно для себя решить, что ты будешь делать в связи со своей целью. По сути тут два варианта. Ты можешь выбрать вариант намеренно забыть о цели (после того, как исполнена техника, конечно) до какого-то времени или до какого-то события. Ты можешь выбрать вариант предпринимать некоторые априори известные и выбранные рациональные, спланированные, рутинные волевые усилия по достижению цели. Оба этих варианта дают свободу подсознанию включиться в работу в свободной и изящной манере, реализуя собственные намерения, и принося максимальную пользу выбранной для техники задаче. В одном случае ему не мешают и не вмешиваются в его активность, потому что намеренно её в части исполнения данной задачи игнорируют. В другом случае оно свободно в своих проявлениях, потому что их легко соотнести с хорошо предсказуемой сознательной деятельностью.

Одно из частых применений задачи самотерапии это, конечно, проблемы здоровья. Не стоит забывать, что границ подсознательных ресурсов человека, конечно, никто в точности не знает, но какие-то здравые критерии всё же стоит применять. Как писали создатели НЛП в книге «Транс-формации», если у человека болит зуб, то с помощью гипноза можно снять боль, но ему всё равно придется идти к стоматологу, чтобы вылечить кариес. Главный же принцип состоит в том, что каждый человек сам ответственнен за своё здоровье, и если людям с медицинским образованием общество зачастую передает полномочия брать на себя ответственность за здоровье другого человека, то специалисты в НЛП таких полномочий не имеют, однако готовы оказать посильную помощь, если клиент сам для себя понимает в целом чем он занимается по ходу лечения и готов сам за себя отвечать.

Длинная, фактически многолетняя, череда рефреймингов работает на смягчение всех хронических недугов (душевных или физических), дает реальную возможность достичь здоровой и счастливой жизни. Естественно, на таком промежутки времени затруднительно отслеживать изменения, которые произошли благодаря специальной практике, и которые естественным образом бы возникли сами по себе засчёт иных механизмов (взросления, социального развития, профессионального развития и т.д.). Кроме того, я провожу наблюдения не в строгом формате научного эксперемента, они являются лишь полевыми заметками обывателя, который уделяет немного свободного внимания подобным вещам.

По моим наблюдениям за окружающими людьми, практика рефрейминга дает заметный эффект улучшения качества жизни: повседневного самочувствия и настроения, отношений с людьми, преодоления хронических недугов (будь то душевных, как например потеря близкого человека, которая зачастую забывается но де-факто не преодолевается; или физических болезней). Люди, которые занимаются такой практикой, имеют тенденцию спонтанно сдвигаться в сторону здорового образа жизни, крепких отношений, стратегического благополучия, реализации своих творческих способностей. Даже по-началу формальное выполнение техники зачастую в последствии со временем переходит во внесении серьёзных изменений в укладе жизни.

 

Вместо заключения

В качестве систематической практики рефрейминг, таким образом, является по сути мета-практикой, в том смысле что он организует и балансирует все прочие практики, будь то отдельные занятия физкультурой и здоровым образом жизни, профессиональное обучение, или какая бы то ни было методика улучшения личных отношений. Он сам по себе при применении к конкретным злободневным проблемам обычно не может быть столь же эффективен, как специально предназначенная для этого методика (хотя возможен и такой вариант применения, для терапии отдельной проблемы; но сейчас остановимся подробней на особенностях стратегического и систематического применения этой техники). Если вы решили изменить фигуру, то придется заниматься диетой и физкультурой; если вы решили научиться вести презентаций и переговоры, то придется изучать конкретные ходы и маневры их организации и проведения; если вы хотите преодолеть детские страхи, запутывающие отношения с близкими людьми, то лучше подойдёт какая-то специально подобранная к случаю техника. Систематические занятия рефреймингом гарантируют, что все известные вам и применяемые вами практики будут сбалансированно уложены в целостную картину вашей жизни, что никакая важная сфера не окажется забытой, что конкретные способы достижения результатов будут заточены под ваши личные особенности и контексты вашей жизни. И разве что немного облегчит процесс обучения и развития, придав чуть больше смысла и мотивации, привычку не останавливаться за шаг до результата и не сожалеть о проходных неудачах, засчёт того что поможет выработать соответствующую дисциплинированность и даст ощущение целостности на фоне всех происходящих изменений.

В завершение скажу, что НЛП это, конечно же, далеко не волшебная пилюля и не магическая практика. Известный «закон» фантаста А. Кларка гласит: «Любая достаточно развитая технология неотличима от магии». Мне кажется, развитие нейро-лингвистического программирования, более общие рамки эриксонианства (изучение и развития интеллектуального наследства Милтона Эриксона, преимущественно на основе трудов которого появилось НЛП), широкая практика моделирования человеческой активности (зарождающегося и относительно молодого искусства, для которого ещё не существует четкой теории и четких границ) позволяют достичь такого уровня технологичности гораздо быстрее и при меньших вложениях сил и средств, чем какая иная человеческая деятельность из распространённых.

И для достижения такого уровня требуется совершать конкретные действия. Будь то чтение книг и размышления, самоанализ и изменение внутреннего опыта, дискуссия и упражнения с единомышленниками, аккуратные эксперименты с окружающими людьми.

И у Кларка есть другой закон: «Единственный путь открыть пределы возможного — рискнуть зайти немного дальше них, в невозможное».

В конце концов, это единственный способ научиться чему-то новому, а иногда и хорошее развлечение.

P.S. Спасибо всем, кто помогал в подготовке статьи.

© Евгений Золоторев     (eugzol)  

17.02.2013 Опубликовано в журнале modeling-belt.livejournal.com

 

Нет комментариев